Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006



страница14/49
Дата26.10.2012
Размер4.73 Mb.
ТипДокументы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   49

96

А. А. Спасский

предсказывающего скорое наступление во всех местах Римской империи заразительных болезней, землетрясений и пожаров, причем сообщалась и заклинательная формула, которую нужно было набить на дверях дома, чтобы освободить себя от болезни. Повальная болезнь действительно настала,1 и масса людей стала раскупать заклинания.2 И еще раз выступил он в качестве пророка, решающего теперь уже важные государственные вопросы. Марк Аврелий, вставший в конце своего царствования во главе продолжительной борьбы с германскими варварами (квадами и маркоманнами), часто терпел серьезные поражения. В один из таких критических моментов он призвал к себе Александра, чтобы узнать предсказание оракула. Гликон повелел бросить двух живых львов в реку Дунай и совершить торжественные церемонии.1 Приказание оракула было исполнено, и этот факт подтвержден одним барельефом. На барабане, находящемся на колонне Антонина, изображен Марк Аврелий в облачении понтифекса, окруженный многими лицами, облеченными в длинные одежды; правая рука полуголая, как бы совершающая либацию на переносном алтаре, поставленном на треножник, над которым возносится фимиам; ниже корабль в волнующейся реке; впереди два связанные льва, бросающиеся в воду.4 Характерно то, с какой легкостью само государство в затруднительных случаях прибегало к помощи наиболее популярного культа своего времени. Маг и пророк достиг теперь высшего торжества. В Або-нотеях, месте постоянного пребывания оракула, не хватало уже ни пространства, ни галерей, ни портиков, чтобы прокормить и поместить множество людей, посещавших оракул.5 Молва о чудотворце вышла за пределы Римской империи — ассирийцы, кельты и другие чужестранные племена посещали город и предлагали вопросы на своих языках. Дневного оракула уже не хватало; заговорил ночной оракул; появились экзегеты и переводчики.6 Вся организация получила прочное устрой-
1 Она засвидетельствована историей. См.: Schiller. Op. cit. S. 64.

2 Alex. Cap. 36; Jacobitz. II, 191-192.

3 Alex. Cap. 48; Jacobitz. II, 199.

4 Aube. Op. cit. P. 123.

5 Alex. Cap. 49; Jacobitz. II, 199-200.

6 Ibid.

97

Эллинизм и христианство. Лукиан Самосатский

ство. Александр присвоил себе имя Юпитера и Юноны, добился того, чтобы его городу дали имя Ионополис, и стал печатать монеты, на одной стороне которых изображался сам Александр с украшенной венками головой Эскулапа и с серпом Персея, а на другой стороне — Гликон.1

Он умер в Париуме в полной славе, не достигнув 70 лет от роду. Уже около 178 г.
изображения его были предметом почитания в Пари-уме, где находилась его гробница и статуя: скоро культ его проник и в другие города, где на общественный счет устраивали жертвоприношения и праздники ему как будто внемлющему богу.2 Латинские надписи, найденные в Дакии и верхней Мидии, показывают, что Гликон имел многочисленных поклонников и по окраинам Империи и что Александр здесь ставился с ним рядом, как бог. На этой почве возникла новая теология. Гликон поставлен был в связь с гением плодородия Ануби-сом и мистическим божеством Иао. Никомидия еще в 340 г. сохраняла изображение змеи с человеческой головой на своих монетах, а в 252 г. культ Гликона процветает в Ионополисе.3 В Corpus inscript. lat. сохранилась надпись:

Jovi et uno

N. et dracco

N. et dracce

nае et Alexandre.4

Даже философия времен Антонинов не чужда была самых грубых суеверий. У постели больного афинянина Евкрата собрались перипатетик Клеодем, стоик Димонах и Ион, знаток философии Платона, и рассуждают о средствах излечения больного. «Если, — предлагает Клеодем, — зуб убитой землеройки вытянуть левой рукой из земли и вшить его в хорошо очищенную кожу льва и повязать ею колена больного — боль прекратится мгновенно». «Нет, — прерывает его стоик Димонах, — нужно зашить в кожу молодого оленя, так как он очень быстрое животное, и главная его сила в ногах».5 — Ученый платоник

1 Alex. Cap. 58; Jacobitz. II, 206.

2 Athenag. Suppl. pro christ. Cap. 26.

3 Renan. Marc. Aurele. P. 51.

4 Aube. Op. cit. P. 124.

5 Philopseudes. Cap. 7; Jacobitz. III, 106.

98

А. А. Спасский

идет еще дальше и опирается на собственное наблюдение. К его отцу пришел раз несчастный человек и рассказал, что его садовник Мида, один из самых сильных и прилежных рабочих, ужален ядовитой змеей, и нога его стала гнить, так что он должен был лежать на кровати. Один присутствовавший тут знакомый предложил привести вавилонянина, умеющего исцелять болезни. Является вавилонянин, посредством мистического изречения изгоняет яд и привязывает к ноге больного вещичку, взятую из гробницы умершей девственницы. И чудо совершилось: больной поднялся на кровати, взял ее на плечи и твердыми шагами прошел по имению.1 И действительно, в области суеверий дальше идти было уже некуда...

4. В переходные периоды исторической жизни народов, когда устои старого порядка рушатся, распадаются на свои составные части, и новых основ для будущего еще не видится, когда недостатки, пороки и язвы общественного и политического строя особенно выделяются наружу, когда человеческая личность теряет основы своего бытия, литературное творчество народа обыкновенно самое яркое выражение для себя находит в сатире. Перелом политического строя Рима от республики, диктаторства, триумвирата до утверждения монархии в римской письменности ознаменовался рядом сатирических произведений, вышедших из-под пера Горация, Персия, Флакков, Петрония2 и Ювенала.3 В эпоху Антонинов, и именно в тот момент, когда в истории этого знаменательного периода впервые наблюдается упадок, роль древних сатириков пала на долю Лукиана.

Оцениваемые с исторической точки зрения Лукиан и его творения могут быть признаны одним из характернейших явлений эпохи Антонинов, ярко отпечатлевших на себе ее отрицательные черты, тот начавшийся во всех странах упадок общественной и культурной жизни, каким отличается конец правления Антонинов. Софист, обошедший почти всю Римскую империю, он в своих сочинениях сохранил целый ряд наблюдений, взятых из самой жизни, из ее ежедневного обихода, и в худо-
1 Philopseudes. Cap. 11; Jacobitz. III, 198-199.

2 Характеристику их см.: Schiller. Geschichte romische Kaiserzeit. Bd. I. Gotha, 1888. S. 468.

3 Персии и Ювенал: см. у Марта. Указ. соч. С. 107 ел., 257 ел.

99

Эллинизм и христианство. Лукиан Самосатский

ественно изображенном и нарисованном в бьющих в глаза красках воспроизведении лиц и фактов, событий, случайных встреч и разговоров перед читателем раскрывается живая картина, взятая просто из действительности во всей той отталкивающей неприглядности, в какой она рисовалась в сознании Лукиана. От его внимательного и критического взора не ускользнуло ничего: математика, астрономия, история, риторика, философия, поэзия и искусство, религия и соединенные с ней суеверия. Он стремился действовать на слушателей не отвлеченной логикой, не теоретическим изложением своих мыслей, но образами, главными лицами, взятыми во всей их реальной действительности. Преимущественной формой его произведений является диалог, и общая композиция его трудов представляет собой не ученый трактат, а театр, на сцене которого беспрерывно сменяются сюжеты и актеры. Но самой отличительной особенностью его личности и умственного миросозерцания, всецело определившей содержание и направление его сочинений, придавшей ему особый интерес, выделившей его резкими чертами от других современных ему писателей и обеспечившей ему знаменитость и славу, как у его современников, так и у позднейших поколений, был особый склад его мышления — юмористический = саркастический. Во всех идеях, какие он обсуждает, во всех лицах, проходивших перед его умственным кругозором, он воспринимал только отрицательную сторону, достойную лишь смеха и порицания. Все его миросозерцание возникло из чувства недостижимого или недостигнутого идеала, и он принадлежал к числу тех, может быть, немногих людей того времени, которые, потеряв веру во всякое высшее благо, весь свой острый ум, свой опыт и знание людей приложили к тому, чтобы изобразить глупость и ничтожность жизни, напрасно стремясь, а часто не имея в запасе ничего лучшего и ценного, чтобы создать себе что-либо твердое и прочное на месте потерянного и забытого.

Несомненно, Лукиан обладал значительной начитанностью и тем запасом учености, какой давали риторские и философские школы того времени, но едва ли он что-нибудь изучал серьезно. «Он привык читать быстро, — говорит один из его поклонников — Croiset, — и судить кратко; с присущей его уму сообразительностью он мало тратил времени на то, чтобы всмотреться внимательно в читаемые им произведения, Понять их характеристические черты и оригинальность физиономии.

100

А. А. Спасский

Его ум, живой и деятельный, скользил по идеям, и он довольствовался поверхностным познанием. Входить в обсуждение изученного им в общем и целом, он не имел ни терпения, ни широты взгляда для того, чтобы хорошо понять его. Некоторые частности его увеселяли и интересовали, и он овладевал ими мимоходом, и в этом состояло все, что удержал он при себе».1 И это повсюду: в математике, религии и философии; везде наблюдения превосходны, нигде нет синтеза.2 Этот узкобо-кий строй его ума отразился и на его юморе и сатире. «В человеческом обществе он ничего не видел, кроме глупости, лукавства и безумия и никогда не замечал разума, который несло будущее, не способен был в своих противниках отличить ложь от элемента истины, заключающегося в ней. Его смех неумолим, непрерывен, неумолкаем и остроумен, можно сказать, пронзительный, но без веселости и основательности».3 «Я друг истины, — определяет свою собственную жизненную задачу сам Лукиан, — друг всего прекрасного, естественно-натурального и всего истинно достойного любви и непримиримый враг всякого хвастовства и лжи, кричащей на рынках темноты, и всей душой ненавижу подобного рода людей»,4 — сарказм и беспощадная полемика явились осуществлением этой задачи.

Самый характер сатиры изменился. Великие общественные перевороты, всеохватывающие общественные движения, ознаменовавшие собой переход от республики к монархии, сошли с исторической сцены; политические права были отняты от граждан и отданы в руки сложной центральной и областной администрации. Жизнь потеряла свое идеальное содержание, и мысль ограничивалась узким горизонтом. Широкие обобщения стали ей недоступны, и ее внимание сосредоточилось на частностях и случайностях. Сатира идет по тому же пути упадка, мелочности, случайных и искусственных сопоставлений. Возникла изобретательность, так сказать, своеобразная игра фантазии, и истинное художественное творчество, опиравшееся на политические и социальные идеи, исчезло. Такова и сатира Лукиана. Он рассматривает
1 Croiset. Op. cit. P. 92.

2 Ibid. P. 111.

3 Ср.: Aube. Op. cit. P. 113-114.

4 Piscatur. Cap. 20; Jacobitz. I, 352.

101

Эллинизм и христианство. Лукиан Самосатский

все важнейшие явления своего времени, но он нигде не входит в глубь вещей, не развивает никакой принципиальной точки зрения на вопрос. Лукиан, можно сказать, прошел всю свою жизнь как посторонний наблюдатель, все осмеивая, над всем издеваясь, не оставив никакой оригинальной мысли по себе, не указав никакого просвета из того мрака, пустоты и ничтожества, в который погружена жизнь человеческая во всех ее проявлениях. Но все эти внутренние недостатки Лукиана покрываются его обработанным стилем, остроумием мысли, блестящей искорками иронии самой живой фантазии, множеством удачных наблюдений, от которых не ускользала никакая мелочь и в особенности поразительным умением комбинировать лица и события так, что они невольно вызывают у читателей захватывающий интерес, а иногда и веселый смех.

Религиозная сфера, как она развилась в эпоху Марка Аврелия с ее массой суеверий, религиозным шарлатанством, с новыми чудотворцами и богами, заключала в себе богатый материал для применения сатирического и юмористического таланта Лукиана, и здесь он действительно нашел для себя плодотворную почву: уже биография Александра Абонотейского составлена им для того, чтобы раскрыть все проделки этого шарлатана и злостно осмеять его. Его этюд о сирийской богине, раскрывающий в себе историю этого культа и связанных с ним суеверий, может и в настоящее время служить источником для изучения мифологии его времени. Но главным предметом его боевой полемики и неподражаемого юмора являются боги, национальный культ в том его умноженном составе, в каком он сложился ко времени его литературной деятельности. Гомер первый воспел теогонию греческих богов во всей некрасивой наготе ее и откровенной наивности. Гесиод дал ей систему, и — эта сложная и разработанная мифология древними греками, а отчасти римлянами принималась со всей убежденностью верующего язычества, служила тем, что у христиан — Библия и Евангелие.

Кое-кто и не очень малочисленное количество лиц еще ранее Лукиана выступали против крайностей языческого культа. Аристофан, хотя и не имел никакого желания отрицать богов, но не лишал себя удовольствия придавать смешную и постыдную роль некоторым второстепенным богам, как например Бахусу; однажды Еврипид принужден был зрителями уничтожить неприличное слово, произнесенное

102

А. А. Спасский

против Юпитера.1 Теория Евгемера подорвала прежнее учение о том, что боги представляют собой сверхъестественные, небесные существа, и учила о человеческой их сущности. Эпикуреец Веллий у Цицерона собрал все, что мог образованный человек того времени сказать позорного о богах, и дал Минуцию Феликсу богатый материал для обличения язычества, и Сенека во имя высшего духовного принципа отрицал необходимость материального культа. Гениальный Лукреций в своей поэме «О природе богов», во имя науки и разума убежденно преследовал бессильных и презренных римских богов.2

Современная Лукиану философия не выработала себе определенного отношения к религии. Если стоики умели сочетать свою философию с почитанием богов, в которых они видели олицетворение натуральных сил природы, то рядом с ними стояла школа Эпикура, одного из блестящих созданий древности. Отрицателем богов он не был, но подводя все в природе и человеческой жизни под законы физической необходимости, он решительно отвергал Провидение и разрушал всякую связь между Богом и миром. Божественное Провидение — изобретение человеческой фантазии, не знающей законов природы. Боги — блаженные существа, не утруждающие себя заботами о мире и предоставляющие всему мировому порядку идти своим путем.3

Но никогда еще греко-римские боги не подвергались такому позорному осмеянию, сарказму и иронии, как в сатирах Лукиана. Он низводит их с неба на общественную сцену, заставляет их самих говорить и раскрывать перед всем человечеством свои недоумения, слабости и пороки. Вся эта масса богов и богинь, собравшихся на греко-римском Олим-
1 Ср.: Марта. Указ. соч. С. 343.

2 Там же. С. 371. Ср.: Schmidt. Op. cit. S. 23.

3 Лукиан не был эпикурейцем, но его симпатии к этому учению, в котором он находил много сродного своим воззрениям, — несомненны. Он глубоко возмущается поступком Александра Абонотейского, который приобрел себе книгу с положениями Эпикура, принес ее на рынок и в присутствии толпы сжег ее в огне. «Этот несчастный, конечно, не знал, как много добра приносит своим читателям эта книжка, как она охраняет бесстрастное спокойствие, свободу души от страха и ничтожных измышлений, ложных ожиданий и тщетных желаний, помогает самостоятельности мыслей и познанию истины...» (Alexander. Cap. 27; Jacobitz. II, 197-198).
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   49

Похожие:

Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconКнига первая. Остров Амазонок»: Издательство «Крылов»; Санкт Петербург; 2006
«Одиссея полковника Строганова. Книга первая. Остров Амазонок»: Издательство «Крылов»; Санкт Петербург; 2006
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconДоговор № XXXХX г. Санкт-Петербург XX xx. 2010 г
ОЮ, паспорт: 40 07 077809, выдан: 2 отделом милиции Адмиралтейского района Санкт-Петербурга 13. 12. 2006, код подразделения: 782-002,...
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconИнформационно-аналитический обзор Ноябрь Санкт-Петербург 2006 г
Приложение: Основные показатели, характеризующие социально-экономическое положение Санкт-Петербурга и Ленинградской области за 9...
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconВолгоградское научное издательство
Физиология адаптации: Материалы 1-й Всероссийской научно-практической конференции, г. Волгоград, 7-10 октября 2008 г. / Науч ред....
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconС. А. Николаев Эволюционный круговорот материи во Вселенной Новая космологическая теория
Николаев Семён Александрович. Эволюционный круговорот материи во Вселенной. 4-е издание, переработанное и дополненное. Санкт-Петербург....
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconОтчет судейская коллегия Смирнова Анна (Санкт-Петербург) Соловьев Григорий (Санкт-Петербург)
Стиль Санкт-Петербург (Пушкин), Аргус-ТанцКласс – Москва, Танцуй Со Мной – Ярославль
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 icon191023 Санкт-Петербург, наб р
Санкт-Петербург. Санкт-Петербург- ское отделение Математического института им. В. А. Стеклова ран
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconДоктор Рудольф Штейнер. Теософия и социальный вопрос. Издательство «Духовное знание». Москва. 1917. Сохранены издательские обложки книга
Гай Саллюстий Крисп. Полное собрание сочинений. Перевел и объяснил В. Рудаков. Санкт-Петербург. Издание Я. И. Либермана. 1894г. Издательский...
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 icon-
«Филипп Янси, Иисус, которого я не знал»: Издательство «Кайрос»; Санкт–Петербург
Научное издание издательство Ол ега Абышко Санкт-Петербург 2006 iconЗакон санкт-петербурга настоящий Закон Санкт-Петербурга направлен на обеспечение дополнительных мер социальной поддержки детей и молодежи в Санкт-Петербурге. (с изменениями на 11 мая 2006 года)
Законом Санкт-Петербурга от 24 апреля 2006 года n 173-24 (Вестник Законодательного собрания Санкт-Петербурга, n 6, 10. 05. 2006)
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org