Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.)



страница4/6
Дата15.06.2013
Размер0.82 Mb.
ТипАвтореферат диссертации
1   2   3   4   5   6

Третий раздел «Военно-распределительные меры Чингизхана с апреля по декабрь 1220 г.». Чингизхан приказал Туше (по В.В.Бартольду, Нуше-Баскаку) поехать в Бухару в качестве монгольского наместника и заняться управлением той областью. Видимо, тогда же Худжанд стал местом пребывания, резиденцией Махмуда Ялавача, призванного осуществлять власть монголов в культурных областях Мавераннахра.

Летом 1220 г. Чингизхан произвел второе распределение своих войск по главному, основному, и побочным направлениям на юг в Хорасан, на север в Хорезм и на восток и юго-восток – на Фергану, Вахш, Куляб, Термез и Таликан Мургабский.

Под Самаркандом Чингизхан принял очень важное военно-политическое решение: преследовать и арестовать султана Ала ад-Дина. На острове Ашурада в Каспийском море беглый гонимый султан нашел последнее прибежище и там в изгнании скончался в декабре 1220 г.

Осенью 1220 г. после отдыха войск и откорма лошадей на лугах Насефа Чингизхан двинулся на захват Термеза. Жители Термеза отвергли ультиматум о сдаче города и крепости и в течение одиннадцати дней ожесточенно сопротивлялись. Чингизхан лично со штабом своих войск (калб) руководил действиями монголов. Погибло множество монголов, а также погибло большое число мусульман, ставших мучениками. Чингизхан, овладевая фортификационными сооружениями, разрушал их и учинял массовую резню. Старый Термез периода монгольского нашествия и ныне лежит в развалинах.

В сообщениях Джувайни о монгольской интервенции конца 1220 г. в южные области современного Таджикистана прямые сведения о сопротивлении населения Вахша, Бадахшана и на левобережье верхней Аму-Дарьи отсутствуют. Только исходя из косвенных данных об истреблениях и опустошениях, произведенных монголами, можно говорить о достойном сопротивлении и отпоре врагам, оказанных монголам местным населением.

Пятая глава. «Сопротивления войск и жителей Хорезма с монгольскими завоевателями (январь-апрель1221г.)» состоит из двух разделов.

Первый раздел «Положение Хорезма в 1219-1220 гг.».

Туркан-Хатун, мать султана Ала ад-Дина, сама, являясь фактической владычицей Хорезма и покровительницей тюркских войск и их эмиров, которые были её родственниками, воспользовалась возможностью самой собрать и организовать мощную военную силу и дать решительный отпор монгольской армии, посланной Чингизханом. Она также отвергла послание Чингизхана с предложением ей стать наместником Великого хана в Хорезме и Хорасане. Но сопротивление прекратила и выехала из Хорезма, оставив его на произвол судьбы. Перед бегством Туркан-Хатун приказала бросить в Аму-Дарью находившихся в Ургенче в качестве заложников пленных вельмож, а также почтенных людей из числа сейидов и других благородных господ численностью около 20 человек. Летом 1220 г. Туркан-Хатун вместе с дочерьми и малолетними сыновьями Хорезмшаха были взяты в плен в Мазандаране и выданы Чингизхану.


Самозванец, узурпатор власти в Ургенче, «смутьян и забияка» (выражение Ан-Насави), по имени Али довел людей до крайне тяжелого состояния и вызвал их смятение. Хорезм во второй половине 1220 г. был охвачен смутой: междоусобицей, взаимной враждой, людской ненавистью.

Летом 1220 г. герой Худжанда Темурмалик прибыл в Хорезм и войска численностью в девяносто тысяч человек приобрели в его лице опытного и решительного организатора вооруженных сил. Хорезмшахское войско наконец-то от раздоров перешло к наступлению на врага и одним нападением на корпус Джучи отняло у монголов город Шахркент (Янгикент).

Предсмертное завещание Ала ад-Дина о возведении в султаны Хорезма Джалал ад-Дина Манкбурны ещё более обострило военно-политическую ситуацию в стране. Перед угрозой заговора Джалал ад-Дин и Темурмалик покинули Хорезм и удалились в Хорасан.

Второй раздел «Оборона Ургенча». Ибн ал-Асир приводит сведения по следующим вопросам: численность монгольских войск, подтянутых к Ургенчу; соединение многотысячной армии Хорезмшаха и народного ополчения из отрядов горожан в столице государства; неслыханно жестокие сражения, ведомые обеими сторонами: осада Ургенча продолжительностью в пять месяцев, гибель большого числа монголов в дальних и ближних боях с мусульманами, защищавшими город благодаря массивным и высоким крепостным стенам; обращение монгольских военачальников к Чингизхану об оказании необходимой военной помощи в виде живой силы и боевой техники; прибытие подкрепления огромной численности; организация круглосуточных непрерывных атак и штурмов неприятеля; объединение жителей в боевые отряды, сражавшиеся с наступавшими врагами; квартальные и уличные бои мужчин и детей; массовое истребление оставшихся в живых горожан; повальный грабеж; затопление Ургенча и погребение заживо укрывшихся в нём людей; превращение столицы Хорезмшахов в руины и пустоши.1

Согласно Ан-Насави, осада Ургенча монголами началась и продолжалась в месяце зул-када 617 г. х. (с 28 декабря 1220 г. по 26 января 1221 г.), а город был взят ими в месяце Сафар 618 г.х. (с 27 марта по 26 апреля 1221г.). Джувайни в отличие от объективно писавшего Ибн ал-Асира больше уделил внимания описанию действий монголов, а о доблести сопротивлявшихся завоевателям упомянул вскользь, между прочим, не вдаваясь в подробности.

По рассказу Джувайни и дополнившего его Рашид ад-Дина, второй и третий сыновья Чингизхана Чагатай и Угедей с огромным множеством войск (Бо лашкари чун хаводиси замон бепоён) осенью 1220 г. двинулись по дороге из Бухары в Хорезм. Туда из Дженда направился и старший сын великого хана Джучи со своим корпусом, пригнав также мужчин на «хашар». Он послал к жителям Ургенча парламентеров, обязав их обратиться к ним с предупреждением, предостережением от бессмысленного сопротивления, которое может привести к кровопролитию. Джучи пообещал им пощаду, если они сдадут Ургенч ему в качестве удела. Поэтому он якобы «воздержится от его разрушения и намерен сохранить город Ургенч для себя» в целости и сохранности.

Ала ад-Дин Мухаммад в предсмертном своем послании также настаивал на заключении мира, «избрав самый добрый путь, отвести зло наиболее подходящим способом». По словам Ан-Насави, «разумные из числа жителей склонились к заключению мира, однако глупцы взяли вверх над их мнением и взглядами». На самом деле этот героико-патриотический дух трудового народа «людей доблести» Хорезма был непоколебим.

Монголы, убедившись в неприступности Ургенча и в недосягаемости его защитников, военные действия начали с применения тактики хитросплетений и уловок, уже испытанной ими неоднократно при столкновениях с неприятелем. При этом монголы приближались к объекту нападения, затем внезапно притворно отступали вспять к своим. Так поступали ради обмана, чтобы противник преследовал их до заранее устроенной ему засады.

Так монгольские всадники в небольшом количестве неожиданно прискакали к городским воротам Ургенча и пытались угнать скот. По Джувайни, некоторые из защитников, обманутые малочисленностью явившихся к городским стенам монголов, стали застрельщиками выступления из «Ворот вселенной» (Дарвозаи олами): «народ, состоящий из конников и пеших, стал преследовать то ограниченное число (монголов)». Именно трудовой народ Ургенча повторил мужество самаркандцев. И на сей раз тюркские воины султана Хорезма и их начальники Хумар-Тегин, Огул-хаджи, Эр-Бука пахлаван, Али Дуругин заняли пассивную, выжидательную позицию. Ибн ал-Асир, Ан-Насави и Джувайни специально отмечали энтузиазм, активность и отвагу народа, подвиги безымянных героев из числа рядовых людей.

Монголы помчались от преследующих их горожан, пока они не достигли загородного сада, называвшегося «Боги хуррам» («Радующий сад»), расположенного в одном фарсанге от города. В устроенной засаде там наступавших участников вылазки ждали монгольские всадники. Они набросились на преследователей, окружили их и перебили около тысячи человек.

На другой день разящие монгольские всадники вновь напали на город. Группировка кавалерийских войск хорезмийцев под командованием Фаридуна Гура со стороны городских ворот отразила натиск неприятеля.

После этого группировка войск под командованием Чагатая и Угэдэя, а также корпус Джучи вплотную подтянулись к городу. Последовал приказ осаждать город единым лагерем, плотным кольцом войск и участников «хашара». Началась многомесячная оборона города.

Вся логика сообщений нарративных источников сводится к тому, что по численности живой силы и военно-техническому уровню, по запасам продовольствия, воды и дров, по мощи укреплений и особенно по духу и настроению защитников Ургенч был готов к длительному сопротивлению и противостоянию сильному и коварному врагу. Но, несмотря на всё это, на наш взгляд, тактика обороны и выжидания, принятая многотысячным войском султана, хотя они и сопровождались дерзкими вылазками отважных горожан-ополченцев, была тактикой, выражавшей обречённость хорезмийцев, и вела к верной их гибели. Более того, стратегия обороны, принятая войсками Хорезмшаха, во многом отвечала интересам монголов. По данным Плано Карпини в его сообщениях, относящихся к концу XIII в., «…татары больше любят, чтобы люди запирались в городах и крепостях, чем чтобы сражались с ними на поле. Именно они говорят, что это их поросята, запертые в хлеву, отчего и приставляют к ним стражей…». Согласно сведениям Джувайни, а также Рашид ад-Дина, монголы во время осады сдерживали жителей города словесными посулами, обещаниями и угрозами и иногда перестреливались. Словесная перепалка с обеих сторон сочеталась с позиционными боями.

К.д'Оссон, В.В.Бартольд и другие исследователи пропустили и обошли важное сообщение Джувайни о первом решительном сражении защитников Ургенча с монголами, которое, по всей видимости, произошло за городскими стенами. «Со всех сторон города одновременно вступили в бой, и свершилось побоище. И словно гром и молния разнесся вой. И камни, и стрелы обрушились градом на них (на сражающихся с обеих сторон – М.Д.)».1 Временщик, султан Хумар-тегин, оставил сражающийся Ургенч и сдался монголам. Несмотря на позорный поступок первого государственного лица, защитники города продолжали сопротивление.

После крупнейшего побоища монголам удалось ликвидировать оборонительный ров и защитный гласис, овладеть городскими стенами, установить на них свое знамя и вторгнуться в пределы города. Вступив в город, монголы начали приступом брать каждую улицу и каждый квартал, потому что жители ожесточенно сражались за каждый дом (дуруб).

Джувайни рассказывал, что жители с рассвета до вечерних сумерек сражались с врагом. Монголы сжигали всё посредством сосудов с нефтью и таким образом разрушили большую часть города. Более того, завоеватели решили полностью уничтожить Ургенч, затопив его. Три тысячи воинов монгольской армии устремились на плотину-мост, построенный на Джайхуне (Аму-Дарье). Отважным ургенчцам удалось окружить трехтысячную диверсионную бригаду противника и уничтожить всех до единого. Воодушевленные этой победой, горожане стали ещё более яростными в бою и ещё более стойкими в сопротивлении. Вместе с тем Джувайни отмечал, что новая волна усиленного сопротивления горожан заставила монголов предпринять новые адекватные меры. Рашид ад-Дин военные неудачи монголов в Ургенче считал издержками давнего соперничества братьев Джучи и Чагатая, а само соперничество объяснял различиями в характерах и душевных наклонностях братьев.

На наш же взгляд, нетерпимость между Джучи и Чагатаем была следствием несовместимости двух тенденций, сложившихся в царствующем доме Чингизхана и высших кругах военно-политической элиты монголов, в характере отношений с оседлым населением Мавераннахра, Хорезма и Хорасана. Джучи стремился проводить курс на умиротворение, он хотел сохранить в целости богатый город Ургенч. Чагатай, напротив, был за повальное разрушение города и массовое уничтожение мирного населения.

По Рашид ад-Дину, в результае их (взаимного) несогласия и упрямства дело войны пришло в упадок, и интересы ее оставались в пренебрежении, а для войска и (осуществление) постановлений (йаса) Чингизхана приходили в расстройство. Вследствие этого хорезмийцы перебили множество монгольских войск, так что, говорят, холмы, которые тогда собрали из костей (убитых), еще и теперь стоят в окрестностях старого города Хорезма. Поэтому оборона Ургенча оказалась такой продолжительной.

По Ибн ал-Асиру, осада этого города продолжалась пять месяцев. Ан-Насави считал, что окружение, оборона и покорение Хорезма, т.е. Ургенча, начались в январе и завершились в апреле 1221 г., т.е. события длились четыре месяца. Во столько же исчислял продолжительность ургенчской битвы и Джузджани. К.д'Оссон считал, что осада затянулась на целых шесть месяцев.

Чингизхан, узнав о разладе между царевичами, был разгневан на Джучи и Чагатая. Он передал Угэдэю полномочия главнокомандующего осадной армией, состоявшей из трех корпусов. Этому царевичу удалось своей мягкостью помирить своих братьев и своей строгостью восстановить в войсках прежнюю дисциплину, которая до этого всегда делала их непобедимыми.

После наведения порядка в войсках монголы вступили в бой, вошли в город и подожгли его кварталы метательными нефтяными снарядами. Ан-Насави, затем Джувайни сообщают о тяжелых боях в Ургенче, о том, как монголы с трудом брали квартал за кварталом. Ургенчцы «сражались очень ожесточённо и защищали свои семьи, как только могли. Но положение стало трудным, зло обнажило свои клыки, и у них осталось только три квартала, так что у людей не было другого выхода, и тогда они запросили пощады».

Жители направили к царевичам достойного факиха Ала-ад-Дина ал-Хаййати. Но героическое сопротивление жителей Ургенча привело Джучи к пересмотру своей политики умиротворения, и он отказался от пощады. По его приказу жители Ургенча были изгнаны из города. Сто тысяч мастеров и ремесленников оказались сосланными в восточные страны, где они поселились. Молодых женщин и малолетних детей взяли в плен. Рашид-ад-Дин сообщает: остаток живых людей разделили между воинами, чтобы те их перебили. Утверждали, что на каждого монгола пришлось по двадцать четыре человека убитых. Ибн-ал Асир также зафиксировал печальную участь Ургенча, самую трагическую по сравнению с другими городами, в которых среди жителей всегда всё-таки оставались уцелевшие: «Они (заняв город – М.Д) убили всех находившихся в нём и разграбили все, что в нём было, затем они открыли плотину, и всё было затоплено и рухнуло, и вместо него была сплошная вода. Жителей столицы Хорезма, спрятавшихся от татар, погребла вода; вода затопила рухнувшие постройки».

Таким образом, трагическая и самая продолжительная эпопея Ургенча, происходившая с января по апрель 1221г. включительно, ознаменовалась чередующимися героическими вылазками, всеобщим сражением защитников с осаждавшими их монголами, уничтожением трёхтысячной диверсионной группировки врага, квартальными и уличными боями и поражениями, изменой султана Хумар-тегина, капитуляцией горожан, пленением и ссылкой населения, разрушением и затоплением города, тотальным истреблением оставшихся в живых ургенчцев.

Шестая глава «Противостояние таджиков Хорасана монгольским захватчикам» состоит из трех разделов.

Первый раздел «Сопротивление Хорасанцев». В округе Ниса в Хорасане в январе 1221 г. произошло фактически первое сражение воинов, ведомых Джалал ад-Дином и Темурмаликом, с монгольскими войсками Тохучара-найона, вторгшимся в своём преследовании султана. Битва закончилась поражением монголов. Триста боевых всадников под командованием Темурмалика и под общим руководством Джалал ад-Дина разгромили превосходящего по численности в два с лишним раза врага. Сражение под Нисой послужило для Джалал ад-Дина переломным моментом в его блужданиях и шатаниях. Он избавился от сомнений и преодолел подавленность и, исходя из анализа минувших событий и сложившейся ситуации, начал решительную борьбу с монгольскими полчищами.

Монгольские военные силы под командованием Тохучара-нойона, направленные на захват Ала ад-Дина, не смогли препятствовать Джалал ад-Дину в его приготовлениях к предстоящим решительным сражениям. В Бусте к Джалал ад-Дину присоединились Амин-Малик (он же Хан-Малик – М. Д.), правитель Герата, и его мукта с десятью тысячью всадниками-тюрками. Джалал ад-Дин совместно с Амин-Маликом напали на авангардные отряды монголов, осадивших крепость Кандахар, разгромили их и обратили в бегство. По словам Ан-Насави, спаслись в сражении в Кандахаре лишь немногие монголы, которые и принесли Чингизхану весть о том, что случилось с его войском. Его (Чингизхана – М. Д.) охватило смятение, когда он увидел, что его сподвижники стали мясом для острых мечей и пищей для хромых орлов».1

Чингизхан весной 1221 г. завершил передвижение своих войск и взял Балх, один из древнейших городов Востока. По Ибн ал-Асиру, «жители Балха запросили пощады. Неверные согласились пощадить их, и город был сдан монголам в шестьсот семнадцатом году. Монголы не учинили ни грабежей, ни истребления людей, а назначили свою шихну и ушли», отправившись в Заузан, Майману, Андхой и Фараб.

Участившиеся набеги Джалал ад-Дина на монголов способствовали нарастанию волнений и восстаний в области Балха и вызвало недоверие Чингизхана к искренности её жителей в их покорности. Он нарушил свое обещание о пощаде и велел перебить балхцев. Монголы сожгли городской сад, разрушили крепостные стены, гласис, дворцы, замки и строения. По возвращении Чингизхана из пределов Нишапура по его приказу было истреблено оставшееся население Балха. На этот раз были снесены и стерты с лица земли последние остатки укреплений и строений. Судя по рассказу Ибн-Батуты, вторичное истребление населения и разрушение материальной культуры Балха было произведено по приказу Чингизхана в ответ на очередное восстание его жителей. После истребления населения и разрушений славный Балх превратился в мертвый город, лежавший весь в развалинах.

Чингизхан после Балха распределил контингент монгольских войск по трём направлениям ударов. Его младший сын Тулуй был отправлен на Запад Хорасана на покорение трех больших городов региона: Мерва, Нишапура и Герата. Другая группа монгольских войск должна была осаждать горные крепости северных отрогов, Паропамиза и Гиндукуша. Сам Чингизхан решил лично осуществить две стратегические задачи: обеспечить завоевание Таликана в Мургабе и его известную цитадель Нусраткух и разгромить войска султана Джалал ад-Дина.

По Ан-Насави, Чингизхан прибыл в Таликан с многочисленной армией, не поддающейся подсчету. Ибн ал-Асир писал: «…Они (монголы – М.Д) осаждали её в течение шести месяцев, ведя сражения с его защитниками и ночью и днём, но не добились никакого успеха… Чингизхан прибыл к ним сам с соединением и стал вести осаду крепости… ещё четыре месяца». Оборона и осада цитадели Нусраткух в Таликане продолжалась, если верить Ибн ал-Асиру, десять месяцев.

По Джузджани, монголы в Таликане занялись осадой ее цитадели Насркух (правильнее Нусраткух – М.Д). Защитники проявили большую настойчивость и самоотверженность (руджуъ низ ва джонсупори менамуданд). Чингизхан, подъехав к цитадели, разбил лагеря в местностях, называвшихся «Пуштаи Нуъмон» («Холм Нугмана»), «Дашти Каъба» («Степь Кааба»). Во время осады защитники крепости оказались в тяжелейшем положении. Ежедневно в соборной мечети цитадели проходило чтение Корана в память о погибших, затем облачались в военные доспехи и вступали в бой. Многих монголов они отправили в геенну ада. Узрев накал боя, Чингизхан вступил в бой. По его велению, заполнив землей ров, построили большой холм, на котором установили «манджаник», и им обстреляли и разрушили внутреннюю часть цитадели. Как только монгольские всадники попытались вторгнуться в крепость, из ворот навстречу им бросились в атаку люди доблести (айери джанги), т.е. гарнизон Нусраткуха. Доведенный до крайности, он совершил генеральную вылазку, чтобы пробиться сквозь осаждающих. Кавалерия спаслась, отходя в горы, но пехота была разбита на голову. Защитники Нусраткуха наотрез отказались сдаться и выразили решимость сражаться до последнего.

Только тогда, когда Тулуй закончил завоевание Хорасана, он с несметным числом войск присоединился к осаждавшим Нусраткух. Монголам удалось истребить и разрушить Таликан, его жителей и защитников цитадели. Монголы, завоевав Нусраткух Таликана, никого не оставили в живых. Цитадель с её фортификационными сооружениями, замком и строениями – все снесли.
1   2   3   4   5   6

Похожие:

Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconСостояние образования и просвещения на Руси домонгольского периода и в период татаро-монгольского нашествия
И научной литературы и исторических документов рассмотрены направления образовательной политики князей в домонгольский период, а...
Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconУрок народы амурской земли
Даурская земля. Приамурские племена остались в стороне от главных ударов монгольского нашествия. На землях Верхнего и Среднего Приамурья...
Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconВедомость №1201-01
Ведомость №1201-01 на получение аттестатов с отметкой нп «МоАП» (Приказ №1201-01 от 16. 01. 2012)
Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconКурсовая работа по истории на тему "Культура Руси в период от крещения до татаро-монгольского нашествия"
Европы от Приладожья до Черного моря и от Предгорьев Карпат до бассейна Волги рушится первобытнообщинный строй, складываются классовое...
Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconДоктор(Ph. D) Gian Luca Bonora Л. Н. Гумилев атындағы ЕҰУ-нен партнер Мустафина Р. М. 15. 03. 2012 – 18. 04. 2012 ж
Географическое и историческое значение концепции «Центральная Азия и Средняя Азия»
Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconЧетвертый и последний период татаро-монгольского ига: 1448 – 1480 годы
Стояние на Угре”. Окончание татаро-монгольского ига, великой эпитимии русского народа и русской Церкви. “Преславной чудо Пресвятой...
Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconЦентральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.)

Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconВторой период татаро-монгольского ига: 1246 – 1326 годы. Краткая религиозная характеристика завоевателей – татаро-монголов
Русская Православная Церковь во второй период татаро-монгольского ига: 1246-1326 годы. Деятельность митрополита Кирилла по укреплению...
Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconСредняя и центральная азия в колониальных планах германской империи в 1870-е 1918 гг

Центральная азия накануне и в период монгольского нашествия (1201-1223 гг.) iconОбщие туристические прибытия (м)
Америка, юго-восточная Азия, северо-восточная Азия, Ближний Восток, Южная Америка, Северная Африка, развивающиеся страны, весь мир,...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org