Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.)



страница1/5
Дата26.08.2013
Размер0.59 Mb.
ТипДиссертация
  1   2   3   4   5


На правах рукописи

ТРОИЦКИЙ ЕВГЕНИЙ ФЛОРЕНТЬЕВИЧ
ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ

В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ (1992 – 2009 гг.)


Специальность 07.00.03 – Всеобщая история


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Томск – 2010

Диссертация выполнена на кафедре мировой политики исторического факультета ГОУ ВПО «Томский государственный университет»


Научный консультант: доктор исторических наук, профессор

Зиновьев Василий Павлович

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Лузянин Сергей Геннадьевич

доктор исторических наук, профессор

Бармин Валерий Анатольевич

доктор исторических наук, профессор

Чернышов Юрий Георгиевич

Ведущая организация: Московский государственный институт международных отношений (университет) МИД России


Защита диссертации состоится 08 апреля 2011 г. в «15.00» часов на заседании диссертационного совета Д 212.267.03 в ГОУ ВПО «Томский государственный университет» по адресу: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 36, ауд. 41.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Томского государственного университета.

Автореферат разослан 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор исторических наук, профессор О.А. Харусь

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Изменчивость и неустойчивость международной ситуации в постсоветской Центральной Азии, превращение региона в поле пересечения интересов соседних стран и удаленных «центров силы», усиливающаяся склонность центральноазиатских государств к балансированию между внешними воздействиями обуславливают актуальность темы исследования, побуждая не только к анализу текущих и недавних событий и прогнозированию ближайшего будущего, но и к попыткам выявления тенденций и закономерностей развития международных отношений в регионе, требующим целостной реконструкции их истории на всем протяжении 1990-х – 2000-х гг.

Особую значимость придает исследованию современной истории международных отношений в Центральной Азии российский контекст. Для России регион является одним из нескольких наиболее значимых направлений внешней политики. Безопасность российско-казахстанской границы напрямую зависит от развития событий в Центральной Азии. Россия связана со странами региона экономическим сотрудничеством, миграционными потоками, обширной сетью человеческих контактов. Курс на сохранение и консолидацию российского влияния в Центральной Азии – необходимая часть усилий, направленных на укрепление позиций страны на международной арене, которые предпринимает российское руководство.


Научная значимость исследования определяется потребностью в выявлении закономерностей становления и развития центральноазиатской подсистемы международных отношений и устойчивых взаимосвязей между процессами, протекающими в Центральной Азии, и внешней международно-политической средой. Воссоздание исторического фона и выявление этапов трансформаций, через которые прошли центральноазиатская подсистема и сформировавшиеся вокруг региональной проблематики комплексы межгосударственных взаимодействий, необходимо для выстраивания «системы координат», позволяющей давать взвешенные, отдистанцированные от политической конъюнктуры оценки политики, проводимой в регионе внешними акторами. Исторический анализ, сфокусированный на отслеживании факторов и тенденций, менявших роль Центральной Азии в международной системе, позволяет, с одной стороны, конкретизировать и верифицировать разрабатываемые теорией международных отношений концепции соотношения и взаимовлияния глобального и регионального уровней международной системы, формирования и эволюции регионов и региональных подсистем, с другой стороны – увидеть в динамике и своеобразии разворачивающихся в Центральной Азии событий и процессов проявление общих закономерностей, действующих в международной системе на современном отрезке ее истории.

Степень изученности темы. Усилиями отечественных и зарубежных международников, историков, политологов, регионоведов за 1990-е – 2000-е гг. вокруг проблематики международно-политических процессов в Центральной Азии сформировалось обширное и многослойное поле научной литературы. Прежде всего, обращает на себя внимание ряд работ, в которых дается общий обзор международных отношений в регионе1. Как правило, эти исследования являются серией очерков, посвященных внешней политике центральноазиатских государств и региональной политике основных внешних акторов; иногда, кроме того, рассматриваются и те или иные параметры (исторические, социально-экономические, этнокультурные) региональной среды международных отношений. Если отечественным и зарубежным работам первой половины 1990-х гг. свойственно было делать акцент на международно-политической периферийности Центральной Азии2, то с середины 1990-х гг. широкое распространение получил тезис о ее превращении в арену стратегического соперничества и экономической конкуренции внерегиональных государств – так называемой «новой большой игры»3.

Среди обобщающих трудов выделяются работы американской исследовательницы М. Олкотт, попытавшейся в двух монографиях, изданных в 1997 и 2005 гг., свести в единую картину внутриполитические и социально-экономические трансформации, переживаемые центральноазиатскими государствами, и региональный «срез» международно-политической динамики4. Работы Олкотт отличаются богатством фактического материала, но размытостью общей концепции, подмененной стремлением судить обо всех разворачивающихся в регионе процессах исходя из поставленной автором перед странами Центральной Азии задачи «усвоить» ценности и нормы современного западного общества. В исследованиях казахстанских политологов У.Т. Касенова, С.К. Кушкумбаева, киргизского дипломата А.Д. Джекшенкулова в центре внимания находятся национальные интересы и дипломатическая активность стран региона, однако этим авторам, одновременно ориентирующимся на официальные доктрины и интерпретации и участвующим в их разработке и обосновании, свойственно преуменьшать роль внешних и внутренних факторов, очерчивающих рамки внешнеполитической самостоятельности руководства центральноазиатских государств5.

В числе отечественных работ, призванных воссоздать целостную картину современных международных отношений в Центральной Азии, обращают на себя внимание исследования Е.М. Кузьминой и А.А. Казанцева6. Несомненное достоинство работы Е.М. Кузьминой – внимание, уделяемое экономическому измерению региональной среды международных отношений; в то же время из поля зрения автора выпадает внешнеполитическая активность самих центральноазиатских государств, а внешние акторы фактически рассматриваются как не связанные друг с другом «персонажи», движущиеся по непересекающимся траекториям в «пустом» региональном пространстве. Монография А.А. Казанцева является оригинальным исследованием, отличающимся попыткой выявить роль сложившихся в Центральной Азии формальных и неформальных институтов и стремлением к сравнительному анализу ресурсов, интересов и действий, предпринимаемых в Центральной Азии широким кругом внешних акторов. Достоинства работы А.А. Казанцева снижает нехватка организующей концепции: автор обходит стороной фундаментальный вопрос о месте региона в международной системе, а специфику межгосударственных отношений на центральноазиатской арене пытается раскрыть мало о чем говорящим указанием на их «высокую неопределенность» и «непредсказуемость».

В целом, абсолютное большинство зарубежных и отечественных работ, предметом которых становится весь комплекс международных отношений в постсоветской Центральной Азии, отличается панорамно-обзорным характером, оборотной стороной которого, как правило, становится размытость концептуальных рамок исследований и разрозненность их отдельных элементов, зачастую досконально проработанных, но слабо вписанных в общую картину.

Обширный пласт научной литературы составляют работы, посвященные отдельным сферам межгосударственных и мирополитических взаимодействий в Центральной Азии. В работах отечественных и зарубежных специалистов обстоятельно рассмотрены международно-политические аспекты проблематики освоения углеводородных ресурсов стран региона и доставки добываемых в Центральной Азии нефти и газа на внешние рынки7. Однако выбор предметом изучения нефтегазовых «сюжетов» предполагает сдвиг территориальных рамок исследований к Казахстану и Туркменистану; география углеводородных месторождений и комплекс вопросов, связанных с разделом и использованием Каспийского моря, предопределяет выделение вокруг соответствующих межгосударственных взаимодействий Каспийского региона – единицы, чья международно-политическая динамика тесно связана с центральноазиатской, но имеет собственную логику формирования и развития.

На фоне массива работ, рассматривающих энергоресурсное измерение международных отношений в Центральной Азии, менее изученной предстает проблематика межгосударственных отношений в водохозяйственной сфере, жизненно важная для стран региона, но сравнительно слабо задевающая интересы внешних акторов. Среди других аспектов межгосударственных и мирополитических взаимодействий в Центральной Азии, которым посвящались специальные исследования, можно выделить проблематику урегулирования пограничных проблем, миграционных процессов, региональной наркоторговли и нароктрафика, развития сети транспортных коммуникаций, связывающих страны Центральной Азии друг с другом и с внешним миром8. Развернутый анализ становления и развития всего спектра внешнеэкономических связей центральноазиатских государств, реконструированных на фоне общей картины социально-экономического кризиса 1990-х гг., содержится в работе сотрудников ИМЭМО РАН С.В. Жукова и О.Б. Резниковой9.

Постоянным предметом внимания историков и специалистов-международников являются комплексы межгосударственных взаимоотношений, сформировавшиеся между внерегиональными акторами в связи с их политикой в Центральной Азии. Как правило, в этих исследованиях регион рассматривается как арена и объект взаимодействия великих держав – России, Китая и США. Сопоставление работ, написанных в этом ключе российскими, китайскими и американскими авторами, позволяет составить более полное и отчетливое представление о соотношении интересов Москвы, Пекина и Вашингтона в Центральной Азии, взаимообусловленности и взаимозависимости действий великих держав в регионе, выявить корреляции между общей эволюцией российско-китайских, российско-американских и американо-китайских отношений и их политикой на центральноазиатском направлении10.

Пласты научной литературы сформировались вокруг центральноазиатской политики каждого из внешних акторов, проявляющих устойчивый интерес к региону. Изучению различных аспектов российской политики в Центральной Азии посвящались работы многих отечественных и зарубежных авторов, в том числе А.Д. Богатурова, К.П. Боришполец, И.Д. Звягельской, С.Г. Лузянина, С.И. Лунева, А.В. Малашенко, Д.Б. Малышевой, В.В. Наумкина, Д.В. Тренина, М.А. Хрусталева, С.И. Чернявского, Г.И. Чуфрина, С.М. Акимбекова, У.Т. Касенова, К.Л. Сыроежкина, Р. Аллисона, С. Блэнка, Л. Йонсон11. В этом поле исследований обращают на себя внимание работа Д.В. Тренина, в которой действия России в Центральной Азии рассматриваются сквозь призму авторской концепции дифференциации и распада постсоветского пространства12; монография С.Г. Лузянина, вписывающая центральноазиатский вектор российской дипломатии в общую картину «восточной» политики Москвы13; предпринятая шведской исследовательницей Л. Йонсон попытка выявления и анализа факторов, способствовавших активизации российской политики в Центральной Азии в конце 1990-х – начале 2000-х гг.14 В то же время практически отсутствуют обобщающие работы, которые рассматривали бы историю становления и этапы эволюции российской политики в Центральной Азии на всем протяжении постсоветского периода.

Современная китайская политика в регионе становилась предметом анализа в работах А.Д. Богатурова, А.Д. Воскресенского, С.Г. Лузянина, О.Б. Рахманина, американских и европейских исследователей Дж. Гарвера, Д. Глэдни, Б. Джилла, Т. Келлнера, М. Ларюэль, С. Пейруза, Н. Сванстрема, многих китайских и центральноазиатских специалистов, в том числе Син Гуанчэна, Чжао Хуашэна, А.С. Каукенова, С. Олимовой, В.В. Парамонова, К.Л. Сыроежкина, К.Ш. Хафизовой, А.Х. Ходжаева15. Фундаментальностью отличается монография швейцарского синолога Т. Келлнера, в которой воссоздается целостная картина эволюции центральноазиатской политики Пекина на протяжении 1990-х гг. и развития межгосударственных отношений и экономических взаимосвязей между КНР и государствами региона16. Интересную попытку соотнести реальное содержание и динамику развития межгосударственных отношений между Китаем и центральноазиатскими странами с тем, как китайская политика воспринималась населением и элитами государств региона, предприняли французские исследователи М. Ларюэль и С. Пейруз17. В работах казахстанского историка К.Л. Сыроежкина интересы и действия Китая в Центральной Азии рассматриваются в тесной связи с политикой китайского руководства в Синьцзян-Уйгурском автономном районе и проблемой уйгурского сепаратизма18.

В работах ряда отечественных и многих зарубежных авторов обстоятельно изучены все основные аспекты и этапы развития политики США в Центральной Азии19. Среди американских исследователей творческой активностью выделяется С. Блэнк, склонный видеть главную задачу региональной политики Вашингтона в противодействии российскому «неоимпериализму»20. В работах Ф. Старра была предпринята попытка привести к «общему знаменателю» сложную картину американских стратегических интересов, прямо и косвенно связанных с Центральной Азией, и разработать целостную концепцию политики Вашингтона в отношении Афганистана и центральноазиатских государств21.

Среди работ, посвященных становлению и развитию региональной политики других внешних акторов, обращают на себя внимание фундаментальный труд С.М. Юна, восполнивший пробелы в изучении центральноазиатской политики Европейского Союза и его ведущих государств22, и исследования Б. Араса, Х. Пеймани, Г. Уинроу, Э. Херцига, в которых рассматривалась политика Турции и Ирана в регионе23. Влияние конфликта в Афганистане на страны Центральной Азии становилось предметом анализа в монографиях С.М. Акимбекова, А.А. Князева, книгах пакистанского журналиста А. Рашида, затрагивалось в работах отечественных специалистов по Афганистану и Пакистану24.

За 1990-е – 2000-е гг. сложилась обширная историография внешней политики и международных связей центральноазиатских государств. Обстоятельно изучены – благодаря, прежде всего, усилиям сформировавшегося в Казахстане национального сообщества политологов и международников и нескольким обобщающим работам, опубликованным российскими и американскими специалистами, – все основные аспекты и географические направления внешней политики Астаны25. Во многих статьях и отдельных монографиях рассматривались различные аспекты внешней политики Узбекистана, Киргизии, Таджикистана и Туркменистана26.

Заметный вклад в исследование истории международных отношений в Центральной Азии внесли соответствующие научные центры, сформировавшиеся за 1990-е – 2000-е гг. в Западной Сибири и на Алтае. Алтайскую востоковедческую школу, ярко представленную в работах В.А. Моисеева, В.А. Бармина, В.С. Бойко, отличает не только глубокая разработка проблематики российско-китайского взаимодействия в Центральной Азии в XVIII – начале XX вв., новой и новейшей истории Синьцзяна и Афганистана, но и интерес к постсоветскому периоду истории Казахстана и современным международно-политическим и социально-экономическим реалиям Центральной Азии27. В рамках сложившейся в 2000-е гг. томской востоковедческой школы выполнен ряд диссертационных исследований, посвященных современной истории международных отношений в Центральной Азии28. Постоянным предметом научных интересов алтайских, томских, омских историков и международников является проблематика торгово-экономических, гуманитарных, миграционных связей между Сибирью и Центральной Азией29.

В целом, в научной литературе обстоятельно изучены многие отдельные аспекты и конкретные сюжеты межгосударственных и мирополитических взаимодействий, сложившихся в Центральной Азии либо непосредственно связанных с региональной проблематикой. В то же время востребованными остаются исследования, фокусирующие внимание на общих закономерностях и тенденциях развития международных отношений в постсоветской Центральной Азии и устойчивых взаимосвязях, определяющих положение региона во внешней международно-политической среде.

Таким образом, объектом диссертационного исследования являются международные отношения в Центральной Азии в 1990-е – 2000-е гг., а его предметом – межгосударственные взаимодействия, влиявшие на положение региона в международной системе, и основные характеристики центральноазиатского комплекса международно-политических взаимосвязей.
  1   2   3   4   5

Похожие:

Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconЦентральная азия в системе международных отношений на современном этапе
Защита состоится «­­­26» мая 2011 г в 12 часов на заседании Диссертационного совета по политическим наукам д 209. 001. 01 в Дипломатической...
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconВ билете будет 3 вопроса – по одному из каждой части. Часть I. История международных отношений
Вестфальская система международных отношений. Формирование, динамика, международно-правовые, институциональные и ценностные основы....
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconГермания и чехословакия в системе международных отношений послевоенной европы 1918-1925 07. 00. 15 история международных отношений и внешней политики

Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconПолитика армении в отношении россии (1992-2003гг.)
Диссертация выполнена на кафедре международных отношений и внешней политики России Московского государственного института международных...
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) icon«Международное сотрудничество России в области разоружения, 1992-2006 гг. (на примере программы утилизации атомных подводных лодок)»
Работа выполнена на кафедре международных отношений и внешней политики России Московского государственного института (Университета)...
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconВнешняя политика китая в контексте трансформации системы международных отношений 23. 00. 04 Политические проблемы международных отношений и глобального развития
Диссертация выполнена на кафедре социологии международных отношений социологического факультета
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconА. А. Клинцов Трансформация политических архетипов в системе международных отношений
«всплеск» такой «архаики» (политических архетипов) не мог не повлиять на реалии международных отношений между непосредственно государствами...
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconЛекция №4 Тема: Тордессильясский мирный договор. Начало колониальной конкуренции и секуляризации международных отношений
Ки относительно упорядоченной системы международных отношений. Создание первой системы международных отношений датируется 1494 годом,...
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconЭволюция политико-дипломатической роли США в развитии палестино-израильского конфликта (1990-2000 гг.) 07. 00. 15 История международных отношений и внешней политики
Работа выполнена на кафедре международных отношений и внешней политики Московского государственного института (Университета) международных...
Центральная азия в системе международных отношений (1992 2009 гг.) iconДоктор(Ph. D) Gian Luca Bonora Л. Н. Гумилев атындағы ЕҰУ-нен партнер Мустафина Р. М. 15. 03. 2012 – 18. 04. 2012 ж
Географическое и историческое значение концепции «Центральная Азия и Средняя Азия»
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org