Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.)



Скачать 66.83 Kb.
Дата04.03.2013
Размер66.83 Kb.
ТипДокументы

Д.О. Серов


(г.Новосибирск)
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.)
Отечественная прокуратура XVIII в. безусловно не относится к числу малоисследованных государственных институтов. Как известно, традиция научного изучения ранней истории прокурорского надзора протянулась в нашей стране с 1866 г., со времени защиты А.Д. Градовским магистерской диссертации «Высшая администрация России XVIII ст. и генерал-прокуроры». В 1990-х гг. эту традицию достойно увенчали монография С.М. Казанцева и статья В.И. Баскова.

Однако, несмотря на едва не полуторовековые изыскания, далеко не все аспекты исторического развития прокуратуры получили к настоящему времени подобающее освещение. В частности, слабо разработанным остался вопрос об организационной структуре отечественной прокуратуры в период до ее первой фактической ликвидации в 1727 г. Между тем, без систематического рассмотрения данного вопроса невозможно представить ни место прокуратуры в системе управления новоявленной Российской империи, ни масштаб влияния прокуроров на текущее функционирование государственного аппарата.

Организационные основы национального прокурорского надзора были заложены Петром I в указах от 12 и 18 января 1722 г. В этих указах предусматривалось создание прокуратур, во-первых, при Сенате, во-вторых, при коллегиях, в-третьих, при надворных судах (гофгерихтах). Несколько позднее, 11 мая 1722 г. император распорядился образовать прокуратуру также при Святейшем Правительствующем Синоде1.

Первое что следует отметить касательно структуры тогдашнего прокурорского надзора – это его разделенность на две взаимонезависимые части: сенатскую и синодальную. Иными словами, обер-прокурор Святейшего Синода никоим образом не подчинялся генерал-прокурору Правительствующего Сената, замыкаясь напрямую на верховную власть2. Такая организационная расщепленность прокуратуры (нормативно закрепленная в п. 2 и 11 Инструкции обер-прокурору Синода от 13 июня 1722 г.3) была, думается, не прихотью или недоработкой законодателя. Неподчиненность главы синодальной прокуратуры генерал-прокурору несомненно отражала равноправие поднадзорных им учреждений – Сената и Синода.

Обе части прокуратуры разделялись, в свою очередь, на два уровня. Первый уровень составляли высшие надзорные учреждения – генерал-прокуратура Сената и обер-прокуратура Синода, второй – нижестоящие прокуратуры центральных ведомств и надворных судов. При этом, равноправие синодальной и сенатской частей прокуратуры не означало их равновеликости. Если к исходу 1722 г. под началом у генерал-прокурора находились прокуроры десяти коллегий, Главного магистрата и шести надворных судов, то у синодального обер-прокурора – единственно прокурор Монастырского приказа.

Нельзя не обратить внимание и на не вполне логичное с формальной стороны иерархическое равноправие прокуратур коллегий и надворных судов.
Дело в том, что гофгерихты являлись территориальными подразделениями Юстиц-коллегии, всецело подчиненными ей как в судебном, так и в административном отношении. Тем самым, можно было бы ожидать, что прокуроры надворных судов будут по аналогии поставлены в зависимость от прокурора Юстиц-коллегии. Но Петр I отчего-то предпочел остановиться именно на двухступенчатой структуре национального прокурорского надзора.

Опираясь на архивные материалы (в первую очередь, на указное и протокольное делопроизводство Сената), можно с уверенностью констатировать, что отечественная прокуратура времен Петра I и Екатерины I осталась недоформированной. Недоформированность эта выразилась трояко. Во-первых, не был создан ряд прокуратур, организация которых прямо оговаривалась в тех или иных нормативных актах. Во-вторых, прокурорского надзора изначально не предусматривалось в отношении многих центральных и местных учреждений. В-третьих, несколько назначенных прокуроров de facto не вступили в должность.

Вопреки упомянутому указу от 12 января 1722 г., осталась без прокуратуры одна из коллегий – Иностранных дел. Вероятно, в данном случае сказались как специфика ведомства, так и неизменное личное внимание первого российского императора к внешнеполитическим делам. Куда более необъяснимо, отчего, в неисполнение указа от 18 января 1722 г., не появились прокуратуры в пяти надворных судах – Енисейском, Казанском, Нижегородском, Рижском и Тобольском (хотя при этом в Смоленский гофгерихт прокуроров назначали дважды4).

Но самая загадочная история произошла с прокуратурой Московской конторы Сената. О создании этой прокуратуры говорилось в п. 6 Инструкции главе Московской конторы от 6 апреля 1722 г., а затем в именном указе от 3 июня 1724 г.5 Но ни буква Инструкции, ни повеление грозного императора не сдвинули ситуацию с мертвой точки. Прокуратура Московской конторы Сената так и не была организована.

Предусмотрев в указе от 12 января 1722 г. создание коллежских прокуратур, Петр I ни словом не обмолвился, однако, о распространении прокурорского надзора на прочие ведомства. Никаких законоположений на этот счет не было издано и в оставшиеся годы правления Отца Отечества. Между тем, образуя ключевое звено тогдашней системы центрального управления, коллегии данную систему вовсе не исчерпывали.

Наряду с десятью коллегиями и Главным магистратом, в первой половине 1720-х гг. в стране продолжали функционировать, по меньшей мере, десять центральных учреждений, устроенных неколлегиально. Половину таких учреждений составляли, выражаясь по-современному, силовые ведомства – Преображенская, Тайная, Главная Полицеймейстерская и Фискальская канцелярии, Канцелярия Рекрутного счета. Рядом с ними существовали более мирные Канцелярия от строений, Дворцовая, Медицинская и Ямская канцелярии, а также состоявший с 1721 г. в подчинении Синода Монастырский приказ. Ни в одном из этих учреждений – за исключением Монастырского приказа – прокуроры так и не появились.

Нетрудно понять, отчего вне поля зрения прокуроров остались занимавшиеся охраной государственной безопасности Преображенская и Тайная канцелярии: за их работой пристально наблюдал сам император. Из-за своеобразия занятий вряд ли нуждалась в прокуроре Медицинская канцелярия. Не имело смысла формировать отдельную прокуратуру и при Фискальской канцелярии: согласно п. 4 и 7 закона «Должность генерала–прокурора» от 27 апреля 1722 г. фискалы были и так поднадзорны прокуратуре.

Менее ясна мотивация законодателя в отказе от введения прокурорского надзора в остальных неколлегиальных учреждениях. В самом деле, и Канцелярия от строений, и Ямская, и Главная Полицеймейстерская, и Дворцовая, и Канцелярия Рекрутного счета (особенно последние три) обладали безусловно широкими административно-судебными полномочиями, охватывали своей юрисдикцией десятки тысяч людей. Часть канцелярий имела значительный персонал, часть – распоряжалась внушительными денежными средствами.

К примеру, в 1723 г. в аппарате оставшейся без прокурора Канцелярии Рекрутного счета трудился 81 служащий, что превышало численность сотрудников в Главном магистрате, Мануфактур- и Коммерц- коллегиях (74, 44 и 37 человек соответственно). А бюджет Канцелярии от строений, скажем, в 1720 г. составлял астрономическую сумму в 316 484 рублей6. Все это (заодно с бесспорной удаленностью от собственного «ока» государя) настоятельно предрасполагало к установлению за подобными ведомствами прокурорского надзора.

Но то ли Петр I полагал, что в отношении канцелярий хватит и сохранявшегося фискальского надзора, то ли просто откладывал решение вопроса на будущее… Более определенно можно предположить иное. Думается, именно в связи с продолжением деятельности фискалов император счел излишним создавать прокуратуры при губернских и провинциальных канцеляриях (равно как и при епархиальных учреждениях, за которыми надзирали церковные фискалы ─ инквизиторы). Нельзя, наконец, не отметить, что без прокурора заседал и возникший в 1723 г. Вышний суд – просуществовавшее три года высшее судебное учреждение империи.

Что же касается невступления в должность формально назначенных прокуроров, то применительно к описываемому времени удалось выявить два таких случая. Согласно архивным данным, к своим обязанностям так и не приступили определеные 20 июня 1722 г. прокуроры Воронежского и Петербургского надворных судов Т.К. Кутузов и И.В. Отяев. При этом, если в Воронежский гофгерихт – хотя и с изрядным запозданием (13 февраля 1725 г.) – все-таки назначили нового прокурора, то столичный надворный суд так и проработал без представителя прокурорского надзора весь период существования.

Итак, окончательно сложившаяся к исходу 1722 г. отечественная прокуратура была невелика. На всю Россию приходилось тогда 20 прокуроров (включая номинальных): 17 в центральных учреждениях и надворных судах, трое в Сенате и Синоде. Не отличались раздутостью и штаты самих прокуратур («прокурорских кантор»). При коллежских и надворных прокурорах состояло по 1 – 2 канцелярских служащих, при генерал-прокуроре – семь: канцелярист и 6 копиистов. Иных же сотрудников, помимо канцелярских, штаты прокуратур в ту пору не предусматривали.

Таким образом, под присмотром новоявленного «государева ока» в 1722 – 1727 гг. оказалась преимущественно вершина тогдашней системы управления – высшие и коллегиально устроенные центральные учреждения. Прочие звенья правительственного аппарата остались заведомо вне сферы прокурорского надзора. Однако и действуя в столь узких организационных рамках, прокуратура сумела веско заявить о себе, отнюдь не стала декоративной пристройкой к зданию российской государственности. По точному выражению Н.В. Муравьева, в нашей стране «впервые явилась сила, громко, словом и делом призывавшая к законности должностных действий и требовавшая соблюдения порядка в учреждениях»7.
ПРИМЕЧАНИЯ:


  1. Законодательные акты Петра I / Сост. Н.А. Вскресенский. М. – Л., 1945. Т. 1. С. 109, 244, 382.

  2. Как ни удивительно, факт неподчиненности синодального обер-прокурора генерал-прокуратуре оказался совершенно обойден в историографии. На это обстоятельство мимоходом обратил внимание один лишь С.А. Петровский (Петровский С.А. О Сенате в царствование Петра Великого: Историко-юридическое исследование. М., 1875. С. 170).

  3. Полное собрание законов Российской империи с 1649 г. СПб., 1830. Т. 6. С. 721 – 722.

  4. 22 января 1723 г. прокурором Смоленского надворного суда был определен Авдей Радищев, который 6 марта 1724 г. скончался. 15 декабря 1724 г. на его место Сенат назначил Ивана Синявина (Российский Государственный Архив Древних Актов, ф. 248, кн. 1891, л. 67 об.; кн. 1934, л. 127 – 127 об.).

  5. Там же, кн. 1935, л. 93; Полное собрание законов. Т. 6. С. 645.

  6. Анисимов Е.В. Государственные преобразования и самодержавие Петра Великого в первой четверти XVIII века. СПб., 1997. С. 212, 214; Луппов С.П. История стротельства Петербурга в первой четверти XVIII века. М. – Л., 1957. С. 170).

  7. Муравьев Н.В. Прокурорский надзор в его устройстве и деятельности: Пособие для прокурорской службы. М., 1889. Т. 1. С. 265.

Похожие:

Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconСистема кредитных учреждений российской империи
В статье анализируется законодательство Российской империи, определявшее статус и порядок создания кредитных учреждений; раскрываются...
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconКонтрольная работа №1 (10 11 класс). Задание 1
Определите, существование каких государственных учреждений относится ко времени Российской империи, а каких – к советскому периоду...
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconГенеральная прокуратура Российской Федерации
Соответствие профессиональных образовательных программ требованиям государственных образовательных стандарто
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconГенеральная прокуратура российской федерации главная военная прокуратура
Рф хохолькова Е. Г. и его заместителя Камышникова А. П., возбужденное после Вашего обращения 15 апреля 1998 года к Заместителю Руководителя...
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconYI. Гл. Хонгорай в составе российской империи (1727 1917 гг.)
Енисея в начале XVII в. В 1601 г на р. Таз на Енисее был основан город Мангазея. На перекрестке двух великих путей с Оби на Енисей...
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconМосковские департаменты правительствующего сената в системе государственного управления российской империи в первой четверти XIX века
Работа выполнена в центре «История России XIX века» Учреждения Российской академии наук Института российской истории ран
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconПолномочия генерал-губернаторов в политико-правовой системе в Российской империи в 1882-1917 гг.

Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconЗакон о прокуратуре российской федерации
Прокуратура Российской Федерации единая федеральная централизованная система органов, осуществляющих от имени Российской Федерации...
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconЗакон «переходного периода»
«Основные государственные законы Российской империи» от 23 апреля 1906 г о системе органов власти
Прокуратура в системе государственных учреждений Российской империи (1722 – 1727 гг.) iconПравительства РФ от 02. 08. 2012 n ад-п13-4450 Документ предоставлен
Российской Федерации, муниципальных нужд, нужд государственных бюджетных учреждений, нужд муниципальных бюджетных учреждений
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org