Правители московской руси учебное пособие



страница10/13
Дата14.12.2012
Размер2.41 Mb.
ТипДокументы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

Лжедимитрий I (1605-1606гг.)
Падение Годуновых, приход к власти Лже-Дмитрия знаменовали собой вступление России в один из самых трагических периодов своей истории- «Смутное время». Смута, вспыхнувшая в последние месяцы правления царя Бориса, все разгоралась и разгоралась, разрушая государственный порядок, ставя под угрозу национальную независимость страны. У историков нет особых расхождений в определении причин наступления смутных времен. Историки XVIIIвека В.Н.Татищев и М.М.Щербатов полагали главной причиной смуты введение Борисом Годуновым крепостного права. Эту точку зрения подтвердили и все последующие поколения историков. Помимо этой, безусловно корневой причины «Смутного времени», Н.М.Карамзин и С.М.Соловьев указывали на нравственное разложение общества, сделавшее возможным кровавую междоусобную брань. Нравственная основа народа была подрублена безумием неправых казней Иоанна, деяниями его опричников. В.О. Ключевский как важный повод к Смуте, в коей он видел следствие крайнего несовершенства самих государственных порядков, порождающих общественную рознь, называл прекращение династии. И действительно, какова бы ни была социальная напряженность в государстве, сколь бы ни были хищными соседи, но наличие в стране законной, никем неоспариваемой, власти «природного» (!) царя никогда не позволило бы довести государство до той крайности, когда казалось, ему более уже и не быть. Введение крепостного права неизбежно вызывало крестьянские бунты, казачество было бы в любом случае питательной средой мятежей, соседи могли воспользоваться трудностями России, но если бы в глазах народа законность власти царя не вызывала сомнений, то неоткуда было бы появиться Лже-Дмитрию, и не стал бы царский трон игрушкой в руках сомнительных его искателей; сидел бы на троне «природный царь» Рюрикова, рода кто бы стал звать на престол чужеземного королевича? Какой был бы повод у поляков и шведов вторгаться в русские земли?

Безумное сыноубийство, свершенное Иоанном Грозным, загадочная гибель царевича Дмитрия в Угличе создали условия, при которых кровавая смута едва не смела с лица земли само Государство Российское.

«В таком совпадении государственного расстройства с расстройством династии надобно видеть главное условие открытой Смуты. Сильное правительство могло бы господствовать над положением дел, бороться с общественным брожением и искать выхода из государственных затруднений; ослабевшая власть становилась жертвой посторонних влияний и покушений, которые превращали ее в орудие беспорядка как в правительственной среде, так и в управляемом обществе.»-писал крупнейший исследователь истории «Смутного времени» С.Ф.Платонов.

Если царская власть Бориса Годунова при всей его неродовитости была освящена Земским собором 1598г., выражавшим волю народную «всей земли», то в основе власти Лже-Дмитрия лежало наглое самозванство, прямая помощь врагов России, лживые и наскоро всем подряд данные обещания.
До поры до времени его спасала народная легенда о «чудесно спасшемся» царевиче и вера, что на трон действительно воссел последний сын Грозного царя… но не зря ведь сказано: «Сколько веревочке не виться…» Отрепьев в царском обличии сам сделал многое, чтобы разрушить представление о себе, как об истинном Дмитрии Иоанновиче. Поразительно сочетание в нем незаурядного мужества, немалого ума, уменья привлекать к себе людей, серьезных намерений провести в государстве глубокие преобразования, могущие его укрепить, просветить народ и улучшить его быт с поразительным безрассудством, легкомыслием, небрежением общественным мнением, безнравственностью. Что и предопределило его конечную погибель.

Венчавшись на царство 30 июля 1605г., Лжедимитрий немедленно приступил к державным делам, проявив здесь неуемную энергию. Прежде всего он постарался завоевать расположение подданных, объявив о милосердном характере своего правления и подкрепив его прощением всех приверженцев Годунова. Естественно, были помилованы все гонимые в царствование Бориса и прежде всего Романовы. Филарет Романов стал митрополитом Ростовским. Особую заботу новый правитель проявил о дворянстве и всех служилых людях. Помещичьи наделы были увеличены вдвое, вдвое же возросло содержание служилых людей и должностных лиц. Будучи обязан престолом поддержке прежде всего простого народа, зная отношение крестьян к крепостническим порядкам, заведенным Годуновым и будучи связан обещаниями восстановить прежний вольный выход в деревне, Лжедимитрий пошел на уступки низам. Он отменил потомственную кабалу холопов, запретил судить беглых крестьян по прошествии пяти лет. Не решаясь отменить крепостное право, что вызвало бы немедленное негодование дворянства, Лжедимитрий издал хитроумный указ, согласно которому помещики, не кормившие крестьян во время голода, теряли на них владельческие права. Многие ли из помещиков и вотчинников могли похвалиться тем, что спасали крестьян своих от голода? Указ, разумеется, был встречен дворянами без всякого восторга, да и крестьянам радости было мало, поскольку надо было доказывать бессердечность землевладельцев во время голода, а само крепостничество сохранилось, и помещики прав своих просто так отдавать не собирались. Так, подобно Годунову в 1602г. Лжедимитрий, не удовлетворив ни помещиков с вотчинниками, ни крестьян, и тех и других сильно разочаровал…

Ряд других мер, принятых новым правителем, был для государства безусловно благодетельным. Суд был объявлен бесплатным, общины получили право сами доставлять собранную подать в казну, что резко сокращало злоупотребления и мздоимство. Важнейшими надо признать указы о свободе промыслов и торговли, в течении полугода приведшие к изобилию на рынках и заметному удешевлению товаров, что народ, изголодавшийся в последние годы правления Годунова, не мог не оценить. Были отменены всякие ограничения на въезд в государство и выезд из него, на переезды внутри страны, что также способствовало развитию промыслов и торговли. Лжедимитрий, будучи сам человеком образованным, поощрял развитие просвещения и был намерен подобно Годунову отправить русских юношей учиться за границу. Католикам и протестантам была предоставлена свобода вероисповедания, но вопреки данному в Польше обещанию Лжедимитрий не предоставил права строить костелы. К огорчению Польши и римской курии скоро стало очевидно, что новый правитель Московии, столь им обязанный и столько обещавший, отнюдь не склонен держать свое слово. Ни о каком введении в России католичества, ни о каких уступках польской короне русских земель он и не помышлял. Охотно ведя с римским папой переговоры о военных действиях против турок и татар, Лжедимитрий и думать забыл о своих легковесных обещаниях обратить русский народ в римско-католическую веру. Решительно пресек он попытки польского короля обращаться с ним как со своим вассалом: « Увидевши, что Сигизмунд хочет обращаться с ним как с вассалом, он принял гордый тон и требовал, чтобы его называли цезарем.» (Н.И.Костомаров). В пику королю Сигизмунду Лжедимитрий принимал в Москве сына его злейшего врага шведского короля Эрика принца Густава.

Тем не менее его непродуманные обещания, данные в Польше ради поддержки в борьбе против Годунова сыграли в судьбе Отрепьева роковую роль. Пусть он не исполнял их, но слухи о них множились, и распространению их способствовало неосторожное поведение самого правителя. Вопиющее, с точки зрения московита, небрежение нового царя старинными русскими обычаями, явно выраженное благоволение иноземцам, предпочтение их соотечественникам- все это вызывало растущее против него раздражение. Поначалу уважительно относясь к церкви, подтвердив монастырям прежние жалованные грамоты и даровав новые, но затем в виду нехватки средств на задуманный им поход против крымских татар и турок объявив о своем намерении отобрать в казну монастырские земли и большую часть имущества монастырей, он настроил против себя духовенство. Речи в защиту прав католиков и протестантов, сами по себе разумные с точки зрения веротерпимости, только утвердили иерархов русской церкви в отступничестве правителя от истинного православия.

Заговор против Лжедимитрия не заставил себя ждать. Во главе его стоял князь Василий Иванович Шуйский. Подтвердив «подлинность» царевича перед его вступлением в Москву, он, почти не сделав перерыва, стал говорить о нем как о самозванце, изобличая злодея Гришку Отрепьева. Будучи схвачен и осужден к казни, он затем был великодушно прощен правителем, внешне раскаялся. Но деятельности заговорщической не прекратил, лишь повел ее искуснее.

Надо сказать, что самозванец, будучи человеком отчаянной храбрости- несмотря на свой малый рост он в одиночку ходил с рогатиной на медведя- не отличался осторожностью, пренебрегая постоянными предупреждениями о заговорах против него. Презрение к доносительству, постоянно им проявляемое, качество нравственно достойное. Но правитель едва ли вправе недооценивать происки своих врагов. Тем более, давать им пищу. Пристрастие Лжедимитрия ко всяческим увеселениям, порочные связи с женщинами- не будучи настоящим сыном Иоанна IV, он в этих пороках немало походил на своего названного «отца»- едва ли способствовали укреплению его престижа в Москве, но не обязательно еще могли иметь трагические последствия, на «батюшке» его грехов подобных было куда поболе… В чем, собственно, был повинен он перед старинными московскими нравами?

«Он ввел за обедом у себя музыку, пение, не молился перед обедом. Не умывал рук в конце стола. Ел телятину, что было не в обычае у русских людей того времени. Не ходил в баню, не спал после обеда, а употреблял это время для осмотра своей казны, на посещение мастерских. Причем уходил из дворца сам-друг, без всякой пышности; при обычной потехе тогдашней, бою со зверями, он не мог по своей природе оставаться праздным зрителем. Сам вмешивался в дело, бил медведей; сам испытывал новые пушки, стрелял из них чрезвычайно метко; сам учил ратных людей, в примерных приступах к земляным крепостям лез в толпе на валы, несмотря на то, что его иногда палками сшибали с ног, давили. Все это могло показаться странным; отступление от старых обычаев могло оскорблять некоторых; трудно сказать, что оно могло оскорблять всех, потому что пристрастие к иноземным обычаям начало распространяться еще при Годунове. Могли оскорбляться некоторые приближенные люди, большинство не было свидетелем уклонения самозванца от старых обычаев; молодечество его, видное для всех, конечно, не могло оскорблять большинства.»- писал С.М.Соловьев.

Самым сильным доводом против Лжедимитрия было обвинение его в переходе в католицизм, но и для этого почвы было мало. Правитель не дал воли иезуитам, не позволил строить костелы, оказал покровительство и поддержал богатыми денежными дарами русское православное братство во Львове- оплот православия в Речи Посполитой, всемерно защищавшее русское население от происков папизма, особенно усилившихся после 1596г., когда в Бресте была под давлением Ватикана провозглашена церковная уния, отдававшая православный люд Польши и Литвы под власть католической церкви. Веротерпимость Лжедимитрия вовсе не была отступничеством от православия, хотя именно в этом враги более всего его обвиняли. Подлинно роковым его поступком, давшим заговорщикам немало сторонников в Москве, явилась злосчастная свадьба с Мариной Мнишек. Новоявленная царица- полячка, католичка- не могла вызвать добрых чувств у русских людей. Приехавшие в ее свите поляки, в основном своевольные шляхтичи, знаменитые своими буйствами, почему их из польских владений охотно отправили в Москву, своим наглым поведением оказали Лжедимитрию наихудшую услугу. Высокомерие пришельцев в отношении москвичей, насилия над их женами и дочерьми, оскорбления в адрес русских людей и самого царя, о коем они презрительно говорили: «Что ваш царь! Мы дали царя Москве!»- вызывали справедливый гнев. Лжедимитрий, упоенный свадьбой с горячо любимой Мариной, воистину потерял голову и не желал замечать оскорбительного для себя поведения польских «гостей» и тех последствий, кои оно могло для него иметь. Более того, всех их он взял к себе на службу, после чего те заявили московским боярам: «Вот вся ваша казна перейдет к нам в руки!» Понятно, долго терпеть такие выходки в Москве не могли. Заговорщики во главе с Василием Ивановичем Шуйским поняли, что настал их час. Лжедимитрий сам помог его приблизить. Свадьба его с Мариной Мнишек была сыграна вопреки церковному уставу 8 мая на пятницу. Более того, он не настоял на ее переходе в православие и новом крещении, которого требовали митрополит Казанский Гермоген и коломенский архиепископ Иоасаф. Отправив Гермогена в его епархию на заключение в монастырь, Лжедимитрий окончательно оттолкнул от себя церковных иерархов. Теперь заговорщики решили действовать. Не полагаясь на москвичей, среди которых несмотря на последние безобразия заезжих «польских друзей» царя число его сторонников было все еще велико, Василий Шуйский сделал ставку на находившееся близ Москвы восемнадцатитысячное войско, составленное из новгородцев и псковичей, которое сам Лжедимитрий готовил к походу на Крым. Своим сторонникам из числа москвичей и представителям войска Шуйский объявил, что царь- самозванец, Гришка Отрепьев, его признали Дмитрием лишь для того, чтобы избавиться от Годунова, что царь любит только иноземцев (явное преувеличение), презирает святую веру (опять натяжка), оскорбляет храмы Божии, выгоняет священников, отдает их дома иноверцам (прямая ложь), женился на польке и католичке Марине (а вот это настроило против него многих).

Об опасности, грозящей ему, Лжедимитрия пытались предупредить верные ему люди, но он, верный себе, брезгливо пренебрег доносом.

В ночь с 16 на 17 мая войска заговорщиков вошли в Москву. Утром Шуйский велел открыть тюрьмы и выпустить всех преступников, раздав им оружие. Они и стали самыми верными приверженцами заговорщиков. Ударил набат…мятежные толпы устремились в Кремль… кровью завершилось недолгое царствование Григория Отрепьева под именем царя Димитрия Иоанновича.



Василий Шуйский (1606-1610гг.)
19 мая в Москве на Красной площади был провозглашен новый царь- Василий Иванович Шуйский. Собравшуюся, в основном случайную, толпу сочли «Земским собором» и главу заговорщиков, виновного в кровопролитии 17 мая, когда погибло около полутора тысяч заезжих поляков (вот и расплата за наглость и бесчинства) и две тысячи москвичей, объявили законным царем. В народе мало кто воспринял воцарение Шуйского как праведное, сразу стали говорить, что он не выбран, а «выкрикнут» царем, что и было чистой правдой. Годунов был законнейшим образом истинным Земским собором провозглашен царем- ему не прощали отсутствия «природности»; Лжедимитрий представлялся «природным царем»- его погубила дружба с поляками и несоответствующий достоинству православного государя брак; Шуйский, пусть и знатнейшего рода, но никак не царского, и не избран Земским собором, а «выкрикнут» простой толпой…и какое уважение может быть к человеку столько раз менявшему свое слово? При Годунове свидетельствовал: случайно погиб царевич Дмитрий; после смерти Годунова: царевич жив, схоронили попова сына; затем вновь: царевич погиб, а на троне Гришка Отрепьев… Нетрудно было увидеть одно: не будет счастья этому правлению. Так оно и случилось. Гибель Лжедимитрия, нелепый «выкрик» царем Василия Шуйского сильнейшим образом подорвали всякое почтение к верховной власти. Переход Смуты в кровавую междоусобицу стал неизбежен. В стране было крестьянство, люто ненавидевшее крепостнические нововведения, было казачество, не любившее бояр московских и преданное любимому «царю Димитрию», из-за западных рубежей с хищным вниманием за Российской смутой следили польские паны и иезуиты, многие дворяне, бояре и иные князья не пылали желанием служить на сей раз воистину самозваному царю, пример же Григория Отрепьева, воцарствовавшего над Москвой, многих отчаянных честолюбцев прельщал возможностью удачи…

И стало лето 1606г. в России началом «открытой общественной борьбы». (С.Ф.Платонов).

Казалось, тень погибшего в Угличе царевича никак не желает успокоиться. Не успело страну обойти известие о гибели того, кого принимали за Димитрия Иоанновича, как пошли слухи, что он жив и вскоре в Польше объявился новый самозванец, коего принято именовать Лжедимитрий II. Кто был он- осталось неизвестным, сколь либо заметными личностными достоинствами он не обладал, почти никто не верил в его подлинность, но суждено ему было произвести на Руси страшные потрясения. Имя Дмитрия, принятое им, устраивало многих. Принимая его сторону, они как бы становились под знамя законного государя. Незаконность Шуйского была столь вопиющей, что число противников его царствования не могло не возрастать. Да и в личностном плане крайне малопривлекательная особа Василия Ивановича Шуйского была ничем не лучше любого самозванца. Нельзя забывать, что имя Дмитрия много значило для казачества, и оно готово было поддержать того, кто им назывался. Крестьяне, верившие, что царь Дмитрий может вернуть им утраченную волю (от Шуйского-то ждать ее не приходилось), охотно поддержали нового самозванца. Дело было вовсе не в нем самом- на Лжедмитрия II работало принятое им имя. Ему даже не понадобилось поначалу появляться в России. От его имени невиданный досель мятеж, потрясший до основания все государство, произвел человек, действовавший от имени «царя Димитрия Иоанновича», а сам носивший имя Ивана Исаевича Болотникова.

Болотников был человеком удивительнейшей судьбы, жизнь его являет собой воистину приключенческий роман с совершенно невероятными поворотами сюжета. Происходил он из рода мелких дворян- «младших детей боярских», как установил историк, специалист по истории становления в России крепостничества и социальным движениям начала XVIIв. В.И.Корецкий. В молодости был он служилым человеком- «воинским холопом» у князя Телятевского (подобно как Отрепьев служил Романовым). Для деятельной натуры его служба эта, должно быть, показалась ему скучной, и вскоре оказался он на Дону среди вольных казаков. Здесь на него обрушился страшный удар судьбы: в одной из стычек с крымскими татарами он угодил к ним в плен и был продан в рабство туркам, обратившим его в галерного гребца. Отсюда, казалось, выхода уже нет: галерный раб либо погибал от истощения сил, будучи прикован цепями к скамье и тогда шел «на корм рыбам», либо отправлялся на дно вместе с галерой, если вражескому кораблю удавалось ее потопить. Галера, на которой одним из гребцов был Болотников, оказалась в Средиземном море, где турки вели постоянные войны с венецианцами. И вот однажды военный корабль Венецианской республики взял на абордаж турецкое гребное судно. Турок венецианцы перебили, гребцов, коих большинство было пленными христианами, освободили. Тем, кто был покрепче, предложено было поступить на воинскую службу Венеции. Так Иван Исаевич Болотников вновь вернулся к привычному для него делу- ратному. Побывав в казаках на своей родине, он в Западной Европе пополнил ряды тех, кого С.М.Соловьев называл «западноевропейским казачеством»- наемников, для которых профессией было военное дело, а «кому служить», определяло «за сколько служить».

«Кондотьером»- наемным воином- Болотников побывал и в Венецианской республике, и в Австрийской империи, сражался с турками, с коими имел старые счеты. В императорском войске служили многие поляки, от них-то и мог он узнать о смуте в своем отечестве. Тогда он загорелся мыслью вернуться в Россию, где в смутные времена для человека его склада и опыта открывался невиданный простор. В Польше его приветили, был он принят на самом высоком уровне- «панами рады», членами королевского совета. Быстро освоившись в новой обстановке, он вступил в свое отечество как главный воевода «царя Димитрия», попросту говоря, Лжедимитрия II. В пограничных с польскими владениями северских землях и так было сильнейшее брожение в пользу самозванца, появление же воинских отрядов во главе с многоопытным и решительным воеводой, каковым являлся Болотников, произвело немедленный социальный взрыв, быстро принявший всероссийский характер. Движение Болотникова, стремительно нарастая, объединило в себе все силы, недовольные правлением Шуйского. Его в первую очередь поддержали казаки, верные памяти «первого Димитрия», крестьяне, коим Болотников не просто обещал волю, но призывал побивать бояр, дворян и воевод царских (не всех, однако, но лишь тех, кто не идет за «царя Димитрия»), поддержали его и дворяне, недовольные Шуйским, среди них особо известны Истьма Пашков, поднявший за Болотникова и Лжедмитрия II Тулу, Венев и Кошкору, рязанский воевода Григорий Сунбулов и рязанский же дворянин Прокопий Ляпунов, возмутившие против царя Василия Рязанскую землю. Были в войске Болотникова и знатные бояре, даже князья: князь Шаховской, князь Рубец-Мосальский, князь Телятевский, чьим служилым человеком Болотников некогда был. Польские ротмистры, также бывшие в окружении Болотникова, помогали организовать воинский порядок в его разношерстной рати.

В течение осени 1606г. Болотников разбил многих царских воевод, занял обширнейшую территорию и к зиме подходил уже к Москве. Шуйский предпринял попытку подкупить самого предводителя восстания, предложив Болотникову знатный чин, но тот отказался, поскольку рассчитывал вступить в Москву победителем. Однако в решительном сражении близ подмосковной деревни Котлы он был разбит царскими войсками, успех которых был предопределен переходом на их сторону дворян во главе с Пашковым и Ляпуновым. В отличие от Болотникова Пашков и Ляпунов приняли тайные предложения Шуйского, жаловавшего им чины думных дворян и богатые вотчины.

Отступление Болотникова из-под Москвы не означало еще конца движения, но перевес был уже не на его стороне. Крайняя разнородность рядов бунтовщиков с одной стороны делала их очень многочисленными, но она же придавала им внутреннюю непрочность. Уж больно разошлись цели окружения Болотникова и его самого, мечтавших, искоренив с помощью мятежных низов старое боярство, самим занять его место, князей, бояр и дворян, принявших сторону Болотникова лишь потому, что шел тот против ненавистного им Шуйского, казаков, желавших сохранить и расширить свои вольности и вовсе неравнодушных к грабежу боярских имений и , наконец, крестьян, мечтавших покончить с ненавистным крепостничеством и бывших не только наиболее многочисленными в войске Болотникова, но и наиболее чуждыми его предводителям.

Весной 1607г. междоусобная война шла с переменным успехом. Поначалу мятежники отступали, но после того, как верный Болотникову князь Телятевский разбил большой отряд войск Шуйского у Пчельни близ Калуги, восстание как бы обрело второе дыхание. Болотников сосредоточил свои силы в Туле, намереваясь оттуда угрожать Москве. Но силы Шуйского превосходили повстанцев. Страшная разрушительная сила движения Болотникова, грозившая государству погибелью, сплотила многих дворян, бояр, служилых людей, земских, посадских вокруг какого-никакого, а все же царя. В конце мая царские войска разбили болотниковцев на реке Восме и предводитель мятежа с главной своей ратью был осажден в Туле. Болотников рассчитывал на помощь Лжедимитртя II, собравшего уже в Польше у русских рубежей немалое войско, но тот не спешил помогать своему воеводе. Не имея поддержки, Болотников решил сдаться, выговорив предварительно себе и своим сторонникам у Шуйского помилование. Свой поход против царя Василия он объяснял верностью «царю Дмитрию», в подлинности которого он не мог усомниться, ибо прежде его не видел.

Шуйский явил поначалу великодушие, и Болотников ко всеобщему изумлению разъезжал по царскому стану, многие из его войска перешли на царскую службу, но длилось это недолго… вскоре мятежного вождя сослали на север в Каргополь, где, ослепив, утопили. Князь Рубец-Мосальский еще ранее погиб, князя Шаховского сослали на Кубанское озеро в монашескую пустынь, судьба Телятевского неизвестна. Сдавшийся с Болотниковым казацкий предводитель, выдававший себя за «царевича Петра» был повешен.

Болотниковское возмущение, едва не разрушившее государство, не только не подорвало крепостничество, но в ходе его царская власть издала 9 марта 1607г. указ, по словам С.Ф.Платонова, установивший «твердо начало крестьянской крепости».Срок сыска беглых крепостных был установлен в 15 лет.

Победа над Болотниковым вовсе не означала успокоения Смуты. Все причины, породившие ее, оставались, и теперь ими пользовался сам Лжедмитрий II. В августе 1607г. в городе Стародубе в Северской земле самозванец объявил себя «царем Димитрием Иоанновичем» и начал свой поход на Москву. К сентябрю у него уже собралось немалое войско. В октябре его отряды приближались к Туле, где еще сопротивлялся главный воевода самозванца Болотников, но, узнав о сдаче города, отступили вновь в Северскую землю. В начале ноября Лжедимитрий II возобновил постепенное движение на Москву. В январе 1608г. он вступил в Орел, где и пребывал до весны. Силы его возрастали. Второму самозванцу Польша оказывала прямую помощь войсками, оружием, предводителями, среди которых выделялись такие лихие вояки как Лисовский, Заруцкий, Рожинский. Хотя мало кто в России верил в то, что «царь Дмитрий» жив, а нового самозванца прямо называли «Вором», войско воровское все возрастало. К нему сходились толпы участников болотниковского выступления, подходили казацкие и польские отряды. «В Орле получила окончательное устройство разноплеменная рать Вора: Рожинский был избран ее гетманом, а Лисовский и Заруцкий стали во главе московского казачества. Весною должны были начаться решительные действия.» (С.Ф.Платонов).

В двухдневном бою под Болховым 30апреля и 1мая 1608г. рати Шуйского были разбиты, и самозванец двинулся к столице. В начале июня он уже стоял под Москвой, расположив свой стан в Тушине. Даже его пребывание там дало ему в народе прозвище «Тушинского вора». Однако, легко достигнув Москвы, он не смог ее взять. Другая часть его войска также безуспешно осаждала сильно укрепленный Троицко-Сергиев монастырь. Но и у царя Василия Шуйского не было сил отогнать воровские войска от столицы. Сложилось безрадостное для страны двоевластие: часть ее подчинялась по-прежнему царю Василию, в другой царил «Тушинский вор» под именем «царя Димитрия Иоанновича». В государстве было два царя, два патриарха (Гермоген в Москве и Филарет Романов в Тушине), две Боярские думы, два царевых войска….

«Тем временем Московское государство пришло в ужаснейший беспорядок. Одни стояли за Димитрия, другие за Василия. Жена первого бродяги, Марина Мнишек, признала нового Димитрия за одно лицо с прежним своим мужем, и это много расположило к нему народ. «стало быть,- говорили,- он и впрямь тот, кто царствовал и кому мы присягали.» Были и такие, которые не верили, чтоб он был Димитрий, а стояли за него оттого, что не любили царя Василия и не хотели, чтобы он, неправильно севший на престол, утвердился на нем своим родом. Они хотели через Дмитрия свалить с престола Шуйского, а потом извести самого вора и выбрать нового царя всей землей. Сперва Димитриева сторона брала верх над Василиевой, но скоро поляки, которых разослали из тушинского стана по разным городам и уездам сбирать продовольствие для войска, наделали народу русскому оскорблений и насилий и так его озлобили, что он повсеместно поднялся и стал приставать к Шуйскому.»- писал Н.И.Костомаров.

Справедливое негодование народа против произвола иноземцев было на руку Василию Шуйскому. Подарком судьбы для него были и воинские дарования его племянника Михаила Васильевича Скопина-Шуйского, уже отличившегося в сражениях с болотниковцами. Для большей уверенности в победе царь Василий заключил союз со Швецией и в январе 1609г. король Карл IX направил в Россию пятнадцатитысячное войско во главе с военачальником Яковом Делагароги, весной прибывшее в Новгородскую землю.

Союз с шведским королем обошелся России в немалую цену: Шуйский уступал Швеции город Корелу с уездом и отказывался от всяких притязаний на Ливонию. В этом смысле такой союз представлялся более, чем сомнительным благом.

Военные последствия, правда, поначалу были благотворны. В течение 1609г. тушинцы потерпели полное поражение. 7января Лжедимитрий II бежал в Калугу. «Тушинский лагерь» распался. 12марта 1610г. Михаил Скопин-Шуйский, победитель второго самозванца, торжественно въехал в Москву. Москвичи радостно пировали, празднуя победу над тушинцами, но был это скорее «пир во время чумы». Надвигался куда более страшный враг. Встревоженный русско-шведским союзом и видя очевидное поражение Лжедимитрия II, польский король Сигизмунд III перешел к прямой агрессии против России. Выдвинув весьма запоздалый предлог- избиение поляков в Москве 17мая 1605г.- он в сентябре 1609г. вторгся в русские пределы и осадил Смоленск. Смоляне, возглавляемые мужественным воеводою Шеиным, не пожелали покориться захватчикам и героически, подобно псковичам против войск короля Стефана Батория в Ливонскую войну, отражали все приступы польских войск. В королевский стан из-под Тушина перешли и поляки, ранее служившие Лжедимитрию II. Стало очевидно, что Речь Посполитая начала завоевательную войну против России.

Ликование москвичей действительно оказалось непродолжительным. 24апреля на пиру у князя Воротынского Михаил Скопин-Шуйский внезапно заболел и вскоре умер. Скорее всего, он был отравлен, но кто виновник- осталось невыяснено. Молва обвиняла самого царя Василия Шуйского, но для него гибель племянника была утратой последней надежды на спасение.

Тем временем в среде бывших тушинцев, настроенных про-польски, созрело решение низвергнуть Шуйского, пригласив на русский трон польского королевича Владислава, сына Сигизмунда. 4февраля король дал на это согласие и был подписан договор, согласно которому Владислав становился русским царем. Было оговорено, что в основном в стране останутся прежние порядки и королевич примет православие, но в Польше никто эти условия не брал всерьез- там готовились к порабощению России.

Весной 1610г. поляки захватили Чернигов и Новгород-Северский, к самой Москве двинулись польские войска во главе с выдающимся полководцем гетманом Жолкевским. Неожиданно напомнил о себе Лжедмитрий II, его войска из-под Калуги также двинулись к столице. Правление Василия Шуйского явно терпело полный крах… Не будучи способным ни отразить внешних, ни подавить внутренних врагов, жалкий царь вызывал всеобщее осуждение. Наконец, против него восстала сама Москва. 17июля 1610г. москвичи под предводительством дворянина Захара Ляпунова низложили Василия Шуйского, а через два дня он был насильно пострижен в монахи. Свои действия Ляпунов и его сподвижники обосновали тем, что Шуйский не был законно избран государем, а попросту «выкрикнут» толпой, вовсе не являвшей собою Земского собора.

К Москве тем временем подходили войска Жолкевского, еще 24июня под Клушином разгромившие последние русские рати… после этого поражения шведские союзники потеряли всякий интерес к царю Шуйскому и стали оттягиваться на север России, издревле их привлекавший.

Созданное в Москве по свержении Василия Шуйского правительство из семи бояр во главе с князем Федором Мстиславским и не помышляло о защите столицы, но надеялось умилостивить поляков приглашением на престол королевича Владислава, следуя пагубному примеру бояр-тушинцев.

17августа 1610г. близ Москвы на Девичьем поле «Семибоярщина» заключила с поляками договор о вступлении на русский престол сына Сигизмунда III королевича Владислава. В Москве надеялись, что после этого договора Сигизмунд прекратит осаду Смоленска, Жолкевский отойдет от стен русской столицы, а королевич, приняв православие, будет, согласно подписанным условиям его приглашения, поддерживать в России твердый государственный порядок.

Увы… единственным достижением сговора с Польшей явилось лишь то, что поляки помогли отогнать от Москвы давно уже не нужного им Лжедимитрия II. Тот вновь бежал в Калугу, где 10декабря 1610г. был убит служившими ему татарами, которым он задолжал плату.

Поляки тем временем начали осуществлять задуманное ими: в ночь с 20 на 21 сентября 1610г. гетман Жолкевский по сговору с жалкой, бессильной семибоярщиной ввел польские войска в Москву и занял Кремль.

Таков был конец незадачливого царствования Шуйского. Сама столица России была в руках поляков, над страной нависла страшная угроза иноземного порабощения.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

Похожие:

Правители московской руси учебное пособие iconПравители киевской руси учебное пособие
Лицо России не может открыться в одном поколении, современном нам. Оно в живой связи всех отживших родов, как музыкальная мелодия...
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие для учащихся 5 класса
Учебное пособие предназначено для учащихся 5 классов основной школы. Оно охватывает историю Сибири с эпохи камня до наших дней. Учебное...
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие москва 2002 удк 536 ш 25 Рецензент д ф. м н. профессор В. М. Кузнецов (рхту им. Д. И. Менделеева) Шарц А. А. Основы термодинамики: учебное пособие. М.: Мгту «станкин»
Учебное пособие предназначено для студентов второго курса и содержит краткое изложение основного материала подраздела «Термодинамика»...
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие Год издания: 2001
Учебное пособие предназначено для студентов, обучающихся по специальности журналистика. Структурно пособие учитывает учебные программы...
Правители московской руси учебное пособие iconВоссозданная история Руси Часть I
Украины-Руси с древнейших времен до, так называемого, литовского периода. В ней иначе характеризуются исторические личности, правители...
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие Новосибирск 2001 удк 681. 3 Ббк 32. 973-01 в 751 Воробьева А. П., Соппа М. С. Система программирования Турбо паскаль 0: Учебное пособие. Новосибирск: нгасу, 2001. 118 с
Данное учебное пособие написано в рамках изучения курса информатики студентами экономической специальности. В первой части пособия...
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие по специальности 240200 "Судовождение"
Солодовниченко М. Б. Радиотехника: Учебное пособие. Спб., Гма им адм. С. О. Макарова с., ил
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие Санкт-Петербург 2009
Учебное пособие предназначено для студентов II курса химических специальностей
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие рпк "Политехник"
Л. В. Хоперскова. Электромеханические системы: Учебное пособие /Волггту. — Волгоград, 2002. — 69 с
Правители московской руси учебное пособие iconУчебное пособие для студентов юридического факультета Москва
Сравнительная теория закона: Учебное пособие. – М. Импэ им. А. С. Грибоедова, 2009. – 78 с
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org