Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус»



Скачать 121.42 Kb.
Дата31.10.2012
Размер121.42 Kb.
ТипРассказ
на Международный конкурс рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус»

Ю.Лугин

(Лукин Юрий Леонидович)
Простёпа
В середине августа перед тем, как мне – в десятый, а Ольге – на последний курс в Академии, пришлось нам с нею в Киров смотаться. Сестренка вещи в общагу донести и одна бы управилась, только зря, что ли, младшего братца на деревенском молочке и чистом сливочном масле воспитывали?

Смотались без проблем. Сестренку с вещичками я выгрузил, в общаге погостевал, с Ольгиными соседками по комнате чайку попил, цветом лица от их разговоров в свеклу обращенный. Пару часов по городу пошатался и - на «Демидовский экспресс», который до Вахрушина без остановок катит. Потом от Вахрушина до Рехино крюк в обратную сторону выходит, но быстрее, чем на электричках, которые все позже «Демидовского» и каждому столбу кланяются, а в Ардашах почему-то аж целых двадцать минут стоят.

В Вахрушине на перрон я вылез, когда едва засмеркалось. Мороженку в буфете купил, снова на перрон вышел в ожидании обратной электрички.

Вижу: девушка плачет… Красивая, одетая модно, года на полтора-два меня старше. Рядом – чемодан здоровенный на колесиках, сумка неподъемная…

Было бы кому подойти и участие проявить, я бы с места не сдвинулся. Оказалось, кроме меня, некому.

Подошел. Спросил, что случилось.

Случилась, по ее словам, катастрофа полная. Она в том же «Демидовском экспрессе» ехала до Вахрушина в первый раз: сюда накануне ее родители из Омской области переехали, пока она в Москве в Педагогический вступительные экзамены сдавала. Проводница лишь по прибытии к месту назначения ее предупредила, что стоянка – две минуты… В общем, в заполошной спешке девушка сумочку в купе забыла - с деньгами, документами, мобильником и адресом, на бумажке записанным, которого наизусть, естественно, не запомнила. Как и телефонных номеров, в память мобильника вбитых под кодовыми «папа» и «мама». Не встретил никто и не должен был встречать, потому что задумывался сюрпрайз

Как назло, дождик пошел, похолодало. Девушка свое слово сказала, перестала всхлипывать, смотрит на меня взглядом неприголубленной кошки, а я молчу и лихорадочно не о том, о чем надо, думаю. О том, что в подобных случаях, когда в чужую беду влезаешь, должен в лепешку расшибиться, но из беды человека вытащить. А не сможешь – иди и утопись. А вот как вытащить, сообразить не могу.

Первым делом вещи пристроили. Камеры хранения на Вахрушинском вокзале – старом еще, а не том, который нынешним летом построили, – секция автоматических ячеек из советского прошлого, но из-за ветхости своей они типа декорации. Пришлось договариваться с дежурным диспетчером у нее в комнатушке оставить. Дежурной оказалась хорошая знакомая – мать одноклассницы, Наташки Васюгановой. У нее же разведал: «Демидовский экспресс» в Балезино по расписанию прибывает через двадцать минут на длинную стоянку, когда бригада меняется.
Плюс еще полчаса…

На вертолете бы успели…

Сразу про Вовчика Чиркова вспомнил. Он рядом на Привокзальной улице живет. И вертолетов у него пластиковыми модельками - куча. Вернее, туча – под потолком, на веревочках. Но главное – вспомнил про Вовчикова отца.

Отец у Вовчика – из тех, про кого песня: «Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым». Он как дембельскую мечту свою в начале восьмидесятых реализовал (специально вольнонаемным на Севере на год после срочной службы завербовался, чтобы на сбычу мечт денюшков заработать) и «Чезету» купил, так она у него до сих пор на ходу и блестит краше новой. (Для тех, кто не понял: это мотоцикл чехословацкий - вроде «Явы», но покруче: спортивная модель.) Понятно, Чирков-старший агрегат свой блюдет пуще, чем Панталоне ветреную Коломбину, но насчет Вовчика я ни вот на столечко не сомневался. В конце концов, друг он мне или где? И про себя в качестве байкера я плохо не думал. В нашем фермерстве до сих пор «Днiпро» с коляской на ходу, я на нем под чутким батиным руководством (но чаще без) сотни четыре километров по проселочным дорогам и бездорожным буеракам наколесил. А после «Днiпро» у «Чезеты» руль по федеральной трассе крутить…

Только ерунда это. Во-первых, дальше Фалёнок на восток я не бывал и колесить в темноте по неведомой дороге – удовольствие ниже среднего и вообще опасно. Во-вторых, следующая после Балезино у «Демидовского экспресса» остановка – две минуты в Глазове. А Глазов – это уже Удмуртия. Почти 120 кэмэ от Вахрушина. Даже если успеть, что весьма маловероятно, за две минуты стоянки нужный вагон и сумочку в нем найти совсем невероятно…

- В чем проблема, Степан? – Наташкина мать спрашивает.

Отвечаю: так, мол, и так и девчонкину историю вкратце пересказываю.

Тетя Маша к пульту диспетчерскому развернулась, тумблерами пощелкала:

- Валентиныч? Але? Ты где? Слушай, дело… Ты в Балезино малого по составу пошли – у вас пассажирка одна сумочку с документами оставила… - ладошкой микрофон прикрыла и девчонке: - Номер вагона, место в купе, как сумочка выглядит, какого цвета - и быстро! – потом в микрофон Валентинычу за девчонкой каждое слово повторила.

Реально надежда появилась: очень уж спокойно и деловито тетя Маша все проделала и, тумблер выключив, о проделанной работе отчиталась:

- Бригада «Демидовского» с нашей дистанции пути. Сейчас в Балезино как раз локомотивы меняются: наши пермский цепляют, а пермские – свердловский. И домой в расходящихся направлениях. Часика через пол Валентинычу запрос сделаю, нашел его помощник сумочку или нет, а через час с небольшим они здесь будут. Располагайтесь пока. Чайку попьем…

Чай пить девчонка отказалась, и мы с ней на улицу вышли под окнами диспетчерской, где сверху от дождя козырек спасает, на лавочке посидеть.

Электричка моя последняя постояла, сколько ей положено, и уехала. Что последняя и мне ехать надо, девчонке не заикался. Неловко…

Разговорились. Девушка уже не так переживала, но до конца не успокоилась. Даже когда тетя Маша из окошка прокричала: все тип-топ, и Валентиныч сумочку везет. И вот еще что меня нехорошо дерябнуло – пессимизм девчонки какой-то, я бы сказал, запредельный. Мол, сумочку помощник Валентиныча в купе найдет или не найдет, а по рации по-любому передадут, что не нашел. Денег-то в сумочке больше десяти тысяч, да мобила из дорогих…

В общем, муторно мне было при показной веселости и уверенности. Одна надежда, что сумочка на месте. А то ведь не докажешь, что Валентиныч и его малой ее действительно не нашли, а не…

Нехорошо о людях загодя плохо думать, но и девчонку понять можно. Времена такие. Даже не тяжелые – а когда в России они легкими были? – а мрачные, смурные. Одичал народ, ничего не скажешь… Но когда поезд «Пермь – Москва» до Вахрушина добрался и из тепловоза нам сумочку в полной сохранности изначальной комплектации передали, у меня едва с языка не сорвалось девушку упрекнуть: «Тебе трех недель в Москве хватило, чтобы любого встречного-поперечного заранее в паскудстве подозревать?» - но сдержался. Подумал только.
Пока на лавочке сидели, о многом переговорили, но в памяти мало что осталось. Я ведь впервые один на один с красивой девушкой разговаривал и еще не знал, что так обычно и бывает. Можно всю ночь шерочкой с машерочкою гулять, за руки держась, в душе – восторг полный, а слова не запоминаются. Потому и бестолковое дело – во время романтического свидания о чем-то серьезном разговаривать и философские диспуты вести. Это потом, когда романтические отношения переходят в разряд устойчивых и доверительных.

Что запомнилось: девушку Светланой звали, ей восемнадцать лет, в институт она поступила, единственный в семье ребенок, папа с мамой – педагоги оба, но отец по профессии не работает (бизнесмен средней руки) и в Вахрушин они переехали временно – транзитом по пути в стольный град, где папаша намерен конкретно приподняться

Узнав, как меня звать-величать, Светлана тривиально удивилась: «Какое оригинальное и чисто русское имя!»

- Мне говорили, не русское, а греческое. У кого-то – «Стефан», а у венгров вообще «Штефан».

- «Штефан» тоже классно!

- Не заморачивайся, зови меня просто Стёпкой.

- Просто-Степка? - хихикнула и давай перечислять: - Просто-Ваня, Просто-Дима, Просто-Саша, Просто-Филя, Просто-Степа….

- Ну, если тебе в лом меня просто Степкой называть, я на любое согласен. Хоть Простёпой назови!

Когда я нечаянно про «Опять от меня сбежала последняя электричка…» проговорился, она сама предложила:

- Мне бы по мобильнику позвонить, а там папуля тебя на машине подбросит. До самого крылечка доставит!

(Про мобильник я уже думал: своим не позвонить ли? Только нет и, надеюсь, не появится у меня такой привычки решаемыми проблемами родственников на уши ставить, да и связь сотовая тогда с Мышонкой была неустойчивая, пока нынешним летом в Семушине новую вышку не поставили.)

Папулю я через двадцать минут в натуре лицезрел: Светлана, до сумочки дорвавшись и ее первым делом на сохранность проверив, сразу домой позвонила. Папуля на фисташковом «рено» в миг нарисовался, дочку в щечку чмокнул, в салон посадил, у меня чемодан и сумку из рук выхватил, в багажник погрузил, за руль впрыгнул – и укатили, не оглядываясь.

Я плечами пожал – от удивления, но без обиды. Немудрено при этаком форс-мажоре девчонке про свои обещания забыть, а отец вообще не обязан бензин и время на какого-то Простёпу тратить, когда дочка не без приключений домой приехала. А тут тетя Маша снова в окошко диспетчерской выглядывает:

- Степка, если тебе домой, беги к депо – сейчас дрезина с ремонтниками в сторону Просницы пойдет!

Короче, до Мышонки добрался, еще одиннадцати не было. Мои никто серьезно беспокоиться даже не начинали.
Эпизод с сумочкой, признаюсь, меня на гормональный взрыв пробил. Я ведь тогда себя почти взрослым почувствовал. Внешний вид ни при чем: уже два года назад, когда мужики, у нас на строительстве коровника работавшие, меня за куревом посылали, никто из продавщиц паспорт у меня не спрашивал, хотя в районе с этим строго. Светлана со мною как со сверстником разговаривала, если вообще за более старшего не приняла. Вот бы удивилась, узнай, что я в ее естественном для восемнадцатилетней девушки восприятии – малолетка.

Все хотелось с нею как-нибудь случайно в Вахрушине встретиться, но не получалось. Фантазии, однако, разыгрывались. Напоминаю: мне ж тогда шестнадцатый годок на биографию накручивался. Самый возраст для фантазий. Вот и грезилось, будто я – Супермен, Бэтмен и Зорро-красавчик в одном лице, который во всю геройствует, от всех бед Светлану спасая. Понятно, доведись кому тонущую красавицу из речки вытащить, влюбится в спасенную хотя бы потому, что шансы на взаимность не просто имеют место быть, а чуть ли не Божественным промыслом гарантированы.
Встретиться довелось этим летом, в середине июля.

К этому времени уже откосились, неделя выдалась более-менее спокойная. И вот сидим как-то к вечеру перед телевизором в полном (Ольги не считая) семейном составе, а мама вдруг - к окошку:

- Кажется, Дедова полянка горит!

Батя мигом с места сорвался, мне глазами на дверь кивнул: догоняй!

Догнал, когда он на тракторе уже к воротам выруливал. Десантник, блин, - у них, у десантников, рефлексы помимо мозгов срабатывают, и что характерно – именно так, как по уму лучше не получится.

До Петруниной полянки махом долетели. Кстати, Петруниной она называется по-нашему, по-домашнему: прадед Петруня, земля ему пухом, это местечко любил. Речка рядом, берег холмом возвышается, ветерком свежим комаров и слепней сносит, по берегу полянку подковой кусты черемухи огибают, здесь же ключ студеный из земли… Прадед, когда ему восемьдесят девятый пошел, резко хиреть начал – не мог уже, как прежде, живчиком, на деревяшке своей ковылять, но все просил при каждой оказии его на эту полянку транспортировать на солнышке погреться. Мог здесь с утра до вечера просидеть на лавочке, батей специально оборудованной, умиротворенный и счастливый. Помню, как он однажды сказал: «Вези меня, Сашка, на мою полянку в последний раз – завтра помирать буду!» Так и вышло: привезли вечером, тихого, улыбающегося… За ужином он с нами за столом посидел, ни слова не говоря, взглядом подолгу на каждом останавливаясь, а ночью умер – никто и не заметил, как…

Выехали, куда еще перед черемуховыми зарослями можно, батька трактор заглушил, и оба на полянку бегом.
Над полянкой – дым клубами, а на полянке…

У меня чуть сердце не оборвалось. Не от злости – скорее, от тоски и какого-то запредельного отчаяния: ну, скажите мне, которые умные и знающие, откуда у нас такие уроды берутся, которым ни за что не стыдно и которые будто бы никогда в книжках или по телику павианов не видели?

Компания городская… Из тех, которые себя элитой воображают по причине, что папа – типа районный прокурор или главный ментовской начальник. Целых пять штук, из них четверо хлопцы, а пятая девица одна на всех… которую Светланой звать. Я ее сразу узнал, а она меня нет, потому что если в нашу сторону и смотрела, то в упор нас с батей не видела, как ее царственного внимания не стоящих.

Парни до кроме плавок голыми телами выхваляются, в пляжный волейбол играют; а эта на складном дачном стульчике восседает в запредельном сексапиле – в купальнике, на который одного носового платка хватило бы, пополам разорванного… Я при первой встрече видел, какая она красивая, но по понятной причине не разглядел, что до такой степени. Но почему-то сейчас от ее красоты…

В общем, что мы с батькой во всем безобразии увидели, у городских называется: «Отдыхать на природе». Если бы по-человечески, кто против? А эти… Приехали на катере – вон стоит, тросом за ивовый ствол зацепленный так, что тросом с ивы кору - напрочь. Полянка «продуктами жизнедеятельности» устряпана: банками из-под пива, пластиковыми стаканчиками, бутылками битыми из-под «Чинзано» и «Текилы», окурками… Пожалуй, когда бы здесь чистый мальчишник или девичник обосновался, я бы не удивился и «продуктам жизнедеятельности» в прямом, а не в переносном смысле.

И если бы ничего кроме… Противно, но терпимо и поправимо – рук и времени не жалея, можно после гостей полянку в первозданный вид вернуть. Но не вернуть: беседка прадедовская, в щепу раскуроченная, в костре догорает, копешка сена, неделю назад нами с батькой сбоку наметанная, туда же пошла. А Светлана не просто сидит, загорает и воздушные ванны принимает, а с кошачьей ленивой грацией, по ягодке с веточки снимая, черемухой лакомится. Дурдом полный – не сезон же: на одну спелую пять зеленых, но удобства ради кавалеры топором с ближайших кустов ветки обрубили и охапками и по-джентльменски у ног дамы сложили. Чтобы ей – с места не вставая…

- Что же вы делаете-то?! – не удержался и на всхлипе из себя выдавил.

А в ответ – тишина. Мячик об ладошки качков хлопает, остатки прадедовой скамейки в огне трещат, где-то за излучиной Лещики далекая моторка стрекочет…

Батя молчит, а ноздри у него не по-хорошему раздуваются и под левым виском щека дергается.

Через минуты три дама, сообразив, что мы к намекам бессловесным на предмет свалить и не мешать уважаемым людям развлекаться невосприимчивые, слово молвить изволила:

- Мальчики! Сельские маргиналы права качают – разберитесь!

Взглядом нас по-прежнему презрительно игнорируя.

«Мальчики» цирковыми собачками перед нами стойку сделали.

- Кто-то хочет иметь проблемы?! – самый борзый, понятно, первым выступил. У них, якобы элитных, борзый - не в смысле физически сильный или умом авторитетный, а у кого папа покруче начальник. Прокурор, например.

Предсказуемо, между прочим, выступил, ничем не отличаясь от тех, которых Игорь Губерман «молодыми в остатках сопель» называет. Я не Губерман, «молодых в остатках сопель» не боюсь – сам молодой, да ранний. Наоборот, в кровь словно газировки добавили. Кто меня знает, ко мне в таком настроении ближе двух метров не приближаются.

- Дурацкие вопросы задаешь, одноклеточный, - говорю, - мы свои проблемы завсегда имеем! Независимо, хотим или не хотим. В отличие от тех, кого имеют проблемы. И мы – та еще проблема, которая сейчас поимеет вас. По полной «Камасутре» - издание двадцать четвертое, исправленное и дополненное. Готовы, мальчики? Подмыла ли вас на ночь Дездемона?

Говорю, в сторону борзого не глядя, а самого опасного в кодле взглядом фиксируя. В натуре нехило мальчик накачанный. Не в цветастых панталонах ниже колен, которые по современной моде у добрых молодцев заместо плавок носятся, а именно в плавках. У двоих против четверых единственный шанс – на раз противников по очереди вырубать. Заранее зная, куда ударить, кого и в какой последовательности.

Батя меня за руку схватил – успокаивает:

- Не заводись, Степка, просто приглядись… Впредь наука будет!

У батьки руки на уровне груди сложены, нижняя челюсть вниз опущена, глаза сощурены и не мигают. Когда я его таким вижу, даже у меня под коленками жилки вибрируют.

- Какая такая наука? – уточняю и в батину позу перестраиваюсь.

- А такая… Помнишь, ты в детстве тараканьих личинок боялся?

- Помню. Мягкие, полупрозрачные – брр! Но боялся – сильно сказано. Брезговал – точнее будет.

Специально отец меня этому не учил – психологически противника подавлять, на быстротечный контакт нацеливаясь. Но если бы и учил, как его учили и с учетом «афганской» практики, вряд ли бы лучше получилось.

- А ведь милые создания, тараканьи личинки, когда к таким вот… человекообразным присмотришься, согласись?

- Соглашусь! Специально в сгнившей сараюшке тараканьих личинок наловлю и буду их сахаром кормить…

В ходе нашей содержательной беседы человекообразные сгрудились и друг за дружку прятаться начали.

Чистый пат: мы молчим, этим сказать нечего, а нарываться им уже явно не хочется…

- Степка? Степан?! – тут между нами и человекообразными Светлана в полный рост встала.

Стоит, на меня широко раскрытыми глазищами смотрит и ладошкой своего лба касается.

- «Стёпка» лучше, – отвечаю. - Просто Степка. Но для тех, кого здесь нет. А если кто-то что-то вспомнил, то не надо. Я вот когда отвернусь, кое-что напрочь забуду, – и отворачиваюсь.

А боковым зрением вижу: у Светки губы задрожали… Потом она платьишко с босоножками подхватила и - бегом к катеру.

После и кавалеры спохватились, быстро все свое (кроме мусора) в катер покидали…

Пока мы полянку в порядок приводили, шум мотора по реке, затухая, слышался.

Отец ни о чем не спрашивал. Вздыхал только, кострище свежесрезанным дерном закрывая. Я срубленные черемуховые ветки в сторону, где просохнут, относил и сам себя костерил последними словами за фантазии про Супермена, Бэтмена, Зорро-Красавчика…





Похожие:

Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconПравила аренды интернет-Сайтов на Интернет-сервисе «Облако Атилект» Российская Федерация
Определения и термины Интернет-сервис «Облако Атилект» (Сервис) система предоставления в аренду интернет-Сайтов, функционирующая...
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconУрок-исследование: "Голос скрипки в пустоте". В. Набоков "Облако, озеро, башня" Цель урока: 1 интерпретация рассказа "
Цель урока: 1 интерпретация рассказа “Облако, озеро, башня”: определить его смысл, наблюдая за символами и деталями; выяснить особенности...
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconВыпускной квалификационной работы Дедиковой Тамары Александровны «функционирование элементов интернет-коммуникации в печатной версии журнала “Хакер”»
Дипломная работа посвящена языку интернет-коммуникации и функционированию ее элементов в текстах печатной версии журнала «Хакер»,...
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconСмета n парус парус ЛкП-1

Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconПарус Пансионат
Расположение: пансионат Парус расположен в курортной зоне Пионерского проспекта, в 2 км от п. Джемете и 1 км от п. Витязево на второй...
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» icon4 энергия ветра
Исследования Ю. С. Крючкова показали, что парус можно представить в виде ветродвигателя с бесконечным диаметром колеса. Парус является...
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconВнеклассная работа учителя биологии : по страницам журнала Биология в школе”. Массовые формы работы
Курганский, С. М. Экологический клуб "Светлый парус" [Текст] / Курганский, С. М. // Биология в школе. 2005. № С. 61 63
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconСтихотворение М. Ю. Лермонтова Парус
Ая – вспомнить сведения о жизни М. Ю. Лермонтова и дополнить их; представить картины, изображенные в стихотворении М. Ю. Лермонтова...
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconТема «После бала». Художественное своеобразие рассказа. Контраст как основной художественный прием рассказа. Цели: помочь ученикам выявить особенности рассказа, писательский замысел. Задачи
Провести наблюдение над языковыми средствами, с помощью которых писатель противопоставляет картины бала и наказания солдата
Рассказа литературного интернет-журнала «Облако и парус» iconИсход 40: 34-38: водительство божие
Израилевы во все путешествие свое; 37 если же не поднималось облако, то и они не отправлялись в путь, доколе оно не поднималось,...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org