Диалог культур и цивилизаций



страница21/127
Дата03.08.2013
Размер7.69 Mb.
ТипДокументы
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   127

Е.В. Владыкина

Глазовский госпединститут, студентка




ЖЕНЩИНА В СКАНДИНАВИИ X – XII вв. ПО ДАННЫМ КОРОЛЕВСКИХ САГ



Становление феодализма в скандинавских странах шло достаточно своеобразно, переход к классовому обществу произошёл довольно поздно. Это определило то, что родовые отношения играли важную роль вплоть до XII в. Вместе с запоздалой христианизацией Скандинавии этот фактор определил и своеобразное положение женщины в обществе, можно сказать, нетипичное для средневековой Европы. Поскольку женщина здесь играла важную роль во многих сферах жизни общества, то изучение её положения даёт возможность получить более объёмную и полную картину общества, для которого характерно переплетение элементов родового и феодального строя.

В основе проведённого нами исследования лежит анализ «Круга Земного» Снорри Стурлусона, принадлежащего к так называемым «сагам о королях», или «королевским сагам», т.е. древнеисландским сагам, в которых рассказывается о событиях не в Исландии, а в тех скандинавских странах, где в отличие от неё были короли, и, прежде всего – о событиях в Норвегии. Следует учесть особенность королевских саг – чаще всего в них упоминаются люди из высших сословий, описывается круг лиц, который наиболее был приближен к королю, в то время как другие социальные слои представлены в меньшем объёме, что несколько затрудняет исследование.

Женщина появляется в сагах в том случае, если она является женой какого-либо известного мужчины, или играет в его жизни какую-то судьбоносную роль. Заслуживают внимания автора и те женщины, которые становятся наследницами больших земельных владений – чаще всего ими бывают вдовы. При описании женщины Снорри даёт о ней краткие сведения, сообщая её принадлежность к тому или иному роду, кратко описывая её внешность и характер. О незнатных женщинах упоминается вскользь и лишь тогда, когда они оказываются связаны со знатными людьми. Информацию о женщине можно также извлечь из описанных автором некоторых скандинавских традиций и порядков.

Необходимо заметить, что ни в зарубежной, ни в отечественной историографии нет комплексного изучения всех аспектов жизни скандинавской женщины, а королевские саги не привлекались как источник для изучения данной темы.

Несмотря на отсутствие в скандинавском обществе сложившейся чёткой классовой структуры, социальная дифференциация достаточно глубоко проникла в его недра. Принадлежность к тому или иному социальному слою определяла поведение человека в рассматриваемый период, регламентировала его жизнь, поступки, определяла нормы поведения.

Можно выделить три категории женщин, встречающиеся в источнике: знатные, рядовые, зависимые. Чаще всего упоминаются женщины из высших слоёв общества.
К ним можно отнести женщин из королевских семей, жён и дочерей ярлов (первоначально ярл – высший представитель родовой знати, впоследствии высший из вассалов конунга в округе) и женщин из знатных родов. Встречаются в сагах и рядовые женщины – жены и дочери бондов – свободных общинников-землевладельцев. Однако начавшееся социальное и имущественное расслоение привело к тому, что среди свободного населения начинают выделяться бедные и богатые, а также появляются такие категории женщин, которые, не имея своего имущества, вынуждены продавать свой труд и наниматься на работу. Тем не менее, они все ещё принадлежат к числу свободного населения. Низшую ступень в обществе занимали зависимые, к числу которых следует отнести рабынь или служанок, как их называют в большинстве случаев, а также наложниц.

Вследствие социального расслоения эти категории нельзя назвать однородными. К тому же существовала достаточная социальная мобильность, которая могла изменить статус женщины, например, в результате замужества или плена. Попасть в плен, и стать рабыней могла любая женщина, даже самая знатная. В таком случае её могли выкупить родственники, при этом к ней возвращался её прежний статус [1. С. 420]. Для обретения свободы рабыня могла выйти замуж за свободного человека, который сначала должен был её выкупить. Примечательна в этом плане судьба Астрид, «дочери могущественного мужа», которая, будучи вдовой конунга, попала в плен и стала рабыней. Затем её выкупил богатый и знатный человек, и она, став его женой, вновь обрела свободу [1. С. 132]. Таким образом, мы видим, что социальный статус женщины мог, как повышаться, так и понижаться.

Права женщины были неразрывно связаны с её социальным положением. Женщины из высших сословий могли претендовать на высшую власть в государстве, если муж погибал [1. С. 69, 511], если наследник был юного возраста [1. С. 38, 39] или не проявлял способностей к управлению страной, «был как рёбенок» [1. С. 87, 375]. Как свидетельствует источник, даже не имея реальной политической власти, женщина могла косвенно принимать участие в управлении страной и вмешиваться во внешнюю политику. Делала она это очень просто, по-женски, путём уговоров, советов, просьб, увещеваний [1. С. 87, 90, 184, 208, 375]. Иногда женщина прямо вмешивалась в дела государства, при этом идя на довольно радикальные меры. Например, в «Саге об Олаве сыне Трюгви» Гуннхильд, вдова конунга, пыталась убить мальчика, который, являлся претендентом на престол, и мог составить конкуренцию её сыновьям. Когда попытка физической расправы не удалась, она попыталась сделать его своим воспитанником [1. С. 97, 98, 100].

Что касается рядовых женщин, прямой доступ к власти был для них закрыт. Хотя жёны и дочери бондов имели право участвовать в тингах (сходка населения, на которой осуществлялось самоуправление) [1. С. 75], на которых решались текущие проблемы, разбирались преступления, оглашались указы конунга, но права голоса они не имели. По крайней мере, в источнике нет об этом сведений. Женщина могла оказаться на тинге в качестве обвиняемой и должна была пройти все испытания, чтобы оправдаться [1. С. 489]. Чаще всего это были обвинения в связи, дружбе с посторонним мужчиной. Приходилось доказывать свою непорочность, чтобы о ней не ходила «дурная слава». Женщина должна была пройти испытание раскалённым железом (пронести его в руках) [1. С. 489]. Однако обычно права женщин на тинге отстаивали их родичи (мужья, братья, отцы) [1. С. 95, 127, 530], особенно, если преступление совершалось против женщины. Родственники могли пойти и на убийство обидчика, при этом не имело значения положение, которое он занимал в обществе. Так, был убит конунг Сигурд Слюна, который изнасиловал замужнюю женщину Алов во время отсутствия её мужа [1. С. 95]. Если же у женщины не было знатных и богатых родственников, и постоять за неё было некому [1. С. 526], то она сама могла отомстить [1. С. 142]. Так поступила Аса, которая послала своего раба убить мужа – конунга, за то, что тот убил её отца и брата. Никакого осуждения со стороны общества Аса не испытала, а её сын считался законным наследником отца. Очевидно, с точки зрения современников, Аса выполнила свой моральный долг, продиктованный древним обычаем – отомстила за своих родных.

О наличии прав у рабынь (служанок) говорить не приходится, однако, в связи с упоминавшейся уже социальной мобильностью женщина могла изменить свой социальный статус и, соответственно, приобрести характерные для него права и обязанности.

В родовом обществе брачные отношения, безусловно, играли большую роль, а для женщины – первостепенную, т.к. брак мог определить её дальнейшую судьбу. Внешность женщины принималась во внимание, однако, необходимость при заключении матримониального союза заручиться поддержкой и согласием родичей брачующихся сторон говорит о том, что он заключался не по личной симпатии, а в интересах рода. Это подтверждается и тем, что решение о браке часто выносилось на тинге, где выражались интересы родов [1. С. 219].

В рассматриваемом обществе существовала традиция отдавать детей на воспитание родственникам или достойным людям. Такая система воспитания расширяла круг лиц, заботящихся о ребёнке и рассматриваемых в качестве родственников, что обеспечивало большую поддержку в обществе и тем, кто отдавал детей на воспитание, и тем, кто их брал. Доминирующую роль в воспитании детей, особенно мальчиков, играли мужчины, а роль женщины заключалась в их рождении и вскармливании.

Определённое место в жизни женщины занимала любовь и сексуальные отношения, однако определяющей роли, например, при заключении брака они не играли. Более того, чувства женщины не учитывались, а замужество для неё подразумевало автоматическое возникновение тёплых чувств к мужу.

В источнике упоминается большое количество вдов, что не удивительно – многочисленные военные столкновения и внутренние распри приводили к высокой смертности среди мужчин. После смерти мужа вдова получала определённую экономическую и социальную свободу. К тому же она наследовала имущество мужа, и становилась завидной партией. Амбиции некоторых вдов были очень высоки, и они считали свои владения и власть не меньшими, чем владения и власть конунгов [1. C. 126].

Что касается разводов, то в Скандинавии существовала относительно лёгкая процедура расторжения брака – об этом в полной мере свидетельствует источник. Причиной развода мог стать интерес мужа к другой женщине [1. C. 18, 53, 127] или охлаждение чувства к жене [1. C. 501], а со стороны женщины, например, неприязнь к мужу, «язычнику и старику» [1. C. 154]. Разведённая женщина могла отправиться жить к родичам и переходила под их покровительство [1. C.18, 501]. Препятствий для повторного замужества не возникало, поскольку такая женщина считалась свободной.

В средневековой Скандинавии наряду с происхождением и родственными связями одним из важнейших факторов укрепления социального положения и влияния в обществе являлось материальное благосостояние. На основании анализа данных саг можно заключить, что женщины обладали довольно обширными экономическими правами. Основу экономического благополучия женщины составляло её приданое [1. C. 154, 155, 429]. Жених должен был внести при заключении брака эквивалентную сумму – вено, в качестве которого могли выступать земельные владения [1. C. 18, 234] и ценные вещи, игравшие роль денег [1. C. 18]. В случае развода вено обеспечивало экономическую самостоятельность женщины, т.к. вено находилось в её пользовании.

Подводя итоги, нужно сказать, что традиционно главным в скандинавском обществе считался мужчина и он, несомненно, обладал большими правами. Но за спиной каждого мужчины стояла женщина, относительно свободная и независимая. А образ самостоятельной, умной женщины, являющейся опорой для мужа и достоинством рода, уникален для средневековой Европы.
1. Стурлусон Снорри. Круг Земной. М., 1980.

1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   127

Похожие:

Диалог культур и цивилизаций iconВ греции начался «Диалог цивилизаций»
На греческом острове «Родос» сегодня открылось пленарное заседание Второго Международного общественного форума «Диалог цивилизаций»....
Диалог культур и цивилизаций iconПрограмма проведения 24 – 25 сентября 2009 года
Смоленске – Гнездово Международной научно–практической конференции: «Диалог культур, народов и цивилизаций»
Диалог культур и цивилизаций iconРабочая программа учебной дисциплины (модуля) б в. 02. 2 История древнего востока трудоёмкость (в зачётных единицах) 4
Истории Древнего Востока с историей первобытности и историей античных цивилизаций, а также исключительной важности диалога культур...
Диалог культур и цивилизаций iconСеминаре юнеско «Диалог цивилизаций»
Об XI всемирном русском народном соборе и позиции рпц на семинаре юнеско «Диалог цивилизаций»
Диалог культур и цивилизаций iconIii. Материалы научно-практических конференций
Диалог культур и цивилизаций. Материалы X всероссийской научной конференции молодых историков.  Тобольск: тгпи им. Д. И. Менделеева,...
Диалог культур и цивилизаций iconСта­тья опуб­ли­ко­ва­на в из­да­нии: Диалог культур и партнерство цивилизаций: IX международные Лихачевские чтения, 14-15 мая 2009 г. Спб.: Изд-во Спбгуп, 2009, стр. 292-299

Диалог культур и цивилизаций iconЗаметки Реплики Отклики
«Диалог культур и парт­нерство цивилизаций». Впервые одна из секций — «Человек и культура в литературоведении xix—xx веков» (выступления...
Диалог культур и цивилизаций iconДиалог цивилизаций: восток-запад
Кризис современной философской компаративистики. Логика истории и будущее современных цивилизаций
Диалог культур и цивилизаций iconМероприятия Литературного института в рамках социально-культурной деятельности Ноябрь 3 ноября (четверг) – в рамках проекта «Диалог культур»
В рамках проекта «Диалог культур» вечер Армянской культуры в Литературном институте ауд. №3 в 17: 00
Диалог культур и цивилизаций iconБ. Т. Койчуев «Персидские мотивы» С. А. Есенина: диалог культур
К. 59 «Персидские мотивы» С. А. Есенина: диалог культур Учебно-научное пособие. – Б.: Крсу, 2011. – 118 с
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org