Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ



страница22/41
Дата04.11.2012
Размер7.5 Mb.
ТипРассказ
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   41

* * *

Гидио, главный город, сердце Вендалии, а значит, и Слэгга, и Скрэкки, и Нового Питсбурга, и всех прочих уродливых, жестоких миров, что живут за счет трупов; где живые не работают, зато вкалывают мертвецы. Огромные башни из черного и серебристого металла, парящие, воздушные статуи, сияющие в дневном свете и мягко светящиеся в ночи, большой, многолюдный космопорт, где грузовые корабли то поднимались, то опускались на невидимых столпах раскаленного газа, аллеи, где мостовые отполированы до блеска, железное дерево, мягко отливающее серым… Гидион.

Прогнивший город. Город-труп. Мясной рынок.

Ибо грузовые корабли несли в своих чревах людей — преступников, отщепенцев и смутьянов из дюжины миров. Они были куплены за звонкую вендалийскую монету (ходили, впрочем, и более зловещие слухи — о лайнерах, которые таинственно исчезали во время обычных туристических рейсов). Устремленные в небеса башни были не что иное, как больницы и морги, где умирали люди — мужчины и женщины, а потом мертвецы обретали новую жизнь. И во всю длину тротуаров, вымощенных досками из железного дерева, выстроились магазины, где торговали трупами, и мясные лавки.

Прославленные мясные лавки Вендалии. Все трупы здесь были без исключения красавицы.

Трегер сидел как раз напротив одного из таких заведений, на другой стороне широкой серой улицы, под зонтиком уличного кафе. Он потягивал сладко-горькое вино, размышляя о том, как же быстро все-таки закончился отпуск, и стараясь не смотреть через улицу. Теплое вино приятно щекотало язык, и взгляд непрерывно блуждал по сторонам.

Улица в обе стороны от кафе и прямо перед ним кишела прохожими. То были темнолицые погонщики трупов из Вендалии, Скрэкки, Слэгга; низенькие и толстые торговцы, незадачливые туристы из Чистых Миров, таких как Старая Земля или Зефир, и еще дюжина вопросительных знаков, о которых Трегер никогда и ничего не узнает — ни их имен, ни чем они занимаются, ни зачем приехали. Сидя так под своим зонтиком, потягивая вино и глядя по сторонам, Трегер чувствовал себя посторонним, отчаянно одиноким. Он не мог прикоснуться к этим людям, не мог достучаться до них; он понятия не имел, как это сделать. Нет, это невозможно, ничего не получится. Даже если он встанет, выйдет на середину улицы и попытается схватить кого-нибудь из них, то не сможет его даже коснуться. Незнакомец попросту вырвется и убежит. Все выходные прошли в тщетных попытках подобного рода: Трегер обошел все бары Гидиона, тысячу раз пытался завести знакомства с разными людьми — и ничего не получалось.

Вино закончилось. Трегер вяло посмотрел на бокал, прищурился, повертел его в руках. Затем резко встал и заплатил по счету. Руки его дрожали.

Столько лет уже прошло, подумал он, переходя улицу. И еще: прости меня, Джози.

Трегер возвратился в свой лесной лагерь, и его трупы принялись рубить лес словно бешеные.
Но вечером, возле общего костра, он был непривычно молчалив, и не было обычной ночной беседы с Донелли. В конце концов юноша, озадаченный и обиженный, пошел следом за своим старшим другом в лес. И нашел его подле медлительного ручья, черного, как смерть. Трегер сидел на берегу; возле его ног лежала кучка камней, приготовленных для метания.

* * *

Т.:…пошел туда… после всех слов, всех обещаний… я все равно туда пошел…

Д.:…не за что себя винить… вспомни, что ты говорил мне… главное — верить…

Т.:…верил же, ВЕРИЛ… никаких сложностей… Джози…

Д.:…сам говоришь, чтобы я не сдавался, так и не надо… вспомни все, о чем говорил мне, о чем говорила тебе Джози… все кого-нибудь находят… если не перестают искать… сдается — умирает… нужно только… искренность… смелость искать… перестать себя жалеть…сто раз мне говорил…

Т.:…чертовски просто говорить тебе… не то что самому сделать…

Д.:…Грег… не завсегдатай мясной лавки… мечтатель… лучше, чем они все…

Т. (со вздохом): да уж… но так тяжело… зачем я так над собой измываюсь?..

Д.:…скорее уж снова стать тем, кем ты был?., не чувствуя боли и не живя?., как я?..

Т.:…нет… ну что ты… ты прав…

2 Скиталец, туда и обратно

Ее звали Лорел. У нее не было ничего общего с Джози, кроме одного: Трегер любил ее.

Была ли она хороша собой? Трегер так не считал — по крайней мере в первое время. Она была чересчур рослой, на полфута выше, чем он, к тому же слегка тяжеловата и вовсе не слегка неуклюжа. Но у нее были очень красивые волосы, красно-коричневые зимой, сияюще-белокурые летом; ниспадая по ее плечам и спине, они невероятно красиво развевались по ветру. Но красавицей она не была — не в том смысле, как Джози, по крайней мере. Хотя, как ни странно, со временем она все хорошела — возможно, потому, что худела, а может быть, потому, что Трегер все больше влюблялся и смотрел на нее все менее критически, а может быть, и потому, что он говорил ей, будто она красива, и, слушая его, она действительно становилась красивой. Точно так же, как он становился мудрее оттого, что Лорел говорила ему, будто он мудр. Как бы то ни было, через некоторое время после их знакомства Лорел стала настоящей красавицей.

Пятью годами моложе Трегера, чистенькая и невинная, она была крайне застенчива в тех ситуациях, когда Джози вела себя самоуверенно. Лорел была умна, романтична, мечтательна; удивительно свежа и энергична; так беззащитна, что нельзя было смотреть на нее без боли, и полна жажды жизни.

В Гидион она попала совсем недавно, приехала откуда-то с малонаселенной вендалийской окраины, изучала лесное дело. Как-то во время очередного отпуска Трегер заглянул в лесной колледж, чтобы увидеться с преподавателем, с которым работал когда-то в одной бригаде. В кабинете этого преподавателя и произошла встреча. У Трегера впереди было еще целых две недели, которые предстояло провести в городе, полном незнакомцев и мясных лавок; Лорел же оказалась свободна. Трегер показал ей Гидион во всем его блистательном упадке, он чувствовал себя потертым и умудренным жизнью, чему способствовало и сильное впечатление, которое произвели эти открытия на девушку.

Две недели пролетели незаметно. Настал последний вечер. Неожиданно оробевший Трегер повел ее гулять в парк на берегу реки, на которой стоял Гидион. Там они вместе присели на низкую каменную ограду у самого края воды. Они сидели совсем рядом, но не касаясь друг друга.

— Время летит слишком быстро, — заметил Трегер. В руке он держал камешек. Он метнул его в воду — параллельно поверхности, сильно закрутив. Задумчиво он проследил за тем, как камень, несколько раз шлепнув по воде, ушел ко дну. Трегер поднял глаза на Лорел. — Что-то я нервничаю, — сказал он с усмешкой. — Я… Лорел. Я не хочу уезжать.

Трудно было понять, что выражает ее лицо. Настороженность?

— Да, симпатичный город, — согласилась она.

Но Трегер решительно замотал головой:

— Нет. Нет! Я не об этом. Я о тебе! Лорел, по-моему, я… то есть…

Лорел улыбнулась ему. Глаза ее ярко сияли, в них светилось счастье.

— Я знаю, — ответила она.

Трегер не верил собственным ушам. Он протянул руку, коснулся ее щеки. Она повернула голову и поцеловала его ладонь. Они улыбнулись друг другу.

* * *

Он словно на крыльях летел обратно в лесной лагерь, чтобы покинуть его навсегда.

— Дон, Дон, ты обязательно должен с ней познакомиться, — кричал он. — Вот видишь, у тебя тоже получится, у меня ведь получилось, главное верить, пытаться снова и снова! Я счастлив прямо до неприличия!

Донелли, как всегда сдержанный и рассудительный, только улыбнулся, не представляя, как обращаться с таким количеством счастья.

— Что будешь делать теперь? — спросил он несколько неловко. — Пойдешь на арену?

Трегер рассмеялся:

— Едва ли. Ты знаешь, как я на это смотрю. Но что-то вроде того. Возле космопорта есть театр, они ставят пантомимы с участием трупов. Туда-то я и устроился. Конечно, это тоже грязные деньги, зато я буду рядом с Лорел. Все остальное не важно.

* * *

Ночами они почти не спали. Они всё болтали, обнимались и занимались любовью. Секс оказался невероятной радостью, игрой, счастливым открытием. Технически он никогда не бывал так хорош, как в мясной лавке, но Трегера это не беспокоило. Он учил Лорел раскрываться перед ним. Быть искренней. Сам он раскрыл перед ней все свои секреты и жалел еще, что у него их так мало.

— Бедняжка Джози, — повторяла по ночам Лорел, тесно прижав к Трегеру свое теплое тело. — Она даже не знает, чего лишилась. А мне вот повезло. Таких, как ты, на всем свете не сыщешь!

— Нет, — отвечал Трегер. — Это мне повезло.

И они, смеясь, принимались спорить.

* * *

Донелли переехал в Гидион и тоже поступил в театр. Он сказал, что без Трегера работать в лесу стало неинтересно. Они проводили втроем много времени, и Трегер сиял от счастья. Ему хотелось, чтобы его друзья стали друзьями и для Лорел, и он уже много рассказывал ей про Донелли. И еще ему хотелось, чтобы Донелли увидел, как он счастлив теперь, убедился в том, что вера приносит свои плоды.

— Она мне нравится, — сказал Донелли с улыбкой в первый же вечер, когда Лорел ушла.

— Я рад, — кивнув, ответил Трегер.

— Грег, ты не понял, — возразил Донелли. — Она мне действительно нравится.

* * *

Они проводили втроем много времени.

* * *

— Грег, — сказала Лорел однажды ночью, когда они лежали в постели, — мне кажется, что Дон… ну… запал на меня. Понимаешь?

Трегер перекатился на живот и подпер голову кулаком.

— Господи, — только и сказал он. В его голосе слышалась озабоченность.

— И я не знаю, как себя вести.

— Осторожно, — ответил Трегер. — Он очень ранимый. Возможно, ты первая женщина, которая вызвала у него интерес. Постарайся быть с ним помягче. Я бы не хотел, чтобы он прошел через те же муки, что и я, понимаешь?

* * *

Секс у них никогда не бывал таким же хорошим, как в мясной лавке. И Лорел стала замыкаться в себе. Все чаще и чаще сразу же после секса она засыпала; те ночи, когда они болтали до самой зари, остались в прошлом. Возможно, им уже нечего было друг другу сказать. Трегер заметил даже, что она стала сама заканчивать истории, которые он ей рассказывал. И ему редко удавалось вспомнить что-то, чем он еще не успел с нею поделиться.

* * *

— Он так и сказал? — Трегер вылез из-под одеяла, зажег свет и, нахмурившись, сел на кровати. Лорел же натянула простыню до самого подбородка. — Ну а ты что?..

Она неуверенно помолчала, затем ответила:

— Я не могу рассказать тебе. Это касается только Дона и меня. Он сказал, это несправедливо, что я прихожу и подробно рассказываю тебе обо всем, что между нами с ним происходит. И он прав.

— Прав?! Но ведь я-то рассказываю тебе обо всем! Не забывай, ведь мы с тобой…

— Да, я знаю, но…

Трегер помотал головой. Гнев в его голосе поутих.

— Лорел, объясни мне, пожалуйста, что происходит? Мне вдруг стало страшно. Не забывай, ведь я люблю тебя. Почему же все изменилось так скоро?

Черты ее лица смягчились. Она села в кровати, протянула к нему руки, и простыня упала, обнажив ее полные мягкие груди.

— Ах, Грег, — сказала она. — Не беспокойся. Я люблю тебя и всегда буду любить, но дело в том, что, кажется, его я тоже люблю. Понимаешь?

Трегер, успокоенный, устремился в ее объятия и страстно поцеловал ее. Но вдруг снова всполошился.

— Погоди-ка! — воскликнул он, стараясь за шутливой строгостью скрыть дрожь в голосе. — А кого ты любишь больше?

— Тебя, конечно, а как же иначе?

Улыбаясь, он вернулся к прерванному поцелую.

* * *

— Я знаю, что ты знаешь, — сказал Донелли. — Наверное, нам нужно поговорить.

Трегер кивнул. Они встретились за кулисами театра. Три его трупа стояли у него за спиной, скрестив руки на груди, словно телохранители.

— Ладно, давай.

Он посмотрел на Донелли в упор, и лицо его, на котором до этих слов собеседника играла улыбка, стало вдруг непривычно суровым.

— Лорел просила, чтобы я сделал вид, будто ничего не знаю. Она сказала, что ты чувствуешь себя виноватым. Но знаешь, Дон, притворяться было нелегко. Наверное, пора нам поговорить обо всем начистоту.

Донелли опустил взгляд своих бледно-голубых глаз в пол и засунул руки в карманы.

— Я не хочу делать тебе больно, — сказал он.

— Так не делай.

— Но притворяться мертвецом я тоже не хочу. Я живой человек. И я тоже люблю ее.

— Мне казалось, что ты мне друг, Дон. Полюби кого-нибудь другого. А так ты только сам себе сделаешь больно.

— У меня с ней больше общего, чем у тебя.

Трегер молча смотрел на него.

Донелли поднял на Трегера взгляд. Потом, сконфузившись, вновь стал смотреть в пол.

— Сам не знаю. Ох, Грег. В любом случае она сказала, что тебя любит больше. Я и не должен был надеяться ни на что другое. У меня такое чувство, будто я ударил тебя ножом в спину. Я…

Трегер молча смотрел и слушал. Наконец он тихонько рассмеялся.

— Вот черт, я не могу это слышать. Послушай, Дон, вовсе ты меня не ударил, брось, не говори ты таких вещей. Наверное, раз ты полюбил ее — значит, так должно было случиться. Я только надеюсь, что все сложится хорошо.

Той ночью, лежа в постели рядом с Лорел, он ей сказал:

— Я беспокоюсь за Дона.

* * *

Его лицо, некогда загорелое, приняло пепельный оттенок.

— Лорел? — переспросил он, не в силах поверить.

— Я не люблю тебя больше. Прости. Но это так. Когда-то все было по-настоящему, но теперь прошло, как сон. Теперь я даже не уверена, любила ли я тебя вообще.

— Дон, — произнес он одеревеневшим голосом.

Лорел вспыхнула:

— Не смей говорить ничего дурного о Доне. Я устала слушать, с каким пренебрежением ты о нем говоришь. Он всегда говорит о тебе только хорошее.

— Но, Лорел, неужели же ты забыла? Вспомни, что мы говорили друг другу, что чувствовали! Ведь я тот же самый, это мне ты говорила все эти слова.

— Зато я повзрослела, — возразила Лорел жестко, без слез и откинула за спину свои красновато-золотые волосы. — Я отлично все помню, но мои чувства с тех пор изменились.

— Не надо, — сказал он и протянул к ней руку.

Она сделала шаг назад.

— Не прикасайся ко мне. Я же сказала, Грег, все кончено. Теперь ступай. Скоро Дон придет.

* * *

Это было хуже, чем с Джози. В тысячу раз хуже.

III Скитания

Он пытался остаться в театре: ему нравилась эта работа, у него появились друзья. Но это оказалось невозможно. Донелли появлялся там каждый день, улыбчивый и приветливый, а иногда после дневного спектакля за ним заходила и Лорел, и они отправлялись куда-то вместе, рука в руке. Трегер стоял в стороне и наблюдал за ними, стараясь думать о другом. Но какое-то искалеченное существо у него внутри кричало и царапалось от боли.

И он ушел из театра. Чтобы больше не видеть их. Чтобы сохранить гордость.

Небо было ярким от огней Гидиона, все кругом светилось от смеха, но в парке было темно и тихо.

Трегер застыл, опершись спиной о ствол дерева, остановив взгляд на речной воде, напряженно скрестив руки на груди. Словно статуя. Казалось, он даже не дышит. Даже взгляд его оставался неподвижен.

Опустившись на колени возле низкой каменной ограды, мертвец принялся с силой колотить по ней и продолжал до тех пор, пока камень не стал скользким от крови, а руки не превратились в изувеченные куски рваного мяса. При каждом ударе раздавались однообразные, шмякающие звуки, изредка сопровождаемые скрипом костей по поверхности камня.

* * *

Его заставили заплатить перед входом в кабину. Еще битый час он проторчал там, дожидаясь, пока ее разыщут и соединят. Ну вот, наконец-то:

— Джози.

— Грег, — отозвалась она, улыбаясь своей особенной улыбкой. — Могла бы и догадаться. Кто бы еще стал звонить из Вендалии в такую даль. Как у тебя дела?

Он рассказал ей.

Улыбка исчезла с ее лица.

— Ой, Грег, — сказала она. — Мне так жаль. Постарайся не принимать это слишком близко к сердцу. Продолжай идти дорогой, которую ты выбрал. В следующий раз все будет гораздо лучше. Так всегда бывает.

Но эти слова его не успокоили.

— Джози, — сказал он, — а как там дела у вас? Ты скучаешь по мне?

— Ну конечно. А дела идут неплохо. Хотя Скрэкки есть Скрэкки. Оставайся лучше там, не стоит сюда приезжать. — Она посмотрела в сторону от экрана, потом обратно. — Мне нужно идти. А не то ты совсем разоришься. Я очень рада, милый, что ты позвонил.

— Джози, — начал было Трегер.

Но экран уже погас.

Иногда, по ночам, он был не в силах справиться с собой. Он подходил к своему домашнему экрану и звонил Лорел. Когда она видела, кто это, то неизменно щурилась и тут же прерывала связь.

И Трегеру оставалось только сидеть в темной комнате, вспоминая о том, как некогда от звука его голоса ее лицо начинало светиться невыразимым счастьем.
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   41

Похожие:

Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconНэнси Холдер, Дебби Виге Наследие Проклятые — 3
Нэнси Холдер, Дебби Виге «Отчаяние»: Эксмо, Домино; Москва, Санкт-Петербург, 2011
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconНэнси Холдер, Дебби Виге Отчаяние Проклятые — 2
Нэнси Холдер, Дебби Виге «Отчаяние»: Эксмо, Домино; Москва, Санкт-Петербург, 2011
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconНэнси Холдер, Дебби ВигеВедьма
У этих людей я прошу прощения, остальным же предлагаю этот роман в надежде, что он покажет все разнообразие и богатство мира, заключенного...
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconСтрасти господни
Действие происходит в средние века. Мрачная башня из грубого камня, в коридоре с низкими сводами горят факелы
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconЛекция I. Значение античности. Древнегреческая мифология Предметом курса античная литература
Охватывает безумие и он убегает, преследуемый Эринниями, ужасными мстительницами за пролитую кровь родственников. Орест прячется...
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconНазвание: «Литературная карта Шотландии»
Шотландии. Изучить основные моменты творчества таких писателей, как Роберт Бернс, Вальтер Скотт и Роберт Льюис Стивенсон. Выяснить...
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconНэнси Холдер, Дебби Виге Ведьма Проклятые — 1
Впрочем, такая роль была уготована девушке еще при рождении. Ведь она принадлежит к древнему колдовскому роду, и, хочет этого человек...
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconУоррен Мерфи, Ричард Сэпир Остров Зомби Дестроер – 33
«Ричард Сэпир. Уоррен Мерфи. Дестроер. Остров зомби. Цепная реакция. Последний звонок.»: Издательский центр «Гермес»; Ростов на Дону;...
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconКиноторговая компания «вольга» представляет чужие на районе attack the Block в российском прокате с 17 ноября
Продюсеры: Нира Парк («Скотт Пилигрим против всех», «Типа крутые легавые», «Зомби по имени Шон»), Джеймс Уилсон
Уилл Макинтош Преследуемый Харлан Эллисон и Роберт Сильверберг Поющая кровь зомби Нэнси Холдер Страсти Господни Скотт Эдельман Почти последний рассказ iconЛегендарный компьютер Макинтош теперь и для Вас
Теперь и Вы можете насладиться легендарной надежностью, удобством и производительностью компьютеров Apple Macintosh. Компьютер Макинтош...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org