Москва, Государственное издательство географической литературы,1958



страница15/40
Дата09.04.2013
Размер5.44 Mb.
ТипДокументы
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   40
Mycetes stramineus Geoffroy St. Hilaire. Ревуны – единственные обезьяны, которых туземцам не удается прирулить. Их часто ловят, но они не выживают в неволе и нескольких недель. Та обезьяна, о которой я рассказываю, была не вполне взрослой. Она имела 16 дюймов в длину, не считая хвоста; все туловище покрывала довольно длинная и блестящая грязно белая шерсть, только усы и борода были коричневатого оттенка. Ее держали в доме вместе с обезьянами коаита и каиарарой (Cebus albifrons). Оба эти веселых представителя отряда обезьян как будто даже старались привлечь внимание Mycetes, но та стремилась улизнуть, как только к ней кто нибудь приближался. В первое время она изредка издавала ранним утром сердитый приглушенный рев. Низкий звук голоса обезьян ревунов достигается, как известно, за счет барабанообразного расширения в гортани. Любопытно было наблюдать, какое незначительное мускульное усилие затрачивало животное, испуская этот глухой рев. Когда встречаешь ревунов в лесу, трое четверо из них обычно сидят на самых верхних ветвях дерева. Их терзающий слух крик испускается, кажется, вовсе не для того, чтобы предупредить о внезапной опасности, по крайней мере если судить по пойманным экземплярам. Вероятно, рев служит для того, чтобы пугать врагов. Я не встречал Mycetes stramineus где либо в иной части Амазонского края: в окрестностях Пара преобладает вид красноватого цвета (М. belze – buth ) ; в узких протоках у Бревиса я подстрелил крупную совершенно черную обезьяну; еще один – желторукий вид, по рассказам туземцев, населяет остров Маражо, вероятно, это М. flavimanus , Kuhl; на некотором расстоянии вверх по Тапажосу водится ревун коричневато черного вида; наконец, на Верхней Амазонке я встречал лишь Mycetes ursinus с блестящей шерстью желтовато красного цвета.

В сухих лесах Вила Новы я впервые увидал гремучую змею. Однажды, возвращаясь домой по узкой тропе, я вдруг услыхал совсем рядом дробный стук. Поблизости стояла высокая пальма, крону которой отягощали паразитные растения, и я подумал было что это трещит дерево, которое вот вот упадет. Но ветер на мгновение стих, я понял, что шум идет с земли. Я повернул голову в том направлении, и тут меня испугало нечто вроде всплеска: теперь лишь я увидел, что чуть ли не из под моих ног ползет, тяжело скользя, большая змея. Земля всегда до того загромождена гниющими листьями и ветками, что обнаружить змей можно только тогда, когда они движутся. Жители Вила Новы не поверили, что я видел в их окрестности гремучую змею; действительно, нет сведений о том, что она вообще встречается в лесах; ее местообитанием служат открытые кампу: там, близ Сантарена, я убил несколько гремучих змей. Во время второго моего посещения Вила Новы я видел еще одну гремучую змею. У меня была тогда собачка по имени Диаманти, которая обыкновенно сопровождала меня на прогулках. Однажды она кинулась в чащу и сделала стойку перед большой змеей, голову которой я увидел над листвой.
Бестолковая зверушка подошла совсем близко, и тогда змея слегка приподняла хвост и затрясла своей страшной трещоткой. Прошло немало времени, прежде чем мне удалось отвести собаку. Случай этот наряду с рассказанным выше свидетельствует о том, как медлит пресмыкающееся, прежде чем совершить роковой прыжок.

Много досаждали и в то же время забавляли меня грифы урубу. Португальцы называют их корву, т.е. воронами; цветом и общим видом они несколько походят на грачей, но гораздо крупнее. Кожа вокруг клюва и горла у них обнаженная, черная и морщинистая. К концу дождливого сезона они собираются в огромных количествах в селениях и от голода набрасываются на все, что попадется. Мой повар, пока стряпал обед, не мог ни на мгновенье покинуть открытую кухню сзади дома из за их воровских наклонностей. Некоторые из них всегда вертелись вокруг, выжидая удобного случая, и стоило только оставить кухню без охраны, как отважные мародеры забирались туда и поднимали клювами крышки кастрюль, чтобы полакомиться содержимым. Деревенские мальчишки, притаившись в засаде, стреляют в них из лука, и грифы стали гак бояться этого оружия, что их нередко можно отогнать, подвесив лук к стропилам кухни. С наступлением сухого сезона полчища урубу следуют за рыболовами к озерам, где пожирают отбросы рыбного промысла. К февралю грифы возвращаются в селение, но в это время они не так прожорливы, как перед летними своими вылетами.

Насекомые Вила Новы в значительной степени те же, что в Сантарене и на Тапажосе. Впрочем, в каждом отряде имеется здесь по нескольку видов, не встречающихся нигде в других местах по Амазонке, не считая еще нескольких форм, которые правильно рассматривать как местные разновидности (или расы) видов, встречающихся в Пара, на северном берегу Амазонки или еще где либо в тропической части Америки. Перепончатокрылые были особенно многочисленны, как то всегда бывает в местностях с песчаной почвой. Собранные мной сведения об их привычках удобнее будет изложить в рассказе о тех же или сходных видах, встречающихся в упомянутыx выше областях. На широких лесных аллеях встречалось несколько видов Morpho. Один из них представлял собой форму, близко родственную Morpho hecuba , о котором я говорил, чтo он встречается в Обидусе. Форма Вила Новы в достаточной мере отличается от hecuba, чтобы считать ее особым видом, и описана под названием М. ctsseis . Форма эта, очевидно всего лишь местная разновидность М. hecuba , а область распространения вида в целом ограничена барьером широкой Амазонки. Зрелище этих колоссальных бабочек, носящихся парами и тройками на громадной высоте в неподвижном воздухе тропического утра, совершенно великолепно. Крыльями они взмахивают лишь через долгие промежутки времени: я видел, как они пролетали весьма значительное расстояние без единого взмаха. Мышцы их крыльев и грудь, к которой эти мышцы прикреплены, очень слабы по сравнению с большой площадью и весом крыльев; но большой размах крыльев, без сомнения, помогает насекомым сохранять направление полета в воздухе. Morpho относятся к самым заметным из насекомых, населяющих леса тропической части Амазонки; широкие прогалины лесов Вила Новы, по видимому, особенно для них подходящие, потому что я заметил здесь шесть видов. Самые крупные экземпляры Morpho cisseis имеют 7,5 дюйма в размахе. Другой, более мелкий вид, поймать который мне не удалось, был бледного серебристо голубого цвета; когда бабочка взмахивала крыльями на большой высоте, блестящая поверхность ее крыльев сверкала в солнечных лучах, как зеркало.

Покончим, однако, с нашим путешествием. Мы покинули Вила Нову 4 декабря. 5 го под легким ветерком судно перешло на противоположный берег и прошло вход в Парана Мирим ду Арку, т.е. «маленькой реки дуги»: так называется короткий рукав главного русла, имеющий дугообразную форму и вновь соединяющийся с Амазонкой несколько ниже Вила Новы. 6 го, миновав большой остров в середине реки, мы добрались до места, где полоса отвесных глинистых обрывов, называемая Баррейрус ди Карарауку, слегка отклоняется от направления главного русла реки, как и в Обидусе. Немного ниже этих обрывов находилось несколько домов поселенцев; Пена оставался здесь десять дней, чтобы поторговать, и я хорошо воспользовался этой задержкой, значительно пополнив свои коллекции.

В первом доме справляли какой то праздник. Из за мелководья мы бросили якорь на некотором расстоянии от берега. Рано утром к нам подошли три лодки, груженные соленой рыбой, ламантиновым жиром, домашней птицей и бананами – продуктами, которые владельцы хотели обменять на различные предметы, необходимые для фесты (праздника).

Вскоре я вышел на берег. Главой дома был высокий, хорошо сложенный цивилизованный тапуйо Марселину; на мой взгляд, вместе с женой, худощавой и крепкой деятельной старой индианкой, обязанности хозяев дома они выполняли великолепно. Общество состояло из 50 60 индейцев и мамелуку; некоторые из них знали португальский язык, но в разговорах между собой они пользовались только языком тупи. Праздник был в честь зачатия божьей матери, и, когда люди на берегу узнали, что у Пены на борту есть изображение святой, более красивое, чем у них, они поехали в лодках, чтобы одолжить его; Марселину взял на себя попечение о статуэтке – он тщательно обернул ее красиво отороченным белым полотенцем. Когда изображение было доставлено на берег, устроили шествие от причала к дому, дали салют из пары дрянных ружей, и затем святую аккуратно уложили в семейный ораториу. Вечером, после того как спели литанию и гимн, все собрались на ужин вокруг большой циновки, разостланной на ровной площадке вроде террасы перед домом. Ужин состоял из большой вареной пираруку, которую специально убили острогой утром, тушеной и жареной черепахи, груд маниоковой крупы и бананов. Старая госпожа с двумя молодыми девушками выказывали величайшую расторопность, прислуживая гостям; Марселину важно стоял рядом, наблюдая за нуждами гостей и отдавая необходимые распоряжения жене. Покончив с едой, приступили к обильной выпивке, а вскоре вслед за тем перешли к танцам, на которые пригласили нас с Пеной. Напитком служил главным образом спирт, который здешний народ сам перегоняет из маниоковых лепешек. Танцы были все одного и того же рода, а именно различные варианты ландума – эротического танца, сходного с фанданго, который был некогда заимствован у португальцев. Танцевали под аккомпанемент двух гитар с проволочными струнами, на которых по очереди играли молодые люди. Все проходило довольно спокойно, принимая во внимание, сколько было выпито крепкого спиртного, и бал длился до зари следующего утра.

Мы посетили один за другим все дома. Один дом был расположен в очаровательном месте, над широким песчаным пляжем у входа в Парана Мирим ду Мукамбу – проток, ведущий к внутреннему озеру, где живут дикари племени мура. В доме этом жило, видимо, трудолюбивое семейство, но из мужчин никого не было: они солили пираруку на озерах. Дом, как и соседние, представлял собой простой каркас из кольев, крытый пальмовыми листьями, стены были кое как оплетены и обмазаны землей; но этот был больше и внутри гораздо чище, чем остальные. Он был полон женщин и детей, которые целый день занимались своими разнообразными делами: одни плели гамаки в громоздкой раме, на которой держалась основа, тогда как челнок медленно пропускался рукой по всей шестифутовой ширине пряжи; другие пряли хлопчатобумажную нить; третьи чистили, отжимали и пекли маниок. Это семейство расчистило и обрабатывало большой участок земли; почва была необыкновенно богатая, на отвесных берегах реки близ дома обнажалась вся многофутовая глубина рыхлого растительного перегноя. Кроме обычных делянок с кукурузой, сахарным тростником и маниоком, тут имелась большая табачная плантация. Дом окружала роща капоковых, какаовых, кофейных и плодовых деревьев. Мы провели две ночи на якоре в мелководье напротив пляжа. Погода стояла самая великолепная, и полчища дельфинов кувыркались и фыркали вокруг лодки всю ночь.

В этом месте мы пересекли реку и вошли в узкий проток, который ведет в глубь острова Тупинамбаранса, к цепи озер, называемой Лагус ди Карарауку. Вдоль рыхлых землистых берегов несется страшное течение, вгрызающееся в них и заваливающее реку остатками леса. Устье протока лежит милях в 25 от Вила Новы; вход в него шириной всего ярдов 40, но дальше проток сильно расширяется. В течение тех суток что мы провели там, нам доставляли жестокие страдания укусы насекомых. Ночью совершенно невозможно было уснуть из за москитов; они мириадами нападали на нас и без долгого жужжания усеивали наши лица столь же густо, как капли воды в ливень. Люди набивались в каюты и пытались отогнать паразитов дымом горящих тряпок, но толку было мало, хотя сами мы в это время чуть не задохнулись. Днем муха мотука, куда более крупная и страшная, чем москиты, настойчиво требовала своей доли крови. Она изводила нас еще много дней спустя, но это место было, по видимому, ее родиной. Вид этот описан Перти, автором энтомологической части отчета о путешествиях Спикса и Марциуса, под названием Hadrus lepidotus . Это представитель семейства Tabanidae и, действительно, близко родствен Haematopota pluvialis – коричневой мухе, которая часто встречается в летнее время на опушках лесов в Англии. Мотука бронзово коричневого цвета; хоботок ее состоит из пучка роговых ланцетиков, более коротких и широких, чем у других представителей семейства, к которому она принадлежит. Укол ее не причиняет большой боли, но на теле оказывается такая большая ранка, что из нее маленькой струйкой течет кровь. Сонмы их летают весь день вокруг лодки, и иногда на чью нибудь лодыжку одновременно садятся восемь десять мух. Движения мухи неуклюжи, и, когда она садится, ее легко убить пальцами. Пена отправился на монтарии вперед, к местам, где ловят пираруку, на озеро, расположенное в глубине местности; но. добраться туда ему не удалось из за большой длины и запутанности протоков, поэтому, потеряв понапрасну день, во время которого я, впрочем, совершил полезную прогулку в лес, мы снова перешли к другому берегу реки и 16 го продолжали наше плавание вдоль северного берега.

Глинистые обрывы Карарауку тянутся на несколько миль. Твердые пласты розового и красного цвета здесь чрезвычайно толсты и кое где имеют плотную каменистую структуру. Высота обрыва от 30 до 60 футов над средним уровнем реки; глина залегает на пластах такого же крупнозернистого сцементированного окислами железа конгломерата, как тот который столь часто упоминался. Огромные глыбы этого последнего были отделены от обрыва и унесены силой стечения наверх, где видны теперь залегающими на глинистых террасах. Поверх всего лежит слой песка и растительного перегноя, на котором растет высокий лес, доходящий до самого края обрыва. Миновав эти баррейру [обрывы], мы продолжали наш путь вдоль низменного необитаемого берега, одетого повсюду, где только он поднимался выше верхнего уровня воды, обычными ярко окрашенными лесами возвышенных участков игапо; широкие и правильной формы листья пальмы мурумуру, которой здесь чрезвычайно много, великолепно украшали лес. Там же, где почва была ниже верхнего уровня разливов Амазонки, преобладали деревья Cecropia, иногда разбросанные по лужайкам с высокими широколистными травами вокруг маленьких озер, которые изобилуют водяной птицей. На большей части берега встречались аллигаторы; кое где мы видели также небольшие стада Capybara (крупный грызун, нечто вроде колоссальной морской свинки) вбуйной листве на илистых отмелях; там и сям прыгали с разбегу с дерева на дерево стаи обезьян – изящных саимири (Chrysothnx sciureus) и резвых каиарар (Cebus albifrons). 22 го мы миновали устье самого восточного из многочисленных протоков, которые ведут к большому внутреннему озеру Сарака, а 23 го пробирались по ряду проливов между островами, где, за 90 миль от последнего дома у Карарауку, снова увидели человеческое жилье. 24 го мы прибыли в Серпу. Серпа – небольшое селение, состоящее домов из 80, оно построено на берегу, поднимающемся на 25 футов над уровнем реки. Слои глины табатинга, которые здесь перемешиваются со шлаковидным конгломератом, в некоторых местах склона красиво раскрашены в разные цвета; этому обстоятельству городок обязан своим названием на языке тупи – Итакуатиара, что означает «полосатая (или раскрашенная) скала». Это – старое поселение; некогда оно служило местопребыванием окружного правительства, власть которого распространялась на Барра ду Риу Негру. В 1849 г. это была жалкая на вид деревушка, но впоследствии она возродилась так как Амазонская пароходная компания выбрала ее местом для постройки паровой лесопильни и черепичных фабрик. Мы прибыли в сочельник, когда селение выглядело весьма оживленно: на праздник собралось много народу. Порт был полон лодок, больших и малых, – от монтарии с ее сводчатым навесом из плетеных лиан и листьев маранты до двухмачтовой куберты мелочного торговца; последний заехал сюда поторговать с поселенцами, явившимися на праздник из дальних ситиу. Мы бросили якорь рядом с игарите, хозяином которой был старый индеец жури; большое черное пятно вытатуированное посередине лица, и волосы, коротко подстриженные повсюду, за исключением одной полоски на лбу, очень безобразили его. После полудня мы высадились на берег. Население, кажется, состояло главным образом из полуцивилизованных индейцев, которые жили, как обычно, в неотделанных земляных лачугах. Извилистые улицы заросли сорняками и кустарниками, изобиловавшими
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   40

Похожие:

Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconГенри Уолтер Бейтс Натуралист на Амазонке
«Натуралист на реке Амазонке»: Государственное издательство географической литературы; Москва; 1958
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconМ. З. Гонейм. Потерянная пирамида. Государственное издательство географической литературы

Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconФизика и музыка
Государственное Издательство Детской Литературы Министерства Просвещения рсфср москва 1962
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconЖюль Верн Зимовка во льдах
««Собрание сочинений», т. 12»: Государственное издательство художественной литературы; Москва; 1957
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconАлен Бомбар За бортом по своей воле
«За бортом по своей воле»: Государственное издательство географической литературы; 1963
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconАлександр Сергеевич Пушкин
Рассказы о русских писателях; Государственное Издательство Детской Литературы, Министерство Просвещения рсфср, Москва, 1960 г
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconЧарльз Диккенс Принц бык (Сказка) «name=»Рассказы
«Собрание сочинений в тридцати томах»: Государственное издательство художественной литературы; Москва; 1960
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconАлександр Сергеевич Пушкин Стихотворения 1823-1836
«Собрание сочинений в десяти томах. Том второй»: Государственное издательство Художественной Литературы.; Москва; 1959
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconКнига до сих пор представляет интерес для любителей живой природы
«Путешествие с домашними растениями»: Государственное Издательство Детской Литературы; Москва; 1951
Москва, Государственное издательство географической литературы,1958 iconАлександр Сергеевич Пушкин Стихотворения 18231836
«Собрание сочинений в десяти томах. Том второй»: Государственное издательство Художественной Литературы.; Москва; 1959
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org