Автобиография Детство Средняя Азия



Скачать 470.12 Kb.
страница1/4
Дата22.02.2013
Размер470.12 Kb.
ТипДокументы
  1   2   3   4
ВОСПОМИНАНИЯ НИНЫ МЕЖЕНСКОЙ
Автобиография

Детство

Средняя Азия

В Конотопе

Юность

Лубенские воспоминания

Воробьиная ночь

Царский буфет

Видения и вещие сны


АВТОБИОГРАФИЯ

Я, Меженская Нина Никифоровна, родилась 27 мая 1929 года в селе Алешково, Озерского района, Московской области. Родители мои: отец – Ющенко Никифор Федорович, мать – Долгополова Екатерина Никифоровна, родилась 10 ноября 1899 года. Родители – украинцы, жили в г. Конотопе, Сумской области. Было у них двое детей: Шурик и Ларочка. В возрасте 6 и 4 годиков они умерли – скарлатина. От такой тяжелой утраты родители переехали на жительство в Россию. Кратко об отце, в Конотопе он работал телеграфистом. Потом попал в число 25-тысячников (восстановление колхозов). Работал в г. Бугуруслане – председателем райисполкома. Мама рассказывала, что ее жители называли экономкой, по работе отца. По работе было у них пара коней (свой выезд) и конюх, который ухаживал за конями и возил отца. Я была маленькой и мама рассказывала, что хлеб был только белый, а ей хотелось черного. Черный хлеб выдавали только арестантам, которые работали на строительстве железной дороги. Вот она и ходила к ним менять белый хлеб на черный. В 1932 году (приблизительно) отца направляют на строительство электростанции в город Каширу "Первые лампочки Ильича".

Несколько лет прожили в Кашире. Заболели мы с мамой малярией и врачи предложили сменить место жительства. Отец берет несколько дней и везет нас в г. Конотоп. 16 июня отца мы похоронили – нас спасал от болезни, а сам трагически погиб. Поэтому мы не возвратились в Каширу, а выехали в Среднюю Азию в г. Каган, где осенью 1937 года я пошла в школу. Окончила 3 класса. Летом 1940 года приехали в г. Конотоп, так как заболел дед, мамин отец. Дедушка болел недолго, и мама не могла его оставить, я же пошла в школу в 4 класс. После окончания учебного года мы собирались возвратиться в Среднюю Азию, но началась Великая Отечественная война и наша семья не выехали. Находились в оккупации мы около трех лет. После освобождения, я пошла в 5 класс. Закончила 7 классов. Работала год в семенной лаборатории, но там оплата была невысокая. В 1947 году в ноябре поступили учеником-копировщиком на завод "Красный Металлист". В 1948 году переведена копировщиком. В 1949 году 2 октября вышла замуж за лейтенанта Меженского Николая Семеновича. В 1950 году 30 октября родилась дочь, назвали Тамара. В 1951 года мужа переводят на службу в г. Лубны Полтавской области. Там 10 февраля 1956 года родился сын Владимир.

Я была домохозяйка, воспитывая детей и ухаживая за семьёй.
В 1965 году получила аттестат о среднем образовании. Училась в вечерней школе №2 г. Лубны. Закончила курсы кройки и шитья в 1966 году. Пока дети учились в школе, я "трудилась": была председателем родительского комитета 10 лет, в женсовете, в уличном комитете – "общественница". Когда дочь поступила в институт, я уже работала кассиром в продуктовом магазине с 1969 года. В 1970 году была по переводу оформлена кассиром в магазин "Спортовары" от Полтавской областной оптово-розничной конторы, где проработала до 1986 года – заслуженого отдыха "пенсионера".

В настоящее время проживаем вместе с мужем по улице Ленина, 50, кв.10. Дети: Дочь Тамара родилась 30 октября 1950 году в городе Конотопе. Закончила Донецкий медицинский институт. Направление получила в г.Енакиево, где работает педиатром. Вышла замуж за Рыбаченко Юрия Михайловича. Сын Владимир родился 10 февраля 1956 года в Лубнах. Закончил Донецкий университет. Женился на однокурснице Людмиле Алексеевне Красавцевой, имеют троих дочерей: Светлана, Всеслава, Ладислава. Работает на опытной станции садоводства г. Артёмовска, Донецкой области. Кандидат с.-г. наук. Аспирантуру заканчивал уже отцом троих дочек. Тяжело ему всё это досталось, слава Богу семья не распалась. Было много трудностей во всех отношениях. Оплата труда минимальная после распада СССР, а прожиточный уровень с каждым днём увеличивается. Вот и приходиться заниматься выращиванием саженцев, чтобы пополнять свой денежный бюджет, и растить своих дочек [14.02.2008].
ДЕТСТВО

В Подмосковье, в сосновом лесу были выделены участки для строительства электростанции и города Кашира. В то время говорили "лампочки Ильича". Красота – девственный лес. Вначале построили бараки для работников строительства, рядом со стройкой электростанции. Я видела, как началась стройка, как в котловане рабочие забивали деревянные сваи толщиной 50-60 сантиметров. Одновременно началось строительство жилых домов трехэтажек. Строительство города шло большими темпами. В первый год мы жили в бараке. На второй год уже нам дали квартиру в 3-х этажном доме на втором этаже, кухня общая, в которой стояла большая плита с вмонтированным в него большим железным квадратным баком для нагрева воды. Запомнила, как мама в нём мороженые яблоки отогревала и какие они были вкусные. Жили в этой квартире три семьи, имели жилплощадь вначале по одной комнате. Опишу нашу комнату. Большая, светлая, площадь её была около 25-ти квадратных метров. В моёй памяти сохранилась расположение мебели. В левом углу входная дверь. По левую сторону от двери стоял гардероб и моя детская кровать, поворот к окну стоял буфет и 2-х-спальная кровать родителей. Угол свободен и поворот к окну (третья сторона) перед окном стояла швейная ножная машинка, а в углу стояла этажерка. И 4-я стенка – диван и дверь на выход из комнаты. Посреди комнаты стоял раскладной стол и вокруг него – стулья. Комната большая и красивая по тому времени.

Помню открытие парка. Наименование его не помню, но на открытие приезжали Сергей Миронович Киров и Орджоникидзе. А в честь кого было названо?.. Вначале там построили навес, чтоб дети гуляли не под открытым небом в случае непогоды. Много привезено всяких игрушек: от песочных наборов до больших кукол и пушистых зверушек. Почему я это хорошо запомнила? – После открытия, прошло немного времени, и по радио объявили, что убит Сергей Миронович Киров. Я горько плакала, на открытии парка он играл с нами, как родной отец и я хорошо его помню. Одет он был в гимнастерку, их называли "сталинка" серого цвета, и такие же брюки, в сапогах. Целый день был в окружении нас детей.

Однажды папа меня наказал. Я очень плохо кушала, а после смерти своих первенцев они со мной очень носились и трепетали. И вот отец положил меня животиком на кровать и ремешком погладил попку. Такое наказание для меня было неожиданно и я обиделась. Оделась, взяла свои вещички и вышла из квартиры. Была зима, время не помню, но было уже темно. При входе в барак на столбе горела лампочка, а вправо от барака была стройка электростанции. И вот стою я на крыльце – "все же ребенок", – страх окружает со всех сторон, но упрямство удерживает. Стою на крыльце, а деревья колышут своими ветками, отбрасывая тени на стены барака. Время идёт, страх одолевает, но упрямство удерживает. Вдруг в поле моего зрения увидела бегущую собаку, и я хотела к ней подбежать. В этот момент отец выходит на крыльцо и я, позабыв обиду и наказание, говорю ему: "Папа, сейчас пробежала собака и я хотела пойти к ней". Отец схватил меня на руки прижал к груди и говорит: "Глупышка ты моя, какая то собака, это волк пробегал". На этом обида моя завершилась и мы вернулись в квартиру.

Появилась у меня сестрёнка Рая. Однажды Раечка заболела, и врач ошибочно поставила диагноз "скарлатина". Положили ее в инфекционное отделение, где она, конечно, заболела еще и другими болезнями. После неправильного вначале лечения Раечка пролежала около года. Какие болезни она перенесла, я не знаю, но была она в тяжелейшем состоянии. Знаю, что горло и попку резали, выкачивали гной, а чтобы не было застоя в лёгких, её носили попеременно мама, няня и даже лечащий врач, которая ошиблась в диагнозе. Была сделана стойка, чтоб отдыхали руки, которые были для сестрёнки – кроваткой. Мама рассказывала, что зубы чайной ложечкой разожмут, чтоб влить немного воды. Одним словом живой труп. И вот попеременно нося на руках и подушке, уставшие руки положила на стойку, чтобы передохнуть. Увидела как из-за печки (а тогда были голландские, круглые печки) появилась умершая тетя Мокрына. Мама к ней обращается и говорит: "Как ты пришла, у меня тяжело болеет дочка?". Тетя Мокрына приложила палец к губам: "Молчи, я знаю, но Раечка твоя будет жить, я попросила. Мне нельзя долго быть здесь, передай сестре Татьяне пусть придёт на заре ко мне, я дам ей дары". Маме стало обидно, что дары не мне любимице, а Татьяне. Помахав рукой, тетя Мокрына удалилась за печь. Мама сразу же говорит: "Моя Раечка будет жить". Дежурная сестра услышала это, набирает телефон и говорит, что мать сошла с ума. В палату пришли врачи и профессура, задают и спрашивают у мамы, что к чему. Она им говорит: "Я не сошла с ума, но моя Раечка будет жить, и я даю слово, что окрещу своих детей". Врач и профессор, между собой разговаривая, выносят такое заключение: "Если поправится этот ребёнок, то будет великое чудо, но с большим дефектом". И вот в заключение после видения Рая попросила пить и стала идти на поправку. Правда вначале плохо слышала, но со временем всё нормализовалось. Через 20-ть лет у тёти Тани умирает сын Леонид на заре. Вот дар, который на заре дала тётка.

Однажды мы пошли на прогулку. Ничего не предвещало грозы. Отошли мы от дома с километр и вдруг стали появляться на небе тучи, полил проливной дождь с раскатами грома и молнии. Я бегом припускаюсь, лечу к домику бабушки. Двери были открыты в кухню, я вбегаю и мое внимание привлекает огненный шарик. Он двигался от русской печи к дверям. Я давай его ловить руками, хлопать в ладошки, но он от моих хлопков только быстрее двигался и вылетел в форточку. Я стою и смотрю в недоумении, что не поймала такой красивый шарик. Вбегают родители, промокшие до нитки. Я им говорю: папа я ловила красный шарик, а он от меня вылетел в форточку. Вот тогда мне папа объяснил, что это редкостное явление "шаровая молния" и что она очень опасна. "Хорошо, что не поймала, она несёт смерть".

Вот ещё воспоминание. Это произошло на реке Ока. Решили отдохнуть на природе и на другом берегу реки, а так как лодочка была мала, папа решил переправиться двумя рейсами. Вначале перевёз меня и сумку с продуктами, а мама с маленькой Раечкой остались ждать. И вот неожиданно стали набегать тучки, небо стало темнеть и поднялся сильный ветер. Лодка с родителями и сестрёнкой была уже посредине реки. Её бросало, как щепку, буря страшная. Наш шалаш сорвал ветер и уносил, что в силах. Я бегаю по берегу и плачу от такого страха. А лодочку то вижу, то нет за волнами, ужас. С трудом папа причалил к берегу, все мокрые с ног до головы, но живые. Схватил меня на руки, прижал к груди и начал меня успокаивать, и целовать. Эта картина в моей памяти "Буря на реке", запомнилась на всю мою жизнь.

Мы жили уже в 3-этажке. Город Кашира рос не по дням, а по часам. Бы построена больница в лесу в стороне от парка. Одним словом, строительство города ширилось во все концы. Ориентироваться ребёнку было трудно. И я заблудилась между домами. Не помню, как и что, но хорошо помню, как меня привели в аптеку. Там меня сфотографировали и объявили по радио, где я нахожусь. Вскоре пришла моя мама и забрала меня. Это был год 1935 или 1936. Приближался Новый Год. Отец пришел с работы и мы вечером отправились с лес. Ведь город строился в окружении леса. Идем мы по лесу, выбираем елку, а они выросли высокие и стройные. Мои ручонки не обхватывали их стволы. Выбрали, отец влез на елку, чтобы срубить верхушку. Срубая верхушку, а верхушка была высотой до самого потолка, когда мы её поставили в комнате, папа повредил себе руку – топор соскочил. Он быстро слез и говорит мне: "Пошли быстрее". Идем по лесу, луна светит, снег скрипит под ногами, впечатление непередаваемое. Вдруг замечаю, что кисть руки обмотана у папы носовым платком. Я спрашиваю: "Что с рукой?". Он смеётся и говорит: "Елка меня наказала, дочурка". На второй день мы с мамой украшали ёлку. Как сейчас помню, была цветная бумага разных цветов изготовлена из древесины. Мы делали из неё цепочки и украшали ёлку. В то время стеклянных шаров, как сейчас не было, а украшения были в основном сделанные из картона – разные зверюшки. Елку украшали конфетами, бубликами, орехами (окрашенные в серебряную краску, тогда о фольге мы не знали) и, конечно, мандаринами. Папа, придя с работы, сказал нам: "Зачем вы украсили ёлку цепями, ведь оковы рабства наше правительство разорвало", – смеясь, повесил на ёлку "чекушку" и кольцо колбасы.

Ёлка стояла посередине комнаты. Помню, как была обставлена квартира. При входе в комнату по левую сторону стоял гардероб и моя детская кровать. На следующей стороне – буфет о котором я писала вначале, кровать родителей. В углу – трюмо. Следующая стена в основном состояла из большого окна, перед которым стояла швейная ножная машинка. Во втором углу – этажерка. Четвёртую стену занимал диван и дверь из комнаты. По середине стоял стол и вокруг него стулья. Смутно мерещится мне наш сарай. Помню полки, на которых лежали книги, станок и рубанки. В углу лежала куча сосновой коры, такая массивная и большая. Этой корой грели воду в самоварах, а вот как квартиры обогревались – не помню. Знаю только, что под окном были батареи, за них я выливала рыбий жир. Родители радовались, что я так спокойно его пью, а я маленькая ухитрилась их обмануть. Со временем рыбий жир потек по стене на пол, вот тогда и открылась моя сноровка, как я хорошо пью рыбий жир.

Прожили мы в этой квартире мы до 1937 г. Заболеваем мы с мамой малярией и врачи предписали переменить местный климат ибо малярия цепко держала нас в своих руках. Отец решил, чтоб мы поехали на Украину, к его родителям. В школе была пора летних экзаменов и отпуск ему был не возможен. Решено было, что папа отвезёт нас и вернётся сам, но этому не суждено было. Мы выехали из Москвы 14 июня, а 16 июня его уже не было в живых.

Опишу приезд в г. Конотоп. Приехали мы ночью на станцию Конотоп. Такси в ту пору там не было, а были "фаэтоны" – лошадь, впряжённая в коляску. Вот едем мы по улицам на фаэтоне. Улицы заросшие спорышом, дорожки – полосы из широких досок шириной приблизительно см по пятьдесят для пешеходов. Сейчас и представить не возможно, а тогда было очень красиво. Подъезжаем мы к дому по улице Коммунистическая, 50, в нём жили бабушка и дедушка. Рядом возле дома росла груша "дуля" и дедушка влез на неё, чтоб нарвать гостям. Они были очень вкусные и похожи по всему на грушу "бера". Конечно для меня это было интересно и живя в новопостроенном городе я такого не видела. По левую и правую стороны от бабушкиного дома стояли домики моих тёток: старшей, Вороны Татьяны Никифоровны, и младшей, Чернеты Александры Никифоровны. Все сбежались, целуют и обнимают, радуясь нашему приезду. В тот же день отец едет в село Гарасюки, которое расположена возле реки Сейм, чтобы снять там на лето квартиру для нашего оздоровления. Отец уехал вечером, а на следующее утро во двор заходит милиционер. Увидел тётю Сашу, спрашивает: " Где здесь остановились москвичи?". Тётя Саша отвечает, что это ее сестра, приехала из Москвы с мужем и детьми. Тогда он ей что-то сказал и она упала в обморок. Мама в окно увидела всё это и выбегает к ним. Милиционер обращается к маме и спрашивает: "Это вы приехали из г. Москвы". Мама кивает головой, склонившись над сестрой. Приподняв маму он говорит: "Мужайтесь, вашего мужа нет в живых".

Впоследствии выясняется такая версия. Отец хотел порыбачить ночью и ставил невод. На другой берег его перевёз лодочник. На этой стороне были расположена воинская часть. Патруль услышал крупный разговор и мольбу о пощаде. Дозор на лошадях проехал по берегу, но ничего не заметил, тогда они обратились к перевозчику, кого он перевозил на эту сторону? Перевозчик сказал, что москвича, который хотел снять в деревне комнату на лето для семьи. В деревню отец не пришёл. Начался снова более тщательный осмотр берега реки. Пограничники спросили лодочника, не пьяный ли был мужчина, которого он перевозил. "Мужчина не пил, а меня угостил за перевоз, вот стоит бутылка", – ответил тот. Начали снова осмотр берега еще более внимательно. Вскоре обнаружили пару туфель, стоявших в траве. Начались поиски, подняли по тревоге людей ближних деревень. В реке неводом ничего не было обнаружено, а вот в толпе кто-то проговорил: "Не там ищете". Кто это сказал, в суматохе не выяснилось, но в указанном направлении на берегу реки под ивовым кустом лежал по колено в воде труп моего отца. Из города приехали папины братья: Герасим, Григорий на служебных машинах "полуторках" из электростанции и железнодорожного депо, где они работали. Отца забрали, привезли вначале к бабушке, а потом в "мертвецкую" при больнице. Приехали из г.Киева врачи-эксперты, анатомировали. После вскрытия сделали такое заключение: "Задушен, воды внутри ни грамма".

Маму вызвали в прокуратуру. В кабинете следователя сидело три человека, которых обвиняли в убийстве отца. Среди них был брат тети Сашиного мужа. Он с отцом вместе поехал вечером, а утром вернулся домой и пил водку. Мать его спрашивает, чего так рано вернулся, где Ника – "отец", а тот молчит и пьёт водку. В последствии сказал, что не виновен в смерти отца. В кабинете следователя он был в тройке обвиняемых. Одно хорошо помню, при встречи со мной глаза его смотрели в землю. Мама следователю сказала: "Я их в смерти отца прощаю – на их совести пусть будет наше горе". Отца хоронили в г. Конотопе. Проводить в последний путь пришло много школьников. Цветов было очень много. От самого дома до кладбища путь был усыпан цветами. Похороны стоят перед глазами ясно, как бы это произошло только вчера. До сих пор эти воспоминания сжимают болью моё сердце. Папы не стало 16 июня 1937 года. Я осиротела.

СРЕДНЯЯ АЗИЯ

Итак, похоронив мужа, мама не захотела возвращаться в г. Москву. Чтобы избежать воспоминаний о случившемся, она решила выехать в Среднюю Азию. Ехать в то время в Среднюю Азию надо было около 10 дней. В то время на железной дороге были частые крушения, работа басмачей. Мама жить не хотела и предполагала, что этой дальней дорогой случится авария и мы все погибнем.

Однако мы приехали благополучно в г. Каган. Жили в нём родной брат мамы Иван Никифорович с женой Клавдией и дочкой Ларисой, с которой мы с ней были погодки, а также двоюродный брат – Аркадий Губенко с женой Асей. Остановились у дяди Вани, но прожили у них не долго. Мама поступает на работу кассиром в дегазационный отдел, которым руководил А.Губенко. Нам дали комнату, где мы и поселились. Осенью я пошла в школу, в первый класс. Школы я не помню. Больших зданий ещё не было, в основном одноэтажные глинобитные. Крыши плоские, на которых спали, спасаясь ночью от жары. Змей, скорпионов, фаланг было множество. По территории города протекало множество мелких арыков (канав) с мутной водой, в которой мы ежедневно барахтались. Прожили мы в г. Кагане недолго. Маму по работе переводят в Бухару, где мы прожили до 1940 г. Там я окончила три класса. Город Бухару не сравнить с городом Каган. Во-первых, раньше это была столица, владения эмира Бухарского. Город обнесён глинобитной стеной, которая имела два выезда, "двое ворот" с юга и севера. Стена имела уже дыру, через которую можно было выйти и мы, дети, часто вылезали за черту города. За городом были хлопковые поля, росли тутовые (шелковица белая) деревья и урюковые. Когда хлопок созревал, начинала лопаться оболочка коробочек. Это красотище натуральная вата выглядела, как большой ком снега или белой розы. Мы, дети, часто вылезали за черту города, но было ещё опасно. Налетали иногда басмачи и мы стремительно мчались за стену в город, где на нас кричали взрослые: "Попадёте в руки басмачей – они вам горло перережут". Стена, которая охватывала город, имела ширину 3-5 метров, точно не помню, не измеряла. Но одно слышала, что по этой стене каждое утро объезжал на колеснице или коляске эмир Бухарский свои владения.

Историческое строение в г. Бухара это "башня смерти". Расположена она была на базаре. Форма строения круглая, высотой метров 10-12 имела три выходящие на разной высоте наружу окна. Вокруг башни были вбиты железные колья квадратной формы вверху заострённые с наклоном под 30–40 °. Наклон этот естественный или время помогло, не знаю. Колья были длиной до 1 метра, а шириной 15-20 сантиметров. Вот на эти колья сбрасывали людей на смерть. С верхнего окна сразу смерть, а с первого – с мучениями. Много зданий было разрисованы цветной мозаикой узбекских орнаментов. На перекрестке улиц стояли навесы, с крышами овальной формы, похожие на купола минаретов, также украшеные цветной мозаикой. Очень красиво и оригинально. Каждый двор обнесён глинобитными стенами. На улицу была только одна дверь с художественной вырезкой и на ней прикреплён железныное кольцо, которым стучали, чтоб открыли. Улицы очень узкие, машины не разъедутся ( в те годы их там не было), а транспортом была арба (телега), запряженная ишаками (ослами), на которых ездили узбеки. Во дворе, где жили эмиры, был бассейн, выложенный из красного гранита. Сделан был в форме спускающихся ступеней. Когда вода убывала, эти ступени обнажались и в самом дне была площадка размером около 2 метров. В 1939 г. вода неожиданно из бассейна исчезла, но так и не была выяснен секрет, как бассейн наполнялся водой. Мы, дети, играли на сужающих ступенях. Не знаю, открыли ли тайну этого красивого бассейна, как прибывала и исчезала вода?

В г. Бухара был музей восковых фигур. Вначале я подумала, что эти все люди живые, но нам пояснили, что всё сделано из воска, искусственное. Оформлено было, как убирают хлопок люди на полях и обмолот зерна. Также заспиртованные рождённые уродцы. Сейчас вспомнить страшно, а тогда было интересно. Также посетила завод по выращиванию коконов, из которых вырабатывали натуральный шёлк. Коконы были разных цветов. Лежали на таких огромных стеллажах. Шелковичных гусениц кормили листьями тутовых деревьев. Строго следили, чтобы гусеница не проела кокон, потому что кокон шёл в брак, ибо нити будут рванные. Это не передать – гора коконов, которые по величине были 3-4 см в длину, а в ширину около 2 сантиметров и как радуга – цвета. Красота, но стояла такая вонь, не передать. Благодаря моей подружке – отец её работал там главным инженером, побывала на заводе и узнала, как добывается натуральный шёлк.

Хочу описать наш двор. Зайдешь во двор, и все окружающие нас четыре стены светят окнами квартир. Мы жили на втором этаже, по террасе поднимались в свою квартиру. Терраса шла по кругу двора, на ней были расположены квартиры сотрудников. По одну сторону была контора, на другой жил начальник и так далее. На первом этаже подсобные помещения и посередине двора – большой подвал, где хранились химические препараты. Туалет был при входе во двор. Комнаты имели цементный пол, который заливали водой, спасаясь от жары. Жара большая – яйцо варилось в песке. Вода питьевая продавалась. Стояли такие будки, в которых сидел продавец и за 2 копейки наливал ведро воды из крана. Но я не помню, чтобы мы пили воду. Воду заменяли фрукты.

Арбузы, дыни на базаре лежали большими кучами, высотой около 3-4 метров, а весом каждый больше 10-15 килограмм. Такую тяжесть узбек-продавец приносил домой. Узбеки почитали женщин. Дыни, отрежешь ломоть – губами ешь, прозрачная – блаженствуешь. Виноград „дамские пальчики” – это прозрачный янтарь, губами раздавишь – нектар. Помню, что в ту пору там картофель был по цене 5 рублей за килограмм. Мама в получку покупала картошки и мы втроем кушали блаженствуя. Это было нам менее доступно, чем пирожное и фрукты, которые стоили копейки. Картофель для нас в Средней Азии был деликатес. У нас семечки в моде, а там орешки из урюка, поджаренные с солью очень вкусны.

Уникальное зрелище было в начале лета 1940 года. Через город Бухару лавиной проползала саранча, сплошная масса их была не передать. На своём пути пожирала всё. Во дворе на верёвке сушилось бельё, так в мгновение остались "рожки да ножки". Пока саранча двигалась, я, стоя на пороге своей квартиры, нарвала полную литровую банку их ножек.

Ездила в пионерский лагерь.. Он был расположен на территории имения эмира, правда, от дома сохранились только стены и подвалы. Я не ходила туда, а ребята-мальчики бегали и рассказывали, что в подвалах на цепах были скелеты людей, сидячих или стоячих. Жестокость эмира.

Дом окружал большой сад, но в саду всё было в запущено. Гуляли ещё красавцы-павлины. Мы в саду рвали виноград, урюк – это как абрикосы, но намного вкуснее. У него косточки сладкие, а у абрикоса – горькие. Кусты были в липучей паутине. В неё в плен попадали маленькие птички, пища для ядовитых пауков-тарантулов. Паук на спине имел ярко выраженный крест. Не далеко протекала речушка и нас водили туда купаться. Однажды в реке я увидела змею. Она была длиной метра 3-4, я очень испугалась и от страха чуть не попала в водоворот. Пионервожатая вовремя увидела и мне кинули верёвку. Вот такое событие произошло в лагере на воде. С тех пор я боюсь воды и мне кажется, что я тону. Много прошло времени, а это воспоминание до сих пор неприятно. Всего в г.Бухаре мы прожили немного более двух лет. Вот почему я так мало написала о ней, историческое место, интересное и красивое.
В КОНОТОПЕ

В 1940 году заболел дедушка Никифор Гаврилович – отец нашей мамы и мы выехали на Украину, чтобы его проведать. Дедушка проболел до осени. Мама за ним ухаживала, не смогла оставить. Дедушка умер осенью, а мы остались. Решили закончить 4 класс в Конотопе, а летом вернуться в г. Бухару. Но все планы нарушились, в июне месяце Германия напала на Советский Союз. Началась Великая Отечественная Война. Не дай Бог нашим детям и внукам такое испытать. Слова из песни "22 июня ровно в 4-е часа Киев бомбили, нам объявили, что началась война".

И вот мы по стечению обстоятельств, о которых я писала выше, остались и пришлось побывать на оккупированной территории. Выехать нам была возможность, но нас не пустила бабушка. Со слезами и плачем сказала маме: "Чего вам ехать, я остаюсь одна в доме. Пусть сестры едут, им нельзя оставаться. Они были замужем за военными и обеспечены, а что тебя ожидает с детьми? Побудешь со мной. Здесь у тебя крыша над головой. Переждёте это лихо, оно не долго протянется. Оставайся и никаких отговорок". Мама проработала уже около года в конторе "Автосбыт". В учреждении работали в основном евреи и им обязательно надо эвакуироваться. Начальник дал задание маме уничтожить всю документацию, мол нам надо уезжать, сама знаешь, что нас ожидает, а тебя немцы не тронут. Вот мы и остались.

Во время войны прятались в соседних деревнях, в погребах во время бомбежек. Помню вступление немецких войск в г. Конотоп. Все на мотоциклах, в длинных плащах. Среди немецких вояк было много национальностей: болгары, австрийцы и другие, но мне запомнились белофинны – жестокие люди. Нас вышвырнули из дома на улицу в зимнее время. Бабушка в слезах, где с детьми будем жить, а финн показывает на соседние домики. В итоге нашего плача и горьких слёз нам разрешили остаться, но жить в одной спальне, и чтобы никуда не ходили. Так мы и прожили почти всю оккупацию в этой спальне 2 на 3 метра. Вначале нас там было 7 человек: бабушка с племянницей на одной кровати, на второй – зять Василий Боков с другом, оба советские офицеры, попали в окружение и пробирались на восток. Я, мама и сестрёнка спали на русской печи, это была наша комната и спальня, на которой мы кушали, играли и спали.

Когда немцы наступали, началось повальное бегство населения и отступление наших военных сил, мы также удрали в деревню, чтоб избежать столкновения с немцами. Прятались в деревне Калиновка. Работали на уборке в колхозе на уборке моркови. Жили в клубе, спали в углу на соломе. Но однажды вечером приехал к нам муж маминой сестры Татьяны, звали его Константин, а председателем в колхозе был его брат. Дядя Костя говорить маме: "Катя тебя вызывают в комендатуру и сказали, чтобы явилась иначе всю семью расстреляют". Ужасная осенняя пора, а идти в город пешком не легко, транспорта никакого. Мама, я и сестрёнка топаем по шпалам железной дороги в город Конотоп. В пути нас с железной дороги прогнал немец. Жестами показал, чтобы мы сошли и шли по дорожке иначе он нас застрелит – "паф, паф" из автомата. Одним словом дошли в город без особых приключений, только сильно уставшие, мокрые и грязные. Бабушка заплакала от радости, что мы дома и начала нас приводить в нормальный вид. Мама пошла в комендатуру. Вначале на неё кричали, мол, ты – юда, муж – коммунист и тому подобное. Мама ответила, что мужа у неё нет с 1937 года, а имеет двоих детей. В итоге допроса маме приказали, чтобы она принимала контору "Автотракторсбыт", где она проработала около года. Мама ответила: "Работать я буду, двое детей у меня на руках, но только кассиром, а начальником – нет". Одним словом в оккупации мама проработала кассиром. Когда советские войска освободили нас от гитлеровцев, мы пошли в школу, а мама осталась в "Автотракторсбыте", где проработала до заслуженного отдыха. Ушла на пенсию в должности бухгалтера, хотя были упрёки со стороны областного руководства. Хотели ее уволить, но начальник сказал: "Катерина Никифоровна работала при немцах, сохранила всю документацию и 60 тысяч марок передала государству, не думая о своей шкуре, как некоторые. Поэтому увольнять не буду пока я начальник, а не нравится – увольняйте и меня". Так, благодаря заступничеству начальника т. Вакуленко мама проработала до пенсии.
  1   2   3   4

Похожие:

Автобиография Детство Средняя Азия iconИсториография истории Древнего Востока: Иран, Средняя Азия, Индия, Китай/Под ред проф. В
Иран, Средняя Азия, Индия и Китай, которые в древности охватывали весь Ближ­ний, Средний и Дальний Восток. Авторы соответствующих...
Автобиография Детство Средняя Азия icon«Россия и Средняя Азия: исторический диалог и взаимодействие культур»
О проведении научно-теоретической конференции на тему: «Россия и Средняя Азия: исторический диалог и взаимодействие культур»
Автобиография Детство Средняя Азия iconДоктор(Ph. D) Gian Luca Bonora Л. Н. Гумилев атындағы ЕҰУ-нен партнер Мустафина Р. М. 15. 03. 2012 – 18. 04. 2012 ж
Географическое и историческое значение концепции «Центральная Азия и Средняя Азия»
Автобиография Детство Средняя Азия iconСредняя и центральная азия в колониальных планах германской империи в 1870-е 1918 гг

Автобиография Детство Средняя Азия iconЖимолость (lonicera)
Средняя Азия: Западный Тянь-Шань и Памиро-Алай. Растёт в горах на открытых местах, в подлеске лиственных лесов, а также иногда добирается...
Автобиография Детство Средняя Азия iconПрограмма дисциплины Средняя Азия в советский и постсоветский период Автор к и. н. Васильев А. Д
Знание особенностей политических систем различных государств Средней Азии и Казахстана и условий их формирования и функционирования...
Автобиография Детство Средняя Азия iconИнтерфейс межцивилизационного взаимодействия Северная Евразия Средняя Азия
При этом исторические размежевания и связи, а также альтернативные возможности развития, которые в свое время были упущены или недостаточно...
Автобиография Детство Средняя Азия iconКак Дешево и быстро освоить участок земли участок Иссоп лекарственный
Родина иссопа — Средиземноморье и Средняя Азия. В россии в одичавшем состоянии встречается в лесостепной и степной зонах европейской...
Автобиография Детство Средняя Азия iconРазработка урока по истории России Валуйки 2011 Ход урока
Площадь Европейской России составляла 1/3, а Азиатской (Закавказье, Сибирь и Средняя Азия) — 2/3 всей территории страны. Большая...
Автобиография Детство Средняя Азия iconСлужение Отечеству: М. Д. Скобелев и Средняя Азия
Средней Азии, главным образом в Ферганской области. С помощью своей чётко организованной политики М. Д. Скобелев смог улучшить жизнь...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org