Социальная структурация повседневности общества потребления



страница1/12
Дата22.10.2014
Размер2.69 Mb.
ТипКнига
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
Санкт-Петербургский государственный университет Факультет социологии

«Социополис» Библиотека современного гуманитарного знания

В.И. Ильин

БЫТ И БЫТИЕ МОЛОДЕЖИ РОССИЙСКОГО МЕГАПОЛИСА:



СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРАЦИЯ ПОВСЕДНЕВНОСТИ ОБЩЕСТВА ПОТРЕБЛЕНИЯ

Интерсоцис Санкт-Петербург 2007

УДК 316.346.32-053.6 ББК 60.54 И 46

Исследование и публикация книги проведены при поддержке Фонда Макартуров и РФФИ (07-06-00-287-А).

«Социополис» Библиотека современного гуманитарного знания Редактор серии В.В.Козловский

В.И. Ильин.

И 46 Быт и бытие молодежи российского мегаполиса: соци­альная структурация повседневности общества потребле­ния:. СПб.: Интерсоцис, 2007. 388 с.

ISBN 978-5-943-48-044-7

Данная монография основана на эмпирическом исследовании процес­сов формирования структур повседневной жизни молодежи Санкт- Петербурга и Москвы в 2004-2007 гг. Главный исследовательский вопрос: как меняются конфигурации отношений между людьми, жиз­ненные стратегии и повседневные практики в контексте формирую­щегося общества потребления.

Книга рассчитана на всех интересующихся жизнью молодежи, социо­логией потребления и социологией повседневности.


ISBN 978-5-943-48-044-7
УДК 316.346.32-053.6 ББК 60.54

© В.И. Ильин, 2007

© Издательство «Интерсоцис», 2007

© Н.И. Пашковская, оформление обложки, 2007


ВВЕДЕНИЕ

Общество потребления, активно проникающее в Россию, особенно в ее мегаполисы, формирует новую потребительскую культуру. Для нее характерна ориентация на потребление как процесс социального само­утверждения, конструирования идентичности и коммуникации. Ее ключевой принцип может быть сформулирован так: «Покажи мне, что ты потребляешь, и я скажу, кто ты». При этом новые преуспевающие слои установили высокие потребительские стандарты, не достижимые для широких слоев населения. В результате возникает феномен симво­лической депривации: чтобы быть современным и вписываться в стан­дарты, необходимо потреблять на достаточно высоком уровне, который противоречит экономическим ресурсам значительной части населения.

Формирующееся общество потребления создает пространство по­вышенных желаний, в то время как экономика, трансформирующаяся в процессе преодоления кризиса, создает пространство ограниченных возможностей.

Объект данного исследования — молодежь (18-30 лет) Москвы и Санкт-Петербурга начала XXI века. Именно эта группа находится на острие данного противоречия. По словам Адель Баркер (США), «сего­дня в глазах многих она [Москва] превратилась в потребительскую столицу мира» [Современные тенденции... 2004: 18]. Именно в мега­полисах (особенно в Москве) наблюдается наибольшая концентрация преуспевающей части молодежи, задающей повышенные потребитель­ские стандарты, интерпретируемые как символы жизненного успеха.

Поэтому молодежь этих городов в наибольшей мере подвержена влия­нию общества потребления.

Предмет исследования — формирование социальных структур по­вседневности, происходящее под влиянием возникающего общества потребления. Под социальной структурой здесь понимается распре­деление ресурсов в соответствии с теми или иными социокультурными программами (ценностями и нормами).

Социальная структура выступает как форма связи элементов, пред­ставляющих собой процессы: все находится в постоянном изменении,



поэтому каждое нынешнее состояние привязано не только к месту в пространстве, но и во времени. Переплетение процессов часто порож­дает социокультурные поля. Это зоны взаимодействия, где возникает своего рода социальная турбулентность, порождающая новые качест­ва, не сводимые к свойствам породивших поле процессов.

Это очаги надындивидуальной реальности, принуждающие индиви­да к следованию определенным формам жизни. В качестве таких полей выступают и современный мир в целом (глобальное поле), и страна, и город, и фирма, и университет, и семья, и компания друзей. Поля дифференцируются по двум основным критериям: по объему имеющихся в них ресурсов;

по способу использования этих ресурсов (т.е. по культурным программам) (см. подробнее о концепции поля [Ильин 2001, 2003]).

Социокультурные поля формируют пространство возможностей для попавших в них индивидов. Это пространство, с одной стороны, дает шансы, а с другой — ограничивает выбор жизненных путей.

Структура понимается в рамках деятельностно- конструктивистского подхода. Это значит, что она не противостоит действующему субъекту, а является формой организации его деятель­ности. Она включает ресурсы, которые он использует в своей деятель­ности, и правила, в соответствии с которыми он это делает. Повседнев­ная социальная структура проявляется в его привычках, вкусах, полу­автоматических практиках, личностных ресурсах (интеллектуальных и физических способностях, степени адаптации к внешним структу­рам, дисциплинированности и т.д.). Таким образом, здесь снимается противопоставление субъекта и структуры. Структура неотделима от жизненных стратегий индивидов, т.к. ресурсы являются таковыми лишь при наличии желания и способности их использовать. Они не существуют вне контекста деятельности.

Формирование общества потребления оказывает мощное влияние на повседневные социальные структуры. Во-первых, создаются большие по­требительские ресурсы, открывающие возможности для широкого выбо­ра, конструирования разных идентичностей, погони за модой и т.д. Во- вторых, формируется комплекс культурных программ, которые при всем их внешнем разнообразии превращают потребление в ядро смысловой структуры жизненного мира. Оно становится мерилом успеха, с его по­мощью описываются жизненные цели и повседневные задачи, через него формулируются многие нормы взаимодействия людей.

Социальная структура — это пространство возможностей и принуждающих факторов. Она существует как форма организации деятель­ности людей. Понять последнюю помогает категория пространства желаний как совокупности четко осознанных целей, планов, смутных желаний, фантазий. Пространство желаний формирует векторы устремлений.

Пространство возможностей и пространство желаний переплетают­ся самым причудливым образом. Возможности реализуются только при наличии у людей желания ими воспользоваться. Структурные факторы действуют, преломляясь через желания, которые при совпа­дении векторов ускоряют процессы, при расхождении — замедляют. Ресурс, не ставший объектом желания, перестает быть ресурсом, он становится хламом (например, велосипед, на котором никто в доме не хочет кататься) или никому не нужной характеристикой внешней сре­ды (например, пруд, в котором никто не хочет купаться).

Структурное давление на повседневную жизнь чаще всего проявляется в форме более или менее широкой «вилки». Иначе говоря, структура дает возможности и принуждает, оставляя для выбора несколько вариантов. Она постоянно выводит индивидов на развилки дорог. Раз­вилки существуют объективно как ассортимент доступных возможно­стей и имеющихся факторов принуждения, но по какой дороге пойти — это дело самого «витязя», оказавшегося на распутье. Поэтому в од­них и тех же условиях разные индивиды могут вести себя по-разному.

Э. Гидденс [2004: 203] описывает этот феномен как политику стиля жизни (lifestyle politics), «действующую в контексте институциональной рефлексивности». Иначе говоря, индивид формирует свою жизненную политику как искусство реализации собственных желаний в рамках осознанных возможностей и ограничений как социального, так и природного характера. Поэтому в одних и тех же социокультурных полях мы встречаем разные стили реализации имеющихся там возможностей и обхода возникающих ограничений.

В этом проявляется индивидуализация социальных структур. Они дают возможности, которыми разные люди пользуются по-своему, приспосабливая их к особенностям своего личного потенциала, своей системе ценностей, своему отношению к нормам. Это значит, что соци­альные структуры не всегда, но часто принуждают индивидов к ис­пользованию доступной им степени свободы, перекладывая этим на них более или менее существенную часть ответственности за собствен­ную судьбу.

Цель исследования — анализ повседневных социальных структур, трансформирующихся в результате формирования российского обще­ства потребления. Данная книга включает только эмпирическую часть исследования. Теоретический блок в силу ограниченности объема вы­несен за ее скобки (см. [Ильин 2005]).

Методика сбора информации

Главным методом сбора информации явилось глубокое интервью. Как правило, оно имело форму относительно продолжительной беседы (от получаса до двух-трех часов). Нередко проводились и повторные интервью с интервалом от недели до пары лет (о методологических про­блемах см. подробнее [Ильин 2006]).

В качестве дополнительного метода использовались разные формы наблюдения, в том числе с использованием фото- и видеотехники. На­блюдение осуществлялось в местах, где развертываются новые струк­туры социального неравенства, проявляющиеся в стилях потребления: улица, общественный транспорт, высшие учебные заведения, кафе, ночные клубы, спортивные центры, туристические базы и т.д. Кроме того, осуществлялось лонгитюдное наблюдение образа и стилей жизни небольшой группы молодежи на протяжении относительно длительно­го периода, выходящего за временные рамки данного исследования.

Характерная черта данного проекта — вовлечение в него ассоции­рованных исследователей. Это люди, являющиеся частью изучаемого объекта и специально подготовленные для проведения глубинных ин­тервью и наблюдений. Они собирали материал в среде, к которой в той или иной степени принадлежат сами, интерпретировали его, глядя с позиций своего поколения. Главными участниками были молодые, та­лантливые и уже достаточно методически подготовленные со- исследователи из Санкт-Петербурга и Москвы. Без участия этих людей (М. Желизнык, Е. Науменко, В. Берницкая, 3. Валуйкова, О. Голен- ская, Е. Голик, А. Карелина, А. Креминская, Д. Лебедева, А. Мамулат, Н. Михасенко, Е. Москаленко, Э. Кийко, К. Путинцева, Н. Семенова, А. Хохлова, Ю. Филиппова, Н. Ярошенко и др.) было бы трудно со­брать такое количество эмпирического материала и дать интерпрета­цию, идущую изнутри изучаемой группы. Ряд интервью был сделан М.А. Ильиной. В рамках этого проекта была подготовлена серия кур­совых и дипломных работ, велась подготовка кандидатских диссерта­ций (см. библиографию). Всего было проведено почти две сотни глубо­ких интервью по разным гайдам. Такое большое количество связано с широтой темы. Программа исследования регулярно корректировалась, его фокус периодически смещался. Кроме того, большинство интервью охватывало не полный спектр рассматриваемых вопросов (их слишком много для одного интервью), а ограничивалось отдельными блоками.



При формировании выборки мы стремились отбирать людей, спо­собных быть экспертами повседневности. Это значит, что информант способен рассказать не только о своей жизни, но и о том, как живут люди в его среде. Такой эксперт должен быть способен не только связно и откровенно рассказывать, но и анализировать наблюдаемые факты, вместе с исследователем, организующим совместную интерпретацию. В результате каждый информант в той или иной мере выступает не только как источник информации, но и как со-исследователь. Это тех­ника, позволяющая ослабить риск произвольной внешней интерпрета­ции данных со стороны исследователя, представляющего иную соци­альную группу, иное поколение (см. подробнее [Ильин 2006]). В вы- 5орку сознательно не включались крайние слои: тут нет обитателей дна и «золотой молодежи».

В ходе исследования был открыт новый, ранее не планировавшийся источник информации — личные журналы в русскоязычном Интер­нете. Всего было обработано более полутора сотен таких источников (в основном журналов из Live Journal, но не только). Их использование потребовало проработки целого ряда методологических и методиче- :ких вопросов (см. подробнее [Ильин 2006]). Привлекались материалы разнообразных чатов.

При обработке эмпирических данных использовалась логика дис- курс-анализа. Под дискурсом здесь понимается социальное взаимо­действие по поводу определения социального мира в форме слов и дей­ствий.

Важным направлением полевого исследования является наблюде­ние, результаты которого фиксировались с помощью цифровой фото­камеры. Сделаны сотни фотографий, отражающих те или иные сторо­ны жизни молодежи. Фотографии не только иллюстрируют сказанное словами. Нередко они говорят больше, чем я смог сказать, они могут говорить вдумчивому читателю совсем не то, что заметил я.

Часть фотографий сделана мной. Они идут в тексте без указания ав­торства. Часть снимком сделаны по моей просьбе людьми, помогавши­ми в проведении исследования. Фамилии этих авторов указаны в ком­ментариях к каждой фотографии. Немало визуального материала по данной теме обнаружено в Интернете (в основном в электронных жур­налах). Ряд таких фотографий приведен в книге с указанием соответ­ствующего источника. Три фотографии не содержат ссылок, поскольку использованы в качестве заставок (с. 123 - LJ-Olik, с. 263 - М. Желиз- нык, с. 354- LJ-chamoinix).

В основе данной работы лежало стремление свести до минимума мое влияние на интерпретацию. Я пытался по мере возможности переска­зывать рассказы информантов, интерпретировать их интерпретации. Изучаемый мир не безмолвен. Он не хуже меня может говорить о себе и осмысливать себя. Я же просто посредник между ним и читателем. Ра­зумеется, реализовать эту методологическую установку гораздо слож­нее, чем ее сформулировать. Насколько мне это удалось, судить чита­телю.

В данной работе я пытался описывать жизнь изучаемых мною лю­дей в их собственных категориях. Поэтому в тексте очень много цитат. Я старался их не редактировать. Полностью придерживаться этого принципа не удавалось, т.к. речь ряда информантов настолько засоре­на словами-паразитами и корява, что чтение этих цитат для читателя может быть мукой. В этих случаях я сохранял стилистику, включая, например, слова-паразиты, но уменьшая их количество. Сокращались и длинноты. В этих случаях купюры обозначаются <...>. Я принципи­ально не убирал, не заменял нецензурные слова и выражения, без ко­торых речь существенной части современной молодежи немыслима. Превращение этой речи в обкатанные литературные фразы — это обычная ложь, сущность которой не меняется ссылками на традиции науки. Слова — это не пустая форма, они намертво срастаются с пере­даваемым ими содержанием. Нельзя менять слова, не искажая смысла.

Повседневная жизнь молодежи мегаполисов очень пестра. Поэтому у меня и в мыслях не было претендовать на возможность дать цельное описание того, что в цельном виде не существует. Фрагментарность по­вседневной жизни, ее проявление во множестве стилей предопредели­ли и фрагментарность, клиповость изложения. Это противоречит клас­сическим канонам научности, требующим системности, целостности, логичности текста. Однако чем более картина мира становится цельной и системной, тем сильнее она приближается по своей сути к научному мифу. Данная книга представляет собой набор очерков, связанных об­щим исследовательским вопросом: каковы модели интеграции моло­дежи в формирующееся российское общество потребления. Разумеет­ся, в рамках данного исследования отражены лишь некоторые, в зна­чительной части наиболее распространенные модели.



ОБЩЕСТВО ПОТРЕБЛЕНИЯ КАК СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ ПОЛЕ

Тип общества — это самый общий контекст, который исследователи разных методологических направлений принимают за исходную точку анализа поведения людей в различных сферах. В нем возникает на­дындивидуальная реальность, имеющая характер социокультурного ноля, принуждающая к определенным жизненным стратегиям и прак­тикам. Это поле, порождаемое процессами социального взаимодейст- зпя. Люди живут в структурах, которые, с одной стороны, их ограни­чивают, а с другой — порождают желания и дают возможности для их реализации.

Характер общества обычно определяется доминирующими в нем со­циальными институтами. Поскольку реальность, описываемая катего­рией общество, всегда сложна и противоречива, любое однозначное : пределение грешит натяжками и упрощениями, открыто для критики и выдвижения обоснованных альтернативных дефиниций. В любом обществе идет социальная структурация, порождаемая конкурирую­щими социальными институтами (например, рынком и государством) и противоречивыми целями (например, экономическая эффективность и борьба с бедностью). Поэтому однозначное определение того или ино­го общества является всего лишь методологическим инструментом, который позволяет сфокусировать внимание исследователя на опреде­ленном типе социальных отношений и институтов. Это не означает иг­норирование многообразия прочих явлений. Просто они выводятся из предмета исследования в область влияющих на него факторов. Поэто­му категория «общество потребления» отнюдь не означает исключения иных возможных разнообразных определений (индустриальное, по- етиндустриальное, информационное, демократическое, рыночное и т.д.) той же самой многомерной реальности. Категория общество по­требления подчеркивает фокусирование исследования на роли и месте индивидуального потребления в процессах формирования и воспроиз­водства социальных структур как макро-, так и микроуровня.



Модель общества потребления

Общество потребления — это совокупность общественных отно­шений, в которых ключевое место играет индивидуальное потребле­ние, опосредованное рынком. Цементом этого общества являются со­циальные институты, которые все более явно поворачиваются в сторо­ну организации индивидуального потребления. А формирование соци­альных общностей в существенной мере вытекает из дифференциации и неравенств, возникающих в процессе потребления. Отсюда происте­кает новое отношение к «человеческим ресурсам». «Способ, которым :егодняшнее общество «формирует» своих членов, — пишет З.Бауман [2004: 116], — диктует в первую очередь обязанность играть роль по­требителей». Такое общество является закономерным порождением зрелого капитализма.

Когда появилось общество потребления на Западе? Некоторые авто­ры начинают его историю с возникновения индустриального капита­лизма, т.е. с Англии конца XVIII в., называя это событие «потреби­тельской революцией» [Kendrick et al. 1982]. Другие (например, Бро- дель) отмечают его элементы еще до начала индустриализации. Но го­раздо чаще начало общества потребления на Западе датируют оконча­нием Второй мировой войны.



Социальная структура общества потребления

Социальная структура — «по крайней мере, в элементарном своем значении представляет собой "генеративные" (порождающие) правила и ресурсы» [Гидденс 2003: 59]. Я бы, отталкиваясь от этой логики, скорректировал это определение так: социальная структура — это рас­пределение в социальном пространстве ресурсов в соответствии с дей­ствующими здесь социокультурными программами. Иначе говоря, при анализе социальной структуры на первый план выдвигаются вопросы: о том, кому какие ресурсы и почему достались. Социальная структура имеет вертикальное (иерархическое) и горизонтальное (стилевое) из­мерения.

В процессе формирования общества потребления появляются сле­дующие группы:

Полноправные граждане общества потребления, обладающие дос­таточными материальными ресурсами для вхождения в его социокуль­турное поле, способные жить в соответствии с его культурной про­граммой. Для достижения этой цели необходимо соответствовать «имущественному цензу», открывающему возможности для образа жизни, регулируемого культурной программой и языком консюме- ризма. Общество потребления навязывает своим гражданам опреде­ленный образ жизни. Это структурные (материальные и культурные) ограничения, система принуждения к выбору. В то же время в рамках этого образа жизни всегда остается простор для свободного выбора сти­ля жизни, соответствующего особенностям вкуса и характера. Стиль жизни свободно выбирается индивидом. В этом проявляется тенденция к индивидуализации социальной структуры общества потребления: индивидуальное получает возможность для самовыражения. В то же время стиль выбирается из предоставляемого структурой в рамках границ образа жизни репертуара. Стиль — это свободный полет в пре­делах клетки своего образа жизни.

Социально исключенные из общества потребления принимают его культурную программу, но не имеют возможности следовать его пред­писаниями. Их образ жизни навязан им ограниченными материаль­ными ресурсами, имеющимися в их распоряжении. Граждане и ис­ключенные неграждане — это две полярные категории, между ними находится целый спектр слоев, характеризующихся той или иной сте­пенью частичного включения.

Добровольно отказывающиеся от членства в обществе потребле­ния — те, кто потенциально имеет ресурсы, необходимые для прохож­дения границы, но они отвергают культурную программу этого обще­ства, выбирая альтернативные стили жизни. И этот отказ обусловлен культурными, а не ресурсными соображениями. Они живут по законам общества потребления, но в меру своих сил уклоняются от подчинения его логике.

Таким образом, социальная структура общества потребления имеет вертикальное (иерархическое) и горизонтальное (стилевое) измерения. В первом дифференциация идет по критерию «могу — не могу», во вто­ром идет различение по критерию «хочу — не хочу». В социальной структуре переплетаются пространства возможностей и желаний.



Стилевые и дискурсивные сообщества

Стилевой выбор вытекает не из возможностей, а из желаний и вку­сов. Правда, провести четкую грань между пространством возможно­стей и пространством желаний можно лишь в аналитических целях, отвлекаясь от реально интегрирующих их связей. Вкус лишь на по­верхности предстает сугубо индивидуальным явлением. В реальности, как детально показал П. Бурдье, вкус формируется под структурным давлением. Иначе говоря, вкус порождается в рамках пространства возможностей: нельзя пристраститься к тому, к чему не имел доступа. Но в то же время в рамках возможностей часто формируются разные желания, вкусы и соответственно различные стили жизни.

Стилевое сообщество — это совокупность людей, непосредственно взаимодействующих в процессе реализации определенного стиля жиз­ни. Это явление преимущественно микроуровня: семья, компания дру­зей, тусовка любителей определенного вида досуга и т.д. Такое сообще­ство порождает социокультурное поле той или иной силы. Это значит, что индивид, попавший в уже сформировавшееся сообщество, стоит перед выбором: либо следовать принятому в нем стилю жизни, либо покинуть его. В этом проявляется силовой характер данного поля, имеющего относительно открытый характер (особенно в режиме выхо­да). Стилевые сообщества имеют социальную структуру, характерную для любых социокультурных полей, но с более конкретными характе­ристиками.

Материальные ресурсы сообщества задают рамки возможного выбора: нельзя использовать то, что недоступно. В то же время ресурсы программируют поведение, навязывая определенный стиль. Распро­страненный тезис: «Если уж это есть, то надо использовать». Ресурсы сообщества можно разделить на два вида: предметы индивидуального потребления и коллективная инфраструктура. Инфраструктуру стиле­вого сообщества обычно составляют производители, предлагающие то­вары, обеспечивающие данный стиль жизни, специализированные ма­газины. Горнолыжники и сноуборд-сообщества опираются на специа­лизированные курорты, базы, подъемники и т.д., любители клубной жизни — на клубную инфраструктуру.

Культурная программа стилевого сообщества включает в себя систему ценностей, придающих смысл соответствующему стилю жиз­ни, норм, описывающих пути реализации смыслов. Принятые в сооб­ществе ценности отвечают на вопрос о том, ради чего выбирается дан­ный стиль жизни. Нормы определяют допустимые и одобряемые пути движения к ценностям-целям.

Социокоммуникативная подсистема сообщества. С одной сторо­ны, сообщества имеют свои более или менее специфические системы знаков и символов, а также правила их интерпретации (язык). Нередко в стилевых сообществах важную коммуникативную функцию выпол­няют одежда и прическа, которые позволяют распознавать в толпе сво­их. С другой стороны, социокоммуникативная система включает в себя ресурсы, обеспечивающие коммуникацию. Во многих сообществах эту функцию выполняют специализированные форумы, чаты, информа­ционные сайты, печатные периодические издания, специализирован­ные теле- и радиопередачи, разные площадки для встреч и общения. Стилевые сообщества строятся на основе непосредственного взаимо­действия его членов не только в обычной жизни, но и в Интернете.

Наряду со стилевыми сообществами, имеющими локальный харак­тер, прослеживается тенденция к формированию более широких дис­курсивных сообществ, которые не предполагают прямых контактов между членами. Их объединяет общность дискурса: тема, ключевые категории, иерархия авторитетов, на вершине которой стоят основопо­ложники и звезды, а внизу — простые последователи и случайные чле­ны. Такие сообщества могут иметь тенденцию к глобализации, объеди­няя в той или иной мере приверженцев одного дискурса из разных не только регионов и городов, но и стран. Такие дискурсивные сообщества явно формируются в среде любителей определенного вида спорта. Формирование устойчивой глобальной системы соревнований и рей­тингов, включение мировой спортивной жизни в локальный контекст посредством современных СМИ — важные ресурсные предпосылки возникновения дискурсивных сообществ глобального масштаба. Такая же тенденция проявляется в кино, музыке, науке, потреблении одеж­ды, автомобилей и многих других сферах.

Любое стилевое сообщество предполагает общность дискурса, явля­ясь в силу этого разновидностью, частным случаем дискурсивного со­общества. Но далеко не каждое дискурсивное сообщество является сти­левым сообществом, предполагающим те или иные формы непосредст­венного взаимодействия.

Сообщества — это поля, разделенные границами, имеющими раз­ную степень жесткости. В одних случаях граница носит сугубо симво­лический характер и открыта для пересечения любым желающим. В других случаях она закрыта на множество замков.



Широко распространенным является материальный фильтр: пред­полагается, что для включения в сообщество необходимо иметь более или менее существенные материальные ресурсы для приобретения то­варов и услуг, вокруг которых строится данное сообщество. Этот фильтр носит иерархический характер и основывается на способности индивидов преодолеть границу.

Другой вариант фильтра имеет стилевой характер. Он опирается на вкус: чтобы стать членом данного сообщества, надо хотеть этого, разде­лять его культурную программу.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

Похожие:

Социальная структурация повседневности общества потребления iconТема, урок Д/з Основные понятия 1 30 1 тема: социальное развитие современного общества. Сентябрьский срез знаний. 2 1
Социальная сфера, социальная дифференциация, социальное неравенство, социальная стратификация, класс, страта, социальная мобильность,...
Социальная структурация повседневности общества потребления iconИтерпретация проблем повседневности в текстах песен б. Гребенщикова 2002-2009 годов
В современной науке становится всё актуальнее проблема связи повседневности и литературы. В художественном произведении автор по-своему...
Социальная структурация повседневности общества потребления iconИ. Т. Касавин, С. П. Щавелев Анализ повседневности
Кепка, берет, цилиндр. Маргинальная, богемная и элитарная зоны повседневности 246
Социальная структурация повседневности общества потребления iconЗадания первого тура Всероссийской олимпиады по обществознанию
Экономическая сфера общества, политическая сфера общества, социальная сфера жизни общества
Социальная структурация повседневности общества потребления iconПеречень вопросов к вступительным экзаменам по специальности 09. 00. 11 – Социальная философия
Теоретическая философия и социальная философия о сущности общества: сходства и различия
Социальная структурация повседневности общества потребления iconОтчет по гранту фонда Джона Д. и Кэтрин Т. Макартуров название проекта «Социальная политика в контексте трансформаций российского общества: реформы и повседневность»
«Социальная политика в контексте трансформаций российского общества: реформы и повседневность»
Социальная структурация повседневности общества потребления iconОтчет по гранту фонда Джона Д. и Кэтрин Т. Макартуров название проекта «Социальная политика в контексте трансформаций российского общества: реформы и повседневность»
«Социальная политика в контексте трансформаций российского общества: реформы и повседневность»
Социальная структурация повседневности общества потребления iconСоциальная коммуникация как предмет философского исследования
Социальная коммуникация оказывает огромное воздействие на поведение и деятельность человека и формирует коммуникативные уровни общества...
Социальная структурация повседневности общества потребления iconЖан Бодрийяр Система вещей
Для России, с запозданием приобщившейся или приобщающейся к строю общества потребления, эта книга сегодня особенно актуальна, помогая...
Социальная структурация повседневности общества потребления iconПрограмма учебной дисциплины «Культуры потребления»
Курс является логическим продолжением предмета «Социология потребления» и предполагает более детальный анализ роли практик потребления...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org