Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам



страница1/4
Дата08.02.2013
Размер0.57 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4



Муза.

*Трохикомедия в двух частях.

Автор: Татьяна Аззам.

 

* Примечание:

Трохикомедия — неологизм автора, («трохи» — в пер. с укр. — немного). Под этим термином подразумевается жанр, в рамки которого можно вместить практически любое повествование о попытках простых украинских людей «жить красиво» на рубеже 20 — 21 веков. Хотя стоит заметить, что созвучие со словом «трагикомедия» совсем неслучайно.

МУЗА

Трохикомедия*

 

Часть 1. Действие 1.

 

Иван, подтянутый, слегка седеющий брюнет, сидит в гостиной на диване, с телефоном в руках. С очень задумчивым видом. В комнату входит Вера, его жена. Она принадлежит к тому типу женщин, чья уверенность в собственной неотразимости постоянно подпитывается щедрыми комплиментами окружающих. На протяжении многих лет. Скольких, умолчим.

 

— Дорогой, что-то случилось? С кем ты разговаривал?

— С Музой... — приподняв брови, загадочно протянул Иван, всматриваясь в пустоту перед собой.

— С музой? По телефону? До чего все-таки дошел прогресс... А ты тоже можешь позвонить музе или у вас односторонняя связь? — решила сострить Вера.

— Я тоже могу! — все с таким же отсутствующим видом произнес мужчина.

— Ваня, объясни, что происходит, я ничего не понимаю! — разозлилась жена.

— ...Это тетка моя звонила, по материнской линии... Муза Петровна!

— Тетка... Муза? Оригинально! Почему я раньше о ней никогда не слышала?

— А она в первый раз за последние лет тридцать решила снизойти до общения с нами. – Иван наконец-то повернулся к жене, — Настоящая Муза! Сам не ожидал! Я ее в последний раз видел, еще когда в школе учился...

— Почему же она вдруг вспомнила о тебе?

— Ты не поверишь! Она решила... — после этих слов Иван нарочно сделал паузу, стараясь еще сильнее разжечь любопытство жены, а затем многозначительно добавил: — оставить мне наследство.

— Наследство? Тебе? Нам? Да ты что? Вань, я думала, такое только в фильмах бывает...

— Представляешь, звонит и говорит: «Иван, чувствую, осталось у меня совсем мало времени... Годы уже не те, здоровье слабое. Второго мужа схоронила, детей у меня нет. Хочу тебе, племяннику моему любимому...

— Любимому? Вот это да!!!!

— Не перебивай, «...оставить свою квартиру и дачу...»

— Да ты что??? У нее еще и дача есть?

— Представь себе, причем не где-то под Цюрюпинском, а здесь, в Киеве, да-да! Говорит, «квартиру и дачу переписать, пока не поздно... а то умру, и все пропадет».


— Вот это везение! Столько лет в жилищную лотерею играю! И ни разу — не то, что квартиру, даже приглашение на телешоу не выиграла! А тут сразу и квартира, и дача! Неужели вот он — наш счастливый билет? Кому рассказать, не поверят!

— Вера, дай договорить! В общем, я так понял, Муза хочет, чтобы мы за ней ухаживали, помогали по хозяйству, а она нам за это все добро свое отпишет.

— Драгоценный мой, о чем речь? Будем ухаживать, как за мамой родной! Бедная старушка, хорошо, что нам позвонила... Вань, что ты, как неродной! Почему не радуешься? Такая новость!

— Не знаю, как тебе объяснить, Вер, — Иван глубоко вздохнул и приложил ладонь к щеке, подыскивая нужные слова, — плохое предчувствие что ли. Я, конечно, сто лет не видел Музу, но я, правда, сомневаюсь, что она действительно так хочет нас облагодетельствовать...

— Почему ты такой подозрительный? Может, старушка уже одной ногой в могиле... Она же с собой все не заберет?

— Насчет одной ногой в могиле, это вряд ли, ты знаешь, сколько мой дед прожил? Девяносто пять лет, прадед — почти сто, а Музе еще и 70 нет.

— Ну и что, пусть живет! Побалуем старушку на старости лет за ее щедрость...

— За ее щедрость... Ой, сомневаюсь я... что-то здесь не то... Послушай, Вер, когда мы с мамой жили в деревне, и жили весьма скромно, столичная тетушка не баловала нас ни вниманием, ни гостинцами, хотя сама жила как у Бога за пазухой. Помню, приедет в деревню раз в пятилетку, и то когда ей что-то нужно, вся такая расфуфыренная, все пальцы в золоте, и привезет нам троим один леденец на палочке. Вручит его, как золотую медаль, а мы друг другу из-за этого двадцатикопеечного петуха морды толчем... Лешка, как старший, почти всегда выигрывал. Надает нам с Люсей тумаков, отберет конфету и ходит довольный. А у нас глаза на мокром месте. А Муза, каждый раз, уезжая, извиняется: «ой, не обижайтесь, дети, последнего леденца у бабки на базаре забрала, больше не было. В следующий раз я вам целый кулек конфет привезу!» И что ты думаешь? В следующий раз как ни в чем не бывало снова заявляется с одним гостинцем и обязательно таким, что на троих без мордобоя никак не делится. Вот что хорошего можно ожидать от такого человека?

— Вань, когда это было? Столько времени прошло... Из-за какого-то петушка на палочке столько обид, я и подумать не могла, что ты такой злопамятный...

— Времени прошло много. Но характер, Вера, — это навсегда! Как ты любишь говорить? Горбатого могила исправит, да? Это — именно тот случай. Муза — усовершенствованная копия моего деда! У того снега зимой было не выпросить, но он хоть попроще был, его можно было обхитрить... А эта, как послушаешь, сплошная добродетель, а на самом деле... Вот не верю я ей, хоть убей меня... Что-то она задумала, тетушка моя...

— Ваня, по-моему, ты преувеличиваешь. Старая женщина, что ей от жизни надо еще? Дожить свой век в наше непростое время тихо и спокойно рядом с близкими людьми... А ты ей — родной племянник!

— Думаешь?

— В любом случае, мы же не откажем старому человеку в помощи. Тем более с квартирой и дачей, да еще в Киеве! Ты себе представляешь, сколько это все стоит по нынешним временам? А квартира у нее, кстати, где?

— На Подоле, в пяти минутах ходьбы от Андреевского спуска...

— Да ты что? Не может быть! Вот это да! А сколько комнат?

— Три.

— Ваня, я уже почти люблю твою тетю! А дача где?

— На Виноградаре...

— Очень хорошая у тебя тетя, Иван! Золото, а не тетя! Еще одна квартира и дача в Киеве — это же предел мечтаний! Сына женим, представляешь, как ему эта квартира будет кстати! А дача — я же всю жизнь мечтала о маленьком домике, чтобы цветочки везде, грушки-яблоньки, свежий воздух... Ваня, я обожаю тебя и твою тетю! Бог услышал мои молитвы!

— Ну, я не знаю...

— Зато я знаю. Давай пригласим Музу к нам в гости. Познакомимся с ней поближе. У тебя же скоро день рождения, вот и посмотрим, как сильно она тебя любит, что подарит «наследнику любимому». Может, дарственную на квартиру принесет?

— Да, принесет, жди! Вера, ты такая мечтательница у меня! Я тебе удивляюсь. И вообще, только на моем дне рождения ее и не хватало. Муза — очень своеобразная особа! Послушай меня, будет лучше, если в первый раз мы с ней встретимся в узком семейном кругу! Тем более, я почти уверен, даже больше, чем на сто процентов, она что-то задумала! Пока была молодая, никто не нужен был, а осталась на старости лет без мужа и детей, о родне вспомнила. Да вот только мне о ней вспоминать что-то не хочется!

— Вань, хватит уже ворошить свои детские обиды! Завтра же позвонишь Музе Петровне и пригласишь на день рождения! Или я начну думать, что ты всю эту историю с теткой выдумал, чтобы прикрыть Музой какую-то интрижку на стороне! Позвонишь и пригласишь в гости, понял?

— Ни за что!

 
Действие 2.

 

Звонок в дверь. Вера, в элегантном приталенном черном платьице, прекрасно облегающем ее точеную фигурку, проходя мимо гостиной, многозначительно произносит: «Ваня, это точно Муза!» и идет навстречу гостье. Мужчина поднимается из-за стола и следует за женой. Распахивается дверь. На пороге стоит пышная пожилая дама, улыбающаяся во все 32 зуба. Каштановые прямые волосы до плеч и игривая челка до середины лба на удивление не выглядят смешно, а делают ее похожей на иностранку. Шоколадные, широко раскрытые глаза конфетно-сладким взглядом моментально располагают к себе. Как-то сразу же понимаешь, что изюминка этой женщины во взгляде.

— Дети мои! — шоколад в глазах Музы с этими словами начинает таять, кажется, что она сейчас заплачет от переполняющих ее чувств. — Как я рада вас видеть! С днем рождения, Ванюша!

Мужчина глубоко вздыхает, когда родственница пытается заключить его в объятия. Вера радостно улыбается.

— Муза Петровна, проходите! Что же мы в дверях! Я — Вера.

— Верочка, очень приятно! Очень! Ванюша, ох и красавица у тебя жена! Ох и повезло тебе, сорванец! Это тебе, с праздником!

Тетка торжественно вручает племяннику объемный пакет, из которого выглядывают три красные гвоздики.

Иван тщетно пытается изобразить подобие улыбки вновь обретенной родственнице, получается не очень.

— Муза Петровна, проходите, присаживайтесь, знакомьтесь с нашими гостями. Люсю, Лешу вы помните. Иван Иваныч — мой сын и гордость, ученик десятого класса. А это Николай — Люсин муж... еще друзья мои, коллеги по работе...

За накрытым столом — ни одного свободного места, все взгляды прикованы к новой гостье.

— Здрасьте, дети, сто лет вас не видела! Ванюшка — как ты похож на папу, красавец! Люсенька, дорогая, а ты так располнела, надо же, такая тоненькая была в молодости. Лешка, а ты что так постарел, и лысый совсем, старше меня выглядишь!

— Потом, все потом узнаете! — перебивая неуместные «комплименты» тетки, вставляет Иван, — присаживайтесь!

Один из друзей именинника нетерпеливо добавляет:

— Ваня, Вера, и вы садитесь! Слово вновь прибывшей гостье! Мадам Муза, ждем ваш тост!

— Тост! Тост! — скандируют гости.

— Ой, подождите, — извиняется тетушка именинника, — не так быстро, дайте хотя бы отдышаться с дороги.

— Ладно! — соглашается самый громкий гость, друг Ивана, — Родной мой, разреши тогда мне еще раз поздравить тебя с днем рождения! Поднять бокал за твои золотые руки и сердце! Ты — удивительный человек, надежный друг, трудяга! Да что говорить, таких альтруистов как ты, которые в любое время дня и ночи, если надо, без раздумий придут, помогут, поддержат... больше на свете не осталось! Так что здоровья тебе, дорогой, любви, пусть фирма твоя процветает — одним словом, будь счастлив!

— Поздравляем!

— С днем рождения! — присоединяются все присутствующие.

Звенят бокалы. Опустошив их содержимое, гости с удовольствием продолжают уплетать за обе щеки и нахваливать салаты, гарниры, холодные и горячие закуски, искусно приготовленные хозяйкой дома. За столом завязывается оживленная беседа. Пока мужчины беседуют о футболе и политике, а женщины о детях и новых рецептах, Муза Петровна расспрашивает Люсю и Лешу о том, как сложились их судьбы.

Через какое-то время, решив, что пауза между тостами затянулась, тетушка Муза решается наконец поднять бокал за здравие племянника:

— Сынок, — смахивая слезу, начинает она, — я очень сильно тебя люблю, ты мне как родной! Счастья тебе и долгих-долгих лет... Я же помню тебя еще маленьким беззубым карапузом, у тебя еще постоянно текли слюнки... дети, вы не поверите, он был такой слюнтяй...

— Тетя, спасибо! — решил прервать Иван внезапно нахлынувший на Музу поток воспоминаний. — Очень тронут, что напомнили про слюнки.

— Ну, будьмо! — снова зазвенели бокалы в руках гостей.

Когда пожилая родственница во второй раз поднялась, чтобы произнести тост, Ваня начал активно подмигивать Вере, чтобы та как-то перехватила инициативу, ему очень не хотелось, чтобы та вспомнила еще какие-нибудь пикантные подробности его босоногого детства.

— Ванечка! — начала разрумянившаяся тетка…

— Муза Петровна, а как вы относитесь к поэзии? У вас такое оригинальное имя... — неожиданно вклинилась Вера.

— Поздравительное стихо от Мадам Музы, просим, просим! — подключились те гости, что были потрезвей и видели Музу в первый раз.

— К поэзии я никак не отношусь, совсем, — без обиняков призналась пожилая дама, — давайте я вам лучше станцую. Брейк-данс! Ваня, включай музыку!

Именинник рукой прикрыл рот, чтобы не расхохотаться на всю гостиную. Гости оживились и с интересом переместились на импровизированную танцплощадку. Зазвучала музыка, Муза Петровна в центре зала приготовилась шокировать «молодежь», все еще сомневающуюся, что «бабулька» действительно что-то понимает в брейк-дансе.

Танцевальная часть вечера прошла на ура. Все внимание было приковано к Музе, она не ограничилась молодежным брейк-дансом, в ее арсенале была еще «цыганочка с выходом», плавно переходящая в новомодный «танец живота».
Когда Вера подала сладкое, тетушка уже сидела во главе стола и задувала свечи, загородив своей пышной грудью ошарашенного Ивана.

 

 

Действие 3.

 

На следующий день. В гостиной супругов Панченко.

— Вера, я тебе говорил, что это была плохая идея пригласить мою тетку в гости, да еще на мой день рождения? Говорил? Ты видела, какую клоунаду она устроила? А эти подколы постоянные, не Муза — а мымра старая! Медуза... Горгона! Никогда ее не любил!

— Вань, не начинай! Прекрасная женщина! Мне очень понравилась, и гостям всем тоже! Такая ухоженная, моложавая, заводная! А как тебя любит! Когда она обнимала тебя со словами: «Ванечка, ты же мой самый любимый племянник! Как ты похож на свою тетю...», — я готова была расплакаться.

— Я тоже, это ж надо такое придумать — «я похож на Музу»...

— Музынек ты мой драгоценный! Тетя твоя — прелесть! А эти тосты: «за наследника моего любимого, Ванюшу»! Я аж прослезилась...

— А я чуть не прослезился, когда увидел подарок! Три гвоздики и ветка бананов!

— Ваня, не смеши, пожалуйста!

— Я тебе говорю, что скорее мы ей наследство оставим, чем она нам что-нибудь отпишет.

— Она действительно такая жадная?

— А ты думаешь, я шутил, когда тебе про петушка рассказывал? Кстати, на моем дне рождения она успела перезнакомиться со всеми нашими гостями.

— Неудивительно! Она была гвоздем программы, без преувеличений!

— Это точно! Еще она умудрилась договориться с Семенычем, чтобы он со следующей недели прислал ей рабочих и начал делать в ее квартире ремонт...

— Смотри какая шустрая! В ее-то годы! Хотя, что в этом плохого? Пусть Семеныч заработает немного на твоей тетке, она же, судя по всему, не бедная!

— Да, на ней много заработаешь! Она была не бедная, пока мужья были живы, и работа у нее была козырная. Муза уже лет пятнадцать на пенсии, два года как вдова, давно расфыркала свои сбережения. Ты думаешь, она бы нам позвонила, если бы у нее было все в порядке с финансами?

— Ваня, почему ты меня все время пугаешь?

— Потому что о ремонте она тоже договорилась по-хитрому, предупредила, что скидки для нее надо сделать максимальные, как для любимой тетушки Ивана, меня то есть, а потом вообще добавила, что все расходы покрою я!

— Может, она просто так сказала, чтобы Семеныч не загнул ей цены втридорога?

— А если нет?

Звонок в дверь оборвал разговор супругов. Когда Ваня увидел, что это Муза собственной персоной решила посетить их скромную обитель, он едва сдержался, чтобы не наброситься на нее с обвинениями. Вовремя вмешалась Вера:

— Муза Петровна, а мы с Иваном как раз беседовали о вас. Ваня говорит, что вы собираетесь делать ремонт...

При слове ремонт Ваня нервно заерзал на стуле.

— Ванюшечка, — повернулась Муза к племяннику, — я тут подумала, что это прекрасно, что вы с Верочкой — люди не черствые и согласились помогать мне до... моего ухода в мир иной. Но я не хочу быть вам обузой. Да, я на пенсии, а вы прекрасно знаете, какие в нашей стране пенсии, и денег у меня нет. Но я могу жить на даче, а в моей квартире мы сделаем хороший ремонт, сдадим ее задорого, и у нас будут деньги: 50% процентов ренты будут мне на расходы, и 50% каждый месяц я буду отдавать вам. Сынок, я уже договорилась с твоим Семенычем, он же прораб...

— Да, я знаю, — нахмурился Ваня.

— Ванечка, я понимаю, что тебе придется немного потратиться на мою квартиру, но все же потом достанется вам с Верочкой.

— Муза Петровна, сначала вы должны были обсудить вопрос о ремонте с нами, а не с Семенычем...

— Ванечка, я не знаю, почему ты меня недолюбливаешь, я же для тебя стараюсь. Неужели не можешь забыть историю с петушком?

Вера от комичности вопроса покатилась со смеху.

— Не забыл. — серьезно заявил взрослый мужчина. — Вы ведь нарочно покупали нам один леденец на троих?

— Да, нарочно, — неожиданно призналась Муза, которая, оказывается, тоже прекрасно помнила эту историю.

— Вера, вот видишь, я тебе го...

— Но только для того, — не дала договорить племяннику тетка, — чтобы развить у вас дух здоровой конкуренции!

— Надо же! А когда в институт поступал, я оказался совсем один в огромном незнакомом городе! Почему вы меня не поддержали тогда, хотя бы морально?

— Потому что ты — мужчина, и должен был сам научиться пробивать себе дорогу! Ты всего в своей жизни добился сам! Благодаря кому?

— Еще скажите что вам?

— Нет, благодаря себе! Теперь я могу тобой гордиться! И со спокойной душой оставить тебе свою квартиру и дачу, зная, что ты их не пропьешь и не проиграешь в карты. Потому что ты знаешь цену деньгам и благам. Так что, Ваня, делай ремонт в моей квартире, пока я не передумала.

— А вы что, еще можете передумать?

— Нет, Ваня! Не могу. Ты — мой единственный наследник.

— Так уж и единственный? А Люся с Лешей?

— А что Люся с Лешей? Люся, насколько я знаю, удачно вышла замуж. А Лешка ваш — личность несерьезная, четвертый раз женат, уже печатей в паспорте негде ставить! На содержание его гарема никакого наследства не хватит! Свою квартиру уже профукал! Мою и подавно с молотка пустит! Нет, отведи Господь от такого наследничка, уж лучше сразу киевской мэрии квартиру подарить или квартирным аферистам переписать! Их сейчас столько развелось, пруд пруди! А у меня уже здоровье не то, чтобы от мошенников разных отбиваться.

— А что, были случаи? – поинтересовалась Вера.

— Меня Бог миловал, но люди рассказывают страшные истории. Как стариков и обманывают, чтобы квартиру отнять, и даже убивают. Не приведи Господи! Остаться старой и одинокой в наше время — это самое страшное, что может случиться в жизни! Это при Союзе пели «старикам у нас везде почет», уважение и обеспеченная старость. А в наши дни старикам одна дорога свободная — вперед ногами, на кладбище! Или на паперть с протянутой рукой! Какой там почет? Союз развалили, и что? Оставили людей на старости лет ни с чем, пенсии нищенские. Никому мы не нужны в этой стране.

— Зачем вы так, тетя? Нам нужны! — решила подбодрить старушку Вера.

— Правда?

— Правда, вот увидите, мы еще и столетие ваше отметим!

— Нет, дети, до ста я вряд ли дотяну. Я вообще чувствую, что времени у меня осталось совсем мало, и ты, Ваня — что бы ты там себе не думал, — мой единственный наследник и опора. По правде говоря, я себя ужасно плохо чувствую...

— А выглядите прекрасно!

— Льстец!

— Правда! Если и не до ста, то лет двадцать еще точно поживете!

— Твои слова, сынок, да Богу в уши. Но мне бы хотя бы годок-два протянуть еще, и то было бы хорошо..

— Так что, будем делать ремонт?

— Если ты настаиваешь, я не против, — кокетливо согласилась тетушка.

— Кто бы сомневался?

— В субботу, дети, жду вас у себя. Приходите, посмотрите, как я живу.

— С удовольствием! — с воодушевлением приняла приглашение Вера.

— Заодно подумаем над ремонтом.
 Действие 4.

 В гостях у Музы.

Иван сидит за обеденным столом. Вера убирает со стола рюмки и недопитую бутылку со сливовой наливкой, затем блюдо с остатками запеченной в яблоках утки. Хозяйка дома с довольным видом несет к столу яблочный пирог. Следом за ней возвращается Вера, держа на подносе сахарницу и чайные принадлежности.

— Как вкусно пахнет! Обожаю яблочную шарлотку! – усаживаясь за стол, произносит Вера.

— А мне наливка сливовая понравилась! Вера, зачем ты убрала рюмки? – возмущается Иван.

— Драгоценный мой, чай тебе понравится еще больше! Липовый! Чувствуешь какой аромат?

— Чувствую, но все же, сливовый аромат мне все равно нравился больше...

— Дети, не ругайтесь! Ваня, принести еще наливочки?

— Не надо, - посылая мужу предупреждающий взгляд, отвечает за него Вера, - все пьем чай с пирогом! Ой, пирог – объедение, пальчики оближишь! Ваня, попробуй!

Мужчина с недовольной миной берет вилку и начинает издеваться над пирогом.

— Дети, вот так я и живу! Что скажете, как вам мои хоромы? – решила поменять тему Муза.

— Нормально, - признался честно Иван, продолжая третировать несчастный пирог..

— Очень даже ничего, - поддержала Вера, уплетая за обе щеки шарлотку, - Конечно, дом старый, но добротный, кирпичный...

— И планировка неплохая! Знаете, когда мы с Валиком, моим первым мужем, земля ему пухом, поселились здесь, я, вот честно вам скажу, обрела счастье. Просторная квартира, в новом, по тем временам, доме, третий этаж, окна во двор и все красоты Киева на расстоянии вытянутой руки, о чем еще было мечтать? Кстати, а не прогуляться ли нам по Подолу? Погода – чудесная!

— Тетя, я не устаю удивляться вашей энергичности! Как вам это удается? Вы полдня прокрутились на кухне, готовясь к нашему приходу! Неужели еще остались силы гулять по Киеву?

— А как же! Верочка, я могу часами гулять! Прогулки наоборот заряжают меня энергией, наполняют желанием жить! А давайте пойдем на Андреевский, там сейчас хорошо!

— Давайте, - повеселел наконец Ваня и оставил в покое бедный пирог, - посидим где-нибудь, выпьем по чашечке кофе!

— Ваня, какой еще кофе? Мы уже столько съели и выпили! И кафе там наверняка дорогие...К тому же еще и под горку идти придется!

— Вера, — грозно посмотрел на жену Иван, — что ты все со своей экономностью! Пойдемте, я вас угощаю! Сто лет уже не был на Андреевском спуске!

— Нет, — заупрямилась Вера, — у меня каблуки, я не могу под горку, я устала...

— Ладно, тогда мы можем пройтись по Сагайдачного, — предложила Муза, — и на фуникулере подняться к Михайловской площади, а там прогуляться по парку. С Владимирской горки такие виды открываются на нижний город, закачаетесь! Голову даю на отсечение, вы таких с молодости не видели, лентяи! Привыкли все на машине, на метро-троллейбусе, бегом, сломя голову...

— Муза Петровна, а может в другой раз? – не сдавалась Вера.

— Доченька, ты помнишь сколько мне лет? Другого раза может и не быть!

— Что за глупости, вы, тетя, говорите! ... — смущенно проговорила Вера, понимая, что от прогулки ей теперь точно не отвертеться, и со вздохом добавила, — Что ж, если вам двоим так хочется прогуляться, идемте!

— Верочка, обещаю, вы не пожалеете!

 

Вера с Ваней шли под руку рядом с Музой Петровной, у которой рот не закрывался ни на секунду:
— Дети, вы знаете, а я ведь в молодости хотела стать экскурсоводом...

— Правда? – удивилась Вера, — красивая профессия, мне тоже всегда нравилась... Так может проведете нам экскурсию по Подолу?

— Ой, даже и не знаю... А что, давайте! И так, внимание, включаю экскурсовода!

— Включайте, мы готовы! — отрапортовал Иван.

— Гм... гм.. Итак, если Крещатик — это лицо Киева, то Подол — без сомнения, его душа. Вечная, глубокая, одновременно открытая и загадочная. Благодаря уникальному ландшафту и расположению, этот район настолько богат живописными пейзажами и различными достопримечательностями старого и нового Киева, что на их описание и суток не хватит. Здесь и необычайно красивые, густо укрытые зеленью кленов, каштанов, лип, дубов и акаций вековые холмы и кручи, и Днепровская набережная с круглосуточной теплоходной жизнью, и широкие улицы с невысокими каменными особняками, хранящими атмосферу девятнадцатого столетия, и обычные советские микрорайоны с «хрущевками», такими как мой, которым выпала удача вырасти рядом с местом, историческое значение которого в жизни Киева трудно переоценить, и...

— Тетя, вы прямо говорящий путеводитель! Я не устаю удивляться вашим талантам. У меня на дне рождении - брейк-данс, сегодня - экскурсия, я даже не осмеливаюсь предположить, что будет дальше... — решил сострить Ваня.

— Ваня, не перебивай! — вмешалась Вера, — продолжайте, Музочка Петровна! Мы все во внимании...

— Спасибо, Верочка... Одним словом, Подол – район уникальный... единственный в своем роде!

— Это правда, место здесь очень удачное, все рядом...и Днепр, и центр, и метро... — довольно подметила Вера.

— Абсолютно точно, Верочка! А еще театры, Контрактовый дом, Могилянка, соборы, церкви... да пальцев не хватит все перечислить! И, кстати, единственный в городе фуникулер! А вот и он! Может, прокатимся?

— С удовольствием! — поддержал идею Иван, которому уже не терпелось где-нибудь поскорее присесть.

— Кстати, вы знаете, что «Михайловский электрический канатный подъем» — первое название фуникулера, ввели в эксплуатацию еще в 1905 году, а все его первоначальное оборудование и вагоны были сделаны в самой Швейцарии?..

— Правда? А я думала, его уже в советские времена построили...

— Нет, Верочка, в советские времена его только реконструировали. Смотрите, какая красота вокруг! Вот мы и приехали! Что будем делать? Погуляем по Владимирской горке или пойдем на Андреевский?

— Идемте на Андреевский, — согласилась Вера. — Вы же туда хотели?

— Да... Вообще, на мой взгляд, Андреевский спуск – это истинная жемчужина нашего города. Здесь каждый уголок дышит атмосферой творчества и романтичности! А как здесь красиво! Пойдемте на смотровую площадку, обожаю это место!

— Пойдемте! – ответила Вера и за себя, и за мужа.

Поднявшись на просторную площадку, троица увидела впереди небольшую туристическую группу.

— Ой, смотрите, настоящие туристы! А давайте подойдем послушаем, что им рассказывают. Интересно! – предложила Вера, и не дожидаясь ответа, присоединилась к группе. Иван с теткой вальяжно проследовали за Верой, остановившись все же на некотором расстоянии и от нее, и от группы.

Симпатичная женщина-экскурсовод неопределенного возраста, между тем, размеренно, со знанием дела, знакомила гостей с историей города:

— ...еще пятнадцать столетий назад три легендарных брата: Кий, Щек, Хорив и их сестра Лыбидь были очарованы красотой приднепровских ландшафтов и основали стольный град Киев... На Старокиевской горе, прямо здесь, есть уникальный памятный знак, который гласит: «Откуда есть пошла Русская земля». Видите? Читаешь, и дух захватывает! Не правда ли?

А еще раньше, в первом веке нашей эры, по легенде, Первозванный апостол Андрей, путешествуя из Синопа в Рим, установил крест тоже в этих местах, на одной из гор, вот там, где сейчас стоит Андреевская церковь! Видите, какая красавица! И предрек возникновение великого города. Предсказание сбылось, сначала появился Киев, потом выросла мощная держава Киевская Русь, слава которой гремела в веках, и уже тогда Подол, Нижний город, который прекрасно просматривается с этого места, был частью великого города...

— Это правда... – не удержалась от комментариев Муза Петровна, - только, если раньше Подол был местом поселения ремесленников и рабочего люда, то сейчас ситуация меняется: несмотря на то, что в некоторых его местах и сохранились заводы и верфи, его центр постепенно превращается в элитную и дорогую часть города, простым ремесленникам не по карману.

— Девочки, идемте отсюда, а то я сейчас усну... – подхватил своих дам под руки Иван и увлек их прочь от туристической группы, - давайте лучше в кафе посидим, я уже так устал!

— Ваня, какое кафе? Мы так душевно гуляем... Музочка Петровна, а расскажите нам еще что-нибудь о своей жизни или о Подоле... Кстати, вы же дважды были замужем, а как вы познакомились со вторым мужем?

— Доченька, ты умеешь задавать вопросы! – моментально преобразилась Муза, - Знаешь почему? Потому что с Андрюшей мы познакомились именно здесь, на Андреевском спуске. Он был художником...

— Как романтично...

— Да, да... Помню, тогда был май, Киев — красоты неописуемой, весь в зелени, цветах... Каштаны повыпячивали белоснежные стрелки, сирень и акация своими ароматами просто с ума сводили. Тогда уже лет пять после смерти Валика прошло, и я вдруг ожила... ко мне вернулось желание хорошо выглядеть, нравиться себе и окружающим... Помню, я тогда только постриглась, одела бежевое крепдешиновое платье до пола, шляпу с широкими полями в тон платья, в общем, не женщина — мечта... Андрюша меня увидел и устоять не смог... А когда услышал мое имя, понял, что это — судьба!

— Еще бы! Муза и художник... нарочно не придумаешь...

— Да, да, я подошла просто полюбоваться его картинами, ему очень хорошо удавались пейзажи и все... больше мы не расставались до самой его смерти... ох, было время... Ванечка, Вера, а как вы познакомились?

— О, это тоже очень интересная история... — начала Вера, — вообще, пусть лучше Ваня расскажет! А то он молчит всю дорогу...

— Я молчу? Дамы, предлагаю сделать передышку в нашей пешеходной экскурсии и присесть где-нибудь выпить рюмку кофе! Там я вам расскажу все, что захотите... — продолжал настаивать на своем Иван.

— Ваня, никаких рюмок, я тебя умоляю! Ты уже и так достаточно выпил, еще дома у Музы Петровны!

— Молчи, женщина! Вот, смотрите, «Свитлыця», по-моему очень симпатичное заведение! Как Вам, Муза Петровна?

— Мне вполне! Верочка, не ругайтесь! Сегодня же выходной, разве мы плохо отдыхаем?

— Прекрасно, Муза Петровна! Все замечательно! Правда! — ответила тетке Вера, а сама послала предупреждающий взгляд Ивану. Он только улыбнулся в ответ.
  1   2   3   4

Похожие:

Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconГолос Разума, Муза, Мозг и остальные органы. Бредятина, но много актеров
Муза (пафосно и весьма немелодично пропела): Привет тебе, о человек! Я- муза твоя и с тобою навек!!
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconСтешик Константин Детский с-ад Действующие лица: Максим (курсив) Татьяна
На сцене – друг напротив друга – сидят на стульях Максим и Татьяна. В глубине сцены, в метрах двух от актёров, занавес
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconПоэма Одиссей инк пифия Ева Муза Ольга
«Долго придется учить их любви к резонансу! Но подарила надежду великая Муза: «Пенье вибраций я им подарю как оружье!»
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconТатьяна Мельник–Боткина
Татьяна Мельник-Боткина была дочерью Е. С. Боткина, доблестного лейб-медика императора Николая II. В этих записках автор воспроизводит...
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconАйдар Хусаинов Саломея пьеса в стихах в двух частях Действующие лица

Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconТатьяна Кармыш Маленький Театральный Сюжет Пьеса для двух актёров
Рама – пространство, где находится актёр, исполняющий роль в двух лицах. Тёмная одежда актёра сливается с пространством сцены таким...
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconМуза (драма в двух актах, в стихах)
Большой стол в центре, диван, два кресла, маленький стол в углу, на столе наполовину построенный карточный дом
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам icon19: 40 20: 00 Всех покормили и выпустили. Муза тут же завладела большим желтым мячом, и попыталась его потопить с разгону. Потом тот же мяч толкал носом Баян, потом Михей (Муза и Баян плыли сзади-по бокам)
Потом тот же мяч толкал носом Баян, потом Михей (Муза и Баян плыли сзади-по бокам). Даша со своим маленьким не принимала в этом большого...
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconВ четырех томах
По техническим причинам первый том выпу­скается в двух частях. Примечания, указатели и содержание даны в конце второй части
Муза. Трохикомедия в двух частях. Автор: Татьяна Аззам iconАтмосферные осадки
Автор: Лукина Татьяна Александровна, учитель географии высшей квалификационной категории
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org