Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна



Скачать 160.08 Kb.
Дата24.04.2013
Размер160.08 Kb.
ТипСтатья
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века
Земляная Татьяна Борисовна,

Институт научной информации и мониторинга РАО,

zemlyanaya@yandex.ru

Павлычева Ольга Николаевна,

Институт научной информации и мониторинга РАО,

olganik78@mail.ru
Аннотация

Статья отражает основные моменты образовательной реформы начального и среднего образования в Российском государстве 1803-1804 гг. Рассмотрено состояние начального и среднего образования в этот период, в том числе организация процесса обучения в приходских школах, двухгодичных уездных училищах и гимназиях.

Статья рассчитана на юристов, историков, а также всем, кто занимается изучением и подготовкой научной литературы по истории образования.

Ключевые слова: образование, школа, воспитание, государственная политика в области образования, обучение, училище, книга, учебник, духовное образование, сословное образование, гимназия, приходская школа, уездное училище.
Abstract

Article reflects main issues of educational reform of primary and secondary education in the Russian state of 1803-1804. The condition of primary and secondary education is considered during this period, including the organization of process of training at parishional schools, biennial district schools and gymnasiums.

Article is calculated on lawyers, historians, and also everything who is engaged in studying and preparation of scientific literature on an education stories.

Keywords: education, school, education, state policy in the fields of education, training, school, the book, the textbook, spiritual education, class education, a gymnasium, parishional school, district school

Низшей ступенью образования являлись приходские училища, которые могли учреждаться в городах и селениях при каждом церковном приходе: «…в губернских и уездных городах, равным образом и в селениях каждый церковный приход или два вместе, судя по числу прихожан и отдалению их жительств, должны иметь по крайней мере одно приходское училище…»1. В них принимались дети «всякого состояния» без различия «полу и лет».

Положением Синода от 12 сентября 1804 г. церковнослужители обязывались принимать участие в создании приходских училищ. В свою очередь, государственные нормативные акты предписывали поддержку духовенства в создании школ губернскими властями. По указанию Синода, обучением в приходских школах должны были заниматься дьяконы и причетники, учившиеся в семинариях. Сам процесс обучения осуществлялся в светских домах по книгам, изданным государством.


Какие же предметы изучались в приходских училищах? Таковыми были Закон Божий, чтение, письмо, четыре действия арифметики, нравоучение и объяснительное чтение книги «Краткое наставление о сельском домоводстве».

В соответствии с «Уставом учебных заведений, подведомых университетам» от 5 ноября 1804 г. обучение в приходских училищах велось в течение лишь одного года. Все предметы преподавал один учитель. Это также вызывало трудности: «что касается учебнаго курса, установленнаго Уставом 1804 г. для приходских училищ, то даже вполне хорошо приготовленные учителя не могли пройти этот курс с учащимися в течение одного года, а притом и таких хороших учителей почти не было».2

Приходские училища создавались, как сказано в Уставе, «для двоякой цели: 1-е, чтобы приуготовить юношество доя уездных училищ, если родители пожелают, чтобы дети их продолжали в оных учение; 2-е, чтобы доставить детям земледельческих и других состояний сведения им приличные, сделать их в физических и нравственных отношениях лучшими, дать им точные понятия о явлениях природы и истребить в них суеверия и предразсудки, действия коих столь вредны их благополучию, здоровью и состоянию» (§ 119).

Так, в Уставе 1804 г. предусмотрено, что курс обучения включал чтение, письмо и «первые действия арифметики», главные начала закона Божия и нравоучение, а также чтение с объяснением книги «Краткое наставление в сельском домоводстве, произведениях природы, сложении человескаго тела и вообще о средствах к предохранению здоровья». Учителями в приходских училищах чаще всего были священники (§ 120).

«Предварительные правила народного просвещения» 1803г. предписывали начинать учение после окончания полевых работ и продолжать 6-7 месяцев. Учителям давались указания, сколько времени они должны были посвящать той или другой части учебного плана.

Таким образом, налицо была преемственность обучения в гимназиях, уездных и приходских училищах. Такое положение оставалось до 1810 г., т.е. до реформы гимназического образования, проведенной попечителем Петербургского учебного округа С.С. Уваровым.

В соответствии с § 118 Устава «Сии училища в казенных селениях вверяются приходскому священнику и одному из почетнейших жителей; в помещичьих мелениях они предоставляются просвещенной и благонамеренной попечительности самих помещиков».

Приходские училища содержались за счет приходов, а все другие ступени обучения находились на государственном бюджете. Правда, предполагалось, что приказы общественного призрения будут нести часть расходов на уездные училища, но фактически они теперь отказались предоставлять субсидии на школу и вообще положение, при котором местные власти не хотели расходовать средства, не способствовало открытию новых школ.

Создание приходских училищ было встречено многими образованными людьми с надеждой. Так В.Н. Карамзин после издания «Предварительных правил народнаго просвещения» 1802 г., писал, что главным благодеянием устава останется навсегда заведение сельских школ. Учреждение сельских школ несравненно полезнее всех лицеев, будучи истинным народным учреждением, истинным основанием государственного просвещения. Предмет их учения есть важнейший в глазах философа. Между людьми, которые умеют только читать и писать, и совершенно безграмотным гораздо более расстояния, нежели между неученым и первым метафизиком в свете… Чтение и письмо открывают человеку новый мир, особливо в наше время, при нынешних успехах разума. Сверх того, мудрое правительство, еще умножает пользу сельского учения, соединяя с ним начальное основание морали простой, ясной, истинно человеческой и гражданской.3

В начале ХIХ в. приходских училищ создавалось очень мало: в 1803г. их было открыто 4, в 1804 г. - 10, в 1805 г. - 22, в 1806 г.- 34, в 1807 г.- 13, Только 5% всех приходов в стране имели в начале века училища. В обучении учащихся низшего уровня определенное распространение получил ланкастерский метод, суть которого состояла в подготовке наиболее способных учеников, обучавших затем остальных учащихся.

Ланкастерская система довольно успешно была применена графом М.С. Воронцовым в Русском оккупационном корпусе, оставленном в 1815 г. в Мобеже во Франции. Было организовано четыре ланкастерских училища; в одной из таких школ обучалось 300 солдат, овладевших чтением и письмом в течение трех месяцев.

Успешно работала по ланкастерскому методу школа в Киеве, организованная для солдат графом В.Ф. Одоевским. Известно, что эта система применялась во многих армейских частях представителями будущего декабристского движения. Набор изучаемых дисциплин был довольно широким: включал историю, географию и другие предметы.

В начале 20-х гг. ланкастерские школы в армии стали закрываться, а их прогрессивно настроенных руководителей постигли аресты за пропаганду среди солдат «преступных» взглядов.

Однако, как отмечает М.И. Демков, надежды на приходские школы не оправдались. Крестьяне при крепостной зависимости пользы грамоты не понимали, а если и понимали, то не способствовать развитию училищ, помещики крайне неохотно заботились об открытии училищ, одно духовенство старалось по-прежнему, служить делу первоначального народного образования, но и оно не могло много сделать из-за недостаточности средств. Тем не менее, во многих местах священники старались о заведении сельских школ, жертвовали свой труд, а порой оказывали им даже материальную помощь. Так в 1806 г. в одной только Новгородской губернии было открыто духовенством до 110 сельских школ – число громадное для того времени. Местные священники приняли в них на себя безвозмездно учительские должности и даже некоторые их них уступили под школы свои дома. Но в целом из-за отсутствия достаточных материальных средств и поддержки со стороны помещиков и государства сельские школы не имели прочного существования и большей частью закрывались4.

Уездные училища (промежуточная ступень) с двухгодичным сроком обучения предполагалось создать вместо малых народных училищ по одному (а при наличии средств и больше) в каждом губернском и уездном городе: «…В каждом губернском и уездном городе должно быть, по крайней мере, одно уездное училище, в больших же городах по два таковых училища и более, если будут к содержанию оных способы...»5.

Цель учреждения уездных училищ в Уставе 1804 г. обозначена следующая: «готовить юношество для гимназий, если родители пожелают дать детям своим лучшее воспитание, и, второе, открыть детям различнаго состояния необходимыя познания, сообразныя состоянию их и промышленности» (§ 84). Здесь имеются в виду торгово-промышленные слои населения.

Уездные училища частично содержались за счет государственного бюджета, в основном же — за счет местных средств. В программу уездных училищ входило 15 учебных дисциплин. Одним из главных предметов уездных училищ было чтение книги «О должностях человека и гражданина», написанной в конце XVIII в.: монархический и крепостной строй характеризовался в ней как строй незыблемый, установленный самим Богом.

В уездном училище учение разделялось на два годичных курса, при 28 часах в неделю, и велось двумя учителями. В нем преподавались: закон Божий и священная история, должности человека и гражданина, русская грамматика (в губерниях с населением не русским и местный язык), чистописание, правописание и правила слога, всеобщая и русская история, арифметика, начальные правила физики, естественной истории и технологии, имеющие отношение к местному положению о промышленности, рисование. Учителя уездного училища состояли в 12 классе государственных чиновников.6

Двухлетний курс уездного училища был очень обширен и едва ли где-нибудь выполнялся в полном объеме. Как говорил М.П. Погодин, опыт показал бесполезность такого учебного плана и невозможность его выполнения, если бы он даже имел за собою какое-либо педагогическое основание, почему в мое время многие предметы сошли с расписания; не было ни «должностей человека и гражданина», заменившихся «правилами для учащихся»; ни правил слога, ни начальных правил геометрии, физики, естественной истории и технологии, ни рисования.7

М.И. Демков, обозначая особенности устройства уездных училищ, приводит отрывки из воспоминаний, в частности проф. А.В. Никитенко, который в своих «Записках и дневниках» говорит: «по приезде в Воронеж я был представлен смотрителю уезднаго училища П.В. Соколовскому, с придачею кулька, вмещавшего в себе голову сахару, фунт чаю и штоф кизлярской водки. Не знаю, вследствие ли рекомендации Белякова, или благодаря этой придаче, я удостоился благосклоннаго приема и был немедленно занесен в число учеников т.н. низшаго отделения. Я скоро очутился на первой скамье, первым учеником, сначала авдитором, а там и цензором. В авдиторы у нас в школе назначались лучшие ученики. На них лежали обязанности вести списки или нотаты товарищей, каждое утро, по приходе в школу, проверять степень их прилежания и ставить соответственныя отметки. Отобрав от авдитора нотаты, учитель вручал их одному из учеников – обыкновенно из плотных и рослых, который и приводил в исполнение раз навсегда установленный над ленивыми и нарадивыми приговор. Вооруженный линейкою, он делал обход класса, начиная с прорсуса до ерравита и распределял между ними определенное число палей, т.е. ударов линейкою по ладони. Ерравиту, как менее виновному, делалось только словесное внушение. Звание цензора считалось высшим школьным отличием. На него имел право только первый ученик, которому поручался общий надзор за порядком и благонравием в классе. Он наблюдал за тишиною и порядком до прибылия учителя и во всех случаях, где школьники собираются в мессе. Нарушителей порядка и благочиния он записывал в особую тетрадь, которую в сове время представлял на разсмотрение учителя, а тот уже приговаривал шалунов к тому или другому наказанию в виде розок или палей. Что касается учения, оно в нашем училище – за исключением разве только большей добросовестности учителей – шло ни хуже, ни лучше, чем во всех русских школах того времени. Наставники наши были лишь с одним способом преподавания – а именно заставляли нас все заучивать наизусть по кратким учебникам».8

Прием окончивших уездные училища в гимназии проводился без экзаменов. Задача гимназии состояла в том, чтобы подготовить юношей к университетскому курсу и дать законченное образование, необходимое для «благовоспитанного человека», кроме того гимназии готовили учителей для низших школ.

Вместе приходское и уездное училища составляли народную школу.

Гимназии (средняя ступень) по плану Министерства народного просвещения предусматривалось открыть в каждом губернском городе на средства казны, путем преобразования главных народных училищ или создания новых учебных заведений. Так согласно п. 3 Устава учебных заведений, подведомых университетам, утвержденному 5 ноября 1804 г. «На основании предварительных правил народного просвещения, в каждом губернском городе должна быть одна гимназия. Может быть и более оных в губернском или других городах, ежели есть способы к содержанию таковых заведений…»9.

Перед гимназией ставилась двоякая цель: 1) приготовление к университетским наукам юношества, которое по склонности к оным или по званию своему, требующему дальнейших познаний, пожелает усовершенствовать себя в университете; 2) преподавание наук тем, кои, не имея намерения продолжать оныя в университетах, пожелают приобресть сведения, необходимыя для благовоспитанного человека (§ 4 Устава).

Помимо подготовки к университету она готовила учителей для низших ступеней школ, а для гимназий учителей готовил университет.

Учебный план гимназий был весьма обширным и имел энциклопедический характер. В течение 4-х лет учащиеся осваивали кроме полных курсов латинского, немецкого и французского языков, курс географии и истории, включая мифологию и древность, курс статистики общей и частной Российского государства, начальный курс философии и изящных наук, начальные основания политической экономии, курс математики чистой и прикладной, курс опытной физики и естественной истории, также начальные основания наук, относящихся до торговли, основания технологии и рисования (§ 5 Устава).

В соответствии с § 14 Устава «В гимназию принимаются всякого звания ученики, окончившие науки в уездных училищах, или в училищных заведениях либо и дома, если только имеют достаточныя сведения к продолжению наук, преподаваемых в гимназиях».

Как указывается в § 28 Устава, учебное время в гимназии продолжается с 1 августа предыдущего года до 1 июля следующего года. Июль – время вакации или роздыха. Дабы лучше соединить теорию с практикою и дать ученикам ясное понятие о многих предметах, которые проходили они в классах, учители, преподающие математику, естественную историю и технологию, должны с более успевшими из своих учеников ходить во время вакаций за город, сие послужит, как сказано в Уставе, тем ученикам некоторым награждением. «Учитель естественной истории и технологии собирает травы, различные роды земель, камней и изъясняет их свойства и отличительные признаки. В зимнее же время сей же учитель с частью своих учеников осматривает в городе фабрики, мануфактуры и мастерския художников, дабы предметы, которые он преподает по сей части, объяснить практически; ибо рисунки и описания не могут дать яснаго и достаточнаго о том понятия».

Учителя наук, преподаваемых в гимназии, назывались старшими и состояли в 9-м классе государственных чиновников. Учителя языков называются младшими и состоят в 10 классе. На каждую гимназию полагалось 8 штатных учителей.10

Как предписывается § 40 Устава, учитель должен стараться всеми силами, чтобы ученики преподаваемые им предметы понимали ясно и правильно, он должен быть терпеливым и исправным и полагаться больше на свою прилежность и порядочные правила, нежели на чрезмерный труд учеников своих. Для малолетних детей он старается сделать учение свое легким, приятным и более забавным, нежели тягостным.

При наставлении всех учащихся, а особливо возрастных, учитель должен стараться более об образовании и изощрении разсудка, нежели о наполнении и упражнении памяти, не теряя из виду главнаго предмета юношескаго наставления, состоящего в том, чтобы приучить детей к трудолюбию, возбудить в них охоту и привязанность к наукам, которая, по выходе их из училища, заставила бы их пещить о дальнейшему совершенствовании себя, показать им путь к наукам, дать почувствовать цену оных и употребления и чрез то сделать их способными ко всякому званию; особливо ж дать уму и сердцу их надлежащее направление, положить в них твердыя основания честности и благонравия, исправить и преодолеть в них худыя склонности (§ 41).

Учители занимают у своих учеников место родителей, и потому должны принять их чувствование, кротость, ласковость, терпение и внимание к их пользе, сердцу родителей свойственныя. По мысли Устава, первым предметом попечения учителя должно быть то, чтобы хорошо вызнать свойства и нравы детей, дабы можно было лучше управлять ими; он должен стараться с самого начала взять власть над детьми, состоящую в некотором преимущественном виде, внушающем к нему почтение, любовь и повиновения. Он должен всегда как сам говорить правду, так и детей наставлять говорить оную, поощрять их к чести, употребляя похвалы, награждения, ласковость, приучать к учтивости, опрятности и исправности и руководствовать ко всякому добру своими речами и примерами (§ 44).

Надлежит учителям остерегаться и остерегать воспитанников своих от всех суеверных, баснословных и развратных дел и разговоров, а напротив вести беседы с учащимися, которыя могли бы расположить сердца их к добродетели, а душу к благомыслию (§ 47).

Уставом определены требования к директору гимназии. Так в § 65 сказано, что в «в избрании Директора наблюдается, чтобы он был сведущ в науках, мог исправно судить об искусстве учителей и успехах учеников; был бы деятелен, благонамерен, Любил порядок и добродетель, усердствовал пользам юношества и знал цену воспитания».

В своем труде по истории русской педагогии М.И. Демков11, приводит воспоминания о гимназиях первой четверти 19 века: так, у «Сто одного» мы находим описание учения в Рязанской гимназии. Гимназия, по его словам, состояла в то время из 4-х классов и помещалась вместе с двухклассным уездным училищем. Ученики были разночинцы. На одних лавках с немногочисленными дворянскими детьми сидели дети мещан, солдат, почтальонов, дворовые. Дворянство обыкновенно избегало школ с таким смешанным составом, боясь за нравственность своих детей, которых потому и держали при себе под позором наемных учителей, гувернеров и гувернанток или помещали в пансионы, одержимые иностранцами.12 Кроме того, отмечается, что возраст (учащихся) был заметно неравным: наряду с девятилетними, десятилетними мальчиками сидели здоровые и рослые ребята лет 16-17, сыновья лакеев, кучеров, сапожников. Все это пестрое общество, говоря правду, не могло похвалиться приличным содержанием. До прихода учителя в классе стоял стон-стоном от шума, возни и драки. Остановить шалунов и забияк было некому: ни при училище, ни при гимназии не имелось надзирателя.

То же самое повторяет и М.П. Погодин, относительно Московской губернской гимназии «А каков был надзор над нами? Надзора над нами не было собственно никакого. Директор ничего не делал, инспектор почти не существовал, или существовал отрицательно, главный учитель русской словесности ничему не учил, исторический также. Надзирателей не было. Один был учитель хороший, другой – хороший, третий порядочный – вот и все. О развитии, которое после вошло в моду, не было и помину»13.

В последующие годы царствования Александра поворот от общегуманных целей образования к узкосословным делается еще круче и решительнее. В 1820 году был издан устав Дерптского университета, в котором (§ 2) прямо заявлялось, что "круг действия и цель училищ всякого рода сами собой определяются различными классами, на которые человеческое общество разделяется. Классы сии, в отношении к публичному учению, могут быть следующие: первый тот, принадлежащие к коему снискивают себе ежедневное пропитание тяжелою телесною работою; второй тот, состоящие в котором назначаются к ремеслам или промышленности; третий класс тот, котораго члены посвящают себе наукам для службы государственной или общественной", хотя при этом и прибавлено, что различные роды училищ не должны принадлежать исключительно одному какому-либо классу граждан 1. Соответственно этому и дерптской гимназии указывалась такая задача — подготовка служилого сословия. Спустя несколько лет такие цели были поставлены и всем гимназиям. В уставе 1828 года сказано: "Общая цель учебных заведений, состоящих в ведомстве университетов, заключается в том, чтобы при нравственном образовании доставлять юношеству средства к приобретению нужнейших по состоянию каждого познаний" (§ 1).

В соответствии с таким общим назначением учебных заведений и гимназиям была поставлена задача: готовить к университету и давать приличное по званию учащихся воспитание (§ 134), т. е. приличное воспитание для детей дворян (§ 137).

Таким образом, стремление сделать образование строго сословным, пригвоздить каждое сословие к определенной для него школе и ни в какие другие не пускать, было основным стремлением школьной политики — узкого сословного профессионализма. Общее образование и развитие казалось не только бесполезным, но даже вредным, умственным развратом, ведь государству люди не нужны, а пожалуй, они могут быть и вредны, ему нужны профессионалы разных сортов и видов. Правительство отказывалось смотреть на граждан как на людей. Граждане или, точнее, подданные суть дворяне, мещане, духовные, крестьяне, торговцы, но не люди.14
Литература

  1. Алешинцев И.А. Сословный вопрос и политика в истории наших гимназий в XIX веке. - СПб., 1908.

  2. Время школьнаго учения. Уездное училище и гимназия (1816-1822). // Русский Вестник, 1876. Т.125.

  3. Демков М.И. История русской педагогии. Часть 3. Новая русская педагогия (XIX век). - М.: Типография Императорскаго Московскаго Университета, 1909.

  4. О новом образовании народнаго просвещения в России. 1803 г. / Сочинения Карамзина. Т. 3. - СПб.: Издательство А. Смирдина, 1848.

  5. Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Том 28 (1804-1805). - СПб.: Типография 2 отделения Его Императорского Величества канцелярии, 1830.

  6. Школьныя воспоминания (1814-1820г.г.) // Вестник Европы, апрель 1868. Ст. 605-630.

1 Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Том 28 (1804-1805). - СПб.: Типография 2 отделения Его Императорского Величества канцелярии, 1830, С. 640.

2 Демков М.И. История русской педагогии. Часть 3. Новая русская педагогия (XIX век). - М.: типография Императорскаго Московскаго Университета, 1909, С. 39.

3 О новом образовании народнаго просвещения в России. 1803г. /Сочинения Карамзина. Т.3. - СПб.: издательство А. Смирдина, 1848, с. 353-354.

4 Демков М.И. История русской педагогии. Часть 3. Новая русская педагогия (XIX век). - М.: типография Императорскаго Московскаго Университета, 1909, С. 38.

5 Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Том 28 (1804-1805). - СПб.: Типография 2 отделения Его Императорского Величества канцелярии, 1830, С. 636.

6 Демков М.И. История русской педагогии. Часть 3. Новая русская педагогия (XIX век). - М.: типография Императорскаго Московскаго Университета, 1909, С. 35.

7 Время школьнаго учения. Уездное училище и гимназия (1816-1822). // Русский Вестник, 1876, т.125, С.882.

8 Демков М.И. История русской педагогии. Часть 3. Новая русская педагогия (XIX век). - М.: типография Императорскаго Московскаго Университета, 1909, С. 37.

9 Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Том 28 (1804-1805). - СПб.: Типография 2 отделения Его Императорского Величества канцелярии, 1830, С. 626.

10 Демков М.И. История русской педагогии. Часть 3. Новая русская педагогия (XIX век). - М.: типография Императорскаго Московскаго Университета, 1909, С. 32.

11 Демков М.И. История русской педагогии. Часть 3. Новая русская педагогия (XIX век). - М.: типография Императорскаго Московскаго Университета, 1909, С. 34.

12 Время школьнаго учения. Уездное училище и гимназия. (1816-1822). // Русский Вестник. Т. 125, 1876, С.810.

13 Школьныя воспоминания (1814-1820г.г.) // Вестник Европы, 1868, апрель, Ст. 605-630

14 Алешинцев И.А. Сословный вопрос и политика в истории наших гимназий в XIX веке. - СПб., 1908. С.44-49.

Похожие:

Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconНаука и образование первой половины XIX в
Российской империи в первой половине XIX века, а так же с достижениями российской науки в это время
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconСостояние и развитие образования в русском государстве допетровского времени Земляная Татьяна Борисовна
Стоглавый собор и Домострой, отдельно исследовано значение книгопечатания для развития образования и просвещения в российском государстве...
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconМосковские департаменты правительствующего сената в системе государственного управления российской империи в первой четверти XIX века
Работа выполнена в центре «История России XIX века» Учреждения Российской академии наук Института российской истории ран
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconОбразовательная политика в России в XIX начале XX века Земляная Татьяна Борисовна
России в указанный период и подчеркивается тот факт, что образовательная система России, масштабы которой за столетие значительно...
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconВосточная политика Российской империи
Восточная политика Российской империи во второй половине XVIII – первой половине XIX в
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconВнешняя политика Российской империи во второй половине XIX века

Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна icon«Романтизм и реализм: история развития русской литературы в первой половине XIX века» Тип: Урок-лекция; урок-практикум. Цели: 1 сформировать представление об основных литературных направлениях русской литературы в первой половине XIX века
Цели: 1 сформировать представление об основных литературных направлениях русской литературы в первой половине XIX века, выявить их...
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconСамарина ольга ивановна
Государственная политика Российской Империи в отношении русских переселенцев-молокан на Кавказе в первой половине XIX -начале XX...
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconСша в первой половине XIX в. Гражданская война (1861-1865) США в первой половине XIX века
Этому содействовало наличие свободных земель на запад от первоначальных 13 штатов, природные богатства, прекрасный климат, все возраставший...
Состояние начального и среднего образования в Российской Империи в первой половине XIX века Земляная Татьяна Борисовна iconСтановление системы высшего образования в Советский период Земляная Татьяна Борисовна, Института научной информации и мониторинга рао
Рассмотрены главные черты организации процесса обучения в высших учебных заведениях рассматриваемого периода
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org