Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации



Скачать 179.62 Kb.
Дата04.03.2013
Размер179.62 Kb.
ТипДокументы
ОПИСАНИЕ ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ЛАНДШАФТА КАК НОВЫЙ МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЙ МЕТОД ИССЛЕДОВАНИЯ ЯЗЫКА В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ1

А.В.Кирилина

Московский институт лингвистики

alkira@list.ru
В статье рассмотрен новый междисциплинарный метода – анализ лингвистического ландшафта; изложены его основные черты и потенциальные возможности для описания языка в эпоху глобализации

Ключевые слова: глобализация, социолингвистика, лингвистический ландшафт, метод.
THE DESCRIPTION OF THE LINGUISTIC LANDSCAPE AS A NEW INTERDISCIPLINARY METHOD OF LANGUAGE RESEARCH IN THE AGE OF GLOBALIZATION

Alla V. Kirilina

The Moscow Institute of Linguistics


alkira@list.ru
The article deals with the new interdisciplinary method of language research – the analysis of Linguistic Landscape; the main features of the method, and its potential properties for the language description of the globalizing world are being characterized.

Key words: globalization, sociolinguistics, linguistic landscape, method.

Одна из характерных черт сегодняшнего состояния языка и общества – высочайшая скорость изменений, вызванная глобализацией и сменой технологий. Относительно недавно введенный в лингвистическое описание термин «динамическая синхрония» стал уже общепринятым.

На функционирование языка воздействуют:

- изменение технических условий коммуникации и самой среды функционирования языка;

- повышение интенсивности языковых контактов; рост многоязычия; изменение сфер функционирования языков и их социального престижа; «переформатирование» языковых ситуаций и т.п.;

- формирование новой реальности - в значительной мере через изменение языковой картины мира, перестраиваемой для фиксации новых явлений и создания связей между семантическими областями, для обслуживания новых социальных институтов и т.д.; усиливается роль языковых идеологий, активизируются механизмы социального конструирования; ускоряется динамика языковых изменений.

Еще одна важная особенность сегодняшнего дня состоит в том, что принципы изучения языка все более приходят в соответствие с общими постнеклассическими познавательными установками. Все интенсивнее язык обсуждается как составляющая сознания и составляющая социальных процессов. Философия науки говорит и об усложнении объекта и о необходимости разработать новые модели его описания [см. Степин, 2009]. Объект рассматривается как процесс, что полностью соответствует обнаруженному в языкознании явлению – динамической синхронии.

Скорость языковых и социальных изменений не позволяет изучить их при помощи традиционных моделей (противопоставления языка и речи, уровневого представления языковой системы и др., восходящих к идеям Ф. де Соссюра) [Blommaert, 2010].
Новая же модель методологически стала осмысляться главным образом в первом десятилетии нового века2, что объясняет начальную стадию разработки новых методов исследования языка эпохи глобализации. Еще один аргумент в пользу методологической ревизии – трансформация социальных институтов, символических систем, смена ценностных ориентиров, также вызванные глобализацией, и, следовательно, усиление роли языка как идеологии, как социального действия и инструмента познания и формирования картины мира.

Одним из методологических оснований описания может быть концепция повседневности. Повседневность рассматривается как «реальность, которая интерпретируется людьми и имеет для них субъективную значимость в качестве цельного жизненного мира» [Бергер, Лукман, 1995: 138]; как социальная практика, в которой преломляются главные константы человеческой жизни, происходит рутинное коммуникативное взаимодействие [Goehrke, 2003 - 2005]; «как процесс жизнедеятельности индивидов, который развертывается в общеизвестных ситуациях на базе самоочевидных ожиданий» [Российская повседневность, 2010. Электронный ресурс].

Несмотря на то, что примерно с середины ХХ века в разных областях гуманитарного знания наряду с общим лингвистическим поворотом (а в лингвистике – с прагматическим поворотом) прослеживаются общие тенденции, которым посвящена обширная литература, понятие повседневности, весьма широко применяемое во многих научных дисциплинах (например, социология повседневности, история повседневности, а также обращение к субъективной оценке носителей языка [Сводеш, 2001; Вепрева. 2005; Чулкина, 2007; Гриценко, Гронская, 2009; Кирилина, Маслова, 2007; Кирилина, 2009а, 2011, Николаева, 2010]), еще не в полной мере осознаны как ресурс (социо)лингвистического описания и как продуктивная методологическая база для объяснения скоротечных процессов языкового изменения в эпоху глобализации и смены технологий

С появлением глобалистики и ее лингвистической составляющей роль анализа повседневных микростадий развития и существования возрастает. Так. Н. Коупленд считает глобализацию областью изменившихся и продолжающих меняться социальных конвенций и приоритетов которые действительно новы и ставит «важный методологический вопрос: как повлияли на нас… социальные изменения на макроуровне» [Coupland, 2010:2] автор предлагает «изучать пережитый опыт и восприятие социальных перемен за последние 40-50 лет. Ответы на этот вопрос следует искать в автобиографическом дискурсе: «раньше было иначе..»; «Я помню время, когда…» [Coupland, 2010:2].

Теоретики повседневности подчеркивают актуальность анализа норм, ценностных ориентаций и многообразных смыслов повседневных действий. Именно в этой области лингвистический анализ мог бы принести новые данные, значимые как для языкознания, так и для общегуманитарного знания.

Обращение к саморефлексии носителя языка, в границах которой в повседневной жизни происходит столкновение старого и нового, своего и чужого, приемлемого и неприемлемого признается правомерным все большим числом ученых.

Сегодня наблюдается локализация глобальных явлений и в сфере жизни русского языка и культуры, поэтому аналогичным образом может быть исследован и процесс функционирования русского языка:

Названный подход позволяет проследить «текучие», неустойчивые состояния функционирования языка, зафиксировать тенденции и определить направленность процессов. При этом он нисколько не менее оправдан, чем анализ функциональных стилей или уровней языка, и позволяет получить новое знание, а также эксплицировать знание неявное.

В свете сказанного ясна необходимость обновления теоретических моделей языка. В условиях динамической синхронии жесткое разграничение языка и речи не позволяет описать ускорившиеся процессы и тенденции языкового развития во всей их полноте. Да и само определение языка как системной абстракции сегодня, когда речь идет не столько об удобстве описания структуры, сколько о фиксации признаков развития и изменения и поиске объяснений этих изменений, не позволяет не только изучить, но даже и легитимировать исследование языковой динамики. Динамическая синхрония требует разработки понятийного аппарата и методов, согласующихся со скоростью изменений языка, с «текучестью» его состояния, а также с требованиями новой эпистемы3.

Отражение этих процессов, можно проследить в повседневности языка и «захватить» их в текстах повседневности, в процессе ежедневного контакта с миром – городской средой, Интернетом, телевидением, в бытовом и профессиональном общении и т.д.

Ранее мы отмечали необходимость выявить и систематизировать основные закономерности языкового изменения в эпоху глобализации и новых информационных технологий по трем взаимосвязанным направлениям:

- социолингвистическому - глобализационные инновации в языковых контактах, языковой ситуации и коммуникативном статусе языков и связанных с ними языковом варьировании и норме: экспорт тенденций языкового употребления и восприятие этих тенденций разными языками; язык как социальная практика;

- лингвоантропологическому - трансформации основных экзистенциальных (жизнь/смерть, молодость/старость; мужское/женское и др.), социокультурных (индивид/общество; свое/чужое, статус/престиж и др.) и этических (добро/зло и др.) дихотомий в языковой картине мира; языковое отражение культурной экспансии и резистентности;

- социоконструкционистскому - изменение категоризации в языковых знаках как средство создания новой социальной реальности; языковые средства конструирования социальной идентичности в глобализующемся мире как отражение смены системы ценностей и социокультурных трансформаций, но и как локализация глобального [Гриценко, Кирилина, 2010: 20-21].

Признание важности рутинного бытия человека и, следовательно, языка, позволяет приблизить модель исследования к фактическому модусу его существования: именно в таком виде – разрозненном, мозаичном, совмещающем фрагменты разных стилей и разных коммуникативных задач, признаки различной социальной маркированности – при этом как «истинной», так и симуляционной язык является каждому его носителю.

Опыт обсуждения этой проблематики на научных конференциях показал, однако, что значительное число наших коллег не приемлет модели описания, отличные от уровневых. Важно поэтому предложить обоснование принципу мозаичности в повседневном описания языка. Одно из доказательств правомерности такого подхода – интенсивно разрабатываемый сегодня метод анализа лингвистического ландшафта. Далее мы сосредоточимся на его обсуждении

Лингвистический ландшафт/ пейзаж (ЛЛ) – один из способов описания повседневного существования языка, состоящий в исследовании письменных знаков в общественной сфере (публичном пространстве) городской среды [Backhaus, 2007]. ЛЛ - относительно новая лингвистическая дисциплина и ее теоретические установки находятся в процессе становления

Изучение ЛЛ позволяет нам выявить закономерности/модели, представляющие различные способы, которыми люди, группы ассоциации, институты и государственные учреждения соревнуются в игре символов внутри сложной реальности [Ben-Rafael et al, 2006:27].

Все эти качества ЛЛ делают его полезным (хотя и недостаточно изученным) инструментом для изучения и проверки результатов мультикультурализма, социальной когниции, языкового сдвига и других когнитивных, социолингвистических, лингвоантропологических и социоконструтивистских явлений.

Предыстория метода. Обсуждаемый метод стихийно начал формироваться еще до появления термина «лингвистический ландшафт». Причиной этого стала проблема дву- и многоязычия городов и регионов, в которых не всегда удавалось достичь бесконфликтного контакта говорящих на этих языках общностей и, соответственно, использования их языков. Этот факт вызвал к жизни несколько исследований, ставших позднее отправным пунктом описания ЛЛ.

В 70-80 гг.ХХ в. исследования шли в двух лингвистических группах, работавших в официально двуязычных городах – Брюсселе [Tulp, 1978] и Монреале [Monnier, 1989].

С. Тульп иследовала рекламные щиты (билборды) Брюсселя и установила, что они способствуют постепенной франкофонизации города. Исследовательница предположила, что присутствие языка в общественном пространстве, его зримость – фактор повышения его этнолингвистической витальности. Тем самым С.Тульп предвосхитила подход, названный позднее ЛЛ.

Исследование Д. Монье было сосредоточено на коммерческом секторе. Ставилась цель выяснить, как реальная языковая ситуация в этой области соотносится с законом о двуязычии.

Именно Д. Монье назвал одну из двух частей своей работы pasage linguistique и предложил подсчитывать не целые знаки, а т.н информационные единицы (information units) - связные фразы: Gâteau aux fruites или Fruit cake. Автор рассматривал: информацию о предлагаемых товарах и услугах, часы работы, надписи на полу и надписи на тему безопасности.

Уже ранние труды обнаружили методологическую сложность – однозначная идентификация языка надписи нередко была невозможна. Каждый из авторов решал эту проблему самостоятельно. С. Тульп, по-видимому, игнорировала ее; Д. Монье считал неопределяемыми имена собственные, бренды, компании. Введение этой категории упрощает процедуру сбора данных, но оно также создает сложности: большинство неопределяемых единиц походило на английские или содержащие английский текст и таким же образом определялись прохожими. Однако в статистических расчетах они не причислены к английским, что, видимо, дало менее англизированную картину, нежели это было в реальности.

В 1991 г. Б. Спольски и Р.Л. Купер провели аналогичное исследование в Иерусалиме [Spolsky, Cooper, 1991], поставив вопрос: какой язык и в каком порядке используется в знаках и как этот выбор можно объяснить?

Авторы разработали методологию исследования:

1. Определение языка (происходило на основе транслитерации и перевода)4.

2. Подсчет всех присутствующих языков и установление наиболее частотных. Для выявления того, почему одни, а не другие языки появляются на знаках города, авторы предлагают модель предпочтительности, основанную на трех компонентах (с 81-85): условие автора знака (а “sign-writers” skill condition); условие предполагаемого адресата (а “presumed reader” condition) и условие символического капитала 9 (а symbol value condition).

Первые два условия практически обусловлены, третье отражает политический и социопсихологический фон их существования.

Условие символического капитала гласит: «Предпочтительно писать знаки на своем языке или на языке, с которым ты хочешь быть идентифицирован». Таким образом, сам выбор языка становится посланием более, чем содержание транслируемого знаком. Негативное применение условия 3 наблюдается, когда язык определенной группы предполагаемых читателей намеренно не используется в знаках.

Б. Спольски и Р.Л. Купер обсуждают и диахронию ЛЛ, обнаруживая три типа знаков, каждый из которых они связывают с историей города.

В 1996 г. исследование С.Тульп повторила В. Венцель [Wenzel,1996], также показав, что диахронический подход к проблеме приносит важные результаты.

Вслед за Тульп Венцель также подчеркивает роль ЛЛ как в отражении, так и в дальнейшем развитии пусковых механизмов (triggering patterns) языкового сдвига – в случае Брюсселя – в сторону преимуществ для французского языка и подавления голландского.

Венцель отмечает корреляцию между содержанием рекламы и использованием языка5.

Сравнивая результаты с данными С. Тульп, В. Венцель отмечает различия, прежде всего – в усиленном проникновении английского языка.

Как и предыдущие исследователи, В. Венцель отметила, что идентификация языка представляет собой методологическую проблему – не всегда представляется возможным точно определить язык надписи или ее части. Это открывает путь субъективной оценке: так, названия торговых марок и брендов не рассматривались автором как английский язык.

Помимо эмпирических, ориентированных на изучение языкового контакта (и через него – социальных отношений) исследований, в конце ХХ века повседневное существование языка подверглось научному осмыслению и типологизации.

Так, Г. Винольд предложил различать письмо, надписи и тексты (writing, inscription, texts ). В этой типологии применение языка в знаках характеризуется как часть устанавливаемого типа использования языка в повседневности [Wienold, 1994].

Г. Винольд называет его надпись (inscription) и определяет как «письменное использование языка, не имеющее идентифицируемого отправителя и не рассчитанное на конкретных/определенных получателей. Они могут быть прочитаны (получены) любым человеком, оказавшимся на достаточном расстоянии. Они не возникают из личных отношений, не создают и не развивают их; они и не интерпретируются таким образом (в отличие от диалога)» [Wienold, 1994: 460].

Современное состояние метода. Как отмечает П.Бакхаус [Backhaus, 2007], понятие «ландшафт» стало появляться в научной литературе как метафора происходящих процессов и взаимодействий с конца ХХ века. После появления слова financescapes («финансовый ландшафт»), в обиход вошли этнический ландшафт, медиаландшафт и др.

В 1997 г. Р. Лоундри и Р. Борхис впервые применили это понятие к социолингвистике, дав ему определение: «ЛЛ раскрывает присутствие и соотношение/преобладание языков в общественных и коммерческих знаках на данной территории или в данном регионе» [Laundry, Bourhis, 1997: 23]; «язык дорожных знаков, рекламных щитов, названий улиц и общественных знаков госучреждений, он формирует лингвистический пейзаж территории, региона или городского агломерации» [Laundry, Bourhis, 1997: 25].

В первом десятилетии XXI в. происходит интенсивное научное осмысление метода, сопровождающееся эмпирическими исследованиями [Reh, 2004; Backhaus, 2005, 2007a,b, 2009; Ben-Rafael, Shohamy, Amara , Trumper-Hecht, 2006; Shohamy, Gorter, 2009; Spolski, 2009; Shohamy, Ben-Rafael, Barni, 2010; Kalten, Dhonnache, 2010 и др.]. В этих трудах происходит дальнейшее развитие метода. Особенно велика заслуга П. Бакхауса и Б. Спольски.

Эвристический потенциал ЛЛ описывается следующим образом: «изучение языка знаков городской среды позволяет выделить среди других факторов социальное расслоение общины, относительный статус различных социальных сегментов и доминирующие культурные идеи» [Reh, 2004:38].

На взгляд П. Бакхауса, город – это место языковых контактов, что позволяет рассмотреть динамику «контакта языков в городской письменной среде языковых знаков» [Backhaus, 2007a:1]. Автор считает: «Любая городская среда – это мириады письменных посланий в общественном пространстве: знаки учреждений и магазинов, рекламные щиты и неоновые вывески, дорожные знаки. Топографическая информация и карты местности; планы эвакуации и постеры политических кампаний, надписи на камне и настенные граффити. Все эти послания сводят воедино разнообразные языки и надписи, которые в своей совокупности и составляют лингвистический пейзаж местности» [Там же].

Общая модель изучения ЛЛ вводится П. Бакхаусом с учетом опыта исследования билингвизма и конкурирования языков в письменных знаках (П. Бакхаус исследует 2 444 мультилингвальных знака, собранные в 2003 г. в Токио). Модель базируется на трех основных вопросах: Кто создает ЛЛ? Для кого создается ЛЛ? Как развивается ЛЛ, каковы тенденции этого развития? [Backhaus, 2007a:2] . Данные обсуждаются с применением следующих девяти аналитических категорий:

- содержащиеся в них языки;

- закономерности комбинаций;

- различия между официальными и неофициальными знаками;

- регулярности географической дистрибуции;

- наличие перевода или транслитерации;

- порядок сочетания языков;

- появление лингвистической идиосинкразии;

- сосуществование старой и новой версий данного типа знаков [Backhaus, 2007a:2].

Как отмечает П.Бакхаус [Backhaus, 2005, 2009], значимые данные дает диахроническое описание ЛЛ - изменение режима функционирования языков (термин Ф. Кульма) может повлечь за собой изменение ЛП. Верно и обратное: ЛЛ играет важную роль в любом исследовании трансформации языкового режима.

Модели многоязычных сигналов также подверглись типологизации:

М. Рее [Reh, 2004: 10 – 14] предлагает 4 модели:

а) одна и та же информация на нескольких языках (duplicating multilingual writing);

б)вся информация подается на одном языке и частично – на другом (fragmentary multilingualism)

в) разные части информации даны на разных языках с частичным наложением (overlapping multilingual writing);

г) разные части общей информации преданы на разных языках (complementary multilingual writing).

Дж. Колтен и Е. Дхоннахи утверждают: поскольку означивание использует язык по визуальному каналу, оно открывает пути выхода за пределы буквального значения знака и вызывает имплицитное значение (covert meaning) путем использования визуальных приемов – шрифта, цвета – и путем использования межъязыковых выражений и игры слов, которые не могли бы возникнуть в устной коммуникации [Kalten, Dhonnache, 2010].

Авторы считают неполной типологию М.Рее [Reh, 2004] и предлагают учитывать еще три момента:

  1. системы записи задают выбор, который порождает значения независимо от содержания послания (например, латинский алфавит и стилизованное старинное ирландское письмо - кельтский английский).

  2. Означивание строится на возможности создавать языковые гибриды, которые, помимо буквального значения, служат еще какой-либо специальной цели.

  3. Лингвистические ландшафты демонстрируют различные реакции на современность и глобализацию.

М. Барни и К. Багна [Barni, Bagna, 2009: 5] cтавят цель изучить и понять роль, которую играют в видимости/заметности/представленности языка в ЛЛ такие факторы, как языковая ситуация, размеры города, величина сообщества иммигрантов, уровень их “rootedness”, возможности трудоустройства в области, каналы миграции и ее статус, организация общины. Местная политика по отношению к мигрантам и т.д.

Сегодня метод описания ЛЛ расширяет сферу применения. В высшей степени полезным он представляется для описания языковой, социолингвистической и социологической ситуации, а также для фиксации проявлений социальной когниции на динамично меняющемся постсоветском пространстве, в частности, для описания меняющейся языковой ситуации в крупных городах РФ.

Так, в отечественном лингвистическом описании при его помощи изучаются смена моральных установок, изменения функционирования языка, его семантики и прагматики, устанавливаются зоны вторжения и распространения других языков6. Установлено, например, что в Москве русский язык в ряде коммуникативных ситуаций вытесняется английским, несмотря на действующее законодательство. Отмечено три стадии вытеснения: гибридные тексты, понимание которых (пусть и не всегда в полной мере) возможно без знания английского языка; гибридные тексты, понять которые может только владеющий английским языком; полностью английские тексты (электронный авиабилет; распечатки некоторых медицинских исследований, некоторые рекламные щиты и под.) [Кирилина. 2011a:37]

Расширенное интерпретация возможностей ЛЛ позволяет рассматривать общественные знаки как индикатор изменения картины мира, например расширение семантической зоны торговля, продажа, расширение сферы действия логики рынка, трансформации модели человека и, в частности, гендерного конструкта и др.[Кирилина, 2009; 2011a].

Изложенное позволяет признать анализ ЛЛ перспективным междисциплинарным методом, отражающим современные, постнеклассические, познавательные установки.

Литература

Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. М., 1995.

Вепрева И. Т. Языковая рефлексия в постсоветскую эпоху. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005.

Гриценко Е.С., Гронская Н.Э. Гипертолерантность как угроза языковой безопасности, или о либерализме в использовании языка // ОБЩЕСТВО – ЯЗЫК – КУЛЬТУРА: актуальные проблемы взаимодействия в XXI веке. Доклады Третьей международной научно-практической конференции, Москва, МИЛ, 26 ноября 2008г. – М., 2009.

Гриценко Е.С., Кирилина А.В. Язык и глобализация: задачи и направления социолингвистического анализа // Вестник Минского государственного лингвистического университета. Серия Филология, 2010.- №6.- С. 14 – 21.

Кирилина А.В. Русский язык в мегаполисе как индикатор изменения языковой ситуации // Русский язык в условиях культурной и языковой полифонии. Под ред. В.В.Ждановой. Verlag Otto Sagner. München – Berlin, 2009а. S. 75 – 87.

Кирилина А.В. Некоторые признаки проникновения английского языка в функциональное пространство русского // Современные лингвистические парадигмы: фундаментальные и прикладные аспекты. Сб научн. Статей по материалам Третьих чтений памяти О.Н. Селиверстовой (17 октября 2008г.).- М., 2009b.- с. 92 – 109.

Кирилина А.В. Перевод и языковое сознание в динамической синхронии: психические границы языка (на материале русского языка Москвы) // «Вопросы психолингвистики», 2011a, №2.- с. 30 - 39

Кирилина А.В. Повседневность как «ресурс» описания языка в динамической синхронии// Сборник докладов Пятой Международной конференции Общество – Язык – Культура: актуальные проблемы взаимодействия в XXI веке. Москва, МИЛ, 2 декабря 2010. В печати. Выход в свет – 2011 г.

Кирилина А.В., Маслова Л.Н. Некоторые особенности устной научной дискуссии //Языковое сознание: Парадигмы исследования / под ред. Н.В. Уфимцевой и Т.Н.Ушаковой.- Москва - Калуга, 2007.- С. 255 - 276.

Николаева Т. М. Личность. Семья. Общество. Конфессиональные позиции: Полувековая динамика концептосферы // Язык и общество в современной России и других странах Международная конференция. Москва, 21–24 июня 2010 г. Доклады и сообщения Москва, 2010.- С. 52 –56.

Российская повседневность в условиях кризиса. Эл. ресурс, 2010: http://www.perspectivy.info/rus/nashe/rossijskaja_povsednevnost_v_uslovijah_krizisa_vzglad_sociologov_2010-03-16.htm; Опубликовано на сайте 16/03/2010].

Сводеш, М. Социологические заметки о языках, выходящих из употребления // Вестник молодых ученых. Серия: Филологические науки.- СПб, 2001 .- №1 - С. 61-67.

Степин В.С. Классика, неклассика, постнеклассика: критерии различения / Постнеклассика: философия, наука, культура. Коллективная монография / Отв. ред. Л.П. Киященко, В.С. Степин. - СПб, 2009.- С. 249 – 295.

Чулкина Н.Л. Мир повседневности в языковом сознании русских. Лингвокультурологическое описание.2-е.- М., 2007.- 256 с.

Backhaus P. Signs of multilingualism in Tokyo — a diachronic look at the linguistic landscape // International Journal of the Sociology of Language. V. 2005, Issue 175-176, P. 103–121

Backhaus, Pr. Linguistic Landscape. A comparative Study of Urban Multilingualism in Tokio // Multilingual Matters (136).- NY- Ontario – Clevalon.-2007.- 158 P.

Backhaus P. Rules and regulations in linguistic landscaping: A contrastive perspective. Florian Coulmas (ed.). 2007. Language Regimes in Transformation. Future Prospects for German and Japanese in Science, Economy, and Politics (Contributions to the Sociology of Language 93). Berlin, New York: Mouton de Gruyter. - P 152 – 172.

Backhaus P. Rules and regulations in linguistic landscaping: A contrastive perspective // Shohamy E., Gorter D. (eds). Linguistic Landscape. Expanding the Scenery.- Routledge, Ny- Oxon, 2009.- P 152 – 172.

Barni M.,Bagna C. Ligistic landscape and language vitality// Shohamy, E., Ben-Rafael E., Barni M. (eds). Linguistic Landscape in the City.- NY Bristol North York, 2010.- P. 3 – 19

Ben-Rafael E., Shohamy E., Amara M.H., Trumper-Hecht N. Linguistic Landscape as symbolic construction of the public space: the case of Israel // International Journal of Multilingualism, 2006.- 3 (1).- P. 7-31.

Blommaert Jan A. The Sociolinguistics of Globalization. Cambridge University Press,2010.- 230 P.

Coupland , N. ( 2003a ) Sociolinguistic authenticities // Journal of Sociolinguistics б 2003; 7, 3ю- Р. 417 – 431 .

Coupland N. Introduction:Sociolinguistics in the Global Era //The Handbook of Language and Globalization (ed. by N. Coupland).- Blackwell Publishing Ltd.- 2010.- P. 1 – 27

Goehrke, C. Russischer Alltag. Eine Geschichte in neun Zeitbildern vom Frühmittelalter bis zur Gegenwart. Band 1: Die Vormoderne. Zürich. Chronos Verlag, 2003. Band 2: Auf dem Weg in die Moderne, 2003. Band 3: Sowjetische Moderne und Umbruch. Zürich. Chronos Verlag. 2005.

Kalten J. L., Dhonnache E. H. Language and Inter-language in Urban Irish and Japanese Linguistic Landscapes //Shohamy, E., Ben-Rafael E., Barni M. (eds). Linguistic Landscape in the City.- NY Bristol North York, 2010.- P.19 – 36.

Laundry R., Bourhis R.Y. Linguistic landscape. And ethnolinguistic vitality: An empirical study // Journal of Language and Social Psychology, 1997, 16 (1).- P. 24 – 49

Monnier, D. Langue d’accueil et langue de service dans les compares à Montréal. Québec: Conseil de la langue français, 1989.

Reh M. Multilingual writing: A reader orientd typology – with examples from Lira Municipality (Uganda) // International Journal of Sociology of language, 2004, 170.- P. 1-41.

Shohamy E., Gorter D. (eds). Linguistic Landscape. Expanding the Scenery.- Routledge, Ny- Oxon, 2009- 354 P.

Shohamy, E., Ben-Rafael E., Barni M. (eds). Linguistic Landscape in the City.- NY Bristol – North York, 2010.- 354 P.

Spolsky B., 2009. Prolegomena to a sociolinguistic theory of Public Signage. // Shohamy, E., Gorter, D. (eds). Linguistic Landscape. Expanding the Scenery.- Routledge, London - Ny- Oxon, 2009.- P. 25-39

Spolsky B.,Cooper R. L. The Languages of Jerusalem. Oxford: Clarendon Press, 1991.- 166 p.

Tulp S. Reklame en tweetaligheid: Een onderzoek naar de geografische verspreiding van franstalige en nederlandstalige affiches in Brussel. Taal ensociale integratie, 1978, 1: 261–288.

Wenzel V. Reklame en tweetaligheid in Brussel: Een empirisch onderzoek naar de spreiding van Nederlandstalige en Franstalige affiches. In Vrije Universiteit Brussel (ed.). Brusselse thema’s, 1996, 3, pp. 45–74. Brussels: Vrije Universiteit.

Wienold G. Writing, inscription and texts // Origins of semiosis: sign evolution nature and culture / ed. By W. Nöth, Mouton de Gruyter, Berlin, 1994.- P. 455 – 478

1 Статья подготовлена в рамках ФЦП "Научные и научно-педагогические кадры инновационной России" на 2009-2013 годы (Мероприятие 1.1. "Проведение научных исследований коллективами научно-образовательных центров".

2 Ср.: Еще в 2003 г. Н. Коупленд отмечал, что лингвисты пришли на «глобализационную вечеринку последними» (Coupland 2003)

3 Все это, разумеется, не означает, что мы призываем полностью отказаться от понятия системности.

4 Транслитерация относится к конверсии графем из одной системы письма в другую, например, с иврита на латиницу. Авторы обнаружили на улицах Иерусалима смешение обеих стратегий; BAB EL JADID RDлатинская транслитерация арабских терминов в сочетании с английской аббревиацией определяемого места. Как полная транслитерация (“QUABAT RHAN EL-AQBAT” для “Street of the Copts”, так и полный перевод ‘WESTERN WALL RD” также имели место [Spolsky , Cooper 1991: 74-75].

5 Так, английский – это язык рекламы напитков, сигарет и одежды, что В. Венцель приписывает как международности брендов США, так и тенденции создавать товару «псевдоамериканский» имидж. На вывесках магазинов в центре города английский доминирует (преобладает в торговых точках, подающих электронику, а французский оказывается предпочтительным в сфере моды. Знаки магазинов на голландском редки.

6 За точку отсчета принимается советский период, когда письменные знаки столице были почти исключительно одноязычными.

Похожие:

Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconЛитература ландшафта как способ культурной самоидентификации
И, как следствие, восприятие и описание американского ландшафта — ни на что не похожего, не имеющего аналогов в «окультуренной» Европе...
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconНовый метод исследования парамагнитной абсорбции
Завойский Е. К. Новый метод исследования парамагнитной абсорбции [Текст]/Е. К. Завойский, С. А. Альтшулер, Б. М. Козырев//жэтф. –...
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconА. В. Подстрахова (Россия) Проблемы регионального варьирования языков в эпоху глобализации
Целью данной статьи является изучение лингвистических аспектов глобализации как современного проявления языковой
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconЭкзаменационныебилет ы
...
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconИнтроспекция как предмет и как метод лингвистики
Однако в силу естественности данной когнитивной способности для мышления человека, она долгое время не была объектом лингвистического...
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconЭстетика урбанизированного ландшафта (магистерская диссертация)
Предмет исследования – методология оценки эстетической ценности урбанизированного ландшафта
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconIi государство и глобализация: перспективы гендерного анализа саския Сассен
«Гости и чужаки» (1999) и «Беспомощность глобализации» (1998). Книга «Утрата контроля? Суверенитет в эпоху глобализации» была написана...
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconCхемы лингвистического анализа
Схемы лингвистического анализа по курсу современного русского языка. – Бийск, ниц бпгу им. В. М. Шукшина, 2005. с
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconКорпус мерфизмов как инструмент лингвистического исследования
Лингвистика XXI века все чаще опирается на так называемые «объективные», или квантитативные, методы исследования, доступные с помощью...
Описание лингвистического ландшафта как новый междисциплинарный метод исследования языка в эпоху глобализации iconПрограмма вступительного испытания по предмету
Индоевропеистика, Когнитивные исследования: междисциплинарный подход к языку, Психо- и социолингвистика, Теория языка. История лингвистики....
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org