Ислам в истории и политике афганистана



страница1/16
Дата14.07.2013
Размер2.69 Mb.
ТипКнига
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

В.Ф.Сычев




ИСЛАМ В ИСТОРИИ

И ПОЛИТИКЕ АФГАНИСТАНА


(Апрельская революция

и реакция мусульманского мира)

Коротко об авторе:

В.Ф.Сычев родился в 1943 году в г. Москве, в 1969 году закончил МГИМО МИД СССР, более 20 лет работал научным сотрудником в Институте востоковедения АН СССР, в 1977 году защитил кандидатскую диссертацию, в начале 90-х годов выступал с лекциями в ряде стран Азии и Европы. Специализируется на проблемах роли исламского фактора в современных международных отношениях, опубликовал по данной тематике более 30 статей и монографий.


Книга посвящена анализу социально-политических, религиозных и международных аспектов Апрельской революции 1978 года в Афганистане и реакции на нее в странах мусульманского мира.

Данная работа может представлять интерес для всех, кто интересуется развитием событий в современном Афганистане и положением в мусульманском мире в целом.

ПРЕДИСЛОВИЕ
Вопросы, рассматриваемые автором настоящей работы, являются объектом исследований самых разных специалистов – страноведов, политологов, религиоведов. Это и естественно, так как в 70–90-е годы в движение пришли огромные массы людей, про­живающие в странах, относящихся и к мусульманскому и к «третьему миру». Чтобы ни говорили и ни писали сторонники «естественно-исторических путей развития», но тот факт, что над многими странами и прежде всего, мусульманского мира пронесся ветер революционных бурь, невозможно стереть со страниц современной истории.

Естественно, что российских исследователей привлекает проблема соотношения ислама и революции, которой уже был посвящен ряд работ. Данная книга, безусловно является достойным пополнением исследований в данной области.

Еще в советском обществоведении проблематика социальной и политической революции всегда была предметом пристального изучения и подверглась достаточно всестороннему анализу. В многочисленных исследованиях по проблемам революции формулировались ее закономерности (как правило «общие») и обращалось внимание на особенности (как правило «национальные») Однако, в революционной практике различных стран закономерности подверглись значительной трансформации, а возникшие и проявившие себя особенности и специфические черты, оказались за пределами предвидения даже самых компетентных теоретиков революционных процессов. На судьбах многих революций сказалась теоретическая и организационная непод­готовленность и некомпетентность национальных субъектов (полити­ческих партий и их лидеров) процессов обновления общества, а также глубокая отсталость и непонимание целей революции народными массами или отдельными слоями населения, призванными быть движущей силой революции.


Одной из фундаментальных проблем, с которой столкнулись революции – это ислам, его реакция на революционные преобразования в обществе, восприятие исламом новых ценностей, вносимых революционными преобразованиями и использование ислама в контрреволюционных целях.

Затрагивая тему ислама, прежде всего необходимо отметить, что не существует ислама (как, впрочем, и других идеологических систем) единого. Получив распространение за пределами Аравийского полуострова, ислам очень быстро стал совокупностью толков, сект, орденов. Этому способствовал насаждение ислама среди народов, находившихся на разных уровнях социально-экономической и культурно-политической развитости. Одновременно с этим развивалось и существует в настоящее время противоречие между «классическим», «кораническим» исламом и реальными, практическими формами его существования. Отклонение последних от первого позволяет признать, что даже у «самых мусульманских» народов существование т.н. «бытового ислама», что проявляется в конкретных формах исполнения культовых обрядов и поисков способов индульгирования грехов.

Само общество той или иной мусульманской страны неоднородно с точки зрения «европеизированности» и культурно-интеллектуального уровня отдельных его членов и семей. В том же Афганистане читатель может встретить при подавляющей массе «умеренно» верующих людей или семьи в диапазоне от крайних религиозных фанатиков до полных убежденных атеистов.

Следует также отметить, что в том же Афганистане – стране мусульманской – ислам неоднороден по качественным характеристиками по глубине проникновения в общественное сознание. Официально в Афганистане государственной религией является суннитский ислам ханифитского толка. Но при этом в стране насчитываются значительные прослойки шиитов и исмаилитов. Кроме этого в стране действуют различные ордена со своими пирами (лидерами) и мюридами (последователями, учениками). Степень или глубина проникновения религиозных норм в сознание определенных групп населения тоже неодинакова. Так, среди пуштунов, в подавляющей массе мусульман-шиитов, ходит легенда о том, что получив Коран, их предки сели ночью вокруг костра читать Священную книгу. Когда костер догорел и погас, они закрыли ее где-то на середине и легли спать. Этим рассказом дают понять, что пуштуны приняв ислам, не во всех своих действиях руководствуются нормами религии. В своей повседневной жизни пуштуны во многом опираются на кодекс чести «паштунвали», о чем упоминает автор на страницах своей книги.

Следующая проблема, на которую представляется необходимым обратить внимание читателя – это проблема которую можно назвать «ислам и ценности промышленной цивилизации», которая для многих мусульманских стран проявляется в варианте «национальное и интернациональное».

Для всех стран мусульманского мира эта проблема возрастала по мере обретения и укрепления национальной независимости, в процессе определения своего места и роли в мировом хозяйстве и в системе международного разделения труда. Практически эта проблема проявляла себя в осуществлении планов индустриализации, «зеленой» революции, реализации программ в сферах культуры, образования, здравоохранения, развития городов и деревень и т.д. Этот процесс в предреволюционное время в значительной степени осуществляется методами, так сказать, «рыночного механизма», под которым, в данном случае, мы имеем в виду растянутый по времени процесс отбора форм приемлемых для данной страны, модификацию форм для конкретных условий, наполнение форм национальным содержанием, приспособление к таковым подавляющих масс населения. В результате этого, процесс развития как процесс восприятия промышленной цивилизации, восприятия и «переваривания» новых ценностей, растягивался на длительный период, приобретал, таким образом, эволюционный характер. Эволюция создавала возможность для постепенной трансформации сознания масс, не порождала социальных потрясений или не доводила последние до крайних форм своего проявления. Конечно, в той или иной стране возникали определенные социальные коллизии, но, как правило, они были ограничены во времени и не выходили за рамки национальных границ, а порой и столиц соответствующих государств.

Сущность же революционного характера или скачка предполагает прежде всего резкое сокращение временных рамок, чем предопределяется оперативное принятие конкретных решений. С учетом вышесказанного, решения принимаются на уровне реализации тактических задач, без учета возможностей их осуществления в конкретных условиях, а порой и с игнорирование стратегических целей. Вместе с принятием решений идет внедрение новых форм экономической и социальной жизни, вытеснение привычных и ставших традиционными общественных явлений, т.е. в общество вторгаются новые ценности, которые порой противоречат сложившейся религиозной и национальной традиции и с трудом воспринимаются массовым сознанием, а порой и решительно отторгаются таковым. В этих условиях общественное неприятие новых ценностей резко затормаживает развитие революционного процесса, а порой создает и питательную среду для развития контрреволюционного движения. Естественно, что такими обстоятельствами пользуются прежде всего носители и хранители традиционных и религиозных ценностей – представители духовенства. Поднимая вопрос о роли ислама в сегодняшней жизни мусульманских стран, нельзя не коснуться и такого аспекта как ислам и экономика. Не вдаваясь в подробный экономический анализ хозяйственного положения мусульманских стран хотим лишь напомнить, что они являются многоукладными. Проблема многоукладности этих стран еще не получила полного освещения на страницах работ отечественных исследователей. Здесь необходимо упомянуть, что в настоящее время ислам как одно из звеньев надстроечной системы, выступает как укладовоспроизводящий фактов, а в ряде случаев и как тормоз в формировании и развитии новых укладов. В такой стране как Афганистан, наблюдается весьма мозаичная картина многоукладности, различна и роль исламских толков в распространении тех или иных укладов в различных провинциях и городах страны, а также в вовлеченности определенных национальных и религиозных групп населения в тот или иной уклад. К сожалению, совокупность очерченных проблем не была учтена Народно-демократической партией Афганистана, что также породило множество трудностей на пути решения экономических задач революции, и чем, естественно, воспользовалось контрреволюционное движение.

Последнее, на что хотелось бы обратить внимание читателя, – это роль внешнего фактора в развитии революционного процесса. Традиционно в отечественной литературе к внешним факторам относили «силу мировой социалистической системы», которым противостояли «силы международного империализма». Революционный процесс в Афганистане натолкнулся на еще один фактор – «мусульманский мир». Осмысление этого явления – безусловно заслуга автора данной работы.

Сложное и теоретически неразработанное в научной литературе понятие «мусульманский мир» как правило объединяет мусульманские народы за пределами государственных границ России. «Мусульманский мир» как понятие охватывает народы с различной глубиной проникновения ислама, испытывает действие центробежных и центростремительных тенденций; в качестве самостоятельных субъектов действуют различные международные политические и экономические организации мусульманских стран, а порой и мусульманские партии.

Безусловно, что «мусульманский мир» может явиться, а порой уже является мощным фактором международных отношений. Однако, читатель должен уберечь себя от излишней идеализации религиозного фактора и с определенной долей критичности подойти к мнению автора о роли ислама в современном мире.
Кандидат экономических наук

С.М.Пазельский

ВВЕДЕНИЕ



Историческая альтернатива часто бывает сокрыта от человеческих глаз, однако она практически всегда присутствует. Так было и оста­ется в отношении Афганистана. Афганская война надолго останется в памяти нынешних и грядущих поколений. Многие страницы ее истории были написана кровью советских солдат и офицеров. Поэтому сегодня важно не просто осудить то непродуманное решение, которое было при­нято в конце 1979 г. весьма ограниченным кругом высшего руководства страны, но, главное, целесообразно разобраться в существе происхо­дящих процессов как внутри самого Афганистана, так и вокруг него. В противном случае мы можем вновь столкнуться с серьезными затруд­нениями в своей политике на мусульманском Востоке.

Мусульманские страны Азии и Африки переживают ныне сложный, мучительный и неоднозначный процесс национального возрождения, в котором активною роль играет религия. Мировые религии, в частности, ислам являются живыми религиями. Они не умерли, как рассчитывали некоторые. Они развиваются. Из года в год растет число их привер­женцев. Особой активностью выделяется ислам – самая «молодая» рели­гия мира. Мы все являемся свидетелями мощных импульсов политической, интеллектуальной, философской деятельности различных групп и слоев мусульманских народов не только в зарубежных странах Востока, но и внутри нашего собственного государства. Как никогда прежде религия ныне активно вторгается в сферы политики, межнациональных и меж­государственных отношений. Без исследования проблей взаимодействия и взаимовлияния религии и политики едва ли возможно понимание современного мира.

В центре внимания предлагаемой работы находится проблема аф­ганского конфликта и отношение к нему со сторона ведущих мусульманских стран. Одновременно, с целью более глубокого и всестороннего показа различных аспектов проблемы в книге содержится характерис­тика ряда вопросов, которые на первый взгляд, якобы, не имеют пря­мого отношения к рассматриваемой теме. В частности, дана общая по­литическая характеристика современного мусульманского мира, пока­зана роль и место Афганистана в исторической эволюции мусульманс­ких народов. Обращается внимание на некоторые специфические черты развития Афганистана, в частности на то огромное значение, кото­рое имеют в общественно-политической жизни родоплеменные отноше­ния. Как известно, Афганистан является одним из немногих государств Азии, которому удалось избежать колониального порабощения. Данный исторический факт несомненно оказывает мощное морально-психологи­ческое воздействие на формирование национального афганского хара­ктера. Вполне обоснованным считается, что своей независимостью и непокоренностью иностранным захватчикам страна во многом обязана высоким моральным и боевым качествам характера бескомпромиссных пуштунов, составляющих основу нации.

Афганистан занимает особое место с точки зрения геополитики. Он расположен практически в самом центре Азии. Один из основателей Пакиста­на, видный поэт и мыслитель М.Икбал, писал: «Образно говоря, Азия представляет из себя организм, состоящий из воды, песка и людей, в котором афганцы являются как бы сердцем. Поэтому, если Афганистану будет обеспечено счастливое будущее, то и всю Азию ожидает процветание, если же его постигнут неудачи, то вместе с афганским народом пострадает весь континент».

Конечно, сравнение М.Икбала может показаться сильным преуве­личением, поскольку экономическое и политическое развитие практи­чески всех азиатских государство в конечном счете зависит не сто­лько от положения в Афганистане, сколько от собственных внутренних факторов. Тем не менее, как показывают реальные факты развития афганского конфликта в течение последнего десятилетия, судьба Афганистана встречает глубокий отклик в душах и сердцах многих народов мусу­льманских стран Азии и Африки. Приход к власти НДПА, вооруженное участие СССР на стороне новых кабульских правителей били восприняты правительствами и частью общественности мусульманских стран как реальная угроза дестабилизации политической ситуации во всем ис­ламском мире.

В этой связи в работе рассматривается очень важный, на наш взгляд, вопрос: насколько подобная трактовка афганских событий со стороны рада мусульманских стран является оправданной и обоснован­ной. При этом важно выяснить те религиозно-поли­тические цели, которые ставят перед собой исламские режимы, в своей политике в отношении Афганистана. Может ли лозунг «угрозы ислама» служить законным основанием для вмешательства, которое совершали некоторые мусульманские страны в афганские события. А может быть Афганистан для одних режимов стал полем боя за укреп­ление собственного престижа в мусульманском мире, а для других разменной картой в большой политической игре в регионе или мире в целом?

Ответы на эти вопросы сложны, и автор, естественно, не претен­дует на полное и всестороннее освещение рассматриваемой проблемы. Учитывая всю сложность и малоизученность темы, ряд вопросов дан в книге в постановочном плане, некоторые положения носят дискуссионннй харак­тер. При написании книги автор стремился максимально использовать труды российских и зарубежных ученых и специалистов, в частности американских, индийских, афганских, пакистанских и других.

Хотелось бы выразить благодарность моим коллегам по Институту востоковедения РАН, прежде всего Г.В.Милославскому, В.Г.Коргуну, В.Н.Пластуну, А.В.Лукьянову и другим, которые своими советами и рекомендациями оказали существенную помощь и поддержку при рабо­те над книгой.

ГЛАВА I.

МУСУЛЬМАНСКИЙ МИР

В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Религия и политика
Активное вторжение религии в сферы мировой политики является одной из отличительных особенностей наших дней, которую учение ра­зных стран стремятся понять и исследовать. Несомненно, это явление порождено огромным комплексом социально-экономических, политичес­ких и других причин, а также самими условиями существования совре­менного человечества. Процесс, «политизации религии» приобрел практически международный характер, хотя в каждой стране он имеет свои отличия. Ряд причин носят универсальный характер.

Так например, при анализе факторов, которые лежат в основе политической активности религиозных организаций на Западе, специа­листы вполне обоснованно отмечают, что в наши дни, вероятно, ни один другой институт общественной жизни, кроме традиционных рели­гий, не обладает столь мощным антибюрократическим потенциалом. Многие некогда моральные, этические и политические ценности буквально на глазах девальвируются. Растет реальная угроза разрастания волны международного терроризма. В этих условиях как никогда прежде люди вынуждены все чаще вспоминать об общечеловеческих понятиях добра и зла, мира и справедливости. По-новому зазвучала проблема роли индивидуума в общественном процессе. Такие качества личности как терпимость, уважение иной точки зрения, или же, наоборот, вспыльчивость, агрес­сивность приобретают ныне важное значение не только на бытовом уровне, но и в жизни целого общества. Духовные, мировоззренческие и нравственные критерии обретают особую важность в отношениях меж­ду народами и странами. Получив возможность напрямую влиять на характер международных отношений, человек обращается к истокам свое­го культурного и мировоззренческого основания. Там, где затрагива­ются личные интересы, человек стремится найти ответ на вечные проблемы общечеловеческого бытия. В ряде случаев он обращается к тем принципам и положениям, которые сформировались под влиянием религиозной сферы обитания.

Следует отметить, что как бы мы не относились к религии, тем не менее, никто не может отрицать ее огромный вклад в утверждение многих гуманистических, нравственных и моральных устоев человече­ства. В этой связи вполне уместным будет привести важное положение Гегеля о том, что «Богу служат ради некоторой цели и цель эта – человеческая; содержание начинается, так сказать, не с Бога, это не содержание его природы, оно начинается с человека, с того, что есть человеческая цель». Гегель считал религию одним из трех про­явлений абсолютного духа, увеличивающим потенциал эмансипации че­ловека. М.Вебер особо подчеркивал, что в современном мире челове­ку не хватает чувства интегративного, поэтому он стремится к ре­лигии.

Многочисленные трудности личного и общественного свойства ле­жат в основе активного участия религиозных организаций в политиче­ской жизни планеты. Религии, в частности, ислам и христианство, имеют многовековой опыт обращения как с отдельной личностью, так и с обществом в целом. Религиозные деятели умеют чувствовать на­строение и желание масс. Исторически религии обладают гораздо бо­лее длительной, чем другие общественные институты, практикой ор­ганизации и управления людьми. Религиозные организации располага­ют крупнейшим организационным аппаратом. Но самое важное, религиозные учения располагают мощным интеллектуальным, духовным, гуманистическим зарядом. Что касается ислама, то он продолжает оказы­вать серьезное влияние на умы и сердца сотен миллионов жителей в странах Азии и Африки. С исламом следует считаться как с реальной силой. Мир ислама не един. Он многолик и нередко политически весь­ма противоречив. Его носители проживают в разных странах, придер­живаются порой различной социально-политической ориентации, при­надлежат к разным национальностям, культурам, классам, слоям и кругам общества. Но для многих из них, если не для большинства, ислам является частью их исторического прошлого, основой их миро­воззрения.

Опыт истории констатирует, что ислам несомненно обладает уни­кальной способностью адаптировать и модернизировать различные ку­льтурные традиции. Вероятно именно эта особенность лежала в осно­ве быстрого распространения ислама. Уже в раннем периоде своего развития исламу удалось установить фундаментальное единство как на уровне религиозных верований, так и общечеловеческих ценностей. Однако возникшее единство не исключало в будущем многовариантность политического устройства в различных районах мусульманского мира. В прежние времена ислам, как впрочем и другие религии, являлся для многих народов формирующим началом этики, нравственности, спо­собствовал закреплению тех или иных традиций, обычаев и т.д. Все это как бы цементировало корни религий и помогало закрепиться религиозным институтам в политической, правовой, идеологической структурах общества. Впоследствии же, будучи несколько потесненными под влиянием научно-технической революции и ее мировоззренческих прин­ципов, религии, ислам в том числе, стали питать свои силы уже в этике, нравственности, традициях и обрядах, которые в наше время превратились как бы в хранилище политического и идеологического потенциала своих вероучений.

Рубеж 70-80-х годов характеризовался в освободившихся странах усилением процесса отторжения, неприятия чуждых этим народам соци­ально-экономических, политических систем, навязываемых извне. Привнесенные ценности, которые генетически сформировались в иной социокультурной среде, вошли в острое противоречие с местными усло­виями и традиционными структурами. Начался мучительный процесс ло­мки и разрушения. В этом случае религия выступает как наиболее последовательное духовное выражение традиционности. Призывы к пер­воначальному исламу могут быть интерпретированы как попытка пере­бросить мостик между происходящими переменами в обществе и возни­кающими разочарованиями. Существующий разрыв между привнесенными извне нормами и ценностями, с одной стороны, и местными социаль­ными структурами, с другой, может рассматриваться как своего рода социо-психологический источник исламского возрождения.

В сложных условиях развивается сегодня мусульманский мир. Мно­гие противоречия и разногласия внутри его нередко приводят к конф­ликтам и даже вооруженным столкновениям между отдельными исламски­ми странами. В мусульманском мире сохраняется традиционное сопер­ничество за лидерство. Как и прежде существуют разногласия между религиозными направлениями, течениями и сектами. Наличие различий между мусульманскими странами в вопросах социального, политического, идеологического и национального строительства дает основание многим российским, а также зарубежным исследователям оспаривать правомочность тезиса о наличии дееспособного, целостного мусуль­манского мира. По их мнению, сегодня можно говорить лишь об опре­деленной социокультурной общности мусульманских народов. Они не только не признают возможность рассматривать мусульманский мир равноправным субъектом международных отношений, но и ставят под сомнение его политическую целостность и единство. В этой связи хотелось бы высказать несколько соображений. Прежде всего представляется, что несмотря на определенную политическую аморфность и расплывчатость, тем не менее, мусульманский мир со всеми своими многочисленными, весьма серьезными противоречиями и разногласиями активно развивается как целостная система, точнее, подсистема современных международных отношений. Само существование разногласий, а порой и прямого противоборства между отдельными странами, вовсе не означает, что в мусульманском мире отсутствуют или бездействуют те мощные социально-экономические, политические, идеологические, духовные и исторические связки, которые способны укрепить его интеграционный потенциал. Без кризисов и без разногласий не может быть поступательного движения от низших и простых форм к более сложным по качеству ступеням сотрудничества. О целостности системы, вероятно, лучше судить не по количеству разногласий и противоречий между составляющими элементами, а по ее способности преодолевать эти кризисы и становиться более сплоченной и дееспособной.

При анализе проблемы целостности мусульманского мира, способного выступать в качестве субъекта в международных отношений, как правило, возникает вопрос базиса и надстройки. Хорошо известно, что К.Маркс и Ф.Энгельс считали экономическую структуру общества тем базисом, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания. Со временем это положение было огрублено и упрощено до такой степени, что все явления культуры. психической и политической жизни были поставлены в прямую, непосредственную зависимость от экономического базиса. Не случайно поэтому уже в самом начале появления марксизма в России Г.В.Плеханов предупреждал: «Надо от эко­номики уметь перейти к общественной психологии, без внимательного изучения и понимания которой невозможно материалистическое объяснение истории идеологий» .

Накопленной человечеством опыт исторических исследований дает основание констатировать, что до сих пор не удается сколько-нибудь убедительно показать прямую зависимость духовной и культурной жизни от материальной истории общества. Периоды экономического прогрес­са и политического подъема или регресса прямо не связаны с перио­дами культурного расцвета или упадка. Связи здесь гораздо сложнее. Материалистическое понимание исторических процессов вовсе не оз­начает, что историю можно подменить политэкономией, а живых людей – абстракциями. При описании конкретных исторических явлений, в ко­торые вовлечены реальные люди с их характером, темпераментом и другими особенностями явно не достаточно свести все лишь к социаль­но-экономическому объяснению. К.Маркс считал, что «общественная история людей есть лишь история их индивидуального развития, сознают ли они это или нет». В этой связи совершенно оправдано, что многие ученые рекомендуют искать понимание исторического процесса не в дихотомии «надстройка-базис», а в изучении общественной системы в центре которой находился бы общественный человек. Хозяйст­во, политика, религия, искусство, быт – все это не что иное, как различные формы поведения человека и человеческих групп. Поведение как категория существования личности, часто выпадающая из поля зре­ния исследователей, на самом деле является одним из решающих фак­торов в правильном понимании исторического процесса.

Включение категории социального поведения в контекст политиче­ского исследования предполагает рассмотрение как материальных, так и субъективных предпосылок поведения индивида и групп. Люди не совершают поступков автоматически, их поведение обусловлено наряду с осознанными интересами и эмоциями картиной мира, которая задана традицией, языком, воспитанием, религией. Поэтому само понятие ма­териальности человеческого бытия обретает более широкое содержание. Постепенно мы отказываемся от вульгарного понимания материализма, как исключающего важность духовных аспектов человеческого поведе­ния в политических вопросах развития общества. Сегодня по-новому звучат буквально вчера отвергаемые положения целого ряда русских философов и мыслителей. Так например, Вл.Соловьев призывал освобо­диться от материализма и признать правомочность духовного бытия в качестве составной части философского осмысления действий и посту­пков человека. В частности, он писал: «Восстановление прав материи было законным актом в освободительном процессе философии, ибо толь­ко признание материи в ее истинном значении освобождает от факти­ческого рабства материи, от невольного материализма. До тех пор, пока человек не признает материальной природы в себе и вне себя за нечто свое, пока он не сроднится с нею и не полюбит ее, он не свободен от нее, она тяготеет над ним, как нечто чуждое, неведомое и невольное».

В свое время К.Маркс и Ф. Энгельс во второй половине XIX века пришли к выводу, что бытие определяет сознание. Однако развитие в XX веке показало, что не только бытие определяет сознание, а само сознание, идея, теория попытались сконструировать бытие. Идея ста­ла командовать им по своему усмотрению, она кроила жизнь по своему усмотрению. И как отмечал известный российский критик и литератор И.Золотусский, XX век стал эпохой насилия идей и абстракций над лю­дьми, над человеком". По мнению религиозных деятелей, остановить этот процесс насилия и жестокости может только религия. С подобным утверждением, вероятно, можно согласиться отчасти, потому что несмотря на гуманистический потенциал всех религий, тем не менее и в наши дни насилие свершается и от имени религий. Фактов подобно­го рода мы имеем достаточно. Следовательно, определяющим началом служит не само религиозное учение, а конкретные политические, эко­номические интересы, определенных групп и слоев населения. Хотя сознание их сформировалось под сильным религиозным влиянием, одна­ко в основе их жестокости, нетерпимости лежат прежде всего реальные мир­ские цели и задачи. Религия не рождает политику, она скорее спосо­бна благословлять политические действия и программы. Политика раз­вивается по своим законам и отражает интересы конкретных групп и слоев общества. Религия при этом способна служить не только инстру­ментом реализации политических интересов, но и обогащать своими до­гмами и концепциями саму политическую реальность. Иначе говоря свя­зи здесь гораздо сложнее и многообразнее.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

Похожие:

Ислам в истории и политике афганистана iconПрограмма курса по выбору «ислам в политике»

Ислам в истории и политике афганистана iconПрограмма дисциплины Ислам в мировой политике и конфликты на Большом Ближнем Востоке для направления 030700. 62 «Международные отношения»

Ислам в истории и политике афганистана iconПрограмма дисциплины Ислам в мировой политике и конфликты на Большом Ближнем Востоке для направления 030700. 62 «Международные отношения»

Ислам в истории и политике афганистана iconФеномен иронии истории в легитимационной политике
Высоцкий А. Ю. Феномен иронии истории в легитимационной политике // Грані. Д., 2005. № С. 148-152
Ислам в истории и политике афганистана iconСеминар 2008 Христианство, ислам, иудаизм и протонациональные и национальные дискурсы в истории Европы
Христианство, ислам, иудаизм и протонациональные и национальные дискурсы в истории Европы
Ислам в истории и политике афганистана iconКо Дню вывода Советских войск из Афганистана
Советского Союза: 15 февраля 1989 года состоялся вывод Ограниченного контингента советских войск из Афганистана
Ислам в истории и политике афганистана iconИудаизм и Ислам
Ислам – одна из трёх монотеистических религий, основанных на вере в б-жественное Откровение и пророческое послание (непосредственно...
Ислам в истории и политике афганистана iconПараграф 14. Арабы. Возникновение ислама. Карта Аравийского полуострова
...
Ислам в истории и политике афганистана iconИслам и его влияние на обществo
В сегодняшнем мире более 700 миллионов человек на вопрос: "Кто ты по вере?" отвечают арабским словом муслим: " Человек, исповедующий...
Ислам в истории и политике афганистана iconИслам и западная цивилизация
Речь идет о реформе в лучшем, а не в вульгарном смысле слова. Итак: ислам это праведная вера, а праведного конца не может быть без...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org