Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг.



Скачать 447.24 Kb.
страница1/3
Дата20.09.2014
Размер447.24 Kb.
ТипАвтореферат
  1   2   3
На правах рукописи

Сосновский Илья Захидович


Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. (на материалах Восточной Сибири и Дальнего Востока).


Специальность: 07.00.02 – Отечественная история
АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук




Иркутск – 2011

Работа выполнена на кафедре истории России ФГБОУ ВПО «Иркутский государственный университет».


Научный руководитель: Доктор исторических наук, профессор

Дамешек Лев Михайлович
Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Иванов Александр Александрович

кандидат исторических наук, доцент

Высотина Елена Алексеевна
Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Бурятская

Государственная Сельскохозяйственная

академия им. В. Р. Филиппова»


Защита состоится 16 декабря 2011г. В 10.00 ч. на заседании диссертационного совета Д 212.022.07 при ФГБОУ ВПО «Бурятский государственный университет» по адресу: 670000, Республика Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Смолина, 24 а.



С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Бурятский государственный университет» ( 670000, Республика Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Смолина, 24 а).



Электронная версия автореферата отправлена по адресу referat_vak@mon.gov. ru


Автореферат разослан «14» ноября 2011 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат исторических наук, доцент Палхаева Е.Н.

Актуальность темы исследования

Подробное изучение характера и особенностей эволюции полномочий высшей администрации Восточной Сибири и Дальнего Востока позволяет нам рассмотреть процесс формирования местной административной структуры в контексте политико-административной системы империи в целом, выделить взаимосвязи между влиянием региональной специфики и имперской политики на формирование административного устройства этих регионов, проследить изменение их положения и статуса по отношению к центральной России.

В настоящее время Сибирь уже вполне инкорпорирована в общероссийскую структуру как в области управления, так и в области общественного развития.
Современные средства связи позволяют передавать всю необходимую информацию от центра к регионам в короткие сроки, а местные органы управления построены на началах совещательности и самоуправления. Однако формирование и апробация модели взаимоотношений центра и регионов продолжается. Развитие региона возлагает на местную администрацию все новые задачи, требующие определенной регламентации, взаимодействия и полномочного контроля. В этих условиях немаловажным является рассмотрение опыта решения управленческих проблем в более ранний период Российской истории. Изучение истории политико-административного развития Сибири может способствовать формированию наиболее объективного взгляда на поиск путей развития этого региона, выработке более четкой государственной законодательной политики в его отношении.


Объектом исследования является структура и полномочия высшего местного управления в Иркутском и Приамурском генерал - губернаторствах в контексте политико-административной системы Российской империи, а также факторы, влиявшие на формирование полномочий института генерал-губернаторов в указанных регионах.

В качестве предмета исследования рассматривается эволюция полномочий генерал-губернаторов Иркутского и Приамурского генерал - губернаторств в конце XIX начале XX века.

Хронологические рамки исследования охватывают период с 1882 по 1917 год. Выбор нижней границы объясняется изменением приоритетов в региональной политике самодержавия, разделением Сибири на новые территориальные единицы, распространением унификаторских тенденций на Восточно-Сибирское генерал-губеранторство. В контексте этих изменений и постановки новых задач перед местным управлением, которые в специфических региональных условиях привели к изменениям в административном устройстве Сибирского региона, произошли изменения и в привычных методах взаимодействия центра и региона.

В качестве верхней границы обозначена дата свержения монархии и, как следствие, упразднение ее институтов местного и центрального управления.



Территориально работа охватывает Восточную Сибирь и Дальний Восток в административных границах с 1882 года по 1917 год, то есть Иркутское генерал-губернаторство в составе Иркутской, Енисейской губерний, Забайкальской (с 1906 года) и Якутской областей и Дальний Восток в период существования Приамурского генерал-губернаторства в составе Амурской, Приморской, Забайкальской (до 1906 года) и Камчатской (после 1906 года) областей, Владивостокского губернаторства и острова Сахалин.

Степень изученности темы

История развития администрации в Сибири, так или иначе, рассматривалась во многих трудах историков и правоведов. В современной историографии целый ряд исследований посвящен анализу истории административной и государственной политики в Сибири (как, например труды Дамешек Л.М и И.Л., и Ремнева А.В). Однако тема полномочий генерал-губернаторов Восточной Сибири и Приамурья конца XIX – начала XX вв. современниками изучаемого нами периода предметно не исследовалась. Лишь в последнее время разные аспекты этой темы нашли отражение либо в контексте исследований по истории административного устройства Сибири, либо в контексте исследований по истории развития института генерал-губернаторов в Российской империи. Однако специальные труды по теме исследования стали появляться недавно. Последним было издано учебное пособие о генерал-губернаторской власти в Сибири под авторством Л.М. Дамешека (Иркутск, 2011г.).

Комплекс исследований по означенной теме условно можно разделить на три периода: дореволюционный, советский и постсоветский. Исследовательская мысль досоветского периода была тесно связана с актуализацией значения Сибирского региона для империи. Сбор статистических данных и описание разных местностей производились под эгидой переселенческой политики и строительства железных дорог. В контексте обсуждения вопроса о строительстве железной дороги также затрагивался и стратегический статус разных регионов Сибири. Так, например, А. Семенов-Тян-Шанский1 при обсуждении вопроса о железнодорожном строительстве в Приамурье обосновывал свою точку зрения именно геостратегическими мотивами. Вопрос о необходимости развития железнодорожного строительства в Сибири подробно рассматривался в труде «Сибирь и великая Сибирская железная дорога»2; влияние этого процесса на развитие Дальневосточных территорий освещалось также Субботичем Д.И3.

В трудах политического, правового характера, освещавших региональные проблемы или аппарат управления империи в целом, так или иначе затрагивались и полномочия сибирских генерал-губернаторов. При составлении пятитомного труда С.М. Середониным4, посвященного деятельности и истории Комитета министров, существенное место было уделено рассмотрению взаимоотношений центра и генерал-губернаторов, разграничению специфических черт их полномочий в разных частях империи5. Причем особенно автор отмечал среди других генерал-губернаторств, именно сибирских. С.М.Середонин писал, что «власть генерал-губернатора и его значение, очевидно, не могли быть одинаковы в Москве, Харькове, Иркутске, Одессе, Вильне и Риге: в каждом из указанных пунктов генерал-губернаторская власть имела свой характер: во внутренней России это был преимущественно орган высшего надзора; на окраинах государства – генерал-губернатор не столько надзирал, сколько управлял…»6. Однако, рассматривая проблему взаимоотношений генерал-губернаторов и министров, в труде о Комитете министров не проводится четкого разграничения их полномочий и статуса. Несколько позже эту грань пробовал обозначить правовед Н.А. Захаров. Он отграничивал генерал-губернаторов от понятия высшей подчиненной власти, вкладывая ее в руки министров7. Проблема соотношения статусов министров, генерал-губернаторов и наместников современниками рассматриваемого нами периода окончательно разрешена не была.

Подробно рассматривается административное устройство России в конце XIX века в труде под редакцией Ковалевского В.И. В контексте административной структуры генерал-губернаторам, как особому институту управления, данным автором также отводится особое место. При этом он замечает, что «права и обязанности отдельных генерал-губернаторов весьма различны»8. Таким образом, В.И. Ковалевский определяет генерал-губернатора как посредника между местными и центральными властями, но посредника, обличенного решительной властью, усиливающейся в соответствии с тем, «чем более отдалена окраина от центра, чем больше население ее привыкло к былой деспотической власти прежних восточных правителей»9.

При обсуждении путей реформирования Сибири в последней четверти XIX века, критике было подвергнуто само Учреждение М.М.Сперанского. С. Прутченко использует по отношению к Сибирскому учреждению понятие «мертвый закон», как показатель разрыва между существующим законом и управлением, ставящий «волю отдельных органов управления и их субъективные воззрения на наилучший способ удовлетворения известных задач управления выше объективных велений закона»10. Таким образом, определяя, что сам «строй управления не обеспечивал начала законности, высшие органы управления подавали пример произвольных действий»11. Вместе с тем, С. Прутченко обращает наше внимание на то, что суть проблемы взаимодействия сибирской администрации с центральными органами лежит не столько в сфере недостаточной четкости регламентации и разъяснения существующих статей и указов, сколько в чрезмерной зависимости своевременного и верного их исполнения от личности и взглядов генерал-губернаторов и губернаторов, в отсутствии надлежащего своевременного и действенного контроля центра.

Широкое распространение в рассматриваемый период получили труды различных правоведов, которые стремились идентифицировать правовое положение России, институты управления, особенности их действия и структуры в центре и на окраинах. Кроме классических правоведческих работ Н. Корево В.М. Грибовского, В. Ивановского, Н.М. Коркунова, Н.И. Лазаревского, А.Д. Градовского12, большой интерес в данной области для нас представляют труды В.М. Гессена, И.В. Блинова и Я.М. Магазинера. Причем проведенный вышеозначенными авторами правоведческий анализ представляет собой не комплекс разрозненных мнений, а единый взаимосвязанный массив трудов, внутри которого представлена критика, а так же производится поиск наиболее верного мнения. Среди критических работ подобного плана стоит отметить работу Ивановского В. «Государство как юридическое отношение. По поводу книги Н.М.Коркунова «Русское государственное право»13, в которой производится сопоставительный анализ нескольких популярных взглядов на идентификацию Российской государственности.

Я.М.Магазинер в труде «Чрезвычайно-указное право в России»14 раскрывает правовую основу для особых полномочий генерал-губернаторов и наместников. Одним из основных принципов чрезвычайно-указного права, является по Магазинеру, что «указ имеет временную силу закона»15. Это положение в полной мере отражает временный характер указов, вводимых в соответствии с чрезвычайными полномочиями генерал-губернаторов. Выявляя причинно-следственную связь между этими явлениями, автор замечает, что «исключительные обстоятельства должны вызвать и исключительные полномочия правительства»16.

В.М. Гессен17 и И.В. Блинов18 анализируют функции губернаторов в империи их место в структуре управления центральной России. При этом исследователи особенно обращают внимание на тот факт, что функционал и полнота власти губернаторов существенно отличаются в местностях, находящихся под управлением генерал-губернатора по сравнению с теми, которые подведомственны непосредственно министру внутренних дел. Таким образом, исследователями конца XIX-го - начала XX-го вв. производится идентификация правового положения империи и ее окраин, структуры окраинного управления и его взаимоотношения с центром.

Наиболее слабо представлена рассматриваемая нами тема в трудах советского периода. Это было связано со слабым интересом к изучению функций и структуры империалистического административного аппарата. Однако нельзя не отметить фундаментальную монографию Н.П. Ерошкина, описывающую имперскую административную структуру 19 века в целом19; исследование Зайончковского П.А. 20 и Лариной Л.Л.21 Представленные труды написаны в период либерализации внутренней политики СССР по отношению к истории, что позволило подойти к исследуемой проблеме довольно непредвзято. В большей степени оценочная характеристика роли царизма в освоении Сибири начала появляться уже в последнее десятилетие советского управления. Так, деятельность сибирской администрации при освоении Дальнего Востока в XIX веке получила освещение в труде Алексеева А.И. и Морозова Б.Н.22 В трудах Л.М. Дамешека так же представлен анализ взаимоотношения и места коренных народов Сибири в составе имперской администрации23.

В период смены политической системы управления в России издает свой труд исследователь Шумилов М.М., в котором с позиции губернаторских полномочий он определяет характерные отличия полномочий и назначения власти генерал-губернаторов в центре и в Сибири, продолжая тему изысканий Блиновой и Гессена24.

В современной историографии тема положения губернаторов на территориях с общеимперским и специальным управлением так или иначе затрагивалась в трудах, освещающих историю сибирской администрации и взаимоотношение центра и Сибири. Подробно к рассмотрению положения губернаторов подходят исследователи Любичанковский С.В. и Лаптева Л.Е.25 Большой вклад в изучение проблемы положения губернаторов в Сибири и их взаимоотношения с центральной администрацией и генерал-губернаторами вносят коллективные труды «Сибирские и Тобольские губернаторы: исторические портреты, документы» под редакцией В.В. Коновалова26 и исследование о судьбе и административной деятельности губернатора К. Светлицкого, в которых наглядно демонстрируется зависимость взаимоотношения властей от личности управленцев27. Аналогичный сравнительный анализ в более раннем периоде истории проводит Матханова Н.П.28 Детально представлены Забайкальские губернаторы в период с1851 по 1917 гг. в труде Константиновой Т.А.29

На современном этапе этот дискурс о путях инкорпорации Сибири в имперскую структуру управления был открыт снова. О преобладании унификаторских тенденций на рубеже веков в сфере губернского и низового управления писал В.Е. Зубов 30. Рассмотрение унификаторских тенденций производилось как в коллективных трудах31, так и крупнейшими учеными в области истории сибирской администрации. Особое место среди таких ученых занимают труды Ремнева А.В. и Дамешека Л.М. Серии их трудов носят комплексный характер. В них рассматривая и низовое устройство региональной власти, и деятельность и структура высшей администрации Сибири. В совместном труде с И.Л. Дамешек, Л.М. Дамешек делается особый упор на различные аспекты административного устройства Восточной Сибири32; важное место занимает и специализированное учебное пособие по генерал-губернаторской власти в Сибири33. А.В. Ремнев производит раздельное изучение административного устройства Восточной Сибири34 и Дальнего Востока35, рассматривая политику империи отдельно для каждого региона.

Тема полномочий генерал-губернаторов Восточной Сибири и Приамурья в последней четверти XIX-го века до 1917 года также затрагивалась при рассмотрении генерал-губернаторского управления в России в целом.

Подробно и многосторонне анализ генерал-губернаторского управления в Российской империи и в Сибири, в частности, представлен в труде «Институт генерал-губернаторов и Наместников в Российской империи» (в 2-х томах) под общей редакцией Черкесова В.В.36

Исследователь Л.М. Лысенко37 особо рассматривал генерал-губернаторское управление в Сибири, говоря о разделении управления России на окраинное и центральное. При этом окраинам было присуще генерал-губернаторское управление. Л.М. Лысенко вкладывает в основу правового положения генерал-губернаторов Основная функция генерал-губернатора видится автором в последовательной подготовке хозяйственной жизни региона и административного устройства к инкорпорации его в общую систему управления империи. Главной отличительной чертой генерал-губернаторского управления, по–мнению Лысенко, был «личностный, а не правовой характер его власти». Именно степень личного доверия со стороны императора к персоне обуславливала фактически неограниченную власть генерал-губернатора во вверенном ему регионе. Отсюда, по мнению автора, вытекает «расплывчатость и обобщенность законодательных формулировок, предельная обширность задач, чрезвычайный характер власти, позволяющий действовать полновластно, слабый контроль центра»38.

Одним из наиболее важных вопросов, решаемых современными авторами, был вопрос соподчинения и определения места генерал-губернаторов и губернаторов по отношению к центральной власти. Авторы исследований современного периода, рассматривая проблему целостно, стремятся конкретизировать положение министров и генерал-губернаторов в структуре управления. Ремнев А.В. и Акишин М.О. пишут о том, что «если на Кавказе наместник признавался равным по правам с министрами, то сибирским генерал-губернаторам в такой власти было отказано»39. Матханова Н.П. определяла основную проблему взаимоотношений центра и генерал-губернаторов как проблему борьбы за распространение полномочий и влияния в условиях разности политического статуса генерал-губернаторов по отношению к центру и их положения в административной структуре империи40. Исследователь Скрипелев Е.А. указывает на усиление инициативы центральных органов в административной политике в Сибири41.

Наименее полно исследованным и систематизированным остается вопрос влияния различных факторов на формирование полномочий генерал-губернаторов. Обзор некоторых факторов затрагивается в совместном труде Л.М. и И.Л. Дамешек «Сибирь в Системе имперского регионализма (1822-1917гг.)»42; некоторые аспекты влияния внешнеполитического фактора рассматриваются в монографии А.В. Ремнева «Россия Дальнего Востока». Наиболее подробно и полно разделение факторов формирования административной системы Российской империи изложено в исследовании «Национальные окраины Российской империи: становление и развитие системы управления» под редакцией С.Г. Агаджакова и В.В. Трепавлова43. Авторами выстраивается система факторов, в состав которой входят природно-географический фактор, экономический, этносоциальный, национальный. В качестве внешнеполитического фактора рассматривается геостратегическое положение регионов. Затрагивается вопрос влияния различных факторов на формирование административной системы в таком исследовании как: «Сибирь в Составе российской империи»44, а так же в монографии Зубова В.Е. «Государственный аппарат и управление Сибири (конец 16-начало 20 в.)»45.

В рассмотренных исследованиях довольно фрагментарно представлен сравнительный анализ Иркутского и Приамурского генерал-губернаторств. Полномочия генерал-губернаторов в рассматриваемый нами период так же не были объектом специального исследования до последнего времени, а затрагивались в контексте генерал-губернаторского управления России или истории Сибирского управления. Довольно скупо в литературе представлен разбор факторов влияния на формирование полномочий генерал-губернаторов.

Цель исследования

Выделить и конкретизировать в ходе сопоставительного анализа на конкретном историческом материале общие закономерности и причинно-следственные связи развития полномочий генерал-губернаторов Восточной Сибири и Дальнего Востока. Проанализировать влияние различных геополитических факторов, выделить наиболее значимые из них и определить степень их влияния на формирование полномочий генерал-губернаторов.

Задачи исследования

  1. Проследить процесс формирования высшей местной администрации Восточной Сибири и Дальнего Востока.

  2. Выявить особенности структуры и полномочий генерал-губернаторского управления.

  3. Определить специфику взаимодействия генерал-губернаторов и губернаторов, генерал-губернаторов и центральных органов управления.

  4. Сопоставить полномочия Иркутского и Приамурского генерал-губернаторов.

  5. Выявить общие черты в методике административных преобразований в означенных регионах.

  6. Показать зависимость формирования полномочий генерал-губернаторов от политических установок центра и специфических особенностей региона.

  7. Выделить наиболее важные факторы, влияющие на формирование полномочий генерал-губернаторов.

  8. Определить специфику полномочий генерал-губернаторов Восточной Сибири и Приамурья в контексте факторов влияния на основании сопоставительного анализа.

В качестве исследовательской гипотезы выдвинуто предположение, что, несмотря на завершающийся процесс инкорпорации низового и губернского, областного уровней управления в правовую и административную систему империи, вплоть до 1917 года полномочия генерал-губернаторов в политико-административной сфере продолжали оставаться актуальными. Это связывалось, кроме реализации ими чрезвычайных полномочий и внешнеполитических функций, с их особым информационным и контрольным значением в разработке проектов административных преобразований и в исполнении особых задач.

Методология и методы исследования



При проведении исследовательского анализа были использованы хронологический и компаративный методы. Использование первого метода позволило проследить процесс реорганизации административно-территориального устройства Восточной Сибири в конце XIX начале XX века. Разделение административных процессов на этапы в соответствии с хронологическими рамками их начала и завершения помогло объяснить причины, которыми были вызваны реформы. Хронологический метод способствовал определению различных факторов, объективно влияющих на ход преобразований в административной сфере.

Компаративный метод исследования значительно облегчил работу исследователя при проведении более детального изучения проблемы. Так сопоставление административного устройства Приамурья и Восточной Сибири – структуры и функций правительственных учреждений – способствовало обнаружению особенностей административной системы управления Восточной Сибири. Сравнительный анализ организации и деятельности правительственных учреждений разных уровней (генерал-губернаторского и губернского) способствовал определению роли и значения местных институтов государственной власти в административной системе управления Восточной Сибири.



Изучение и сопоставление преобразований в системе административного устройства с учетом географических особенностей отдельных частей Восточной Сибири и Дальнего Востока способствовали установлению закономерностей административных процессов, установлению и разделению сфер влияния факторов на ход проводимых административных реформ и формирования полномочий генерал-губернаторов и губернаторов в определенных территориальных рамках.
  1   2   3

Похожие:

Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconГосударственный совет Российской империи: состав, полномочия, структура, механизм функционирования (1906-1917 гг.)
Защита состоится 24 октября 2007 г в 15 часов на заседании диссертационного совета д 212. 155. 05 при Московском государственном...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconГосударственная дума Российской империи 1906-1917 гг. (историческая справка) Государственная дума
Государственная дума в 1906-1917 гг высшее наряду с Государственным советом, законодательное (нижняя палата первого российского парламента),...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconПрокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.)
Ного изучения ранней истории прокурорского надзора протянулась в нашей стране с 1866 г., со времени защиты А. Д. Градовским магистерской...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconKitaphane info ислам в российской империи
Генерал-Гу-бернатора Симбирского и Уфимского, Генерал-Поручику. Барону Игельстрому 22 сентября 1788 г. Об определении Мулл и прочих...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. icon«Политико-правовой системе региона изучаемого языка» (арабский язык)
Эволюции общественно-политической системы малых государств Залива по работе И. А. Александрова. «Монархии Персидского Залива: этап...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconПолитико-правовая мысль России в период кризиса феодально- крепостнического строя
Радикально-революционное течение политико-правовой идеологии. Политическая идеология декабристов. Проекты преобразования общественного...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconТ. Ю. Верхоланцева, зам зав. Офн формы нормативно-правовых документов Российской империи XIX начала XX вв.: на основе анализа запросов Центра правовой информации ргб
Формы нормативно-правовых документов Российской империи XIX начала XX вв.: на основе анализа запросов Центра правовой информации...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconМонография. Окончание (Начало в №2 (6) 2005) Глава 3 правовой компонент либеральной модели
Хх в к преобразованию общественного строя посредством широкомасштабной политико-правовой реформы являются результаты анализа программатики...
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. icon-
Мировой Педерастии. В 1917 году в Российской империи было отменено уголовное наказание за педерастию1
Полномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг. iconКорпорации и их виды в российской правовой системе
Корпорации и их виды в российской правовой системе
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org