В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия



Скачать 53.76 Kb.
Дата16.10.2014
Размер53.76 Kb.
ТипДокументы
(В.Г.Чертков)

Победоносцев, как отрицатель самодержавия.
Вероятно, мало кому из наших читателей известно, что обер-прокурор синода К. П. Победоносцев недавно печатно полемизировал с революционером-анархистом П. А. Кропоткиным по поводу бывших волнений в России. Происходила эта необычайная полемика на английском языке, на страницах американского ежемесячного журнала „The North American Review”, в сентябрьском выпуске которого, за истекший год, появилась статья „Россия и народное образование Константина Победоносцева" в ответ на статью „Современный кризис в России, князя Кропоткина", помещенную в майской книге того же журнала.

Общее содержание статьи Победоносцева не представляет, разумеется, по существу ничего нового против того, что обыкновенно высказывается людьми в его положении. Читатель легко может себе представить, как он доказывает, что в России вовсе не происходит того, чтò на самом деле происходит; — что русский народ подобен малому ребенку, или дикарю, требующему того своеобразного ухода, который может доставить ему одно только отеческое попечение русского самодержавия и православной церкви, и т. п. Все это изложено со свойственным Победоносцеву авторитетным тоном и тою ясностью и плавностью речи, которые придают самым неимоверно ложным его утверждениям внешний облик правды в глазах людей, по чему-либо не имеющих возможности сверить его слова с действительностью.

Но для нас представляет интерес не эта, конечно, сто-
14
рона его статьи, имеющая целью бросить пыль в глаза иностранцам, незнакомым с истинным положением дел в России. Интересны для нас некоторые весьма характерные признания, косвенно вытекающие из слов случайно проговорившегося русского государственного человека и обнаруживающие истинные, закулисные отношения этого разряда людей к своей деятельности.

Так, например, желая оградить себя перед общественным мнением Запада от всякой ответственности в жестокой расправе правительства над студентами, — Победоносцев пишет в своей статье: „Я не имел никакого отношения к деятельности министерства народного образования, которое было поручено Боголепову... До своего назначения, Боголепов был мне совершенно неизвестен, и после того мы оставались чуждыми друг другу. Он был скорее враждебно настроен против меня, противодействовал мне и ни одного раза не советовался со мною". Оставляя в стороне вопрос о том, насколько прилично подобное кивание в сторону умершего и потому безответного товарища по службе, — в этом заявлении любопытно откровенное признание одного из ближайших царских советников того, что в высших русских правительственных сферах господствует такой разлад и безурядица, что два государственные деятеля, занимающие, с правительственной точки зрения столь ответственные и тесно связанные посты, как министр народного просвещения и обер-прокурор святейшего синода, могут исправлять свои обязанности, не находясь даже в разговорных отношениях между собой.

Из приведенного утверждения Победоносцева (по поводу отдачи студентов в солдаты) о том, что он „не имел никакого отношения к деятельности министерства народного просвещения", вытекает естественное заключение, что он не принимал участия в установлении знаменитых „временных правил". Между тем, на самом деле, как явствует из тайного документа, опубликованного нами в одном из прежних наших изданий *), — еще в 1882 году, на совещании министров, Победоносцев первый внес предложение об отдаче провинившихся студентов не только в солдаты, но даже в дисциплинарные батальоны и роты. В то время эта зверская мера показалась слишком крайнею даже собранию из русских министров и великих князей, а впоследствии она была сравнительно смягчена и применена в виде привлечения исключенных студентов к отбыванию воинской повинности без всяких льгот. Так что, если можно считать Победоносцева непричастным к отдаче киевских студентов в солдаты, в прошлом году, то разве только в том смысле, что если бы его первоначальное предложение восторжествовало, то над ними совершена была бы еще более возмутительная жестокость.

Не удивительно поэтому, что, выражая в этой же статье свое неодобрение отдаче в солдаты 180-ти студентов, Победоносцев оплакивает не самую жестокость этой меры, а единственно то, что она была „сразу применена к слишком большому количеству юношей" и тем вызвала такой шум и волнения.

Но характернее всего то отношение высших представителей русского правительства к самодержавной власти, которое косвенно и, конечно, бессознательно для самого автора обнаруживается в следующем замечательном заявлении, дословно нами переведенном из статьи Победоносцева:

„Следует помнить, что наш Император никогда не издает таких указов под своей личной ответственностью. Он довольствуется утверждением в законом указанных случаях резолюций различных административных комитетов и распоряжений своих министров. Распоряжение о военной службе для студентов, виновных в нарушении университетского устава, было издано независимо от всякой инициативы со стороны Императора. Министры, на совещании, созванном по случаю университетских беспорядков, нашли нужным прибегнуть к этому наказанию, и их постановление было представлено на Высочайшее благоусмотрение. Были изданы временные правила, по которым применение этой кары

—————

*) См. „Листки Свободного Слова" № 21, стр. 46. Совещания Комитета министров 1882 — l884 г. г. Ред.


15
в каждом отдельном случае должно было зависеть от особой комиссии, включавшей министров подлежащих ведомств, и постановления этой комиссии должны были вступать в законную силу, не нуждаясь в Высочайшем утверждении. Киевское дело было поэтому решено таким образом, и воля Императора не принимала в нем никакой доли участия". †)

Согласно этому неосторожному признанию одного из высших русских государственных деятелей оказывается, что, в случаях применения на практике высочайше утвержденных постановлений, следует считать, что царская воля не принимает в этом никакого участия! Другими словами, современные русские правительственные воротила смотрят на утверждение государем изобретаемых ими постановлений, как на пустую формальность, не налагающую на царя никакой ответственности в том, чтò он подписал. Невольно вспоминается замечание, сделанное в одной из прокламаций, выпущенных во время последних студенческих волнений о том, что в наше время власть русского самодержца сведена к роли резинового штемпеля, который министры иногда прикладывают к своим распоряжениям.

Что русское правительство превратилось в необузданную олигархию, в которой воля царя играет самую ничтожную роль, — это мы давно знаем и неоднократно высказывали; но чтобы закусившие удила представители этой олигархии могли до такой степени занестись, чтобы самим цинично заявлять о своем фактическом самодержавии и о невменяемости русского царя, даже по отношению к им самим подписанным указам, — этого, признаться, даже и мы не ожидали.

С нашей точки зрения, конечно, все равно, один ли запутанный и опьяненный властью человек, или целая кучка их будет сосредоточивать в своих руках государственный произвол, которому суждено существовать ровно столько времени, сколько сам народ будет подчиняться ему. Но всякий новый придаток лжи и обмана к такому злу делает его еще более вредным и соблазнительным. Я самая пагубная сторона деятельности всяких Победоносцевых и им подобных в том и заключается, что они постоянно усиливают элемент лжи и лицемерия, которым проникнута русская правительственная и в большой степени общественная жизнь. Стараясь избавить царя от ответственности в им самим утверждаемых распоряжениях, эти люди тем бессовестнее лгут, что перед глазами русского народа они, как раз наоборот, настойчиво выдвигают вперед авторитет самодержавия, постоянно прикрываясь именем царя для совершения самых темных и злых деяний. В государстве, номинально считающемся „самодержавным", подобный приме с одной стороны сваливания министрами своей ответственности на царя, а с другой отрицания ими его вменяемости, окончательно упраздняет всякую ответственность кого бы то ни было перед кем бы то ни было. А при таких условиях, может только до бесконечности развиваться и усиливаться дикий произвол, господствующий в правительственной области, в которой у нас в России и без того предоставлен неограниченный простор самым грубым и жестоким инстинктам.



В. Ч.
СВОБОДНОЕ СЛОВО № 2

Похожие:

В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconЭкспериментальное определение доплеровского смещения линий водорода на пучках ионов
Л. А. Победоносцев, Я. М. Крамаровский, П. Ф. Паршин,1 Б. К. Селезнёв, А. Б. Берёзин2
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconРассказ о моем дедушке. Мой дедушка Виктор Николаевич Победоносцев
Меня зовут Анастасия Гусарова. Моя мама Ольга Викторовна Белова
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconКомментарий к федеральному закону об общих принципах организации законодательных
Чертков Александр Николаевич, старший научный сотрудник отдела правовых проблем федеративных и национальных отношений Института законодательства...
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconК. П. Победоносцев в общественно-политической и духовной жизни россии
Работа выполнена на кафедре истории Российского государства факультета государственного управления Московского государственного университета...
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия icon1 декабря в прокат вышел фильм Натальи Бондарчук «Последняя дуэль» — первый постсоветский художественный фильм о Пушкине. Очередная версия смерти поэта: Пушкин стал жертвой мирового антироссийского заговора
Гко становился то певцом самодержавия (1899 год), то певцом революции (как в 1937-м), то защитником демократии (как в 1999-м). История...
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconНазвание Лидеры
Уничтожение частной собственности (в первую очередь помещичьего землевладения) и царского самодержавия
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия icon1894-1917 Страна после контрреформ сословность; патриархальность деревни абсолютизм. “Во власти я отдам отчет перед Богом”, “Хозяин земли русской”. Фавориты: обер-прокурор Синода К. П. Победоносцев; кн
В конце царствования министры – наиболее преданные царю люди, а не наиболее опытные
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconС. Г. Зверева Русское зарубежье: формирование и сохранение русской церковно-певческой традиции1
Особо пристальным оно стало к концу XIX века, когда Синод возглавил К. П. Победоносцев. Он следил за постройкой храмов и организацией...
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconРефераты. Исторический портрет Николая I
Идеология самодержавия. Борьба с инакомыслием. Революционно-демократическая мысль 30-40-х гг.: Герцен, Белинский, «западники» и «славянофилы»,...
В. Г. Чертков Победоносцев, как отрицатель самодержавия iconРусско-японская война 1904–1905 гг
Захватнические стремления русского самодержавия на Дальнем Востоке имели свои глубокие экономические и политические корни. [14]
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org