Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость



страница6/44
Дата01.02.2013
Размер7.08 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   44

52

Особого упоминания заслуживают исследования зрительных обра­зов, начатые уже Фехнером, который посвятил их классификации не­сколько глав второй части своих «Элементов психофизики» (такого рода исследования были названы им «внутренней психофизикой» в отличие от «внешней психофизики», занимающейся измерением ощущений фи­зических стимулов). Родственник Дарвина Фрэнсис Гальтон ( 1822— 1911) провел самые ранние дифференциально-психологические иссле­дования отчетливости, или «яркости» зрительных представлений, в то время как Г.Э. Мюллер проанализировал зависимость пространствен­ных характеристик образов объектов от субъективных (совпадающих с осями тела субъекта, или эгоцентрических) и объективных (определяе­мых верхом, низом, левой и правой стороной и т.д. самих предметов — экзоцентрических) систем координат.

Вместе с тем и в этой области исследований вновь отчетливо выс­тупила невозможность однозначной интерпретации интроспективных данных. Кюльпе и К. Пэрки, работавшая у Титченера в Корнельском университете, пришли к противоположным выводам о характере влия­ния зрительных образов на восприятие зрительных сигналов околопо­роговой интенсивности, при этом Кюльпе полагал, что одновременное представливание мешает восприятию. Окончательно этот вопрос не вы­яснен до сих пор, хотя современные работы скорее подтверждают мне­ние Пэрки, считавшей, что в результате активного, «встречного» пред-ставливания стимула происходит снижение сенсорных порогов (см. 6.4.2). Никто из этих исследователей, при всем внешнем различии их позиций, не пошел дальше доступных в то время механистических и хи­мических аналогий. Так, Кюльпе объяснял образы последействием ощу­щений, а Эббингауз сравнивал их с фотографическими отпечатками.

Бездоказательность подобных аналогий и неопределенность выво­дов по основным проблемам привели к тому, что уже в конце 19-го века стал обсуждаться вопрос о кризисе психологии, а так называемым номо-тетическим (то есть основанным на выделении законов, «объясняю­щим») наукам были противопоставлены науки идеографические (описа­тельные, или «понимающие»). Один из видных участников этих событий следующим образом охарактеризовал ситуацию: «Вереница сырых фак­тов; немного разговоров и споров вокруг отдельных мнений; немного классификации и обобщения на скорее описательном уровне; строгое убеждение, что нам доступны состояния сознания и что наш мозг как-то влияет на них: но ни одного закона в смысле законов физики, ни одного утверждения, из которого можно было бы вывести надежные следствия. Мы даже не знаем терминов, в которых можно описать то, по отношению к чему эти законы могли бы быть установлены. Это не наука, а лишь на­дежда на науку... В настоящее время психология находится в состоянии физики до Галилея... и химии до Лавуазье...» (James, 1892, р. 468).

1.3 Поведенческие и физикалистские направления

1.3.
1 Психология как наука о поведении и физических гештальтах

Начиная с 10-х годов прошлого века изучение образов представлений, восприятия, внимания и мышления резко затормозилось. «Попробуйте доказать мне, — писал основатель бихевиоризма Джон Уотсон (1878— 1958), — что вы обладаете зрительными представлениями, слуховыми представлениями или какими-либо другими видами психических (бес­телесных) процессов. До сих пор у меня есть лишь ваши невероятные и решительно ничем не подкрепленные заявления, что вы обладаете всем этим. Наука же нуждается в объективных доказательствах, которые только и могут служить надежной основой для ее теорий» (Watson, 1928, р. 75). Американский бихевиоризм и немецкая («берлинская») школа гештальтпсихологии независимо друг от друга, но практически одновре­менно предприняли попытку построения психологии как естественно­научной дисциплины.

Появление бихевиоризма было связано, во-первых, с критикой вунд-товской психологии, которую прагматизм вел начиная с 1880-х годов. Уже тогда Чарльз Пирс отрицал прямую доступность знания о внутреннем мире: «Нет оснований для веры в возможность интроспекции, и, следо­вательно, единственный способ изучения психологических вопросов со­стоит в анализе внешних фактов» (Peirce, 1931 — 1958, ν. 3, p. 47). К концу жизни эта точка зрения стала оказывать все большее влияние и на Джейм­са, хотя ни тот, ни другой не отрицали традиционное понимание предме­та психологии как науки о феноменах сознания. Вторым, собственно на­учным источником и даже образцом методологии исследования стали работы Нобелевского лауреата (1901 года) по физиологии Ивана Петро­вича Павлова (1849—1936), доказавшего возможность исследования на­учения (формирования условных рефлексов) в рамках строго объективно­го, физикалистского анализа поведения. Именно Павлов стал штрафовать своих сотрудников за использование менталистской, то есть основанной на понятиях психологии сознания терминологии. Наконец, третьим, прежде всего историко-культурным фактором стала популяризация в США (в результате активной поддержки ученика Вундта Стэнли Холла) идей создателя психоанализа Зигмунда Фрейда (1856—1939) и его после­дователей18.

18 В том, что касается собственно экспериментальных исследований познавательных
процессов, вызывает понимание позиция Эйнштейна, отмечавшего, что он ценит Досто­
евского как ученого, а Фрейда как писателя. Психоанализ оказал, однако, заметное вли­
яние" на современные теоретические модели памяти и внимания, особенно на так назы­
ваемый энергетичесий подход, рассматривающий внимание в качестве недифференциро­
ванного «пула ментальных ресурсов» (см. 4.3.1). Кроме того, в своем раннем «Проекте
научной психологии» Фрейд (Freud, 1895/1981) предсказал современное значение нейро-
сетевых и нейрогуморальных исследований (см. 2.3.3 и 9.4.3). 53

Хорошим примером могут служить работы ученика Джеймса, видно­го представителя функционализма Эдварда Л. Торндайка, сформулиро­вавшего три общих закона научения у человека и животных:

  1. закон эффекта — реакции на некоторую ситуацию («стимул»), ко­
    торые получают положительное подкрепление, постепенно зак-,
    репляются и становятся привычными ответами на эту ситуацию;

  2. закон готовности — серия последовательно подкрепляемых реак­
    ций постепенно образует цепной рефлекс;

  3. закон упражнения — ассоциативные связи между стимулами и
    реакциями укрепляются при повторении и ослабевают при его
    отсутствии.

С помощью этих законов, как считал Торндайк, можно объяснить ус­ложнение поведения в процессах развития, не прибегая к традиционной терминологии психологии сознания. Законы научения Торндайка стали основой для описания процессов так называемого оперантного научения в бихевиоризме и необихевиоризме (см. 1.3.2).

Гештальтпсихология была более радикальным направлением психо­логической мысли, чем бихевиоризм. Уотсон и его наиболее известный последователь Б.Ф. Скиннер (1904—1992) не сомневались в валидное™ аналитического метода, восстанавливая в терминах стимулов и реакций сенсуалистскую модель пассивного («пустого») организма. Основатель гештальтпеихологии Макс Вертхаймер (1880—1943) и его наиболее из­вестные последователи (В. Кёлер, К. Коффка, К. Левин, К. Дункер) по­лучили широкое философское и естественно-научное образование. В философии гештальтистов привлекали идеи Канта об априорных формах созерцания, а также современной им феноменологии. Образцом науч­ных исследований стала физика. Институт психологии Берлинского университета, созданный при поддержке ректора этого университета Гельмгольца, был (и до сих пор остается) частью физического факульте­та. Коллегами гештальтпеихологов по факультету были Нобелевские ла­уреаты по физике Макс Планк и Альберт Эйнштейн. Это, в частности, позволило Вертхаймеру провести основанный на личных беседах с Эйн­штейном анализ истории создания теории относительности (см. 8.3.2). Физическая наука в целом находилась тогда в состоянии беспрецедент­ного подъема. Ее понятия, прежде всего понятие поля, не могли не быть привлекательны для людей, которые были способны ими воспользовать­ся. Это объясняет многое в том, что и как гештальтисты собирались из­менить в психологии.

Они не только отказались от терминологии менталистской психо­логии, но и выдвинули программу изучения априорных качеств целост-ностных форм Gestaltqualitaeten, описанных ранее в физике Э. Махом и в философии учеником Брентано Христианом фон Эренфельсом. Та­ким качеством целостности, например, обладает мелодия. Она легко уз­нается нами при проигрывании в другом музыкальном ключе, хотя при -. этом меняются все физические звуки, а следовательно, и предполагае-

мые сенсорные составляющие восприятия (или «ощущения»). Целост­ным гештальтом является любое наше восприятие, так как воспринима­емая картина неизбежно организуется нами на имеющую «характер предмета» (и феноменально как бы выступающую вперед) фигуру и име­ющий «характер субстанции» (и как бы продолжающийся за фигурой) фон. Само описание фигуры и фона было введено ранее в психологию датчанином Эдгаром Рубином — одним из учителей создателя кванто­вой механики Нильса Бора. Гештальтпсихологами были выявлены ос­новные закономерности такого разделения. С их точки зрения, разделе­ние феноменального (воспринимаемого) поля на фигуру и фон — объективный процесс, определяемый так называемыми законами пер­цептивной организации.

Первоначально Вертхаймером было выделено 6 таких законов, ко­торые затем стали объединять в некоторый единый «закон прегнантно -сти». Объекты, которые

  1. расположены близко друг к другу («закон близости»),

  2. имеют похожие яркостные и цветовые характеристики («сходства»),

  3. ограничивают небольшую, замкнутую («замкнутости»)

  4. и симметричную область («симметрии»),

  5. естественно продолжают друг друга («хорошего продолжения»),

  6. движутся примерно с равной скоростью в одном направлении («об­
    щей судьбы»),

скорее будут восприняты как единое целое, или фигура, а не как разроз­ненные элементы среды, или фон (рис. 1.2А)19.

Надо сказать, что в психологическом сообществе гештальтисты были настоящими «возмутителями спокойствия». Прежде всего они высмея­ли попытки описания ощущений как «сырых» элементов сознания. В этой критике Вольфганг Кёлер (1886—1967) во многом опирался на бо­лее ранние соображения Канта (см. 1.1.3). Далее, в лице Курта Коффки (1886—1941) гештальтпсихологи выступили против умозрительной кон­цепции «уровней сознания» («эйдетики») марбургской психологической школы (эта концепция позднее стала официальной психологической доктриной национал-социализма — см. 5.3.1). Они критиковали попыт­ки объяснить целостность восприятия существованием некоторых иерархических более высоких образований, объединяющих нижележа-

19 Разделение на фигуру и фон не только универсально для нашего восприятия (при­
сутствуя, например, в восприятии музыки — Sloboda, 2003), но и далеко выходит за рамки
перцептивных эффектов. Так, в эмоциональной сфере ему соответствуют понятия «чув­
ство» и «настроение». В начале 21-го века это различение продолжает оставаться одной
из важнейших проблем психологии, лингвистики и когнитивной науки в целом (см. 3.3.1,
7.3.2 и 8.1.2). Хотя новые исследования во многом дополняют классические взгляды, их
основное содержание остается неизменным, за одним исключением. Описывая законы
перцептивной организации, гештальтпсихологи пытались избежать использования мен-
талистского термина «внимание». Современными авторами те же самые эффекты зачас­
тую трактуются как проявление внимания (см. 4.2.2). 55

56



Рис. 1.2. Примеры перцептивной организации: А. Законы близости, сходства, хорошего продолжения и симметрии; Б. Какой хорошо знакомый объект содержится в данной конфигурации?

щие элементы или процессы (именно так объясняли возникновение ка­честв гештальта австрийские психологи, представители школы Граца А. Майнонг и В. Бенусси). Аналогично, один из оппонентов гештальт-психологии Г.Э. Мюллер предположил, что образование гештальтов — результат быстрых сдвигов фокуса внимания от одних элементов к дру­гим по типу процесса сканирования, встречающегося в современных моделях переработки информации человеком (см. 3.2.1). Уже в случае восприятия слов, как считал Кёлер, это требует чрезмерно сложного уп­равления — в дополнение к отдельным актам внимания к буквам нужен еще один акт для объединения их в целое. Целое первично по отноше­нию к элементам, подобно тому как кантианские категории простран­ства и времени первичны по отношению к любому акту восприятия.

В своих работах гештальтпсихологи не уставали критиковать метод аналитической интроспекции, отрицали роль прошлого (ассоциативно­го) опыта и сильно сомневались в полезности таких центральных для традиционной психологии сознания понятий, как «ощущение», «внима­ние» и «бессознательные умозаключения». Не ограничиваясь критичес­ким анализом, гештальтпсихологи обосновывали свои утверждения с помощью простых демонстративных примеров. На рис. 1.2Б показана конфигурация, содержащая некоторый, очень хорошо известный каждо­му читателю из прошлого опыта объект. Однако практически никому не удается спонтанно его обнаружить (речь идет о цифре «4» на пересече­нии горизонтальной линии и двух окружностей). Данный эффект мас­кировки знакомого объекта объясняется тем, что законы перцептивной организации (в данном случае речь идет о законе хорошего продолже­ния) несоизмеримо сильнее влияют на структурирование нашего вос­приятия, чем прошлый опыт и предположительно связанные с ним «ас­социативные тенденции».

Новизна исследовательской программы гештальтпсихологов состо­яла и в том, что они призывали двигаться «от сложного к простому», а не «от простого к сложному» (см. 1.4.2). С этой точки зрения можно срав­нить элементаристский подход к объяснению решения задач в вюрц-бургской школе и особенно в бихевиоризме с пониманием мышления гештальтпсихологами. Для них мышление было процессом, имеющим, подобно мелодии, начальные, промежуточные и финальные фазы. Ос­нову финальной фазы составлял инсайт (английский перевод немецко­го термина Einsicht) — целостное переструктурирование проблемной си­туации, после которого решение становилось очевидным. Решение задач по типу инсайта у животных было обнаружено Кёлером в его ис­следованиях интеллекта человекообразных обезьян (шимпанзе вида Pan trogloditis), которые проводились им во время интернирования на остро­ве Тенерифе с 1913 по 1920 год. Творческий характер мышления челове­ка был особенно убедительно продемонстрирован на материале реше­ния задач одним из учеников Вертхаймера и Кёлера, Карлом Дункером (1896-1940)20.

Результаты этих работ имели фундаментальное общеметодологи­ческое значение. Они первыми показали, что обходные пути часто ко­роче прямых, а простые решения неадекватны в сложных ситуациях или в стратегической перспективе (см. 8.3.2 и 8.4.2). Такое понимание мыш­ления разительно отличалось от описания процессов решения задач их современниками и главными оппонентами — бихевиористами, которые считали, что процессы решения задач основаны на механическом по­вторении проб и ошибок. В конце жизни Вертхаймер и Дункер заинте­ресовались проблемой природы морали и человеческих ценностей, под­готовив своими работами условия для возникновения гуманистической психологии. Берлинская школа довольно быстро стала элитарной группой внутри мировой психологии. Не случайно столь тесными были много­летние научные и личные контакты гештальтпсихологов с ведущими американскими психологами, Э. Толменом (см. 1.3.3) и Дж.Дж. Гибсо-ном (см. 9.3.1), а также с представителями Московской школы культур­но-исторической психологии во главе с Л.С. Выготским и А.Р. Лурия (Scheerer, 1980).

1.3.2 Опыт галилеевской перестройки психологии

Как известно, однако, многие гештальтпсихологи, прежде всего Кёлер, были сторонниками крайней формы физического редукционизма, по­лучившей позднее название теории идентичности психики и мозга (см.

20 В наиболее известной из дункеровских задач испытуемым предлагалось найти ме­
тод разрушения раковой опухоли внутренних органов с помощью внешнего источника
радиации без повреждения здоровых тканий (см. 8.2.1). 57

9.1.3). Факторы, определяющие динамику гештальтов, были переведены ими из области психических феноменов — «феноменального» — в об­ласть физико-химических процессов, разворачивающихся в коре голов­ного мозга. В философском плане гештальтпсихологи придерживались представления о тройном изоморфизме — структурной идентичности фи­зических, физиологических и психических процессов. В перспективе они надеялись свести феноменальные явления к состояниям мозга. Если нет психологических законов, которые не были бы одновременно законами процессов в нервной системе, то достаточно полное описание состоя­ний живого человеческого мозга должно позволить до последней дета­ли восстановить субъективные переживания. Законы внутренней пси­хофизики (то есть законы отношений физиологических и психических процессов) мыслились при этом по типу законов, описывающих огром­ный класс физических процессов: от формирования кристаллов в пере­насыщенном растворе до образования галактик21.

Именно эту черту гештальттеории — стремление найти единообраз­ное объяснение для, казалось бы, совершенно различных феноменов — и относил к примерам так называемого «галилеевского способа обра­зования понятий» сотрудник кёлеровского института Курт Левин (1890—1947). В программной статье, опубликованной в органе нового философского направления — неопозитивизма — журнале «Познание» («Erkenntnis»), Левин (Lewin, 1930/31) призвал окончательно преодо­леть пережитки аристотелевского мышления в психологии. Эта статья сразу же была переведена на английский язык и стала известна значи­тельно более широкому кругу психологов на Западе, чем другие круп­ные исследования причин первого кризиса психологии — например, так и оставшаяся непереведенной книга Бюлера (Buehler, 1927) или во­обще не публиковавшаяся в течение нескольких десятилетий методоло­гическая работа Л.С. Выготского (1982—1984).

Статья Левина начинается с анализа методологических принципов физики Нового времени. Он подчеркивает здесь отказ от телеологичес­ких объяснений и качественных, чаще всего дихотомических классифи­каций, характерных для физики Аристотеля. Выявление общих («гено-типических») законов типа закона свободного падения, к которым можно свести различные группы феноменов, он называет гомогенизаци­ей. Считая значительную часть современной ему психологии еще арис­тотелевской, Левин отмечает, что помимо гештальтпсихологии галиле-евские тенденции характерны для бихевиоризма и рефлексологии. Наибольшей похвалы удостоен психоанализ: «В области психологии

21 Кёлер (Koehler, 1924) в своей работе о физических гештальтах указывает и адекват­
ный, с его точки зрения, математический аппарат. Речь идет о разновидности дифферен­
циальных уравнений, созданных французским математиком Пьером Симоном Лапласом.
То, что эта новая «мировая формула» порождает гармонические функции, завершает кар-
58 тину основанного на эстетической эвристике физического редукционизма.

потребностей, аффектов и характера учение Фрейда... устранило грани­цы между нормальным и патологическим, между повседневным и чрез­вычайным и тем самым наметило гомогенизацию всей психологии, ко­торая... уже сейчас может быть поставлена рядом с гомогенизацией "земного" и "небесного", осуществленной физикой Нового времени» (Lewin, 1930/31, S. 446). В конце статьи Левин демонстрирует возмож­ность объяснения поведения ребенка с помощью векторной алгебры и намечает перспективу использования топологии для разработки теории личности. Психология, по мнению Левина, подошла к историческому моменту галилеевской перестройки ее понятийного аппарата.

Работа Левина является примером применения идей неопозитивиз­ма, или логического позитивизма. По своей направленности неопози­тивизм является продолжением линии эмпиризма, современной его формой. В результате создания теории относительности и квантовой механики — великих революций в физике начала 20-го века — предста­вители этого направления (М. Шлик, Р. Карнап, Р. Райхенбах и др.) выдвинули задачу очистить язык науки от остатков ненаучных, мета­физических понятий. Они утверждали, что осмысленными научными высказываниями являются лишь два класса утверждений: логико-мате­матические высказывания, валидность которых оправдана соответству­ющими формальными правилами, и так называемые «протокольные предложения» — констатации, непосредственно проверяемые физичес­ким наблюдением.

На рис. 1.3 показана общая, восходящая к Канту схема критическо­го реализма. Позитивист может считать себя находящимся либо в ле­вой, либо в правой части этой схемы, одновременно отрицая как мета­физический вопрос о существовании чего-либо по другую сторону трансцендентального барьера. Соответственно, «протокольные пред­ложения» будут проверяться либо физическими, либо интроспектив­ными наблюдениями. Такие предшественники неопозитивизма, как Беркли, Юм и Мах, находились на субъективно-идеалистических по­зициях. Склонность к солипсизму была характерна и для ранних эта­пов развития неопозитивизма. Но затем господствующей стала линия физикализма: утверждалось, что все научные высказывания можно пе­ревести на некоторый объективный язык, описывающий физические события. Этот подход был распространен его основателями и на пси­хологию, где встретил полное понимание, подготовленное общей не­удовлетворенностью положением дел в традиционной психологии со­знания. Особенно сильное влияние на психологию оказал операционализм — разновидность неопозитивизма, разработанная американским физи­ком П. Бриджменом. Согласно этому автору, значение всякого понятия исчерпывается описанием физических операций (например, инструк­ций для измерения), с помощью которых может быть проверена пра­вомерность его использования.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   44

Похожие:

Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconУченье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость

Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconУченье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость

Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconУченье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость
В276 Когнитивная наука : Основы психологии познания : в 2 т. — Т. 1 / Борис М. Величковский. — М. Смысл : Издательский центр «Академия»,...
Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconРассказ о своей школе и о себе
Свет, а неученье – тьма. С каждым годом постичь смысл и мудрость этих слов могут все большее число людей. В каждом государстве существует...
Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconАнни Безант загадки жизни и как теософия отвечает на них глава I значение Теософии
Божественная Мудрость, а она есть тот Свет, который светит каждому человеку, появляющемуся в мире. Свет не принадлежит никому исключительно;...
Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconАнни Безант загадки жизни и как теософия отвечает на них главаi значение Теософии
Божественная Мудрость, а она есть тот Свет, который светит каждому человеку, появляющемуся в мире. Свет не принадлежит никому исключительно;...
Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconВикторина по Книге Книг Ход мероприятия:
Ведущий: и сказал Бог, да будет свет и стал свет. И увидел бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет...
Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconНародная мудрость гласит, что счастье
Народная мудрость гласит, что счастье это когда ты с удовольствием идёшь на работу и с желанием возвращаешься домой. Иными словами...
Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconРассуждения о II аркане Жрица колоды Таро Тота
Хохма (2-я Сфира на Древе Жизни). По буквам это хет (число 8), каф (число 20), мем (число 40), хей (число 5). Сумма та же 73. Хохма...
Ученье свет, а неученье тьма народная мудрость. Да будет Свет! сказал Господь божественная мудрость iconДуховный прогресс или наставления в божественной жизни души
Мы проповедуем мудрость среди совершенных, но не мудрость этого мира, ни проходящих властей этого мира, но мы проповедуем мудрость...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org