Правители киевской руси учебное пособие



страница3/10
Дата08.06.2013
Размер1.53 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Игорь - 912-945 гг.
Едва ли мы найдем в русской истории правителя, чье происхождение столь очевидно по летописи и столь загадочно в действительности. Все летописи однозначны: Игорь - сын Рюрика. Дата же его рождения неясна. По Новгородской летописи родился он в 865 году, по "Повести временных лет" был он по смерти Рюрика совсем мал, почему и стал княжить Олег. Но Олег не передает ему престола и при очевидном взросления Игоря, выступая везде не как правитель от чьего-то имени, а как полноправный великий князь русский. И совсем уж сложно увязать воедино Игоря, сына Рюрика, и Игоря, преемника Олега, правившего после его смерти около 33 лет. В случае если Игорь сын Рюрика, то на момент смерти должно быть ему либо 80 лет, либо уж не менее 67, если на Ольге он женился в 903 году, то Ольге в 945 году никак не меньше 55-ти... Сыну же их единственному Святославу в 945 году от 3 до 5 лет... Нелепица более, чем очевидная.

Поэтому представляется допустимым предположение, что Игорь - сын Рюрика и Игорь - правитель Руси после Олега - разные люди. Игорь, преемник Олега, был, безусловно, его родственником и к роду Рюрика, следовательно, должен был принадлежать, но какова действительная степень родства первых князей — Рюрика, Олега, Игоря — можно только гадать. Сведения источников столь скудны и противоречивы, что любые предположения здесь могут основываться лишь на определенной логике, но никак не будут обоснованы сколь-либо убедительными фактами.

Думается, предположение о двух разных Игорях — сыне Рюрика и преемнике Олега — имеет право на существование, ибо выглядит вполне логично, но подкрепить его какими-либо фактами, увы, не представляется возможным. Вернемся теперь к событиям очевидным. Новый князь сразу же по смерти своего великого предшественника немедленно столкнулся с немалыми трудностями. Ободренные смертью Олега, некогда их усмирившего, древляне сделали попытку отложиться от Киева. Игорю пришлось совершить поход против них. Поход был удачен, древляне, потерпевшие поражение, обязались не только возобновить уплату дани, но таковая даже была князем Игорем увеличена.

В 915 году Руси впервые приходится столкнуться с грозным степным соседом — печенегами. Этот тюркский кочевой народ, выходец из степей Центральной Азии, еще в 889 году впервые появился в Восточной Европе. Именно печенеги вытеснили из причерноморских степей в Среднее Подунавье венгров. В 896 году впервые печенеги достигают Дуная, и вот в 915 году они у рубежей Руси. Игорю и его боярам на сей раз удалось уберечь русские земли от разорения их степными хищниками. Русь заключила с печенегами мирный договор, и грозные номады направили свои набеги на Нижний Дунай, где жестоко разорили владения Болгарского царства.

Появление печенегов в степях Северного Причерноморья стало весьма важным фактором в политике государств Восточной Европы. Все страшились набегов печенежских, от коих скоро стали страдать и Венгрия, и Болгария, и Русь, и Византия.
Все к тому же старались использовать печенегов в качестве союзников против соседних стран. Известно, как Византия удачно использовала печенегов против болгар и венгров, менее обращалось внимание на то обстоятельство, что и Русь на этом поприще добилась немалых успехов. В первые десятилетия русско-печенежского соседства союзниками русские и печенеги бывали чаще, нежели противниками. Любопытно, что чаще всего Русь отваживала от своих рубежей печенегов, направляя их набеги на Болгарию, следствием чего и явились весьма сложные русско-болгарские отношения в X веке.

С 920 года и до начала сороковых годов X века у историков нет сведений о том, как протекало правление Игоря, и лишь с 940 года мы имеем подробные свидетельства о последних трагических годах Игорева княжения.

В 940 году главный воевода Игоря Свенельд подчинил Киеву последнее непокорное княжение — Уличей. Три года уличи оказывали яростное сопротивление киевским дружинам, три года осаждал Свенельд главный город уличей Пересечен. Наконец, Пересечен пал, и уличи были вынуждены покориться великому князю русскому и, подобно всем прочим, обязались платить дань. Те из уличей, кто не желал покориться власти киевского князя, ушли на юг в степи, часть уличей переселились из Приднепровья на земли между Южным Бугом и Днестром по соседству с уже покорными Киеву с 885 года тиверцами. Наместником в землю уличей был назначен сам воевода Свенельд.

В следующем 941 году Игорь, подобно своему великому предшественнику, отправился походом на Константинополь. Поход этот не оказался для византийцев неожиданностью, ибо болгары предупредили императора, что русские рати идут по морю походом на его столицу. Должно быть, русские, дважды при Игоре способствовавшие печенежским набегам на Болгарию, воспринимались болгарами как большие неприятели, нежели византийцы.

Поход Игоря завершился для русской рати печально. Поначалу воинству Игореву удалось опустошить приморские земли Малой Азии, но по приближению русских кораблей к Босфору их встретил весь византийский флот, оснащенный "сверхоружием" тех времен — "греческим огнем". Горючей смесью грекам удалось сжечь множество русских кораблей, вынудив остальные отойти вновь к побережью Малой Азии. Там новая попытка русских возобновить набег на владения греков была пресечена византийскими войсками во главе с опытнейшими полководцами империи. С огромным уроном русское войско вернулось из этого похода. Многие воины попали в плен, и греки, мстя за пережитые страхи и грабежи, жестоко казнили их на площадях столицы.

Тяжелое поражение, непривычное для Руси, требовало отмщения. Игорь стал готовить новый поход. Приготовления к нему были тщательными. Игорь собрал общерусское войско, в составе которого летописец вновь перечисляет все восточнославянские племена от хорват до вятичей, от тиверцев до словен. Послы Игоря направились за Балтийское море, дабы призвать на службу русскому князю еще варяжских воинов, в числе союзников Руси оказались и многочисленные кочевые орды печенегов.

В 944 году войско Игоря вновь двинулось на Константинополь, но на сей раз тем же путем, что и Олег. Часть войска по сухопутью двинулась к Дунаю, часть шла морем. И вновь византийцы были своевременно предупреждены, причем с двух сторон: из Херсонеса Таврического - византийского оплота в Крыму - о русских кораблях в море; из Болгарии, откуда сообщили о походе русских в союзе с печенегами.

Император Роман немедленно направил посольство в стан Игоря. Посольство нашло русского князя на берегах Дуная и предложило ему дань, подобную дани, какую некогда получил у стен Константинополя Олег. Дружинный совет, созванный Игорем для обсуждения предложения императора, вполне здраво рассудил: "Если царь так говорит, то чего же нам еще больше; без битвы возьмем золото, серебро и дорогие ткани. Ведь неизвестно, кто одолеет — мы или они? (морем нельзя заранее уговориться; теперь мы не по земле ходим, но по глубине морской: здесь одна смерть грозит нам всем").

Игорь, согласно решению совета дружины, принял достаточно лестные для него и выгодные для дружины условия византийцев. Дань была получена, и довольная дружина вернулась в Киев. С печенегами Игорь расплатился довольно своеобразно. Они ведь также должны были быть вознаграждены за участие в совместном походе. Данью греческой Игорь не стал с ними делиться, но представил возможность обогатиться грабежом болгарских земель.

В Киев вскоре после возвращения Игоря прибыло посольство от императора Романа. Византия стремилась к заключению не просто перемирия, но к восстановлению мирного договора между двумя державами, как в 911 году. Игорь дал согласие, и новый договор в 944 году был заключен. Любопытно летописное описание клятвы Игоря и дружины его в верности договору. Если во времена Олега все русские клялись по своему языческому обряду, то при Игоре помимо язычников среди русских и варягов, служивших князю, были уже и христиане. Язычники клялись на холме перед изображением Перуна, положив перед идолом оружие, щиты и золото, христиан же русских и варягов приводили к присяге в церкви святого Ильи, бывшей соборным храмом Киева. Вера христианская, впервые появившаяся на горах киевских при Аскольде и Дире, при Олеге, должно быть, переживая нелегкие времена, вновь начинала утверждаться в столице Руси. Летописец писал, что многие варяги уже были христианами.

Новый договор Руси и Византийской империи, в основном, повторял прежний, заключенный при Олеге, но есть и довольно любопытные отличия. Прежде всего, договор со стороны Руси от имени великого князя русского и "всякого княжья", то есть "прочих князей". Как видим, местным князьям уже отказано в титулах "великие и светлые", теперь они лишь "всякое ". Это говорит о безусловном усилении власти киевского князя по отношению к местным князьям.

Византийцы на сей раз особо оговорили неприкосновенность своих владений в Крыму, на которые князь Руси обязался не претендовать и, более того, оборонять их от неких "черных болгар". Кто такие "черные болгары" и откуда они могли грозить Херсонесу Таврическому и прочим крымским землям Византии?

Здесь необходимо помнить особенность историко-географических представлений византийцев. Как правило, византийские историки закрепляли за населением той или иной земли имя одного народа, обычно того народа, который на той земле стал впервые известен грекам. Так кочевники причерноморских степей именовались в трудах византийских историков "скифами" спустя тысячелетия по исчезновению скифов. "Скифами" оказывались то печенеги, то половцы. "Черная Болгария" находилась в VII веке по соседству с Крымом на Кубани, однако в конце этого столетия болгары, в основном, покинули эти земли, будучи теснимы хазарами. Часть их ушла на Волгу, создав Волжскую Болгарию, другие же ушли на Дунай, так что в X веке не болгары населяли территорию былой "Черной Болгарии". В X веке на Кубани и в Восточном Крыму, непосредственно по соседству с владениями Византии, проживало славянское, русское население, чьим главным градом была Тьмутаракань. При Игоре они еще не подчинялись Киеву, но греки могли надеяться, что Русь сможет воздействовать на кровно близкое княжение.

Важным следует признать и обязательство русского князя по требованию императора Византии предоставлять ему союзное войско.

Игорь щедро одарил послов Византийской империи мехами, воском, рабами. Щедрости его, однако, ждала, прежде всего, дружина. И это желание дружины оказалось для Игоря роковым.

Осенью на Руси наступало время "полюдья", сбора дани киевским князем с подвластных ему земель. Описание "полюдья" оставил знаменитый византийский император-историк X века Константин Багрянородный:

"Зимний же и суровый образ жизни росов таков. Когда наступит ноябрь месяц, тотчас их архонты (князья) выходят со всеми росами (дружиной) из Киева и отправляются в полюдье, что именуется "кружением", а именно — в Славинии (славянские княжения) вервиан (древлян), другувитов (дреговичей), кривичей, севериев (северян) и прочих славян, которые являются пактиотами (данниками) росов. Кормясь там в течение всей зимы, они снова, начиная с апреля, когда растает лед на реке Днепре, возвращаются к Киеву".

Перед сбором дани осенью 944 года дружина Игоря предъявила к князю особые требования: "Наши товарищи, которые со Свенельдом, богата оружием и платьем, а мы наги; пойдем, князь, с нами за данью; и ты добудешь и мы".

Такое заявление игоревой дружины более, чем любопытно. Выходит, главный воевода князя Свенельд обладал собственной дружиной, кою содержал богаче самого князя, откуда и зависть дружинников Игоря к своим товарищам, бывшим под началом Свенельда. Большое по сравнению с дружинниками Игоря богатство воинов Свенельда могло объясняться его наместничеством в недавно "примученной" земле уличей, дань откуда собирал он сам. Надо помнить, что киевский князь, будучи верховным правителем Руси, отнюдь не имел неограниченной власти над подданными. Для дружины своей, прежде всего "старшей" - бояр, он был, скорее, "первый среди равных", подобно, кстати, большинству королей раннесредневековой Европы. Все государственные решения определялись на дружинном совете, и порой князья подчинялись совету против своей воли.

Игорь послушно выполнил волю дружины и немедленно отправился за данью в близлежащую к Киеву землю древлян, где сбор дани сопровождался большими обидами населению. Дружина, должно быть, оказалась удовлетворенной, но князю дани не хватило. Потому-то он и неожиданно с середины обратного пути вернулся в Древлянскую землю, сказав дружине: "Ступайте вы с данью домой, а я возвращусь назад, похожу еще". С малой дружиной Игорь вновь направился к древлянам, дабы на сей раз собрать дань не только для дружины, но и для собственной княжеской казны. Древляне же, узнав о возвращении Игоря и о необходимости сбора дополнительной дани, пришли в крайнее неудовольствие. На своем дружинном совете у князя древлянского Мала они порешили: "Повадится волк к овцам, перетаскает все стадо, если не убьют его; так теперь и с нами: если не убьем Игоря, то всех нас погубит".

Тем не менее, древляне решили дать Игорю возможность избежать кровопролития и после совета направили к Игорю послов, сказавших князю киевскому: "Зачем идешь опять, ведь ты уже взял всю дань". Игорь пренебрег этим, как выяснилось вскоре, последним предупреждением и тем самым погубил и себя, и свою малую дружину. Когда Игорь приблизился к главному городу Древлянской земли Искоростеню, то "древляне, выйдя из города Искоростеня, убили Игоря и дружину его, так как было ее мало. И погребен был Игорь, и есть могила его у Искоростеня в Деревской земле и до сего времени".

Бесславно закончил свою жизнь второй после Вещего Олега великий князь русский. Предшественнику своему он, безусловно, уступал и как правитель, и как полководец, и как личность. Не лишен он был способностей дипломата, что подтверждают его взаимоотношения с печенегами, договор с Византией, но подданных своих знал плохо и, по сути, сам толкнул древлян на кровавый мятеж, жертвой которого и стал.
Святая Ольга - 945-969
Княгиня Ольга... Первая женщина-правительница Руси, единственная из всех правителей Руси, кто удостоится одновременно имен "Мудрой" и "Святой". Карамзин добавлял, что народ прозвал княгиню еще и хитрой. Для государственного человека, впрочем, хитрость не порок, а очевидное достоинство. Будучи супругой великого князя русского Игоря, Ольга едва ли могла предполагать, что некогда ей самой придется принять на себя все бремя державного правления, но судьба распорядилась иначе...

Известие о гибели Игоря Ольга получила в Киеве, где она находилась со своим малолетним сыном Святославом", "кормильцем" его Асмудом и воеводой Свенельдом. Печальную весть Ольге принесло посольство, прибывшее в Киев из Древлянской земли. По гибели Игоря древляне порешили так: "Вот убили князя мы русского, возьмем жену его Ольгу за князя нашего Мала и Святослава возьмем и сделаем ему, что захотим".

Решение прелюбопытное. Древляне, столько раз воевавшие с полянами и после смерти Кия, и после Аскольда, и усмиряемые тем же Игорем в начале его правления, не намерены, победив великого князя, отпадать от Киева, но, выдав овдовевшую Ольгу за князя своего Мала и захватив Святослава, стать во главе Руси. Дело, казалось, за малым: уговорить Ольгу принять условия победителей и погубителей ее мужа. С Ольгой, однако, справиться оказалось много труднее, нежели с ее незадачливым супругом. Княгиня немедленно проявила себя как человек властный, решительный и уверенный в себе. Собрав с помощью воевод Асмуда и Свенельда большое войско, взяв с собой ребенка Святослава, Ольга двинулась в древлянскую землю, намереваясь отомстить за мужа таким образом, дабы впредь никому не повадно было поднимать оружие на великокняжескую власть. Повествует летопись:

"В год 6454 (946) Ольга с сыном своим Святославом собрала много храбрых воинов и пошла в Деревскую землю. И вышли древляне против нее. И когда сошлись оба войска для схватки, Святослав бросил копьем в древлян, и копье пролетело между ушей коня и ударило коня в ногу, ибо был Святослав еще ребенок. И сказали Свенельд и Асмуд: "Князь уже начал: последуем, дружина, за князем". И победили древлян. Древляне же побежали и затворились в своих городах. Ольга же устремилась с сыном своим к городу Искоростеню, так как жители его убили ее мужа, и стала с сыном своим около города, а древляне затворились в городе и крепко боролись из города, ибо знали, что убив князя, не на что им надеяться после сдачи".

Хитростью Ольга "... взяла город и сожгла его, городских же старейшин забрала в плен, а других людей убила, третьих отдала в рабство мужам своим, а остальных оставила платить дань. И возложила на них тяжкую дань: две части дани шли в Киев, а третья в Вышгород Ольге, ибо был Вышгород городом Ольги. И пошла Ольга с сыном своим и с дружиной по Древлянской земле, устанавливая распорядок даней и налогов; и сохранились места ее стоянок и охот до сих пор. И пришла в город свой Киев с сыном своим Святославом и пробыла здесь год".

Спустя год Ольга отправилась в Новгородскую землю и уже там по рекам Мета и Луга начала ставить небольшие крепости-погосты, где располагались княжеские дружинники. Именно погосты становились теперь местом сбора вновь установленных даней и оброков. В дальнейшем погосты были созданы в других русских землях "и по Днепру... и по Двине".

Создание Ольгой по всей русской земле погостов, "становищ" — мест дружинных и княжеских станов, "ловищ" - мест княжеской охоты — явилось строительством нового государственного порядка. Именно со времени преобразований Ольги Русь начинает превращаться из союза княжений во главе с киевским князем в единое государство, где управление осуществляется уже через великокняжеских наместников, опирающихся на отряды дружинников. Княжеские крепости, погосты становятся центрами округов, так и осуществляется сбор постоянно установленной дани с местного населения. Прежние местные княжения начинают постепенно упраздняться, значение некогда "великих и светлых" князей сходит на нет.

Не только дела внутреннего обустройства Руси волновали Ольгу. Мудрая княгиня стремилась упрочить положение своей державы среди соседних стран, прежде всего ее волновали русско-византийские отношения. В 955 году Ольга совершила поездку в Константинополь, где была торжественно принята императором Константином Багрянородным. Подробности приема Ольги во дворце известны в изложении самого императора Византии Константина Багрянородного. По его словам, Ольга, войдя во дворец, остановилась там, где Логофет (канцлер империи) предлагал иноземным послам вопросы. За княгиней стали русские послы и купцы. Логофет ввел великую княгиню в посольский зал, где императоры восседали на золотых креслах в окружении придворной знати. Поговорив с императором, она должна была перейти в другие палаты, где предстояла встреча и беседа княжны с императрицей. Затем вновь состоялась встреча Ольги с императором, на сей раз представшим перед ней в окружении всего своего семейства. Встретив Ольгу и предложив ей сесть, император вступил с ней в беседу. После приема состоялся обед. Перед обедом, согласно византийской традиции, княжеской особе следовало поклониться императрице до земли, Ольга же только кивнула головой.

Гордость не оставила правительницу Руси! Обедала Ольга за особым золотым столиком вместе с императорским семейством. По завершении обеда княгине и ее приближенным от имени императора преподнесли богатые дары: золото, драгоценные каменья.

Русский летописец, повествуя о приеме Ольги императором Византии, приписывает ему, пораженному красотой и умом княгини, даже неудачное сватовство к ней, отвергнутое Ольгой... Это, можно сказать, один из первых отечественных исторических анекдотов... Венцом ее пребывания в столице империи стало крещение. В христианских правилах русскую княгиню наставил сам патриарх Константинопольский, по крещению Ольге дано было имя Елены.

Выбор имени не мог быть случайным. Еленой звали мать римского императора Константина, ревностную христианку, тщанием которой во многом и объясняется дарование христианам в Римской империи права свободно исповедовать свою веру и обращение в христианство самого императора, после чего вера Христова в империи стала господствующей. При крещении, принятии нового имени Ольгу не могли не ознакомить с жизненным подвигом Елены, матери Константина Великого, основателя новой столицы империи, чье имя она и носила. Тем самым Ольгу призывали стать такой же Еленой для Руси (и сын у нее есть!), и привести свой народ к светлой вере Христовой.

Вернувшись в Киев, Ольга попыталась обратить в христианство своего подрастающего сына, но юный Святослав, чьими воспитателями были два доблестных варяга Асмуд и Свенельд, даже из почтения к матери не дал согласия на крещение. Говорила Ольга сыну: "Если ты крестишься, то и все станут делать то же". Пример князя мог вдохновить и дружину на принятие новой веры, но сам он мыслил иначе, не столько себя полагая образцом для дружинников, сколько их примеру следуя. "Как мне одному принять новую веру? Дружина станет смеяться надо мною!" - так отвечал князь Святослав матери.

Должно быть, число христиан-дружинников после смерти Игоря, вполне терпимо к ним настроенного, заметно сократилось, что не могло не повлиять на возможность распространения новой веры на Руси. Пример самой великой княгини, пусть и правительницы государства, для дружины вдохновляющим не выглядел.

Тем не менее Ольга не оставила попыток превратить Русь в христианскую страну и для этого стала искать себе союзников извне. И здесь она сделала совершенно неожиданный ход: обратилась за помощью в распространении христианства на Руси не в Византию, где она недавно приняла святое крещение, но на Запад, в Германию, где господствовала недружественная константинопольской патриархии римская церковь. В 880 году уже свершилось разделение христианства на две церкви — Западную и Восточную, хотя полный разрыв произошел лишь в 1054 году.

В 959 году к королю Германии Оттону I явилось посольство, как писал современный событиям германский летописец, известный как Продолжатель Регинона, правительницы русской Елены, которая была крещена в Константинополе... Просьба правительницы Руси к королю Оттону была необычной: княгиня Елена, как она звалась для христиан со времени крещения своего в Константинополе, просила направить на Русь христианского епископа для проповеди истинной веры.

Событие, поистине достойное изумления. Еще Карамзин недоумевал, как могла княгиня, крестившаяся в Константинополе, вдруг обратиться с такой просьбой к представителям иной ветви христианства?

Причина этого, похоже, кроется в повороте, происшедшем в русско-византийских отношениях после поездки Ольги в Константинополь. Торжественность приема правительницы Руси в императорском дворце не заставила ее забыть долгого ожидания самого приема, когда княгиня со своей свитой ожидала на корабле в столичной бухте, именуемой русскими Суд, императорского соизволения на таковой. Гордая русская княгиня восприняла это как унижение и, очевидно, не без оснований. Византийцы, безусловно, старались таким образом лишний раз указать правителям сопредельных стран на их ничтожность перед владыками Царьграда. Русь здесь не являла исключения, подобным образом византийцы смотрели на всех своих соседей, а русские в довершение были еще и язычниками. Ольга же не склонна была считать Русь менее значимой страной, нежели Византию. И полувека не прошло со времени жесточайшего унижения, в кое поверг гордую империю русский князь, да и договор, утвержденный в Киеве после дунайского похода Игоря, был вполне почетен и заставлял во многом забыть о тяжком поражении русских на море в 941 году, когда их корабли были сожжены "греческим огнем". Потому-то и встретили византийские послы в Киеве, прибыв туда вскоре после возвращения Ольги, столь резкий прием.

Послы империи приехали в столицу Руси с требованием исполнения великой княгиней договорного обещания о посылке в Византию русского вспомогательного войска. Такая договоренность была в договоре Игоря с Византией в 944 году, Ольга, будучи в Константинополе, вполне могла ее подтвердить. Но вместо благожелательного ответа, как должно было следовать из наличного договора, послы императорские услышали из уст правительницы Руси великой княгини Ольги-Елены суровую отповедь: "Когда Царь ваш постоит у меня на Почайне (приток Днепра, где была киевская пристань), сколько я стояла у него в Суде, тогда пришлю ему дары и войско".

С тем послы и вернулись в Константинополь, не добившись ни вспомогательных русский войск, ни желанных даров — мехов, воска, невольников.

После такого приема императорских послов в Киеве взаимоотношения Руси и Византии не могли не ухудшиться, и, возможно, желая еще более досадить Константинополю, Ольга и решилась призвать на Русь христианских проповедников из недружественной Византии Германии.

Король Оттон I, бывший в то время в расцвете своего могущества — вскоре ему предстояло стать первым императором Священной Римской империи германской нации, — благосклонно отнесся к просьбе русской княгини, и в 961 году епископ Адальберт прибыл на Русь. Проповедь его успеха не имела, и вскоре ему пришлось покинуть русские земли, "спасая свою жизнь от язычников", как писал германский хронист Ламберт. Память о неудачной миссии Адальберта сохранилась и на Руси. Не случайно в предании о крещении Руси князем Владимиром в уста кровного внука Ольги включены слова, обращенные к представителю римской церкви: "Отцы наши закона вашего не приняли".

Видно, Святослав не зря ссылался на свою дружину, опасаясь креститься. Судя по печальному исходу миссии Адальберта киевские "княжьи мужи" были в то время весьма неблагосклонны к христианству любого толка. Да и не об этом была ныне их забота. Святослав возмужал, и пришла пора ему вести дружину в походы.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Похожие:

Правители киевской руси учебное пособие iconПравители московской руси учебное пособие
России – Московской Руси и охватывает период от нашествия монголов на Русь в VIII веке до правления царевны Софьи Алексеевны (1682-1689...
Правители киевской руси учебное пособие iconПо следам князей киевской руси
Киевской Руси. Посетив не только столицу Древнерусского государства Киев, но и Чернигов – город-крепость с не менее интересной историей...
Правители киевской руси учебное пособие iconТематика курсовых работ 2011/2012 учебного года История отечественного государства и права Государственный строй Киевской Руси. «Русская Правда»
«Русская Правда» – кодекс феодального права Киевской Руси
Правители киевской руси учебное пособие iconПрограмма и методические указания Тема Предмет и задачи курса. Историография. Источниковедение
Охватывает историю Украины со времен Киевской Руси до середины 60-х гг. XX века. Задача курса: показать историю будущих украинских...
Правители киевской руси учебное пособие iconКрещение Руси слайд №1
Киевской Руси, сделавшей сознательный и окончательный выбор веры, перейдя от язычества к христианству
Правители киевской руси учебное пособие iconЗаконов на Руси назывался «Завещание»
Укреплению международного авторитета Киевской Руси в период правления Ярослава Мудрого способствовали
Правители киевской руси учебное пособие iconКрещение Руси 1 августа 2008 года исполнилось 1020 лет со дня крещения Киевской Руси, сделавшей сознательный и окончательный выбор веры, перейдя от язычества к христианству. Крещение Руси не было одномоментным
Крещение Руси не было одномоментным, путь к вере Христовой вёл через несколько веков
Правители киевской руси учебное пособие iconКурсовые работы по кафедре математики и методики её преподавания
Математика и математическое образование на Руси в допетровский период: от Киевской Руси до конца 17 века
Правители киевской руси учебное пособие iconУчебное пособие для учащихся 5 класса
Учебное пособие предназначено для учащихся 5 классов основной школы. Оно охватывает историю Сибири с эпохи камня до наших дней. Учебное...
Правители киевской руси учебное пособие iconУчебное пособие москва 2002 удк 536 ш 25 Рецензент д ф. м н. профессор В. М. Кузнецов (рхту им. Д. И. Менделеева) Шарц А. А. Основы термодинамики: учебное пособие. М.: Мгту «станкин»
Учебное пособие предназначено для студентов второго курса и содержит краткое изложение основного материала подраздела «Термодинамика»...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org