Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате



Скачать 163.54 Kb.
Дата15.09.2014
Размер163.54 Kb.
ТипКнига
МАХАБХАРАТА

книга пятая

УДЬЙОГАПАРВА

или

КНИГА О СТАРАНИИ

Перевод В. И. Кальянова

СКАЗАНИЕ О САНАТСУДЖАТЕ

Глава 42

Вайшампаяна сказал:



Тогда мудрый и благородный царь Дхритараштра, одобрив слова, сказанные Видурой, стал вопрошать наедине Санатсуджату, желая постичь
высочайшую мудрость познания.

Дхритараштра сказал:

О Санатсуджата, я слышал, что, но твоему утверждению, нет смерти.
Но ведь боги и асуры соблюдали благочестие, чтобы добиться бессмертия.
Так какое же из этих (двух утверждений) верно?

Санатсуджата сказал:

Одни считают, что смерти можно избежать соблюдением особых обря­дов; по мнению же других, нет смерти. Слушай меня, о царь! Я буду излагать тебе, чтобы сомнения твои рассеялись. Оба эти утверждения правильны, о кшатрий! Но, по мнению ученых, смерть проистекает от заблуждения. Я же смерть объясняю невежеством, а отсутствие неве­жества я всегда называю бессмертием. Ведь, от невежества асуры подверг­лись гибели, а устранением невежества (боги) достигали положения Брахмы. Смерть не пожирает живых существ, подобно тигру, ибо сама форма ее не (может быть) воспринимаема. Но в отличие от этой формы смерти другие называют Яму (как ее олицетворение). Бессмертие же — это искание брахмы, оно состоит в углубленном самопознании. В мире усопших предков правит царством тот бог (Яма), благосклонный к доб­рым и недобрый к дурным. Это его повелением возникают среди людей гнев, невежество и смерть в форме заблуждения. Заблудшие, они, пре­бывая во власти ее, уходят из этого мира и снова попадают в то (царство Ямы). Туда же попадают следом и их чувства в расстройстве.6 Поэтому смерть принято называть «марана» (умирание). Те, кто жаждет плодов своей деятельности, когда дела успешно завершены, — те тоже, (оставив свою телесную оболочку), следуют туда же и не могут избежать смерти.

Кто, размышляя (о высшем духе), усмиряет свои кипучие (страсти), в пренебрежении не обращая на них внимания, кто, таким образом приобщившись к знанию, уничтожает свои желания, тот, как сама смерть, принявшая облик бога смерти, разрушает (мрак неведения). Человек, следующий своим страстям, гибнет вслед за своими желаниями. Но отри­нув свои страсти, человек сметает с себя всякую пыль от них, какая (есть у него). Это (вожделение) есть беспросветная тьма (невежества) и для живых существ представляется сущим адом. Словно одержимые, они устремляются туда и в своем вожделении идут к пропасти. Стремление к удовольствиям сначала поражает человека, а затем вызывает у него страсть и гнев. Эти последние же насильно приводят к смерти. Стой­кий же своей твердостью превозмогает смерть. И если он не помышляет о (возникающих желаниях), о кшатрий, то ничего с ним не может слу­читься, ибо (смерть) для пего — все равно что тигр, сделанный из со­ломы.

Внутренний дух, который пребывает в твоем теле, когда он под влиянием гнева и жадности охвачен заблуждением, — это и есть смерть. Зная, что смерть возникает таким путем, тот, кто опирается на знание, не боится здесь смерти. В его сфере (под влиянием знания) смерть про­падает, подобно тому как гибнет смертный, попав в сферу влияния смерти.

Дхритараштра сказал:

Есть в этом мире некоторые (среди людей), которые не соблюдают своих обязанностей, точно так же есть и другие, которые здесь исполняют свой долг. Может ли быть пороком уничтожен закон или же закон уни­чтожает порок?

Санатсуджата сказал:

Двоякого рода воздаяние допускается в этом мире (ради окончательного спасения): и за поступки справедливые, и за противоположные. Человек же сведущий устраняет законом беззаконие. Знай, что для него справедливость гораздо сильнее.

Дхритараштра сказал:

Рассказывают о тех вечных мирах, которые уготованы для благочестивых дваждырожденных за их собственные добродетельные заслуги. (Я хотел бы), чтобы ты рассказал о них в последовательном порядке, а также о других (мирах), но только не о делах, здесь совершенных, о мудрый!

Санатсуджата сказал:

Те брахманы, у которых не бывает соревнования в мощности (своего тела), как у силачей в силе, уйдя из этой жизни, сияют в блаженном мире (Брахмы). Где бы ни находил он пищу и питье более изобильными, словно траву и тростник в период дождей, брахман не должен, живя там, мучить себя (голодом). Если где молчаливому (отшельнику) будут выказывать неблагосклонность и страх, и он не станет обнаруживать своего превосходства, — тот считается наилучшим из людей, но никто другой. И кто не печалится (при виде отшельника), не рассказывающего о себе самом, и не употребляет пищи, (пока не предложит) доли, предписанной брахману, того пища одобряется благочестивыми. Как собака часто по­едает свою же изрыгнутую скверну во вред себе, так поедают свою блево­тину и те (отшельники), которые добывают средства к жизни благодаря своей влиятельности. «Да останутся всегда неведомыми мои благочести­вые занятия» — так пусть думает брахман, живя среди родственников, и ничего тогда не будет обнаружено. Ведь какой же брахман отважится убить в себе сокровенную душу! И поэтому, о кшатрий, брахма неве­домо вселяется в него и видит оттуда все.

Брахман должен быть свободным от напряжения и неторопливым, быть гордым от того, что не приемлет дары, и хотя обученный (в ведах), он должен вести себя как несведущий, — только так может он постичь брахму, будучи мудрым. Те дваждырожденные, которые бедны в отно­шении благ земных и богаты в (знании) вед, — непобедимы и неколе­бимы, и их следует считать воплощениями брахмы. Даже тот, кто в этом мире, (совершая жертвоприношения), может увидеть самих богов, даю­щих ему желанные дары, не равен познавшему брахму, ибо, (поступая так), он сам прилагает старания. Тот же в действительности чтится, кого, поскольку он (ни к чему) не прилагает стараний, почитают (боги). Но тот, кто почитаем (другими), не должен сам считать себя (достойным этого), и поэтому не должен он печалиться оттого, что будет лишен уважения (других). Только ученые оказывают почтение (к дру­гим) — так пусть думает тот, кто чтится. Те же, напротив, кто бестол­ков, склонен к беззаконию и опытен только в светских науках, никогда не будут чтить того, кто достоин уважения, — так пусть думает тот, кто сам не чтится. Но мирские почести и обет молчания (у подвижников) никогда не сосуществуют вместе. Ибо известно, что этот мир (сущест­вует) для (тех, кто ищет) почестей, а тот — для (тех, кто соблюдает) обет молчания. Здесь, в этом мире, счастье пребывает в мирском благополучии, но оно же, с другой стороны, служит препятствием (к небесному бла­женству). Ибо блаженство постижения брахмы труднодостижимо для того, кто лишен истинного познания, о кшатрий! Благочестивые говорят, что для его достижения существуют различного рода двери, через кото­рые трудно проникнуть. Это — правдивость, прямота, скромность, самообузданность, чистота, (внешняя и внутренняя), и знание (вед). Эти шесть препятствуют высокомерию и заблуждению.

Так гласит глава сорок вторая в Удъйогапарве великой Махабхараты.

Глава43

Дхритараштра сказал:

Дваждырожденный, который изучает гимны Ригведы и Яджурведы и Самаведу, оскверняется ли грехом или не оскверняется, если он совер­шает зло?

Санатсуджата сказал:

Ни песнопения Самаведы, ни гимны Вед и ни изречения Яджурведы, о мудрый, не спасают его от греховных поступков, — говорю тебе сущую правду. Священные гимны не спасают от греха человека, вводя­щего в заблуждение и живущего обманом. Подобно тому как птицы по­кидают свое гнездо, когда у них выросли крылья, так и священные гимны оставляют его, когда приходит ему конец.

Дхритараштра сказал:

Если веды не способны спасать знатока вед, о премудрый, то к чему же тогда эта вечная болтовня брахманов?

Санатсуджата сказал:

Лишь в этом мире совершается подвижничество, а плоды его предвидятся в другом. Для брахманов предназначены и эти миры, если они предаются покаянию, которое преуспевает.

Дхритараштра сказал:

Каким образом подвижничество, само по себе необыкновенное, может 6 быть то преуспевающим, а то и безуспешным? О том скажи, о Санат­суджата, дабы мы могли узнать это.

Санатсуджата сказал:

Там, где имеются двенадцать пороков, таких как гнев и прочие, а также шесть (других): злость и тому подобное, о царь, (такое подвиж­ничество безуспешно). Там же, где двенадцать озаряющих достоинств, такие как справедливость и прочие, которые усвоены дваждырожденными из шастр, (такое подвижничество преуспевает). Гнев, страсть, жадность и заблуждение, любознательность, жестокость и зависть, высокомерие и скорбь, влечение (к предметам удовольствий), ревность и отвраще­ние — это человеческие пороки. Эти двенадцать всегда должно избегать человеку. Они, о царь царей, подстерегают людей каждого в отдельности, подобно тому как охотник, (преследуя) ланей, высматривает их уязвимые места. Хвастливость, домогательство (чужих жен), высокомерие, беспри­чинный гнев, непостоянство и отказ в покровительстве — эти шесть (дурных наклонностей) овладевают людьми, склонными к греховным по­ступкам, несмотря на то что приводят они к великой опасности. Кто стремится к удовлетворению своих вожделений, кто враждебно настроен, кто сожалеет о том, что отдал, кто скуп, слабосилен и восхваляет объе­динение (шести внутренних своих врагов) и кто ненавидит своих жен —это семь других (категорий лиц), расположенных ко злу. Справед­ливость и правдивость, смирение и подвижничество, независтливость, скромность, терпение и незлобивость, жертвоприношение и раздача даров, стойкость и знание священного писания — это двенадцать великих обетов брахмана. Кто отличится этими двенадцатью (достоинствами), тот может властвовать над всей этой землею, а кто будет наделен тремя, двумя или одним из них, тот должен будет признан таким, у кого нет никакой соб­ственности.

Самообуздание, отрешенность и преодоление заблуждений — в них заключается бессмертие. Брахманы, отличающиеся мудростью, называют их (атрибутами), в коих главенствует истина. Безразличное отношение к тому, что сделано и упущено, неправда и зависть, страсть и выгода, а также стремление к наживе, гнев и печаль, жадность и стяжатель-ность, злословие и ревность, любознательность, скорбь и наслаждение, нерадение (к своим обязанностям), порицание (других) и высокомерие,— кто от этих пороков избавлен, тот благочестивыми называется обуздав­шим себя. Что же до (отрешенности), то признается наилучшим отре­шение шести видов. (Это следующие): достигнув благоприятного, не сле­дует радоваться, а когда постигает неприятность, никогда не следует предаваться печали. Когда случается, что (проситель) говорит даже не­суразное: «сыновей желанных и жен (отдай), но ничто другое»,— и когда достойному человеку, обращающемуся с такой просьбой, следует отдать (просимое), то в таком случае это будет считаться третьим видом (отрешения). А те (виды), какие бывают из-за отказа от предметов (желаний) и от того, что не услаждаются ими вволю, или когда не лиша­ются их в делах своих, подобно человеку, которого следует наставить уму-разуму, — те суть (остальные из шести видов отрешений). Даже тот, кто богат, может быть наделен всеми перечисленными достоинствами. Заблуждение может заключать в себе восемь пороков. Их следует избе­гать. Ведь тот, кто освободился от пяти чувств и от проницательного ума, о потомок Бхараты, а также от прошедшего и будущего, тот в силу этих (причин) становится счастливым. Подвижничество, которое избав­лено от указанных пороков и сопряжено с такими достоинствами, бывает всегда преуспевающим и сулит великое благоденствие. Это (ответ на то), о чем ты меня спрашиваешь, о царь царей! Что еще ты хотел бы услышать?

Дхритараштра сказал:

Человека, наделенного (знанием) пяти вед вместе с (дополнитель­ной) — Акхьяна, называют высочайшим совершенством, а также и дру­гих, знающих четыре веды, и тех, кто обладает знанием трех вед; равным образом и знающих две веды или только одну, а также и прочих, которые вовсе не сведущи в гимнах вед. Кто же из них тот, кого я должен счи­тать за такого, который озарен знанием брахмы?

Санатсуджата сказал:

От незнания Единого, которого должно познать, появилось такое множество вед. Единое (или брахма) — это сама правда. И кто-то, о царь царей, способен постичь эту правду. Таким образом, не овладев еще зна­нием вед, он направляет свой разум (на достижение этой) высокой цели. Раздача даров, изучение (наук) и жертвоприношение — все это происте­кает от стяжательности. У тех, кто отступает от истины, могут возник­нуть извращенные желания. Поэтому жертвоприношения распростра­няются от одного лишь утверждения, что (они отвечают) достоверности (священного писания). У одних это бывает от (размышления) умом, у других — от слов, (повторяемых при чтении молитв), у третьих — от действий (при исполнении жертвенных обрядов). Человек, преуспев­ший в достижении своих желаний, властвует над своими желаниями. Однако когда желания его оказываются тщетными, он должен соблюдать священный обет Дикшитаврата. Ведь само это название происходит от того же корня («дикш», что означает: соблюдать священный обет). Для благочестивых же истина есть наивысшая цель. Ведь плоды знаний всегда очевидны, а подвижничество приносит свои плоды за пределами земной жизни.

Должно знать, что брахман, который (без знаний и подвижничества) только много читает, является только большим начетчиком. Поэтому, о кшатрий, ты не должен считать, что брахманом можно стать только благодаря тому, что он читает (священные писания). Именно того, кто не отклоняется от истины, должен ты признавать за брахмана. Те гимны, о кшатрий, которые некогда распевали Атхарван и круг мудрецов, называются «чхандас». Те знатоки гимнов (чхандас), которые только их читают, не постигают того, что не может быть познано только через изучаемую веду. Нет никого, кто бы знал (доподлинно смысл) вед, или же бывает кто-либо, о царь, который постигает (смысл) вед. Тот, кто только читает веды, не знает того, что должно быть познано (через них); тот же, кто пребывает в правде постигает то, что надлежит познать.

Я признаю за брахмана того, кто способен истолковать (истинное) и познать (самого себя), кто, разрешив свои собственные сомнения, объ­ясняет все сомнения (других). В поисках его не следует идти ни на Во­сток и пи на Юг, ни по сю сторону и уж никоим образом в боковом направлении. Тот, (кто ищет его), должен сидеть, погруженный в мол­чание и не рассеиваться в мыслях, должен он обращаться к брахме, пребывающему в тайниках его души. Отшельником-муни ведь становится не тот, кто соблюдает обет молчания, и не тот отшельник, кто живет в лесу, (удалившись из мира). А только тот называется наилучшим из отшельников, кто постигает то, что связано с вечным духом. Оттого что кто-либо способен истолковать все вещи и явления, тот называется всеистолкователем. Тот человек, который способен видеть воочию все миры, становится всевидящим. Тот же, кто пребывает в истине и знает брахму, считается брахманом, о кшатрий! (Он может также до­стичь такого положения), последовательно совершенствуясь сообразно (тому, что указано) в ведах. Зная определенно, я говорю тебе об этом.



Так гласит глава сорок третья в Удьйогапарве великой Махабхараты.

Глава 44


Дхритараштра сказал:

О Санатсуджата, ты поведал мне словами о достижении брахмы и 1 вселенской его форме, — сказание это воспринимается с большим трудом, ибо возвышается оно над объектами мирских желаний. Поэтому скажи мне об этом слово, о юный!

Санатсуджата сказал:

Это брахма, о котором ты спрашиваешь меня со столь большим воз­


буждением, не может быть достигнуто с поспешностью. Непроявленное
знание я назову извечным, и достигается оно разумом тех, кто соблюдает
обет ученичества.

Дхритараштра сказал:

Ты говоришь, что непроявленное знание само по себе вечно и достига­
ется соблюдением обета ученичества, что оно непостижимо здесь (посред
ством усилий), о благородный, а (проявляется) только с течением вре
мени (через обет ученичества). Как же в таком случае можно достичь.
знания брахмы и бессмертия?

Санатсуджата сказал:

Те, кто в этом мире побеждают свои желания, стремясь достигнуть состояния брахмы, — те, утвердившись в истине, извлекают свою душу пз тела, как тростник из зарослей. Тело создают двое: отец и мать, о по­томок Бхараты! Но (новое) рождение, которое (достигается) от настав­ления учителя, свято, свободно от старости и бессмертно. Те, кто в этом мире, войдя в лоно учителя и обратившись ребенком, соблюдают обет ученичества, — те уже здесь становятся творцами шастр и (затем), оста вив свое тело, попадают в высшее лоно. Того, кто сообщает ушам (дру­гого) только правдивым (словом), рассуждая о божественном открове­нии и суля бессмертие, — того должно почитать за отца и мать и не следует его обижать, памятуя о содеянном им (благе). Ученик должен всегда уважать учителя и, соблюдая чистоту (внутреннюю и внешнюю), должен с прилежанием стремиться к учению. Пусть не возгордится он и не впадет в гнев, — это первая ступень ученичества. Пусть он делает приятное учителю даже (ценою) самой своей жизни и всеми богат­ствами — словом, делом и помышлением, — это называется второй сту­пенью (ученичества). Поведение его по отношению к супруге учителя должно быть таким же, как и к самому учителю, — пусть он выполняет ее повеления и будет любезен с ней, — это считается третьей ступенью (уче­ничества).

Не вознаградив учителя (за обучение), пусть (ученик), если он мудр, не произносит обидных слов «я это и так делаю», пусть не позволяет себе говорить так и даже думать, — это четвертая ступень ученичества. И какое бы богатство не доставалось ему во время его жительства у учи­теля, все он должен предлагать ему. И таким образом достигает тот своего полного благосостояния, присущего благочестивым. Такое же поведение должно быть (у ученика) и по отношению к сыну учителя. Кто провел так (свой период ученичества), тот всегда преуспевает в этом мире, при­обретает многочисленных сыновей и достигает славы. И люди со всех сторон щедро расточают ему (свои дары) и (приходят) к нему выполнять обет ученичества. Таким обетом ученичества достигли боги своего божественного положения, а мудрецы, блаженные и премудрые, (достигли таким путем) мира Брахмы. От соблюдения такого (обета) у гандхарвов и апсар появилась красота, в силу такого обета ученичества восходит солнце, чтобы воскресить день. Тот, о царь, кто, предаваясь подвижни­честву, питает посредством этого и очищает все свое тело, тот действи­тельно мудр, ибо он становится подобным ребенку, (свободному от вся­ких страстей), и преграждает путь смерти, когда настает его последний час. Люди, о кшатрий, своими деяниями, свершенными (в этой жизни), достигают лишь тех миров, которые конечны. А тот, кто знает брахму, достигает этим всего. И пет, (кроме знания), другого пути к оконча­тельному спасению.

Дхритараштра сказал:

То (небесное) пристанище, которое созерцает в этом мире ученый брахман, — кажется ли оно белым или красным, черным, темно-синим или пурпурным? Какова подлинная форма того вечного и нетленного (пристанища)?

Санатсуджата сказал:

Не сияет оно ни светлым и ни красным, ни черным, ни стальным и ни пурпурным цветом. Не на земле находится оно и не в воздушном про­странстве и не принимает оно (форму) воды в океане. Не в звездах и не в молниях пребывает оно, и в облаках не видна его форма. И ни в ветре также и ни среди божеств, ни в месяце и ни в солнце не видно его. Ни в гимнах (Ригведы), ни в жертвенных изречениях (Яджурведы), ни в заклинаниях (Атхарваведы) и ни в чистых песнопениях (Самаведы) не обнаруживается оно. Также ни в мелодиях ратхантара и бархата (из Самаведы), о царь, и даже ни в великих обетах его, конечно, не видно. Будучи непостижимо, оно лежит за пределами темноты (невежества), и даже сам всесокрушающий (Яма) растворяется в нем в час гибели мира. По форме оно тоньше, чем острие бритвы, оно также и велико по форме, громаднее гор. Это — незыблемая основа (всего сущего), оно — бессмертие, то — миры (вездесущие), то — брахма, то — слава, живые существа произошли из него и возвращаются туда же, чтобы раствориться в нем. Оно — безболезненное и великое, возвышенное и достославное, — мудрые говорят, что претерпевает оно изменения только в словах. На нем зиждется вся эта вселенная, — те, кто знает это, становятся бес­смертными.



Так гласит глава сорок четвертая в Удъйогапарве великой

Махабхараты.

Г л а в а 45

Санатсуджата сказал:

То изначальное семя (вселенной) есть великий свет лучезарный, вы­сочайшая слава, и его почитают боги, благодаря ему сияет солнце. То (семя), божественное и вечное, могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Из того семени возникает брахма и через то семя брахма возрастает. То семя находится внутри светящихся тел и, само не пылая жаром, воспламеняет то, что содержит жар. То (семя), божественное и вечное, видят подвижники-йогины (своим мысленным взором). Существовали (предвечные) воды, олицетворявшие собою (пять главных элементов мира), средь тех небесеных вод утвердились оба бога в воздушном пространстве; проникающее и охватывающее все стороны света, божественное семя поддерживает обе (тверди) —и небо и землю. То (семя), божественное и вечное, могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Обоих богов, небо и землю, и все стороны света, и всю вселенную поддерживает то семя. Из него проис­ходят все страны света и реки, из него возникают и великие моря. То (семя), божественное и вечное, видят подвижники-йогины (своим мысленным взором). На колесе вечной колесницы, овеянной неувядае­мыми подвигами, везут кони Осененного знаменем (мудрости), (везут) через небесное пространство к Тому божественному и нетленному. То (семя), божественное и вечное, могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Форма его неуловима ни в каком подобии (доступном воображению). И никто не может видеть его глазами. Но кто познавательной способностью, умом и сердцем узнает Его, те становятся бессмертными. То (семя), божественное и вечное, могут видеть подвиж­ники-йогины (своим мысленным взором).

Страшен (иллюзорный) поток. Охраняемый богами, он распадается на двенадцать скоплений. Домогаясь меда (из того потока), люди сте­каются к нему. То божественное и вечное могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Собрав тот мед, только полмесяца пьет его в образе пчелы (душа, скитающаяся в том мире). Среди всех существ для нее предназначил его владыка в виде жертвы. То божест­венное и вечное могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). И бескрылые (души) попадают на дерево (незнания) ашваттха с золотыми листьями, а там, обретя крылья, они разлетаются каж­дая в свою сторону, (принимая повое рождение сообразно своим наклон­ностям). То божественное и вечное могут видеть подвлжники-йогипы (своим мыслепным взором). От полного, (что есть брахма), возводят они (вселенную) во всей ее полноте, и от полного они сами становятся пол ными. От полного они рассеивают все, что составляет полноту, и (в ре­зультате) полное, (что есть брахма), остается. То божественное и вечное могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Из того (полного) распространяется ветер, в нем он постоянно и сдерживается.

Из него возникли и Агни, и Сома, и на нем же зиждется вся совокупность жизненных сил. Должно знать, что вся эта (вселенная) произо­шла от Того, но То мы не можем объяснить. То божественное и вечное могут видеть подвижники-йогииы (своим мысленным взором). Дыхание поглощает выдыхание, а дыхание поглощает Месяц (как воплощенная воля). Месяц (или волю) поглощает Солнце, а Солнце (или познава­тельную способность) поглощает высший дух (или мировая душа). То божественное и вечное могут видеть подвижники-йогины (своим мыс­ленным взором).

(Высший дух подобен) лебедю, который, пока выходит из воды, не может поднять даже одной ноги, (еще погруженной глубоко). А если ему постоянпо совершать жертвоприношения, то не будет ни смерти, ни бессмертия. То божественное и вечное могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Таков тот великий дух — божествен­ный Пуруша, поглощающий огонь. И у того, кто знает такого Пурушу, величие души не иссякает. Того божественного и вечного могут видеть иодвижники-йогины (своим мысленным взором). Форма его не доступна для созерцания, его могут видеть лишь совершенно чистые сердцем. Добрые и мудрые прозревают умом. Те, кто прибегает к нему, стано­вятся бессмертными. Того божественного и вечного могут видеть подвиж­ники-йогины (своим мысленным взором). Как змеи прячут (от всех) свои укромные логовища, так и люди скрывают свои (пороки) под видом хорошей воспитанности и внешним своим поведением. Люди, наделенные умом, вводятся в заблуждение ими. И эти последние с течением времени обманывают (свои жертвы) для того, чтобы устрашить их. То божествен­ное и вечное могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором).

Пусть никогда он не будет в бесчестии; откуда же тогда (для него) смерть и бессмертие? Правда и неправда одинаково связаны с истиной. У существующего и несуществующего один и тот же источник. То (семя), божественное и вечное, могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Ни добрым и ни дурным (деяниями невоз­можно достичь спасения). Как это принято среди людей, (деяния) те счи­таются равноценными. То же самое следует знать и о бессмертии. Кто уяснил себе это, тот может домогаться того меда (познания брахмы). То (семя), божественное и вечное, могут видеть подвижники-йогины (своим мысленным взором). Ни высокомерная речь не раздражает сердца его, пи сожаление, что не изучены (им) веды или не совершено жерт­воприношение священному огню. Имя тому есть познание, которого до­стигают только премудрые. То божественное и вечное могут видеть под­вижники-йогины (своим мысленным взором). Тот, кто таким образом во всех существах, занятых (своими мирскими делами) в тех или иных местах, видит единого Атмана, зачем после этого будет печалиться? Какая (ощущается потребность у существ) в большом источнике, куда отовсюду стекаются воды, такая точно (потребность) во всех видах (чув­ствуется) у (брахмана), познавшего Атмана.



Размером в большой палец этот Пуруша, высочайший дух, пребываю­щий в сердце, не доступен созерцанию. Нерожденный, он неустанно движется днем и ночью. Тот, кто помыслит о нем, становится мудрым и преисполненным радости. Я есмь отец и мать, я — также сын; я есмь душа всего, что есть, что было и что будет. Я есмь древний прародитель, я — отец и сын, о потомок Бхараты! Вы пребываете в моей душе, но вы не мои и я тоже не ваш! Душа есть мое пристанище, душа — (причина) моего рождения. Я объяснен в ведах, то, на чем я покоюсь, не стареет. Наименьший из меньшего, благожелательный, я бодрствую во всех су­ществах. Меня знают как (вселенского) отца, пребывающего в тайниках сердца всех живущих.

Так гласит глава сорок пятая в Удъйогапарве великой Махабхараты

КОНЕЦ СКАЗАНИЯ О САНАТСУДЖАТЕ

Похожие:

Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига пятая удйогапарва или сказание об усилиях царей глава 1 Вайшампаяна сказал
Охватывается двумя словами: «криши», выражающее «все, что существует», и «на», обозначающее «вечный покой», он именуется Предвечным...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига Бытие Глава четвертая. Книга Исход Глава пятая. Книга Левит Глава шестая. Книга Числа
Помимо этого, оно означает проникновение в сферу знаний, относящихся к какой-либо определенной теме, и особым образом имеет отношение...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconПлан: Гелиоцентрическая система Мира Николая Коперника
Третья книга содержит теорию движения Солнца, четвертая книга – теорию движения Луны. Самой главной является пятая книга, в которой...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига Аннотация
Велесова книга — первый полный литературный перевод на русский язык священных текстов новгородских волхвов IX века. Велесова книга...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига о собрании) III. Араньяпарва (Лесная книга) >IV. Виратапарва
Крупнейшими памятниками древнеиндийской эпической поэзии являются "Махабхарата" "Великая война потомков Бхараты" и "Рамаяна" "Сказание...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига перевод и прочтение Александра Асова
«Ярилина книга» — русколанская летопись, повествующая о событиях истории Русколани, или Руси Аланской, конца ш — начала IV века н...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига 5-я «Махабхарата. Сказание о Восхождении на Небеса»
«индийскаяпятерица «(книга 5-я) «Махабхарата. Сказание о Восхождении на Небеса»
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига пятая перевод А. Н. Егунова Примечания (А. А. Тахо-Годи)
Между тем Полемарх — он сидел немного поодаль от Адиманта, — протянув руку, схватил его за плащ на плече, пригнул к себе и, наклонившись,...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига 1 Примечания к книге 1 Книга 2 Книга 3 Книга 4 Книга 5 Книга 6
Охватывает то и другое море и город вместо полуострова делает почти противолежащим Херсонесу островом, представляя собой безопасную...
Книга пятая удьйогапарва или книга о старании перевод В. И. Кальянова сказание о санатсуджате iconКнига одиннадцатая стрипарва или книга о женах перевод С. Л. Невелевой и Я. В. Василькова
Дхритараштра, о подвижник? Также Сын Дхармы, благородный царь из рода Куру, и те трое, во главе с Крипой, — что они предприняли?...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org