Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды



страница1/31
Дата14.10.2012
Размер4.49 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31



Исабель Альенде

Зорро. Рождение легенды


OCR Roland; SpellCheck Татьяна Ситникова http://llib.aldebaran.ru

«Зорро. Рождение легенды»: Азбука Классика; Санкт Петербург; 2006

ISBN 5 352 01666 8

Оригинал: Isabel Allende, “El Zorro: Comienza La Leyenda”

Перевод: Екатерина Матерновская
Аннотация
Отчаянный храбрец, благородный разбойник Диего де ла Вега по прозвищу Зорро – уже много десятилетий остается образцом настоящего мужчины, истинного «мачо», перед красотой, мужеством и благородством которого бледнеют образы бесчисленных суперменов. Не случайно в кино его роль играли такие суперзвезды, как Дуглас Фэрбенкс, Ален Делон и Антонио Бандерас. Зорро – по настоящему «культовый» персонаж, которому посвящены фильмы и телесериалы, мультфильмы и мюзиклы, книги и комиксы.

Обращение прославленной «серьезной» писательницы к романтическому образу Зорро стало для многих неожиданностью. Но Альенде написала поистине блистательный приключенческий роман, где литературное мастерство, достойное Габриеля Гарсия Маркеса сочетается с захватывающим сюжетом, которому позавидовал бы сам Артуро Перес Реверте.

Исабель Альенде искренне верит в Любовь, Честь и Приключение – возможно, в этом секрет того, что «Зорро» мгновенно стал настоящим мировым бестселлером.
Исабель Альенде

Зорро. Рождение легенды


Перед вами история Диего де ла Веги. Я расскажу вам о том, как он превратился в Зорро1. Теперь я смогу открыть его тайну, которую мы хранили в течение стольких лет. Я собираюсь поведать вам все без утайки, хотя бы потому, что чистый лист пугает меня сильнее, чем нагие сабли солдат Монкады. Я постараюсь опередить очернителей Зорро. Противников у нас немало, их всегда хватает у тех, кто защищает слабых и смиряет сильных. Героям, привыкшим безрассудно бросаться на врагов, пора объединиться. Поведав о приключениях Диего, я послужу идее справедливости, за которую он готов был отдать жизнь. Настоящие герои часто находят преждевременный конец, оттого их участь так привлекает фанатиков, болезненно очарованных смертью. На свете очень мало отважных людей с пылкой душой и горячей кровью. Скажем без околичностей: нет и не было никого, подобного Зорро.
Часть первая
Верхняя Калифорния, 1790 1810 гг.

Начнем с начала, с происшествия, без которого наш герой не появился бы на свет.
Это случилось в Верхней Калифорнии, в миссии Сан Габриэль, в 1790 году от Рождества Христова. Миссию возглавлял падре Мендоса, францисканец с плечами лесоруба, очень крепкий для своих сорока лет, энергичный и властный. Самым трудным для него было подражать в своем служении смирению и кротости святого Франциска Ассизского. В те времена в Калифорнии существовали двадцать три миссии, в которых подвизалось множество монахов, посланных проповедовать учение Христа среди нескольких тысяч язычников из племен шошонов, чумашей и других. Впрочем, туземцы не всегда спешили принять христианство по доброй воле. В Калифорнии не одну тысячу лет существовала развитая торговля. Местная природа благоволила к человеку, и индейцы охотно пользовались всеми ее богатствами. Придуманную чумашами систему торговли испанцы даже сравнивали с китайской. Индейцы использовали в качестве денег раковины и регулярно устраивали ярмарки, где обменивались товарами и заключали браки.


Индейцы с изумлением взирали на белых людей, поклонявшихся распятому на кресте. Они не понимали, почему нужно страдать на земле ради благоденствия в другой жизни. Большинство предпочитало игре на арфе с ангелами в христианском раю охоту на медведя в компании своих предков в краю Великого Духа. Туземцы не могли взять в толк, для чего чужестранцы ставят на земле флаг, чертят на ней воображаемые линии, провозглашают ее своей собственностью и обижаются, если кто то ступает на нее, преследуя оленя. Идея владеть землей представлялась им столь же нелепой, как идея поделить море. Узнав, что несколько племен, возглавляемых воином с волчьей головой, подняли восстание, падре Мендоса помолился о душах жертв, но не слишком испугался за собственную жизнь, понадеявшись на заступничество святого Габриэля. В его миссии индейцам жилось хорошо, семьи туземцев не раз являлись к священнику просить о защите и находили у него приют; падре Мендосе не приходилось прибегать к помощи военных, чтобы вербовать неофитов – как называли новообращенных индейцев. Внезапное восстание, первое в Верхней Калифорнии, он связывал с бесчинствами испанской солдатни и излишней суровостью своих братьев миссионеров. Племена, разделенные на маленькие группы, имели разные обычаи и общались с помощью системы сигналов; они никогда не заключали даже торговых соглашений, не говоря уж о военных союзах. Падре Мендоса привык считать индейцев невинными агнцами Божьими, грешившими по неведению, а не из порочности; должны были существовать неоспоримые резоны, чтобы они поднялись против колонизаторов.

Миссионер без отдыха, бок о бок с индейцами, работал в полях, дубил кожи, молол маис. По вечерам, когда все остальные отдыхали, он лечил больных и раненых или вырывал страдальцам гнилые зубы. Кроме того, священник давал уроки катехизиса и арифметики, чтобы неофиты могли считать кожи, свечи и коров; он не учил туземцев ни чтению, ни письму, практически бесполезным в этой местности. По ночам падре Мендоса делал вино, вел счета, вносил записи в свои тетради или молился. На рассвете он звонил в церковный колокол, созывая своих прихожан на мессу, а после службы, во время завтрака, присматривал, чтобы никто не остался без еды. По ряду причин, и не в последнюю очередь из самонадеянности, падре был уверен, что вставшие на тропу войны племена не нападут на его миссию. Восстание продолжалось не первую неделю, и священник перестал обращать внимание на плохие новости. Он послал двух надежных людей разведать, что происходит в округе, и те, войдя в доверие к соплеменникам, разузнали подробности. Вернувшись, они поведали миссионеру, что из глубины леса появился таинственный герой, одержимый духом волка, и объединил несколько племен, чтобы изгнать испанцев с земель своих предков и, как раньше, охотиться без всяких запретов. Индейцам недоставало четкой стратегии: они просто нападали на миссии и деревни, поджигали их и уходили восвояси так же внезапно, как появились. Восставшие пополняли свои ряды за счет новообращенных, чей нрав еще не смягчило долгое служение белым. Разведчики добавили, что вождь Серый Волк непременно нападет на миссию Сан Габриэль, и не потому, что настроен против ни в чем не повинного падре Мендосы, а лишь потому, что она лежала у них на пути. Нужно было просить о помощи. Священник написал капитану Алехандро де ла Веге, умоляя его поскорее прийти на подмогу. Падре Мендоса опасался самого худшего, ведь мятежники находились очень близко и могли напасть в любой момент, а миссия была совершенно беззащитна. Священник отправил два одинаковых послания в крепость Сан Диего с верховыми, которые поскакали разными дорогами, чтобы хоть одно письмо достигло цели, даже если другое будет перехвачено.

Через несколько дней капитан Алехандро де ла Вега прискакал в миссию. Он спешился в патио, снял тяжелый военный мундир, платок и шляпу и сунул голову в корыто, в котором женщины полоскали белье. Его лошадь была вся в пене, потому что несколько лиг2 несла на себе капитана со снаряжением испанского драгуна: пикой, шпагой, щитом из плотной кожи и карабином – все это не считая седла. Де ла Вега прибыл в сопровождении двух человек и нескольких лошадей, которые везли провиант. Падре Мендоса вышел к нему навстречу с распростертыми объятиями, но, увидев, что с ним приехали только двое оборванных солдат, таких же измученных, как и их лошади, не смог скрыть разочарования.

– Очень жаль, падре, но у меня нет больше солдат, кроме этих двух храбрецов. Остальным пришлось остаться в поселке Ла Рейна де Лос Анхелес, которому также угрожают мятежники, – извинился капитан, вытирая лицо рукавом рубахи.

– Господь поможет нам, если Испания не делает этого, – сквозь зубы процедил священник.

– Вы знаете, сколько индейцев должны на нас напасть?

– Очень немногие здесь умеют точно считать, капитан, но, по донесениям моих людей, их не меньше пятисот.

– Значит, их будет не больше ста пятидесяти, падре. Мы сможем за себя постоять. Сколько нас всего? – осведомился Алехандро де ла Вега.

– Начнем с меня; я был солдатом, прежде чем стать священником, есть еще двое миссионеров, они молоды и отважны. К миссии прикомандированы двое солдат. Кроме того, имеется несколько мушкетов и карабинов, боеприпасы, пара сабель и порох, который мы используем в каменоломне.

– А сколько неофитов?

– Сын мой, будем реалистами: большинство их не станет сражаться со своими собратьями, – объяснил миссионер. – Самое большее – полдюжины мальчишек и несколько женщин, которые могли бы перезаряжать мушкеты. Я не могу рисковать жизнями новообращенных: они как дети, капитан. Я забочусь о них, как о родных детях.

– Хорошо, падре, к делу, во имя Господа. Как я вижу, церковь – самое прочное здание в миссии. Там мы и будем защищаться, – сказал капитан.

Следующие несколько дней в миссии Сан Габриэль никто не отдыхал, даже маленькие дети были приставлены к работе. Падре Мендоса, хороший знаток человеческих душ, понимал, что не сможет доверять неофитам, когда миссию окружат свободные индейцы. Он с грустью подметил звериный блеск в глазах некоторых из них и неохоту, с которой они выполняли свои обязанности: роняли камни, рвали мешки с песком, запутывали веревки, опрокидывали ведра со смолой. Священник даже изменил своим принципам и велел заковать двух индейцев в колодки, а третьему в наказание всыпать десять плетей. Затем он забил досками дверь в спальню незамужних женщин, построенную наподобие тюрьмы, чтобы самые смелые не выходили гулять под луной со своими возлюбленными. Это круглое здание без окон, построенное из толстого кирпича сырца, легко можно было укрепить снаружи с помощью железных полос и замков. Там заперли большую часть новообращенных мужчин, заковав их в кандалы, чтобы в час битвы они не стали помогать врагу.

– Индейцы боятся нас, падре Мендоса. Они верят, что мы владеем очень сильной магией, – сказал капитан де ла Вега, похлопав по прикладу своего карабина.

– Этот народ понимает превосходство огнестрельного оружия, хотя до сих пор не раскрыл, как оно действует. А вот чего индейцы действительно боятся, так это святого креста, – ответил миссионер, перекрестившись на алтарь.

– Тогда покажем им силу креста и пороха, – засмеялся капитан и продолжил излагать свой план.

Они должны были встретить мятежников в церкви, где посередине, напротив двери, построили баррикады из мешков с песком, а в стратегически выгодных местах сделали бойницы для мушкетов. Капитан де ла Вега объяснил, что, пока защитники миссии смогут удерживать нападающих на определенном расстоянии, успевая перезаряжать карабины и мушкеты, преимущество будет на их стороне, зато в рукопашной схватке сильнее окажутся индейцы, превосходящие их и численностью, и свирепостью.

Мужество капитана восхитило падре Мендосу. Де ла Веге было около тридцати лет, и он уже был ветераном, закаленным в итальянских войнах, откуда вернулся героем, покрытым боевыми шрамами. Он был третьим сыном в семье идальго, чей род восходил к Сиду Завоевателю3. Предки де ла Веги сражались с маврами под знаменами католических королей Изабеллы и Фердинанда и проливали кровь за Испанию, но в награду за отвагу не стяжали состояния, только честь. После смерти отца старший сын унаследовал фамильное поместье – столетнее здание из резного камня на клочке сухой земли в Кастилии. Средний брат посвятил себя церковному служению, а младшему выпало на долю стать солдатом – для молодого человека из такой семьи не было другой участи. В уплату за доблесть, проявленную в Италии, Алехандро получил маленький мешочек с золотыми дублонами и приказ отправляться в Новый Свет. Так капитан оказался в Верхней Калифорнии, где ему предстояло искать лучшей доли. Он прибыл туда, сопровождая донью Эулалию де Кальис, супругу губернатора Педро Фахеса, прозванного Медведем за свирепый нрав и любовь к охоте, на которой он собственноручно убил немало этих зверей.

Падре Мендоса слышал немало сплетен о знаменитом вояже доньи Эулалии, дамы столь же дурного нрава, как и ее супруг. Караван сеньоры преодолел расстояние между Мехико, где она жила как принцесса, и Монтерреем, мрачной и неуютной крепостью, где ее ожидал супруг, за полгода. Караван продвигался вперед черепашьим шагом, волоча за собой целый обоз запряженных быками повозок и несметную вереницу мулов с поклажей; по пути в каждом городе она устраивала великосветский праздник, обыкновенно длившийся несколько дней. Говорили, что эксцентричная дама купается в ослином молоке и красит волосы; что она переняла у венецианских придворных красавиц моду на каблуки и румяна; что она отдавала встреченным по пути нагим индейцам свои шелковые наряды, но не из христианского милосердия, а из простого мотовства; и, в качестве апофеоза ее скандальной славы, прибавляли, что сеньора пленилась бравым капитаном Алехандро де ла Вегой.

– Но кто я такой, чтобы судить эту женщину, всего лишь бедный францисканец, – заключил падре Мендоса, искоса посматривая на де ла Вегу и невольно взвешивая про себя, сколько правды в этих слухах.

В своих письмах в Мехико, к руководителю миссий, священники жаловались, что индейцы предпочитают ходить нагими, жить в соломенных хижинах и охотиться при помощи луков и стрел, не признают ни образования, ни государства, ни религии, не уважают власть предержащих и целиком посвящают свою жизнь удовлетворению бесстыдных желаний, как если бы их не омыла чудотворная вода крещения. Упорство, с которым индейцы держались своих привычек, вне всякого сомнения, было делом рук сатаны, и поэтому на отступников обычно охотились как на диких зверей, а затем наказывали их плетьми, чтобы преподать им учение о любви и прощении. Но в годы бесшабашной юности, еще до того, как стать священником, падре Мендоса и сам был не чужд постыдных желаний и потому жалел туземцев. Кроме того, он втайне восхищался прогрессивными идеями своих соперников – миссионеров ордена иезуитов. Падре Мендоса не походил на других клириков, возводящих невежество в ранг добродетели. Несколькими годами раньше, готовясь принять на себя руководство миссией Сан Габриэль, он с величайшим интересом прочел записки некоего Жана Франсуа Лаперуза4, путешественника, изобразившего новообращенных в Калифорнии грустными, лишенными собственной воли и духа людьми, которые напомнили ему сломленных негритянских рабов с карибских плантаций. Испанские авторитеты полагали, что суждения Лаперуза столь пессимистичны оттого, что автор был француз, но на падре Мендосу они произвели неизгладимое впечатление. В глубине души священник верил в прогресс почти так же, как в Бога, и потому решил превратить миссию в образец процветания и оплот справедливости. Он намеревался завоевывать новых адептов посредством убеждения вместо лассо и удерживать их добрыми делами вместо плетей. Устройство миссии падре Мендосы говорило само за себя. Под его руководством жизнь индейцев улучшилась настолько, что Лаперуз, случись ему проезжать мимо, пришел бы в восторг. Падре Мендоса мог бы похвастаться – хотя никогда этого не делал, – что в Сан Габриэль утроилось число крещеных и за долгое время не было ни одного побега; прежде такое случалось, но пристыженные беглецы всегда возвращались обратно, несмотря на тяжелую работу и требование воздержания. Ведь миссионер был добр к ним, и к тому же раньше у них не было ни надежной крыши над головой, чтобы укрыться от бурь, ни возможности есть три раза в день.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31

Похожие:

Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconАпокрифические легенды об адаме
Ветхого завета, наибольшей популярностью пользовались легенды о сотворении первого человека – Адама. Канонический, т е признанный...
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconАлександр Волков Зорро
Изящная стилизация под классический роман «плаща и шпаги» повествует о приключениях обаятельного и благородного разбойника в черной...
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconРождение нового человечества
Далее следуют мои ответы на вопросы к трансляции "рождение нового человечества" от 26 мая 2010 года
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconРождение нового человечества
Далее следуют мои ответы на вопросы к трансляции "рождение нового человечества" от 26 мая 2010 года
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconЧарльз Де Линт Городские легенды Легенды Ньюфорда – 2
Ньюфорд — большой город, как Оттава или Нью Йорк. И чудес в нем не больше и не меньше, чем в любом городе мира. Просто здесь их умеют...
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconДжордж Дуглас Легенды и предания Шотландии
«Легенды и предания Шотландии / Пер с англ. Л. А. Игоревского.»: Центрполиграф; Москва; 2008
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconЛегенды ретро fm в санкт-петербурге!
После громкого успеха в Москве, где 4 ноября на «Легенды Ретро fm» пришло более 20 000 зрителей, фестиваль популярной радиостанции...
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconК истокам киевской руси
Пешеходная экскурсия «Легенды Крещатой долины». Крещатик – центральная улица, знаменитый Майдан – центральная площадь, Европейская...
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды icon5. 11. Остальные легенды троянской войны
Мы исчерпали все основные легенды, составляющие историю троянской войны. Однако остались более мелкие фрагменты, которые, оказывается,...
Исабель Альенде Зорро. Рождение легенды iconРождение Моше Рождение человека Оно как сотворение мира
И когда была поставлена первая точка, он рванулся в нее, но не вошел сразу, а окружил светящимся облаком. Оно давило на точку и требовало,...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org