Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль



страница14/63
Дата28.05.2013
Размер7.1 Mb.
ТипДокументы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   63
часть отступающих сил противника обошла Хяменлинна стороной, и отряды красных,

двигавшиеся разными путями, собрались, как я и предполагал, к западу от Лахти.

Довольно скоро мятежники поняли, что из окружения им не выбраться. С севера подошла

Западная армия, с юга - Балтийская дивизия, на востоке дорогу перекрывала героическая

бригада полковника фон Бранденштайна. Окруженные войска пытались вырваться из

кольца. Но, хотя они и продемонстрировали отчаянную храбрость и презрение к смерти,

все их попытки были обречены на провал. Войска красных были разобщены, у них

отсутствовало единое командование. Бои продолжались еще несколько дней, и 2 мая

мятежники сложили оружие. Мы взяли в плен две тысячи человек. В наши руки попали

также несколько тысяч безоружных людей. Поддавшись пропаганде красных агитаторов,

они - с лошадьми, повозками и награбленным имуществом - присоединились к

войскам, пытавшимся пробиться в советский рай. В качестве военных трофеев мы

захватили 50 орудий и 200 пулеметов.

Еще тогда, когда наши войска только приближались к Тампере, мой генеральный штаб

разработал план наступления на Выборг. Он основывался на полученных нами точных

сведениях о боеспособности противника и его группировках на Карельском перешейке.

Силы противника на участке между Сайменским каналом и границей с Россией

составляли около 15000 человек. Основная [123] группировка из 7000 человек и 25 орудий

находилась близ Антреа на выступе фронта Ахола-Ханнила-Нятяля, а другая - 6000

человек и 44 орудия - на приграничной территории Раасули-Муолаа-Райвола-

Валкеасаари. Территория между Хейнйоки и озером Яюряпяя на центральном перешейке

была практически свободна. Точности ради следует сказать, что на левом фланге вблизи

Сайменского канала, в районе Лаппенранта-Йоутсено, находилось еще около 2000

человек и 12 орудий. Надо было учитывать и гарнизон в Выборге, насчитывавший около

2000 солдат. Там имелось большое количество артиллерии, по железным дорогам

передвигались хорошо вооруженные бронепоезда. Во время мировой войны русские

построили вокруг Выборга широкое кольцо мощных укреплений, а собственно город был

защищен оборонительным валом. Надо было принимать во внимание и русские войска,

находившиеся по ту сторону границы, их численность, по нашим оценкам, доходила до

10000 человек.

Свободная территория между группировками противника в центре перешейка позволила

нам сконцентрировать наши силы в двадцати километрах к югу от Выборга в районе

Хейнйоки. Отсюда можно было либо нанести прямой удар по городу, либо, двигаясь по

направлению к Антреа, выйти в тыл укрепрайона противника.
Все повторяло первую

часть операции под Тампере, и сражение можно было выиграть уже до того, как будет

достигнута основная цель наступления. Однако для этого следовало скрытно

сосредоточить войска в районе Хейнйоки и поддержать главный удар атаками на востоке

и юге перешейка. Одновременно надо было обезопасить наши тылы. Для операции такого

масштаба требовалось связать силы противника тактическими военными действиями и

перекрыть дорогу Выборг-Петроград.

Ознакомив полковника Аусфельда с планами будущей операции, я попросил его прибыть

на место 24 марта и предметно оценить возможности ее проведения. Через три дня

Аусфельд доложил, что план можно осуществить, только переправив войска на баржах по

Вуокси из Антреа до Хейнйоки.

Несколько батальонов уже двигались по направлению к Антреа и Кивиниеми. Я требовал,

чтобы все инструкции, касающиеся наступления, были подготовлены как можно раньше.

4 апреля, не дожидаясь падения Тампере, я отправился в Карелию, чтобы лично вникнуть

во все детали предстоящего наступления. [124] После переговоров с майором Сихво и

начальником его штаба капитаном Эгглундом я решил, что операцию можно начинать в

самом ближайшем времени. Вернувшись из Карелии, я пригласил генерал-майора

Лёфстрёма на станцию Пиек-сямяки и утром 6 апреля приказал ему принять

командование Восточной армией.

11 апреля на совещании в Ставке командующему Восточной армией была предоставлена

возможность детально изложить свои планы. Мне показалось, что генерал-майор

Лёфстрём не вполне уяснил себе, насколько важно для нас было сконцентрировать на

восточном перешейке достаточно мощные силы. Эта операция, имевшая целью перерезать

железную дорогу Выборг-Петроград и закрыть границу, была крайне необходима.

Генерал-майор Лёфстрём предложил, чтобы часть подразделений была переброшена не в

Кивиниеми, куда им следовало направиться согласно генеральному плану, а в Антреа.

Такое предложение не могло получить одобрения Ставки. Я заметил, что действия на

восточном перешейке - не просто демонстрация силы. Вся Выборгская операция

зависела от того, будет ли дорога окончательно перерезана, а граница - плотно закрыта.

Поэтому я не ограничился распоряжениями, сделанными ранее, и, в дополнение ко всему,

устно приказал Восточной армии начать наступление, атаковав железнодорожную линию.

Только после того, как дорога будет перерезана, основные силы смогут выдвинуться из

Хейнйоки для нанесения решительного удара по Выборгу и группировке противника близ

Антреа.

Из разных источников мы получили схожие сведения, что гарнизон в Выборге очень слаб:

противник сконцентрировал почти все свои силы на линии реки Вуокси. По

разведданным, наиболее слабые оборонительные сооружения Выборга были с южной

стороны города. Поэтому в разговоре с командующим Восточной армией я особо

подчеркнул, что фронтальное наступление на основные силы противника и удар в тыл

должны сочетаться со стремительным штурмом Выборга с юга, при этом наши главные

ударные части следует сосредоточить на левом фланге.

Через два дня генерал-майор Лёфстрём доложил, что его подразделения на левом фланге,

которые обязаны были перерезать дорогу и закрыть границу, небоеспособны. Принимая

во внимание важность операции, я решил перевести туда один из моих резервных

егерских полков. [125]

Силы, которые мы собрали в Карелии, были очень значительными. Егерские

подразделения состояли из шести полков, одной артиллерийской бригады и

кавалерийского полка, а полевые части шюцкора были представлены шестью полками. Из

восемнадцати армейских пехотных полков здесь находились двенадцать. В целом

численность частей, готовых к наступлению, составляла 24000 человек. Имелось также 41

орудие. Благодаря стойкости карелов, которые удержались на правом берегу Вуокси, мы

смогли сконцентрировать наши силы именно там. Если бы переправы были потеряны, а

оборонительная линия прошла по левому берегу реки, освободившейся ото льда, исходные

позиции для наступления были бы крайне невыгодными.

В соответствии с окончательным вариантом распределения сил генерал-майор Лёфстрём

разделил свою армию на три группировки, которые получили следующие задания:

- группировка Аусфельда (6000 человек и 8 орудий) должна была сосредоточиться в

Рауту и оттуда быстрым ударом перерезать железную дорогу Выборг-Петроград близ

границы;

- группировке Вилкмана (7300 человек и 18 орудий) предписывалось атаковать с тыла

части противника на плацдарме Антреа, лишить их сообщений с Выборгом, а затем

захватить город;

- от группировки Сихво (4500 человек и 15 орудий) требовалось, чтобы она связала силы

противника на линии Иматра-Антреа, а потом ее левый фланг, взаимодействуя с

группировкой Вилкмана, должен был окружить основные силы противника на северной

окраине Выборга.

Мы подошли к железнодорожной линии 23 апреля. Противник, особенно на направлении

Райвола, оказал жестокое сопротивление, которое было подавлено лишь через двенадцать

часов. Вокзал и находящийся рядом мост были захвачены. Восточнее, на направлении

Куоккала, в бои вмешались прибывшие из-за границы русские войска, чего мы, впрочем, и

ожидали. 24 апреля были захвачены Уусикиркко и Терийоки, теперь участок железной

дороги протяженностью 40 километров находился в наших руках.

Сбор группировки Вилкмана был закончен 21 апреля, после чего входящие в нее части

были переброшены на баржах из Антреа в Пэлляккяля. Судя по всему, до этого момента

противник [126] оставался в неведении относительно грозящей ему опасности. Наконец

мы получили информацию, что подразделения Аусфельда взорвали мост. После этого,

вечером 23 апреля, группировка Вилкмана начала продвижение в сторону Выборга, имея

приказ освободить его в течение 24 часов.

Внезапная атака на Выборг все же не удалась. Наши правофланговые части действительно

прошли до станции Тали к северо-востоку от Выборга. К вечеру 24 апреля они уже

находились на северной окраине города и были готовы к наступлению, но левый фланг

отставал. Он ввязался в ожесточенные бои и только утром 25 апреля смог продолжить

движение к юго-восточному укрепрайону Выборга. Таким образом, внезапность атаки

была потеряна. Можно назвать две причины этой неудачи: во-первых, главный удар был

проведен не по указаниям главнокомандующего, а во-вторых - левый фланг оказался

втянутым в бои второстепенного значения.

Группировки Вилкмана и Сихво не сумели вовремя начать совместные действия, поэтому

противник смог вырваться из наших рук, а в результате получилось то же самое, что уже

было во время операции в Тампере: Выборг мог быть освобожден только после

длительной осады. К западу от Лахти окруженные части противника были практически

разгромлены и к тому же остались без единого командования, тем не менее, существовала

реальная опасность, что часть этих войск вырвется из окружения и приблизится к

Выборгу. В провинции Саво и долине реки Кюми сосредоточились значительные силы

красных, они тоже могли вмешаться в наши действия. Словом, Выборгская операция пока

была выполнена всего лишь наполовину, однако то, что полковник Аусфельд прервал

железнодорожное сообщение с Россией, было, несомненно, крупным достижением.

Группировка Вилкмана сделала первую попытку прорваться в Выборг 24 апреля и

следующей ночью натолкнулась на сильную оборону, которую поддерживала крепостная

артиллерия. Командующий армией решил начать новую атаку в ночь на 28-е, после

активной артиллерийской подготовки. Группировка Сихво получила задание завершить

окружение с запада.

24 апреля я перевел свой генеральный штаб в Антреа, где находился командный пункт

Восточной армии. Один из двух резервных полков я передал в подчинение генерал-

майору Лёфстрёму. [127]

Оборонительные сооружения вокруг Выборга были захвачены после тяжелых боев в ночь

на 28 апреля. Вероятно, только после этого те, кто командовал обороной Выборга,

признали, что дальнейшее сопротивление безнадежно. И все же, когда следующей ночью

началось наше наступление, около шести тысяч человек попытались прорваться с

западной окраины в сторону дороги на Хамина. Эти войска были остановлены частями

группировки Сихво, и в некоторых местах наши бойцы после ожесточенных рукопашных

схваток принудили противника к сдаче оружия. В те же часы подразделения группировки

Вилкмана вошли в город с востока.

Уже вечером 25 апреля члены мятежного правительства и диктатор Маннер приняли

решение, не делающее им чести: они бежали и оставили свои войска на произвол

судьбы{23}. Это произошло в ночь на 26-е: высшие руководители мятежного движения

взошли на борт трех кораблей и отправились в сторону Петрограда. Для того чтобы

бегство прошло без осложнений, диктатор в своем последнем приказе потребовал

охранять береговую линию любой ценой.

Таким образом, Восточная армия выполнила свою задачу. Группировка противника более

не существовала, а руководители мятежа бежали из страны. Было захвачено около 15000

пленных. К нам перешла вся полевая артиллерия, часть крепостных пушек (общим числом

около 300), а также 200 пулеметов и другое ценное вооружение.

Празднование победы началось утром 1 мая с богослужения. После парада я пригласил на

скромный обед почетных гостей - председателя надворного суда Выборга, епископа

епархии Савонлинна, председателя Совета городских уполномоченных, высших

командиров Восточной армии, а также ряд других граждан. В речи, обращенной к

председателю надворного суда, я выразил благодарность его членам, которые в последние

дни беззакония были отправлены в заключение в Петроград, и всем другим несгибаемым

борцам за свободу, которые сражались и пострадали за свою родину.

Небольшая часть территории Финляндии все еще оставалась неосвобожденной: это был

форт Ино, расположенный на [128] южном побережье Карельского перешейка. После

упорных переговоров и под угрозой артиллерийского обстрела гарнизон был вынужден

покинуть Ино, но перед уходом он взорвал пушки. 15 мая форт перешел в наши руки.

Таким образом, военные операции, начавшиеся с разоружения русских гарнизонов в

Похьянмаа, были завершены.

16 мая сводные подразделения, которые представляли все части, принимавшие участие в

освободительной войне, прошли в честь победы торжественным маршем по улицам

столицы. В своем приказе по армии я приветствовал их следующими словами:

"Вас была всего горстка плохо вооруженных людей, которые не

устрашились многочисленного неприятеля и начали освободительную

борьбу в Похьянмаа и Карелии. Как снежный ком, армия Финляндии

выросла во время победоносного похода на юг.

Главная цель достигнута. Наша страна свободна. От лапландской тундры, от

самых дальних скал Аландских островов до реки Сестра развевается стяг со

львом. Финский народ сбросил многовековые кандалы и готов занять то

место, которое ему принадлежит.

Я сердечно благодарю всех вас - тех, кто принял участие в этой

многомесячной борьбе. Каждый из вас внес свою лепту в нашу победу, и мы

все вместе радуемся достигнутому успеху. Я благодарю вас за вашу

самоотверженность и за доверие, которое вы мне выразили тогда, когда

наши надежды казались бессмысленными. Благодарю вас за героизм на

полях сражений, за бессонные ночи, тяжелые переходы и нечеловеческое

напряжение. Я благодарю моих ближайших товарищей, армейских

генералов и офицеров, младших командиров, весь личный состав, врачей,

медсестер и санитаров, военных священников и тех женщин, которые

следовали за армией и снабжали нас продовольствием, всех тех, кто

помогал нам в нашей освободительной борьбе. Я благодарю героических

представителей Швеции и других северных стран, которые, вняв зову

сердца, поспешили нам на помощь тогда, когда борьба достигла наивысшего

накала. Они пролили много крови за наше правое дело. Но, прежде всего
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   63

Похожие:

Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconПрограмма серии туров «Совместные страницы истории»
Гостиница расположена в здании – памятнике архитектуры 19-го столетия. Здание построено по проекту архитектора Луиджи Руска для Кавалергардского...
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconНаша любимая Рига с давних времен была центром Балтии. Кто только в ней не бывал! Причем проездом. Давайте создадим виртуальный музей замечательных людей, которые посетили Ригу. Рубрику ведет писатель Далия Трускиновская
Карл-Фридрих-Иероним фон Мюнхгаузен, классический немецкий барон, происходил из древнего рода и появился на свет в городке под названием...
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconГенерала карла ивановича бистрома
Бистром Карл Иванович (Карл Генрих Георг) – знаменитый российский военачальник своего времени. В русской Армии был известен как Бистром...
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconКарл-Густав Санделин
Обращение к чуждому культу среди иудеев и христиан в эллинистическую и раннюю имперскую эру
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconЙозеф Мадершпрегер
Фридрих-Микаель барон фон Готцондорф – тайный советник Канцелярии Его Величества Императора Франца-Иосифа
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconКарл-Фердинанд фон грефе

Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconКарл Густав Юнг. О синхронистичности
Я бы хотел рассказать о имевшей место в моей жизни группе случайностей, состоявшей не менее чем из шести событий
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconКарл Густав Юнг. Психологические типы
Среди наиболее выдающихся мыслителей XX века можно с уверенностью назвать швейцарского психолога Карла Густава Юнга
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconКарл Густав Юнг. Психологические типы
Среди наиболее выдающихся мыслителей XX века можно с уверенностью назвать швейцарского психолога Карла Густава Юнга
Фон Маннергейм барон Карл Густав Эмиль iconКарл Густав Юнг Психологические типы
Среди наиболее выдающихся мыслителей XX века можно с уверенностью назвать швейцарского психолога Карла Густава Юнга
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org