Как возникла первая кафедра спецпропаганды



страница4/11
Дата25.02.2013
Размер2.07 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

ПУТЕВКА В ЖИЗНЬ
Родился я в 1922 г. на Алтае, окончил педучилище в 1940 г., начал работать учителем в начальной школе, но в том году был призван в армию, хотя мне не было и 18 лет. По закону тех лет призыву подлежали юноши в любом возрасте, получившие среднее образование. Служил на Дальнем Востоке в артиллерии. В 1942 г. летом нашу ди­визию перебросили из Хабаровска в район Сталинграда. Так началась фронтовая жизнь. Оборона Сталинграда, за­тем на Ростов, в Крым, через Карпаты в Чехословакию.

С 1944 занимал должность секретаря комсомольского бюро полка, весной 1945 г. получил первое офицерское звание младшего лейтенанта. Как учитель я подлежал де­мобилизации в первую очередь: таков был приказ Стали­на. Однако меня направили на учебу в ВИИЯ, и, как полит­работник, я был зачислен на факультет спецпропаганды.

За пять лет учебы мы получили хорошее образование, прочный фундамент знаний по общеобразовательным пред­метам, политическим дисциплинам, по иностранным язы­кам. Опираясь на этот фундамент, выпускники факульте­та успешно продвигались по службе, можно сказать, дела­ли карьеру в силу своих способностей, возможностей и об­стоятельств.

Следует отметить роль общеобразовательной подготов­ки, которая стала основой формирования нас как офице­ров. В программе обучения значительное место занимали общеобразовательные дисциплины, такие как курс зару­бежной литературы (западных стран), охватывающий период от древней Греции и Рима до наших дней; каждая языковая группа учила литературу страны изучаемого язы-Я3 Вместе с тем нам читали обзорный цикл лекций по тературе стран Востока, от Индии до Японии. Приходи­сь читать все произведения, т. к. на экзамене нельзя было обойтись сведениями из учебников. Надо было знать доказать знания содержания книг.

В программу обсуждения входило много других пред­метов, прежде всего политических: история КПСС, полит­экономия, научный коммунизм, а также русский язык, языкознание, военные дисциплины. Но тактику мы учили на уровне батальон-полк. Этого было достаточно, т. к. все мы прошли войну (по 2-3 года). На фронте некоторые офицеры занимались спецпропагандой на войска против­ника. Нам читали курс истории военного искусства, мы знакомились с основными операциями русской и зарубеж­ных армий. Операции Великой Отечественной войны не затрагивались. Занятия по спецпропаганде охватывали опыт работы политорганов в ходе Великой Отечественной войны.

Необходимо отметить, что преподавание велось на выс­шем уровне. В институте работали, можно сказать, самые квалифицированные специалисты, включая академиков (например Бархударов - автор наиболее популярного учеб­ника по русскому языку).

Большинство из нас попали в Москву впервые. Нас поражало многое, особенно театры, музеи, выставки. Биле­ты в театры, в том числе в Большой, были очень дешевые, и купить их можно было свободно. Мы использовали эти возможности полностью.
Хочу отметить особо вечера поэзии, литературы, искусства в Политехническом музее, который был тогда центром культуры. Здесь выступали поэты и писатели-фронтовики, в том числе такие как Твардовекий, Симонов и другие.

Видимо, нельзя не сказать о том, что на нашу долю выпало участие в парадах на Красной площади 7-го ноя­бря и 1-го мая. Было волнительно стоять перед Мавзоле­ем, на трибуне которого находились все тогдашние руко­водители страны во главе с товарищем Сталиным, а по­том пройти строем по брусчатке площади. Конечно, уча­стие в параде требовало многих усилий: по два месяца тренировки, бесчисленные построения, смотры. Да ведь и учиться надо было. Замечу, что мы собирались на Котельнической набережной в 6.00, два часа строевой под­готовки, а потом бегом (кто как сумеет) в институт, где нас ожидали б часов занятий. Как-то все переносилось, были молоды. Правда у меня было такое чувство, что все время не хватает нескольких часов, чтобы сделать все как хотелось.

В 1950 г. окончена учеба. Мы получили отпуск и на­значение на работу. Я был назначен на должность стар­шего инструктора политотдела дивизии по спецпропаганде. Мне предлагали остаться в Москве, но жить без квар­тиры, снимая угол, надоело.

Дивизия дислоцировалась на территории Венгрии (ЮГВ). Первое впечатление о войсках: армия измени­лась, помолодела, уже не было седоволосых ветеранов, да и среди офицеров было много молодежи. Предстояло влиться в новую среду, найти свое место, не уронить чести института, факультета. Когда я представился начальни­ку политотдела, он заметил, что не знает, чем я буду заниматься. Я составил план работы инструктора, как нас учили, но он остался на бумаге. Было ясно, что спец­пропаганда здесь мало кого интересует. Развернуть ра­боту по укреплению дружбы с местным населением было трудно. Во-первых, контакты не поощрялись, да и мне было не легко, т. к. венгерского языка не знал. Позднее выяснилось, что один из руководителей областных орга­нов знал итальянский, дело пошло лучше.

У работников политотдела дивизии забот было достаточно и без спецпропаганды, тем более за ее состояние никто практически не отвечал, да и за нее никто не спра­шивал. Я постарался включиться в общую работу, по­литзанятия, марксистско-ленинская учеба офицеров, лек­ционная пропаганда и т. д. Мне доверили вести курс ис­тории КПСС в дивизионной партийной школе, руководить группой офицерской учебы (политучебы). Эта работа ценилась, и я избежал участи постоянного члена всех проверочных комиссий, т. к. в политотделе были все стар­шие офицеры, а участие в работе комиссий падало бы на меня, младшего. Незаметно для самого себя я стал посте­пенно постоянным автором писем товарищу Сталину со всех торжественных мероприятий, проводимых в диви­зии (в то время так было принято). Фактически стал вторым пропагандистом. А как же спецпропаганда? Я старался организовать встречи с местным населением. Но это были эпизоды.

Пришлось много заниматься языком, главным обра­зом по вечерам. Мне разрешили выписать из Италии во­енные газеты и журналы. За первый год службы я напи­сал работу «Политико-моральное состояние офицеров итальянской армии». Позднее эта работа была опубли­кована в информ-бюллетене 7 отдела ГлавПУ.

Вторым серьезным испытанием для спецпропаганди­ста на прочность и выживание стало сокращение вооруженных сил на 12 тысяч. Когда началось сокращение, резко встал вопрос, что делать дальше? Многие офицеры ушли в запас. И, надо сказать, они нашли свое место в жизни. Их охотно брали на работу в МИД, так как по уровню подготовки они успешно конкурировали с профессиональными дипломатами. С нашего курса выпуска 1950 г. в МИДе работало большое количество офицеров. Они занимали должности в аппарате министерства, а также в посольствах и консульствах по всему миру. Например, Горшков Г.В. был первым секретарем советского посольства в Риме, Бондарь В. советником советского посольства в Финляндии, Попов А. советником посольства в Дании, а Рыков Г. -чрезвычайным и полномочным послом в одной африканской стране. Ряд наших выпускников были приняты на работу в международном отделе ЦК КПСС. В любом международном отделе министерств можно было встретить выпускников с нашего курса.

Офицеры, решившие продолжать службу, при отсут­ствии вакансии в спецпропаганде, занимали должности пропагандистов полков, заместителей командиров полков по политчасти и т. д. И успешно справлялись с новой для себя работой.

Так, полковник Качалов Н.П., оставив должность (по­сле сокращения) в спецпропаганде, стал пропагандистом полка, заместителем командира полка по политчасти и, наконец, замполитом факультета западных языков ВИИЯ. Другой выпускник факультета, полковник Кривошеев И.Г., также начал с должности пропагандиста полка, быстро продвинулся по служебной лестнице и стал старшим лектором-международником ГлавПУ.

На факультете нас неплохо готовили как переводчи­ков. Наши преподаватели сами во время войны работали переводчиками. Они передавали нам свой богатый опыт. Нередко еще будучи «недоучками», слушатели 3-4 кур­сов отправлялись на серьезную работу за рубеж. В 1949 г., когда появилась КНР, наши китаисты всем составом поехали в Китай помогать строить новую жизнь и новую армию. Группа слушателей немецкого языка работала в контрольной комиссии в Германии. Я был в составе на­шей комиссии по приемке бывших кораблей итальянско­го флота, передаваемых нам Италией по мирному догово­ру. Это был 1948 г. Трудности по переводу были огром­ные. Но справлялись.

Выпускники постоянно привлекались на работу в качестве переводчиков, т. к. показали себя на деле. Их от­личало знание языка, умение переводить устно и пись­менно, а главное чувство ответственности и дисциплины. Они работали с иностранными делегациями ЦК КПСС да съездах КПСС. Например, я работал с итальянской делегацией на XXII съезде и с целым рядом делегаций компартии Италии, посещавшими СССР.

И, наконец, последнее. Мы получили на факультете, хотя и небольшую, но очень полезную информацию о работе над пропагандистскими материалами - листовки и программы устных передач. Написание и обсуждение таких материалов помогло нам понять, что спецпропа­гандист обязан уметь писать, это неотъемлемое его каче­ство.

Оказавшись в войсках, штабах, политорганах, наши выпускники постепенно становились нештатными кор­респондентами армейских, окружных и даже централь­ных изданий. Некоторые стали членами союза журнали­стов. Например, Т.К.Белащенко. Н.И.Чихачев после работы в отделе ГлавПУ стал главным редактором жур­нала «Советское военное обозрение». Сейчас он работает в Российском комитете ветеранов войны.

Некоторые мои однокурсники стали кандидатами и докторами наук и даже исторических, хотя по дипломам - переводчики-референты. Короткое Г. - доктор исторических наук, старший научный сотрудник Института во­енной истории, тема его работы — это «Военная доктрина США». Долгополов Е.И. - кандидат философских наук, тема диссертации - «Милитаризация Италии». И это ес­тественно, т. к. все мы занимались изучением иностран­ных армий.

Отмечу, что, работая в политорганах, было трудно поддерживать на определенном уровне знание языка. Тут каждый решал сам, каким способом что делать. К сожа­лению, многие деградировали, растеряли свои знания.

Язык остался в пассиве. А ведь этому отдано пять лет упорной учебы. Хотя были случаи, когда однокурсники переходили на преподавательскую работу и преподавали иностранные языки. В военный институт после его воз­рождения в 1963 г. пришли Полежаев Г.М., Самохвалов И.Я, Рычков В.И. Я работал в институте до 1978 г. и с 1966 г. был начальником кафедры романских языков.

Надо сказать, что в 1950 г. часть выпускников наше­го курса получили назначение в 7 отдел ГлавПУ. Это Титов С, Долгополов Е.И., который стал генералом и служил там до ухода в запас.

На нашем курсе было 190 слушателей, в основном все офицеры в званиях от лейтенанта до майора (было только два старшины и два ст. сержанта). Курс делился на две части: западники и восточники. Коллектив был очень дружным. Я бы сказал, какое-то истинное братство, может быть, это потому, что мы все прошли фронт. И после окончания учебы мы поддерживали связи, следили друг за другом и, если нужно было, помогали взаимно друг другу. Почти регулярно отмечали дату выпуска и собирались курсом все, кто мог (был в Москве). Конечно, сейчас нас с каждым годом все меньше и очень трудно собрать всех, кто жив еще. Но небольшими группами все же собираемся.


Чихачев Николай Иванович

участник Великой Отечественной

войны, обороны Ленинграда, почетный

профессор Гаванского университета,

главный редактор журнала «Советское

военное обозрение», капитан I ранга запаса
ВОСПОМИНАНИЯ СПЕЦПРОПАГАНДИСТА

(САГА В ПРОЗЕ И СТИХАХ)
До войны я поступил в Ленинградский строительный техникум, хотел быть строителем, но в страну ворвалась развязанная немецкими фашистами война и растоптала все мои мечты и планы...

Неоднократные обращения в военкомат зачислить в армию добровольцем и послать на фронт натолкнулись на отказ: мол, еще мал, подрасти, а пока "воюй" на трудо­вом фронте. Когда фашистские полчища стремительно приближались к Ленинграду, я вместе со сверстниками участвовал в оборонительных работах, рыл противотан­ковые рвы и окопы. В осажденном городе дежурил на крышах домов и сбрасывал немецкие зажигательные бомбы, тушил пожары. В помощь милиции патрулиро­вал улицы. Испытал все ужасы вражеской блокады - вар­варские бомбежки и артобстрелы, губительный голод и лютый холод. Тяжело пережил массовую гибель ленин­градцев, смерть многих своих близких родственников и товарищей.

7 февраля 1942 г. "дорогой жизни" по льду Ладож­ского озера я был эвакуирован в Новосибирск. Там сна­чала работал на комбинате НКО, потом воспитателем в Железнодорожном училище.

В марте 1943 г. был призван в ряды Красной Армии и направлен на учебу в Новосибирское военно-пехотное училище. В декабре того же года, окончив его, в звании младшего лейтенанта назначен командиром взвода авто­матчиков в 373 полк, входивший в 23-ю Новосибирскую запасную стрелковую бригаду СибВО (г.Бердск), а с нача­ла 1944 г. - в 26-ю Алтайскую стрелковую дивизию ОдВО. Полк готовил маршевые роты для фронта. День Победы я встретил в освобожденном от фашистской оккупации молдавском городе Бал та.

В 1945 г., пройдя конкурсный отбор, я поступил в Военный институт иностранных языков Красной Армии, который окончил с отличием в 1950 г. по специальности "специальная пропаганда" со знанием итальянского и французского языков. В 1955 г. окончил также заочный факультет по специальности "переводчик по английско­му языку". Это имевшее очень высокую репутацию учеб­ное заведение давало не только академическую военную и прекрасную специальную, языковую подготовку, но и широкое общее гуманитарное образование.

По окончании института получил назначение на Чер­номорский флот, где прослужил почти 18 лет в должнос­тях старшего инструктора, начальника отделения, началь­ника отдела политуправления флота. Это была эпоха "холодной войны" и жесткого противостояния стран Варшавского Договора и НАТО, ВМС СССР и США, и отдел разрабатывал вопросы идеологической борьбы, занимал­ся информацшшно-пропагандистеким обеспечением бое­вой службы и дальних походов кораблей. Я прошел на кораблях многие тысячи миль по водам Черного и Сре­диземного морей, посетил десятки иностранных портов, участвуя в организации дружественных встреч с воина­ми, ветеранами и трудящимися Болгарии, Румынии, Албании, Югославии, Франции, Италии, Сирии, Египта, Алжира, Эфиопии и других стран. В 1957-1960 гг. нахо­дился в командировке в Египте в составе группы совет­ских военных специалистов ВМФ. В 1965 г. возглавлял четырехмесячную гастрольную поездку Ансамбля песни я пляски Черноморского флота в Англию, Францию и Швейцарию.

С 1968 г. я служил в Москве, в Главном политическом управлении Советской Армии и Военно-Морского Флота, инспектором, затем начальником отдела спецфакультетов ВУЗов и начальником отдела информационно-пропагандистской работы за рубежом. На основе научных исследований опыта учебно-воспитательной работы с иностранными военнослужащими в ВУЗах СССР в 1979 г. защитил кандидатскую диссертацию в Военно-политической академии имени В.И.Ленина, опубликовал монографию о помощи СССР зарубежным странам в подготовке национальных военных кадров и в соавтор­стве ряд учебных пособий для иностранных слушателей и курсантов. Неоднократно выезжал за рубеж для инспектирования и оказания помощи в работе группам наших советников и специалистов.

В 1982 г. был назначен главным редактором журна­ла Министерства Обороны "Советское военное обозрение", издававшемся на русском, английском, французском, испанском, португальском, арабском и дари. Высокая профессиональная подготовка и многолетний опыт рабо­ты в войсках и в центральных органах позволили в ко­роткий срок поднять качественный уровень журнала и значительно увеличить его тираж. К 1985 г. журнал рас­пространялся в 110 странах мира. Делегации многих го­сударств приезжали изучать опыт работы редакции это­го уникального издания, а в Республике Куба во время поездки туда во главе делегации советских военных жур­налистов мне был вручен диплом почетного профессора.

За годы воинской службы стал членом Союза журна­листов СССР. Опубликовал несколько книг и брошюр, сотни статей, очерков и путевых заметок преимущественно на международные темы как вофлотской, окружной, так и в центральной прессе. Многие публикации перепечатывались в периодических изданиях за рубежом.

За 43 года службы в армии и на флоте судьба своди­ла меня со многими известными и даже знаменитыми людьми. Много лет работал под началом таких видных военачальников, как Адмирал флота Советского Союза С.Г.Горшков, Адмирал флота В.А.Касатонов, Генерал армии А.А.Епишев, вице-адмирал Н.М.Кулаков, генерал-полковник Г.В.Средин. Их огромный жизненный и рат­ный опыт, природная мудрость, уважительное отношение к подчиненным в сочетании с требовательностью, плодотворно влияли на формирование личности каждо­го, кто с ними общался. С особой благодарностью я вспо­минаю своих первых наставников - М.И.Бурцева, Н.В.Краснопольского, А.М.Шевченко, под руководством которых делал свои первые шаги в искусстве спецпропа­ганды, проходил практические "университеты".

Никогда не изгладятся из памяти волнующие встре­чи с героем космоса В.М.Комаровым. В 1964 г. по пору­чению командования я встречал в аэропорту и десять дней сопровождал Владимира Михайловича на его встре­чах с личным составом кораблей и частей флота. А че­рез год - нова» неожиданная встреча, на этот раз во Фран­ции, куда Комаров приезжал на кинофестиваль космиче­ских фильмов, проводившийся в Каннах. Его эрудиция, скромность и простота в общении покоряли всех, кто с ним встречался.

Поездка с Ансамблем ЧФ в Англию в 1965 г. свела меня с другим знаменитым соотечественником - Аркади­ем Райкиным, который как раз в дни гастролей ансамб­ля в Лондоне записывался на английском телевидении. Мы жили в одной гостинице и общались ежедневно. В те незабываемые вечера я увидел "всю щедрость души искрометного таланта великого артиста".

После увольнения в 1986 г. в запас из рядов Вооруженных сил я не прекратил трудиться, сотрудничал в ВААП, в различных газетах и журналах. В 1993 г. я был приглашен работать в Российский комитет ветера­нов войны. Большой предшествующий опыт междуна­родных связей, редакторской работы и журналистики, владение тремя иностранными языками позволили вне­сти ощутимый вклад в международную деятельность ко­митета, в развитие контактов с ветеранами таких стран, как Франция, Италия, Болгария, Греция, Израиль и др. Аналитические материалы для выступлений на между­народных конференциях и в печати, очерки и информа­ции в журнале "Ветеран войны" и в газете "Ветеран" по­лучают высокую оценку в комитете и широкий отклик у читателей.

В 2000 - 2001 гг. подготовил несколько биографичес­ких очерков о ветеранах войны - Героях Советского Со­юза, опубликованных в книгах "Солдаты XX века", из­данных Международным биографическим центром и Ко­митетом к 55-й и 56-й годовщинам Победы. Внес свою лепту также в недавно выпущенную Комитетом книгу "Нам-45".

Годы работы в Российском комитете Ветеранов Ве­ликой Отечественной войны и Вооруженных сил РФ отмечены новыми знакомствами и встречами с интерес­ными людьми. В самом комитете - это целая когорта Героев Советского Союза и полных кавалеров ордена Сла­вы, многие из которых избраны в Президиум Комитета, возглавляют общественные комиссии. Неизгладимый след в памяти оставил легендарный Алексей Петрович Маресьев, рядом с которым мне посчастливилось трудиться более семи лет.

За рубежом я встречался с такими авторитетными Деятелями национального и международного ветеранско­го движения, как Арриго Болдрини и Мауро Галлени

(Италия), Ги Ламотт и Жорж Дуссэн (Франция), Тако Крыстев и Велко Валканов (Болгария), Авраам Коен (Из­раиль), Серж Вургафт (ФМАК) и многие другие. Во вре­мя праздничных торжеств в Италии, посвященных 50-й годовщине Победы, мне довелось встретиться и побеседо­вать даже с Папой Римским Иоанном-Павлом II в Вати­канском дворце в Риме, синхронно переводить речь Папы, которую он произносил на итальянском.

Сегодня являюсь членом Президиума Международ­ного комитета «Мир океанам», член Контрольного Сове­та Международного фонда Георгия Димитрова, действи­тельным членом Международной академии духовного единства народов мира.

Главным делом своей жизни считаю честное служе­ние своей Родине и народу, самым значительным сверше­нием - участие в Великой Отечественной войне, самым тяжелым испытанием - ленинградскую блокаду, самым радостным событием - День Победы.

В этом году, в июле, с моей супругой Светланой Нико­лаевной, посвятившей сорок лет своей жизни также служению армии и флоту - обучению будущих офицеров английскому языку, отпраздновали "золотую свадьбу". И это тоже радостное, счастливое событие в моей жизни.

Обдумывая свою жизнь и все пережитое, хочу обратиться с напутственным словом к молодому поколению:

Хочется, чтобы наша молодежь, вступившая в XXI век, восприняла и взяла с собой все лучшее из жизненно­го, трудового и ратного опыта ветеранов. Это лучшее - привитое в детстве трудолюбие и неутолимая тяга к зна­ниям; это - развитые в отрочестве любознательность и жажда подражания всему подлинно великому, героичес­кому и благородному; это - пробудившаяся в юности, осо­знанная любовь к своему Отечеству и готовность грудью встать на его защиту; это - окрепшие в зрелые годы глу­бокие патриотические чувства и ответственность за судьбу своего народа; это - понимание нерасторжимости сво­его личного благополучия с благополучием Родины, ее независимостью и безопасностью.

Желаю молодому поколению не терять веру в буду­щее и помнить, что оно в руках молодых, и за него надо бороться вместе со своим народом, на своей земле, а не искать свое «счастье» на чужбине.

...СТРАНЕ НУЖНЫ НЕ ТОЛЬКО БАРДЫ
За полгода до Победы

Меня вызвал комполка

И завел со мной беседу

Об учебе В...ВИИЯКА.

"Стране нужны не только барды",

/А я тогда в концертах пел/,

Но, мол, такие еще кадры,

Чтоб «подошли" и в Мининдел.
БЛАГОСЛОВИЛ" НАС САМ БИЯЗИ
Пройдя отборочный экзамен,

Покинул южные края.

В Москву приехал с предписаньем

На жесткий конкурс в ВИИЯ.
Литературу, как и русский,

Всегда любил, неплохо знал,

Без особой перегрузки

Подготовился и сдал.
И с историей советской

Тоже не было проблем.

Но вкатили за немецкий

Двойку, впрочем, как и всем.
Все мы в группе приуныли,

В душе тревоги не тая...

А тут в общагу, где мы жили,

Вошел ...начальник ВИИЯ/!/
Увидев парня на кровати,

Его взлохмаченный анфас,

Он вдруг спросил его: "А кстати,

Ты знаешь, кто есть папуас?"
И по-солдатски, по привычке

Вскочив, Иван рапортовал:

"Папуас? Так это ж птичка.

А что, товарищ генерал?"
И генерал воскликнул: "Боже!

Кого ты нам сюда прислал?!"

И улыбнувшись, но построже:

"Будем отесывать" - сказал.
Известный кадровый вояка,

Лингвист, военный дипломат,

Он много сделал для ВИИЯКА,

Для обучавшихся ребят.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconВремена. События. Даты 1150 лет (862г.)
Волхова возникла первая династия Рюриковичей, которая находилась на русском троне 736 лет. И здесь же в XII веке возникла Новгородская...
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconПриложение №1 «Как люди изобрели письмо»
Первая письменность, которая возникла на Земле – шумерская. Произошло это примерно 5 тысяч лет назад
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconЦель, задачи и содержание дисциплины
Экология человека возникла и сформировалась как ответ на запросы общества, обеспокоенного состоянием среды своего обитания и качеством...
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconЕ. А. Бессонова (5 курс, кафедра радиофизики, ЧелГУ)
Полученные в этих исследованиях результаты внесли существенный вклад в новое понимание проблемы соотношения случайности и причины,...
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconКафедра «Прикладная математика и фундаментальная информатика»
Кафедра физико-математического направления высшего образования по прикладной математике и информатике. Кафедра ведет бюджетный набор...
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconСцена ангелы божьего спецназа
На сцене стоит скамейка из зала богослужений и кафедра. Главное действие происходит как бы во время служения в субботу. Пока скамейка...
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconЗависимость от Интернета Введение Слово
Сша. Последние давно искали технологию передачи данных на большие расстояния. Не удивительно, что первая крупная реально функционирующая...
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconПервая деяния Махараджи Приявраты
Прияврату смолоду не привлекали богатства этого мира, и все же в какой-то момент у него возникла привязанность к своему царству....
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconКнига первая глава первая
Утром и по вечерам, во время прилива, когда к берегу подходили морские окуни, они смотрели, как прыгала, спасаясь от окуней, кефаль...
Как возникла первая кафедра спецпропаганды iconОптоэлектроника
Идея создания волоконно-оптич линий связи возникла в 1966, а её практич воплощение началось с 1970. Микроминиатюризация элементов...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org