Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького)



Скачать 327.32 Kb.
страница1/3
Дата03.12.2012
Размер327.32 Kb.
ТипДокументы
  1   2   3





А.Л. Семенова

аспирант кафедры русской

литературы и журналистики НовГУ

Научный руководитель – д.ф.н. Мусатов В.В.

ГДЕ БОГ В ЭТОЙ ЖИЗНИ, ГДЕ ЕМУ МЕСТО В НЕЙ?”

(К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького)

I.


Феномен нигилизма в творчестве А.М. Горького не рассматривался как самостоятельная проблема ни в современной писателю критике, ни в советском и российском литературоведении. Эта проблема частично освещалась в комментариях к повестям Горького “Городок Окуров” и “Жизнь Матвея Кожемякина”, а также в монографии С.В.Касторского об окуровских повестях писателя1. В книге Ю.И.Курылева “Философско-этические воззрения А.М.Горького”2 она вовсе не нашла отражения.

. Проблему нигилизма в творчестве русского писателя нельзя рассматривать, не учитывая того, что стремление к “переоценке ценностей” в русской общественной мысли конца XIX – начала ХХ века не было, безусловно, чуждо и А.М. Горькому, испытывавшему существенное влияние философии Ницше. Окуровский цикл писателя стал тем произведением, в котором наиболее полно нашла выражение его собственная нигилистическая позиция: автор отрицает “окуровщину”, ее социальные, моральные и религиозные ценности. Поэтому анализ окуровских повестей необходимо предварить аналитическим обзором авторской позиции.

Нигилистическая установка А.М. Горького во многом определяется влиянием идей Ницше. Философ на вопрос “Что означает нигилизм?” отвечал: “То, что высшие ценности теряют свою ценность. Нет цели. Нет ответа на вопрос “зачем”?”3 И он же объяснял, что “нигилизм есть до конца продуманная логика наших великих ценностей и идеалов, – <…> нам нужно сначала пережить нигилизм, чтобы убедиться в том, какова в сущности была ценность этих “ценностей” <…> Нам нужно когда-нибудь найти новые ценности”4.

Философы ХХ века давали свои интерпретации нигилизма Ницше, например, Хайдеггер и Делез. “Нигилизм есть тот исторический процесс, в ходе которого “сверхчувственное” в его господствующей высоте становится шатким и ничтожным, так как само сущее теряет свои ценность и смысл. Нигилизм есть сама история сущего, когда медленно, но неудержимо выходит на свет смерть христианского Бога”, – писал М. Хайдеггер5. Несколько иначе трактовал это понятие Делез: “И эту всеобщую победу реактивных сил и воли к отрицанию Ницше называет “нигилизмом”, или – триумфом рабов”6. Одно из объяснений этого заключается в том, что “слабая или реактивная жизнь хочет, в конечном счете, отрицания жизни. Ее воля к власти – это воля к ничто как условию ее триумфа”7. Признание смерти Бога и неизбежной утраты смысла бытия и его ценности – это и есть нигилизм. Но для Ницше, и это подчеркивают все его интерпретаторы, нигилизм лишь этап на пути обретения иных ценностей, “предпосылка, логическая и психологическая”8.


Итак, под нигилизмом мы вправе понимать отрицание каких-либо духовных ценностей, или “переоценку всех ценностей” (Ницше) для утверждения ценностей иного порядка, то есть нигилизм – это отрицание, подразумевающее утверждение; отрицание во имя чего-либо иного. Таким, на наш взгляд, должен быть подход к рассмотрению нигилистической позиции А.М. Горького.

Исследовать ее необходимо, в первую очередь, с точки зрения религиозно-философских поисков писателя. Устоявшийся в советском литературоведении взгляд на Горького как на воинствующего атеиста не вполне верен. В публикациях последних десятилетий делается попытка дать иной взгляд на мировоззрение и творчество писателя. Такова, например, статья М. Агурского “Великий еретик (Горький как религиозный мыслитель)”9. К тому же богостроительские идеи М. Горького не только существенный этап его мировоззренческой эволюции, но и квинтэссенция его религиозных устремлений, которые позднее лишь обрели иную интерпретацию.

Важно отметить, что основой религиозных поисков писателя является его не столько атеистическая позиция, отрицающая существование бога и всего сверхъестественного, потустороннего и надмирного, игнорирующая священный и сакральный смысл бытия, сколько позиция антитеистическая, богоборческая, когда отрицание бога совмещается с жаждой обретения иных истоков священного и сакрального смысла бытия. Я. Э. Голосовкер считал: “<…>Атеист-безбожник равнодушен к богу, он аннулирует и игнорирует его бытие <…>. Богоборец же борется с богом. Он его “противник”<…>”10 Именно богоборческая установка была присуща А.М. Горькому. В статье “Разрушение личности” он говорит о Прометее: “Спор человека с богами вызывает к жизни грандиозный образ Прометея, гения человечества, и здесь народное творчество гордо возносится на высоту величайшего символа веры, в этом образе народ вскрывает свои великие цели и сознание своего равенства богам”11.

Наряду с этим писателю принадлежит и другое изречение: “<…> Бог и все прочее – суть уже прошлое; это – просто, как мы знаем, более или менее неудачно организованный опыт поколений, предшествовавших нам. Мы – наследники этого опыта, мы – его законные хозяева…”12

Антитеза: бог – мы, подчеркивает антитеистический взгляд автора этих строк. Человек становится хозяином бога, так как бог – это всего лишь “неудачно организованный опыт”, в то время как опыт есть результат деятельности самого человека. Таким образом, человек утверждается в качестве единственного хозяина мира, космоса. Также нужно подчеркнуть, что в этой цитате явно выражено не столько индифферентное отношение к богу, сколько пафосное утверждение иного ценностного ориентира – Человека, опыт которого организует окружающий его мир. Человек становится Творцом, Создателем. Эти идеи А.М. Горького, безусловно, являются рецепцией философских мыслей А. Богданова, который оказал на писателя существенное влияние. Более подробно на этом мы остановимся ниже. Можно сделать вывод, что нигилистическая установка писателя определяется, в первую очередь, его антитеистической позицией, но не исчерпывается ею.

Антитеизм – лишь одна из посылок горьковского мировоззрения. Второй важной составляющей было антимещанство – социально-этический аспект нигилистической позиции писателя.

Необходимо подчеркнуть, что в статьях 1890-х годов и до 1905 года отсутствует синтезирующее понятие, которым писатель будет оперировать с осени 1905 года и на протяжении всего дальнейшего творчества, – “мещанство”, “мещанский”. В ранних публицистических работах это слово встречается лишь в своем прямом значении – сословие и нечто, относящееся к этому сословию. В статьях этого периода критика ведется писателем в двух направлениях, несомненно, близких, и даже пересекающихся, но при этом вполне самостоятельных: социальном и этическом.

Социальная критика писателя направлена главным образом против купцов – хозяев всего современного писателю экономического положения, которые в провинции являются людьми “неумытыми и потому чумазыми”, к тому же – плохими христианами, что неоднократно подчеркивается публицистом, не умеющими быть гражданами своей страны13. Образы купцов в ранних рассказах станут художественным выражением этой точки зрения.

Горький обличает и просвещенное купечество, культурное, бывавшее за границей, владеющее двумя-тремя языками, одетое по последней моде14, которое считает себя “главенствующим сословием в стране, самым богатым и умным, имеющим в своих руках главную движущую жизнью силу – капитал”, а потому распоряжающееся всей жизнью. Вывод, к которому приходит писатель: “Но “самое умное” сословие еще не выработало и тени сословной солидарности, и, не имея никакого представления о единстве своих интересов, несомненно, пойдут все на всех и каждый против каждого”15. Купечество, обладая возможностями для переустройства жизни, не может осуществить его на практике в силу своей разобщенности, неосознанности единства интересов, а потому оно не может быть реальной силой, способной кардинально изменить общественную жизнь в интересах всего общества. Эту мысль писатель художественно разовьет в повести “Фома Гордеев”.

Этический аспект критики общественной жизни направлен против обывателей, большинство которых “ведет себя зазорно и достойно осмеяния <…>”16. Обыватели для Горького – как жители того или иного города17 (в этом прямом значении слово обыватель не будет нас интересовать), так и люди с узким, ограниченным взглядом на мир; те, кто смакует “ <…> всякую непорядочность как вкусное и лакомое блюдо, раз непорядочность и пошлость облечена в мало-мальски остроумную и злую форму”18. Писатель констатирует факт: обывательская “общественная” жизнь “ <…> за истекший день, как и за все ранее истекшие дни года, никуда не продвинулась. То есть в ней есть движение, но это только потому, что она разлагается <…>”19

Изменить что-либо в данном положении дел почти невозможно. Рисуя проявления обывателями своих чувств и своей морали, публицист бессилен перед обывательской неграмотностью, а, следовательно, и равнодушием их к газетным обличениям. Но и грамотные обыватели “ <…> капризно, а иногда и подозрительно относятся к газетам”. Это лишь отголосок их аморализма: “<…> Понятия о хорошем и полезном у всех очень спутаны и непримиримы, каждый понимает хорошее и полезное как нечто различное и ежедневно меняет свой взгляд на эти понятия”20.

При этом очевидно, что позиция А.М. Горького по существу своему романтична – это отрицание устоев обыденной жизни, где отсутствуют абсолютные нормы морали и возвышенные идеалы: “Или добродетель или порок – прочь лигатуру! Это крайность? Конечно, потому, что это хорошая идея, а все хорошие идеи именно потому в большинстве случаев плохи и не применимы к жизни, что грешат крайностью”21. В подобной позиции автора можно проследить и несомненный религиозный пафос: для человека религиозного (homo religiosus – М. Элиаде) жизнь соотносима с абсолютной реальностью, со священным, в то время как “нерелигиозный человек отрицает возвышенное, соглашается с относительностью “реального”; случается даже, что он сомневается в смысле существования”22.

Неприятие середины, посредственности, обыденности, мирского, с одной стороны, и, с другой – власти денег, разъединяющей людей, ставящей их в конкурирующие отношения друг с другом и лишающей их, по утверждению Горького, возможности солидаризироваться, привели писателя к неизбежному синтезу этики с социальностью. Попытка такого синтеза была предпринята Горьким в пьесе "Мещане", написанной в 1901 году. Она ставит проблему мещанства, причем не только в социальном аспекте, но и в философско-этическом. Однако во многом это явилось следованием традиции русской литературы второй половины ХIX века (Помяловский, Решетников, Чехов), где осуждалась жизнь, основанная на "мещанском счастье". Важно подчеркнуть, что сам автор назвал пьесу “Сцены в доме Бессеменова”, а название “Мещане” ей дал первый постановщик пьесы Немирович-Данченко23.

Мещанство не как определение сословия, а как характеристика мировоззрения появляется в черновиках поэмы “Человек”, где за Человеком должен был следовать его антагонист – “действительный хозяин всей земли, благоразумный и почтенный Мещанин”24. Думается, не случайно, лишь в 1903 году писатель использует слово мещанин в его переносном, оценочном значении. Необходимо было время для того, чтобы писатель мог дистанцироваться от того сословия, выходцем из которого он был сам, необходимо было самосознание писателя, обретшего колоссальный успех и по праву занявшего видное место среди интеллигенции страны.

Основные характеристики Мещанина: мнимая независимость, даруемая гнетом собственности; благоразумие, избегающее сознания внутренней свободы и ограничивающееся личными и имущественными правами; небольшое сердце, наполненное маленькими вожделениями; приверженность массе заблуждений и предрассудков; удобство верования и нелюбовь к Мысли. Следуя неотступно за Человеком, все его достижения Мещанин использует в своих целях. “ И во всем Мещанин делает существование Человека полезным или забавным для себя”25. Этот фрагмент текста не вошел в окончательный вариант поэмы, однако, вероятно, он послужил материалом при написании “Заметок о мещанстве”.

Наиболее резко и остро о мещанстве как феномене современной российской действительности писатель высказался в цикле статей "Заметки о мещанстве", опубликованных в газете "Новая жизнь" в конце октября 1905 года.

Статья начинается с определения: "Мещанство - это строй души современного представителя командующих классов. Основные ноты мещанства - уродливо развитое чувство собственности, всегда напряженное желание покоя внутри и вне себя, темный страх перед всем, что так или иначе может вспугнуть этот покой, и настойчивое стремление скорее объяснить себе все, что колеблет установившееся равновесие души, что нарушает привычные взгляды на жизнь и на людей"26. Апеллирование автора к “строю души” подчеркивает приоритет этического над социальным, что закономерно сближает горьковскую позицию с точкой зрения Иванова–Разумника в его “Истории русской общественной мысли”27. Но в отличие от Иванова–Разумника, игнорирующего социальный аспект, Горький подчеркивает непосредственную взаимосвязь этической характеристики мещанства с социальными условиями.

Эта публикация положила начало бурной полемике о сущности мещанства. А.М.Горький был первым, кто "бросил перчатку мещанству"28, как выразился А.В.Луначарский, а Р.И.Иванов-Разумник считал заслугой писателя то, что он принял за термином мещанство приданный Герценом смысл и упрочил его в широкой публике29.

Д.Философов писал: “Горький – сплошной протест, вызов обществу, вызов гордого человека, презирающего власть сытой буржуазной толпы. И пока Горький протестует, отрицает – ему нельзя не сочувствовать. Отрицание у него самое непосредственное, подлинное, и зачастую оно воплощается ярко и художественно”30.

Можно сделать вывод, что нигилизм у Горького носит ярко выраженный религиозно-социальный характер. Он включает в себя отрицание буржуазного общественного устройства, отрицание буржуазных религиозных и моральных ценностей. Для Горького, как и для русских позитивистов, к которым он был близок (Богданов, Луначарский и др.), критика буржуазной цивилизации основывается, с одной стороны, на традициях революционных демократов – Чернышевский, Добролюбов, Писарев, с другой – на идеях Маркса (социально–экономическая теория преобразования буржуазного общества) и Ницше (критика буржуазной морали и культуры).

Ключевыми понятиями мировоззрения писателя являются – с одной стороны, – человек, героическая личность, позднее – пролетарий, а также народ, пролетариат, то есть коллектив, с другой – купец, обыватель, толпа, позднее – буржуазия, мещанство. Понятия первого ряда составляют основное содержание горьковского идеала: религиозного, социального, этического, а явления второго ряда – отрицаются.

При этом несомненен религиозный аспект горьковского идеала, который можно определить словами Н. Бердяева – “религия человеческого, только человеческого”. В статье "Революция и культура" Н. Бердяев очень точно отметил основную идею творчества М. Горького: "Человек" является предельной идеей Горького, последней его мечтой и любовью31". Антропоцентризм – основа мировоззрения писателя. Единственной онтологической реальностью для него был человек–творец как возможность сверхчеловека, того, кто создаст новый мир для новых, совершенных, людей.

“Я однако думаю, что смысл жизни в человеке, что "истинный шекинах – есть человек”, как говорит Златоуст, верю, что “человек есть нечто такое, что должно быть превзойдено”, и верю, верю – будет превзойдено!”32 – написал Горький в 1898 году Ф.Д. Батюшкову, а в письме к Репину в1899 году утверждал: “Я не знаю ничего лучше, сложнее, интереснее человека. Он – все. <…> Я уверен, что человек способен бесконечно совершенствоваться, и вся его деятельность – вместе с ним тоже будет развиваться <…> Верю в бесконечность жизни, а жизнь понимаю как движение к совершенствованию духа”.33

Устремления русского писателя окрашены высоким религиозным пафосом, несмотря на их сциентистскую направленность. Горький утверждал, что “религии разъединяют людей, создают антогонизм между ними, наука же может привести к духовному единству”, но отрицая бога и религию, М.Горький провозглашает универсальное религиозное чувство, которое “должно существовать, развиваться и способствовать совершенствованию человека”, потому что “религиозное чувство есть радостное и гордое чувство сознания гармоничности уз, соединяющих человека со вселенной”34.

Стремление к совершенству, а также к обретению “уз” со вселенной, безусловно, является чертой присущей человеку религиозному. “Независимо от исторического контекста, в котором пребывает homo religiosus, он всегда верит, что существует абсолютная реальность, священное, которое не только возвышается над этим миром, но и проявляется в нем и делает его реальным. Он верит, что жизнь имеет священные истоки и что человеческое существование реализует все ее потенциальные возможности в той мере, в какой оно является религиозным, т.е. участвует в реальном”35, – считает М. Элиаде.

“Создана жизнь, но надо досоздать ее до совершенства<…>” (10, 425) – утверждает Марк Васильев, протагонист писателя, в повести “Жизнь Матвея Кожемякина”. Потому горьковский гимн Человеку – это мечта о новой космогонии, о достижении разумным человеком-героем разумного мира, то есть по сути религиозно-социальная утопия, восходящая своими корнями к идеалам эпохи Просвещения.

В конце 1900-х годов горьковский идеал нашел свое философское обоснование в эмпириомонизме А.А. Богданова: отдельный человек, усваивая социально-исторический опыт предыдущих поколений, развивая его и совершенствуя, способствует возвышению опыта “индивидуально-организованного до организованного социально”, что “происходит постоянно путем т р у д а и путем п о з н а н и я”36. Своим трудом и познанием человек как активная составляющая всего человечества организует окружающий его мир, то есть становится его полновластным хозяином. Этот идеал остался для писателя неизменным на протяжении всей его жизни. Возможно, возвращение Горького в Советский Союз было продиктовано верой в то, что чаемый идеал казался осуществленным. Однако отношения Горького и Богданова, пройдя стадию тесного сотрудничества и взаимопонимания, закончились полным разрывом в 1910 году.

Поводом для расхождения во взглядах Горького и Богданова, думается, стало отрицательное отношение философа к религиозным исканиям писателя. А. Богданов считал: “Религиозное мышление неразрывно связано с авторитарными трудовыми отношениями (руководство – исполнение или власть – подчинение), из них возникло и их отражает”, потому “религиозное мышление есть авторитарное”. И далее – “А “вера” есть отношение человека к признаваемому им авторитету: не простое доверие к нему или согласие с ним, но – основанное на подчинении, на устранении собственной мысли и критики, на отказе от исследования, на подавлении всяких возможных сомнений, на акте воли, направленном к познавательной пассивности”37.

С подобным утверждением Горький не мог согласиться. Вспомним, что в цитированных высказываниях Горького о человеке и его созидательных возможностях рефреном звучало слово – “верю”. Приняв с энтузиазмом эмпириомонистические идеи философа, он писал ему: “А что рабочие встанут на сторону эмпириомонизма – за это говорят и Михайло, и Вася, и Лоренц, и мое чутье, кое имею дерзость считать безошибочным. Не понимаю я Вас – верите Вы в себя или нет?”38. В этом горьковском вопросе и кроется, возможно, источник будущих разногласий. Для писателя вера является основным конституирующим состоянием человеческого духа, которое мы определим словами А. Ухтомского, так как, на наш взгляд, оно будет наиболее близким к горьковскому пониманию веры: “Вера есть динамическое по преимуществу, деятельное состояние, постоянно растущее и растящее самого человека. Вера приводит к истинной любви, а любовь – больше всего”39. Это определение более обстоятельно выражает то, что М. Горький вложил в уста своего героя из повести “Исповедь”: “<…> Вера – великое чувство и созидающее! А родится она от избытка в человеке жизненной силы его; сила эта огромна суть и всегда тревожит юный разум человеческий, побуждая его к деянию” (9,340).

Для А. Богданова разум не нуждается в вере, но, думается, что Горькому была близка идея создания рациональной религии, которую пытался осуществить В.В. Берви-Флеровский, оказавший на молодого Горького значительное влияние. Берви-Флеровский провозглашал, что “деятельная, борющаяся религия равенства великая сила”40. Поэтому Горький стремился к необходимому для него синтезу разума и веры – подобным синтезом стало для него богостроительство. “Богостроитель – это суть народушко! <…> Народушко бессмертный, его же духу верую, его силу исповедую; он есть начало жизни единое и несомненное; он отец всех богов бывших и будущих!” (9,342) – таковы слова Ионы, такова вера и самого автора. Вера в человека и его разум, побуждающая к деянию – религиозный постулат М. Горького.

Для М. Горького на вере в разум и любви к жизни зиждился положительный идеал нового человека, творящего новую жизнь. Вера в разум, вера в могущество науки, и, следовательно, вера в пролетариат как организующий мир в процессе своего труда и как организованный условиями своего труда в сознательный коллектив. Отсутствие этой веры у своих соратников – Ленина и Богданова – позволило писателю назвать их нигилистами, так как ни тот, ни другой “в глубине душ своих не верят ни в пролетариат, ни в социализм”.41

Парадоксальным, на первый взгляд, кажется совмещение в мировоззрении писателя религиозности и нигилизма, то есть когда напряженность религиозных устремлений сосуществует с нигилистическим отношением к существующим религиозным и социальным ценностям. Горький, безусловно, – один из величайших русских “путаников”. Путаниками назвал всех русских мыслителей (“критиков”, “праведников”, “печальников”, “соборников”) критик “Весов” Эллис. Он отметил что теории русских путаников “неуязвимы для науки, философии, политики и эстетики единственно лишь потому, что каждая из них одновременно и больше и меньше в отдельности взятых и науки, и философии, и эстетики”42. (Заметим, что слово нигилизм у Горького имеет окказиональное значение. Оно синонимично цинизму, анархизму, крайнему индивидуализму).

Однако это противоречие можно объяснить так же, как Карл Ясперс интерпретировал отношение Ницше к христианству: “<…> Основной опыт собственной жизни Ницше – противостояние христианству из христианских побуждений”43, так как философ пришел к осознанию того факта, что “большинство христиан – христиане несовершенные”44. Ясперс утверждает, что “борьба Ницше против христианства мотивируется
  1   2   3

Похожие:

Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconДжефф Грабб Последний Страж WarCraft – 3
В мире, где магия является частью жизни каждого человека, жить непросто. Порой сложно понять, где правда, где ложь, где прошлое,...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconМагазин Путешествий жираф
Это место, где духовность переплетается с историей, где комфорт граничит с первозданностью природы, где излечивается не только тело,...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconЗакуски холодные
Где блины, тут и мы; где оладьи, там и ладно; где с маслом каша тут и место наше
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconБотсвана Если и есть где-нибудь на планете место, где время останавливается, где линия горизонта кажется бесконечной, а животный мир производит незабываемое впечатление, то оно находится здесь, в Ботсване
Ыми ландшафтами, культурой населяющих страну этнических племен, традициями приготовления вкуснейшего мяса… Страну, где находится...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconЕсть миры, где солнце зелено, а песок черен
Есть такие, где снег — цвета крови, а сама кровь, напротив, белее белого. Есть миры, где замки еще не уступили место громадам серых...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconНе время для драконов
Есть такие, где снег цвета крови, а сама кровь, напротив, белее белого. Есть миры, где замки еще не уступили место громадам серых...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconТы же выжил, солдат
Где же мои? Где мой родной Илларион? Где старший сын Климентий с хозяйской сноровкой отца? Где Мишенька, папин любимец? Ведь он совсем...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconУрок размышление, 10 класс Учитель русского языка и литературы высшей квалификационной категории Шакирова Наиля Накиповна
Сопоставить понятие нигилизма и взгляды Базарова; показать, как влияют убеждения человека на его судьбу; проанализировать последствия...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconЕсть на земле такое место, всего в пяти часах лета, где огромные современные небоскребы соседствуют с волнами Персидского залива и многокилометровыми пляжами
Это Объединенные Арабские Эмираты (оаэ). Хотя бы раз в жизни, но каждый должен побывать в этой необычайной стране, полной контрастов,...
Где бог в этой жизни, где ему место в ней?” (К проблеме нигилизма в окуровских повестях М. Горького) iconНе звони из помещения, где уже занялся пожар, выберись в безопасное место и позвони в службу «01»
Не стой в горящем помещении – прижмись к полу, где воздух чище, и пробирайся к выходу
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org