«Руська Правда» Пришло время говорить Правду!



страница1/4
Дата11.07.2014
Размер0.57 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4


«Руська Правда» - Пришло время говорить Правду!



Русский язык для Украины - не иностранный




Более десяти лет на Украине ведется постепенное, но неуклонное наступление на русский язык, который методично вытесняется из сферы образования и делопроизводства. Украинские власти фактически приравняли русский язык к иностранному. Они упорно игнорируют многочисленные предложения учесть реально сложившуюся на Украине языковую ситуацию и придать русскому языку статус официального наряду с государственным украинским. Некоторые особо ретивые деятели настаивают на полном изгнании русского языка из всех без исключения сфер общественной жизни. Чтобы выяснить, насколько обоснованными, или скорее безосновательными, являются попытки представить русский язык на Украине иностранным, надо обратиться к истории русского языка, в особенности к тем ее страницам, которые были скрыты в советский период, и о которых предпочитают не вспоминать современные украинские идеологи, выполняющие задачу нагнетания антирусских настроений в украинском обществе с целью максимально обособить Украину от Российской Федерации и не допустить их возможного сближения в будущем.

В дореволюционной России термин "русские" относился не только к великороссам, как это после 1917 года было установлено большевиками, а в равной степени также к малороссам и белорусам. Соответственно и русский язык тогда представлял собой совокупность основных русских наречий - великорусского, малорусского и белорусского, которые в свою очередь разделялись на поднаречия и многочисленные говоры. Наряду с простонародными наречиями русского языка выделялся также общерусский литературный язык.

Рассматривая языковую ситуацию XIX столетия, не говоря уже о более ранних временах, когда не было ни системы всеобщего образования, ни средств массовой информации, следует проводить различие между разговорным языком простого народа и языком литературно-книжным. Академик И.И.Срезневский указывал на необходимость "рассматривать в истории Русского языка отдельно язык народа и язык книжный". Если вести речь о разговорном простонародном языке, то, встречаясь с терминами: язык, наречие, поднаречие, говор, надо учитывать, что эти термины, за исключением последнего носили всего лишь условный характер. Реально существовали только последние - простейшие и неделимые языковые величины в виде конкретных говоров, на которых говорили люди в каждой отдельной местности.

Остальные из перечисленных языковых величин являлись собирательными: группа однородных говоров составляла наречие (поднаречие), группа близких между собой наречий - язык.

Академик А.А.Шахматов писал: "Самого поверхностного наблюдения достаточно, например, для того, чтобы убедиться в том, что в разных местах России говорят по-русски несходно, с большими или меньшими отличиями. Малорусы, занимающие юго-запад и юг России, белорусы, сидящие на западе ее, сильно разнятся и в произношении, и в словоупотреблении от великорусов. Но и область, занятая великорусами, далеко не представляет единства в языке: конечно ярославец хорошо поймет рязанца, архангелогородец без труда объяснится с калужанином, но это будет в значительной степени зависеть от того, что в общениях не со своими односельчанами местный житель избегает серой деревенской речи и старается говорить по-городскому; имеем ряд свидетельств хорошо подготовленных наблюдателей относительно того, как трудно без известного навыка схватить смысл речи, когда крестьяне той или иной отдаленной от городских центров местности непринужденно говорят между собой. Можно привести сотни и тысячи слов, понятных в одной великорусской местности и неизвестных в другой; весь уклад языка, разумея под этим все приемы произношения звуков, разнообразится в различных частях так называемого великорусского наречия, Но даже в пределах одного уезда, другой раз одной волости заметны как среди великорусов, так и малорусов и белорусов крупные диалектические отличия." Однако взаимные диалектические отличия русских наречий не были столь велики как это наблюдалось в других языках, что позволяло говорить о русском языковом единстве.

Академик И.И.Срезневский писал в 80-х годах XIX в.: "...Давни, но не испоконны черты, отделяющие одно от другого наречия северное и южное - Великорусское и Малорусское; не столь уже давни черты, разрознившие на севере наречия восточное - собственно Великорусское и западное - Белорусское, а на юге наречия восточное - собственно Малорусское и западное - Русинское, Карпатское; еще новее черты отличия говоров местных, на которые развилось каждое из наречий Русских. Конечно все эти наречия и говоры остаются до сих пор только оттенками одного и того же наречия и ни мало не нарушают своим несходством единства Русского языка и народа. Их несходство вовсе не так велико, как может показаться тому, кто не обращал внимания на разнообразие местных говоров в других языках и наречиях, напр. в языке Итальянском, Французском, Английском, Немецком, в наречии Хорутанском, Словацком, Сербо-Лужицком, Польском."

На поразительное языковое единство русского народа при сравнении его с другими крупными европейскими народами указывал в начале ХХ века академик А.И.Соболевский: "Если мы сравним русский народ в нынешнем его состоянии с другими народами Европы, мы будем поражены его однообразием. Немцы, например, в разных местах немецкой территории (в Германии, Австрии и Швейцарии), несмотря на все усилия превосходной немецкой школы, остаются при своих говорах, и немец из Гамбурга не понимает немца из Вестфалии, а немец из Вестфалии не понимает немца под Цюрихом или под Веной. То же можно сказать об испанцах и итальянцах, несмотря на то, что размеры испанской и итальянской территории не идут ни в какое сравнение с размерами территории русской."

Говоря о единстве простонародного русского языка мы имеем в виду величину условную, собирательную. Столь же условными, собирательными языковыми величинами являлись и наречия великорусское и малорусское, включавшие в свой состав поднаречия и говоры. Поскольку не существовало четких критериев, позволявших однозначно утверждать, что является языком, а что наречием, эти понятия могли быть применимы к одной и той же языковой величине. Не затрагивая здесь политических причин, по которым русские наречия именовали языками, о чем речь пойдет далее, заметим, что данная языковая величина могла быть названа и языком, и наречием, в зависимости от того, с какими из других языковых величин она сравнивалась. Например, великорусское или малорусское наречие по отношению к своим поднаречиям могло быть названо языком, и в то же время по отношению к более общей языковой величине - русскому языку - оставаться наречием.

В таком относительном значении употребляет термины язык и наречие профессор Т.Д.Флоринский, который, не отнимая у малорусской речи права именоваться языком, в то же время говорил: "Малорусский язык есть не более как одно из наречий русского языка." В этом случае термин "русский язык" служит для обозначения более общего, родового понятия, в состав которого входят частные, видовые понятия, обозначаемые термином "наречие".

Практически же языком обычно назывался язык литературный, на котором говорило образованное сословие, а все отклонения от него считались наречиями.

Известный языковед В.И.Даль отмечал: "Трудно решить положительно, что называется языком, что наречием, а что говором. Наречием называют обыкновенно язык не довольно самостоятельный и притом столь близкий к другому, что, не нуждаясь ни в своей особенной грамматике, ни в словаре, может быть хорошо понимаем тем, кто знает первый. Называют также наречием - более в политическом смысле - областной или местный говор небольшой страны; или язык местный, искаженный, как полагают отшатнувшийся от коренного языка. Вообще язык, которым говорит большинство, а тем более сословие образованное, язык письменный, принимается за образцовый, а все уклонения его за наречия."

Таким письменным, книжным языком, общим для всех образованных русских людей, являлся общерусский литературный язык. Этот язык в качестве наречия наряду с простонародными наречиями также мог быть включен в состав русского языка как понятия собирательного. "Другими словами, под именем русского языка в науке разумеется целая группа близко родственных диалектических единиц, которые естественно назвать русскими наречиями, а именно наречия великорусское, белорусское, малорусское и книжное общерусское (т.н. "литературный общерусский язык" - язык русской науки, литературы, общественной жизни и вместе с тем язык образованных классов русского общества)", - писал профессор Т.Д.Флоринский.

Таким образом, в дореволюционной России термин "русский язык" означал как совокупность всех русских простонародных наречий, так и конкретный литературный общерусский язык, общий для образованных людей всех русских народностей - великороссов, малороссов и белорусов, язык администрации, науки и просвещения.

"История русского языка начинается с момента образования русской народности, - писал академик А.А.Шахматов, - а этот момент восходит к тому времени, когда восточнославянские племена под действием тех или иных причин отделились от родственных племен западных и южных"

Западнославянская и южнославянская языковые группы уже в свой древнейший период не обладали единством и целостностью. В отличие от них восточнославянская группа была более цельной и единой. Языковая общность восточных славян способствовала формированию древнерусской народности. А.А.Шахматов продолжал: "...мы видим, что восточнославянские племена образовали не несколько народностей, а одну - русскую; мы убеждаемся в том, что между позднейшим раздроблением русского языка на несколько частей и эпохой общеславянской, когда русские племена составляли одно целое с другими славянскими племенами, находится эпоха общерусская, когда сложились общие черты в языке всех русских племен;.." Единый по своему происхождению и характеру древнерусский язык постепенно разделялся на говоры, имевшие свои особенности в разных местах обширного пространства, на котором расселялись восточные славяне.

Этому процессу разделения языка ходом исторических событий был противопоставлен ряд объединяющих начал. Одним из наиболее значительных факторов консолидации восточнославянских племен стало образование древнего Русского государства, объединившего эти племена под властью единой княжеской династии. Русское государство возникло в результате совместных действий многих восточнославянских племен. В его создании приняли участие не только поляне и окрестные южные племена, но и племена севера. Князь Владимир обеспечивал безопасность своей державы, привлекая к обороне ее восточных и южных границ как восточных вятичей, так и северных кривичей и словен. "Образование киевского государства, объединение под его властью сначала водного пути из Варяг в Греки, а затем всех вообще земель, занятых восточными Славянами, имело последствием культурное объединение всего восточного славянства", - писал академик А.А.Шахматов.

Культурному и языковому единству восточных славян способствовало также принятие на Руси христианства. "Православная вера образовывала и утверждала высшую единую народность вместо частных", - отмечал историк Н.И.Костомаров. Принятие христианства повлекло за собой распространение церковной письменности на старославянском языке, древнейшем литературном языке славян, имевшем македонско-болгарскую основу. Этот язык был довольно близок всем славянским языкам того времени. Поэтому жители древней Руси получили богослужебные книги и услышали чтение в церкви не на чуждых для себя греческом или латинском языках, а на родственном славянском языке, доступном их пониманию.

В условиях древней Руси старославянский язык, проникаясь элементами живой народной восточнославянской речи, принял форму церковно-славянского языка, который стал литературно-книжным языком того времени

Древнейшими сохранившимися до наших дней образцами литературно-книжного языка древней Руси являются "Остромирово евангелие", написанное в Новгороде в 1056-1057 гг. дьяконом Григорием для новгородского посадника Остромира; два "Сборника Святославовых", написанных в Киеве для великого князя Святослава, один в 1073 г., другой в 1076 г.; "Архангельское евангелие" 1092 года, названное так потому, что было найдено в Архангельской губернии; три "Новгородские минеи" 1095, 1096 и 1097 г. Русское духовенство, видя в грамотности важное средство для усиления влияния христианства, побуждало князей к учреждению училищ и распространению просвещения. Общий для всей Руси литературно-книжный язык стал могучим орудием, укреплявшим русское единство. Историк Н.И.Костомаров писал:



"С принятием христианства явился в Руси один общий язык - книжный, и это была сильнейшая связь Русских народов, прочнейший залог их духовной неразрывности. [...] Книжный язык сделался орудием и распространения веры и удержания государственной жизни, и передавал общие всем понятия и взгляды. Вместе с потребностью высшей жизни явилась и форма, в которой могла быть достигнута эта потребность. Тогда во всех углах России, в какой бы то ни было ветви народной, в церквах раздался один язык; власть старалась передать свой голос одним и тем же языком [...] Явились школы и в этих школах учили на том же языке, не обращая внимания на то - из какого племени были учащиеся. Таким образом везде и повсюду, явилось одно орудие выражения высших потребностей жизни."

Об этом же писал и академик А.А.Шахматов:



"Пути единения в области языка ясны и определенны: правящие классы, интеллигенция, духовенство получают из центра и просвещение, и язык и проводят их дальше в народные массы. Вместе с новыми словами для новых понятий в народный русский язык проходили и новые звуки; вышедшие из народа княжеские дружинники, боярские тиуны, монастырские слуги воспринимали язык господствующих классов и становясь, так сказать, двуязычными, передавали особенности своей речи и дальше, широким народным массам."

В XI веке из-под пера духовных лиц как представителей наиболее грамотного сословия выходят первые по времени произведения древнерусской христианской литературы. Это "Слово о законе и благодати" киевского митрополита Иллариона (1051 г.); "Поучения к братии" новгородского епископа Луки Жидяты; наставительные проповеди игумена Киево-печерского монастыря Феодосия (1062 г.). Развивается светская литература, ярчайшим образцом которой является "Слово о полку Игореве", относящееся к концу XII в. Исторические события находят отражение в летописях. Административные действия и распоряжения властей оформляются в писаных уставах и грамотах. Первоначально в светской письменности использовался тот же церковно-славянский язык, но со временем в своем светском, гражданском употреблении он должен был идти навстречу потребностям жизни, считаться с запросами той среды, для которой предназначался тот или иной акт, та или другая книга. Поэтому язык светской письменности постепенно отклоняется от церковно-славянского. "Конечно, оба жизненные пути, открывшиеся для церковного языка, разойдутся в разные стороны не скоро, - писал А.А.Шахматов, - они в начале связаны между собой теснейшим образом, их связывают и общие деятели - в светской письменности работают все те же монахи, попы и дьяки, как в письменности церковной, и общее направление: светский памятник не может еще отказаться от церковного учительства; не только язык, но и мысли его отражают тот круг, где постоянным чтением служит священное писание и труды учителей церкви, где ум не может отрешиться от заполонившей его религиозной идеи. Лишь спустя долгое время наступает заметная и отчетливая дифференциация между письменностью церковной и гражданской, светской и духовной." Общерусская эпоха в истории русского языка охватывает период с VII по XIV век. И если может быть предметом дискуссий характер имевшихся тогда различий между простонародными говорами восточнославянских племен, то наличие с конца Х века - со времени принятия на Руси христианства - единого для всего Русского государства литературно-книжного языка, не подлежит сомнению. Причем этот книжный язык не отличался от народного настолько, насколько отличался книжный латинский язык от народных языков Западной Европы. Академик И.И.Срезневский писал: "Впрочем до тех пор, пока в языке народном сохранялись еще древние формы, язык книжный поддерживался с ним в равновесии, составлял с ним одно целое. Друг другу они служили взаимным дополнением. Народная чистота одного и ученое богатство другого были в противоположности, но не более как язык людей простых и людей образованных."

Феодальная раздробленность, нашествие татаро-монголов, захват западных и юго-западных русских земель Литвой и Польшей привели к разобщению Руси, к утрате ее государственного единства. Это способствовало развитию и углублению диалектных различий в русском языке. Народный язык изменялся как под воздействием внутренних причин, так и под влиянием языков других народов, с которыми он вступал в связь в различных частях своего пространства. "Причины внутренние и внешние дробили язык народа на местные говоры и наречия", - отмечал И.И.Срезневский.

С того времени как в языке народа стали исчезать древние формы, началось отделение языка книг от языка народа. Если простонародный язык разделялся на говоры и наречия, то язык богослужебных книг, освященный церковью, должен был оставаться неизменным, не подверженным влиянию языка обыденного, связанного с мелочами повседневной жизни



"Таким образом, - делал вывод академик И.И.Срезневский, - история русского языка представляется связью нескольких историй отдельных, и две главные из них - история языка простонародного и история языка книжного, литературного."

В наименьшей степени языковые изменения проявлялись в произведениях церковной письменности, в большей мере им была подвержена письменность светская. Более всего русские просторечия могли находить выражение в письменности актовой - в грамотах, договорах, судебниках и т.п. Так наряду с церковно-славянским языком, который только незначительно отклонялся от первоначального своего вида под влиянием народного языка, появляется другой, новый книжный язык, представлявший собой смесь церковно-славянского с живым народным языком.

В XIV в. язык светских грамот и летописей, в которых преобладал народный элемент, заметно отошел от языка духовных сочинений. Так как к этому времени простонародный язык уже делился на говоры, то и новый книжный язык не мог быть везде одинаковым. "Временное отделение Руси западной от восточной не могло между прочим, не наложить печати на местных видоизменениях нового книжного языка: в XVI-XVII веке его западное видоизменение довольно ярко отделилось от видоизменения восточного", - писал И.И.Срезневский.

Нападение татаро-монголов в первой половине XIII в. сокрушило древнерусский государственный строй и имело для русского юга, для Киева, как очага культуры и просвещения, крайне пагубные последствия. Киев был разрушен, пришел в упадок и надолго потерял всякое значение; сама кафедра митрополитов киевских была перенесена на северо-восток - во Владимир на Клязьме, а оттуда в Москву. В XIV в. западные русские земли, а затем Волынь и Поднепровье вошли в состав Великого княжества Литовского, где русский элемент оказался преобладающим над литовским в культурном отношении и только после соединения Литвы с Польшей русское население Литвы стало постепенно подвергаться польскому влиянию.

В Великом княжестве Литовском на основе отчасти юго-западных русских говоров, отчасти - и даже преимущественно - говоров западных (белорусских) выработался так называемый актовый язык западной, польско-литовской Руси. На этом языке писались грамоты и все публичные акты с XIV и почти до XVII столетия. Например, "Статут Казимира Ягеллона" 1492 г.; "Статут Литовский", составленный в 1505 г.; "Трибунал великого князя литовского" 1581 г. и др. Западнорусский актовый язык, являвшийся официальным языком Великого княжества Литовского, проникает в XVI веке и в церковную письменность, в частности в Библию, изданную Франциском Скориной в Праге в 1517-1519 гг. Язык Библии Скорины представлял собой смесь церковно-славянского языка с белорусскими говорами, а также с большой примесью полонизмов и заимствований из чешского языка. А.И.Соболевский говорил по этому поводу: "Язык грамот и язык Литовского статута никогда не был языком всего населения Западной Руси; это был язык того класса, который тотчас после политического соединения литовско-русского государства с Польшей подвергся влиянию польской культуры; отсюда понятно довольно значительное количество польских слов, форм и оборотов, находимое в этих памятниках. В Библии Скорины и в лютеранском катехизисе белорусское наречие является смешанным с церковно-славянским языком, с прибавлением большого количества полонизмов, а в Библии - и богемизмов." О западнорусском актовом языке профессор А.Будилович писал: "Но язык этот, независимо от смешения в нем черт малорусских и белорусских, настолько пропитан был варваризмами польско-латинского происхождения, что не может считаться сколько-нибудь независимой литературной обработкой малорусского поднаречия. Только немногие памятники 16 в. в роде Пересопницкого евангелия, могли бы считаться такой обработкой, если бы она имела более непрерывный характер и менее наслоений языка польского."

Пересопницкая рукопись (1556-1561 гг.) считается памятником книжной малорусской речи, возникшей на западнорусской основе. Но даже исследователь Пересопницкой рукописи украинофил П.Житецкий признавал, что в основу южнорусской литературы того времени был положен церковно-славянский язык, от которого не отказывались и пересопницкие переводчики; не были они свободны и от влияния польского:

"...Сам народ, охваченный страстною борьбою за существование, не мог найти в своей обстановке благоприятных условий для того, чтобы дать своему слову подобающее значение в литературе того времени и потому в основу ее положена была славянская речь, которая имела на своей стороне многие преимущества: это была установившаяся уже речь, не чуждая книжным людям южной Руси. Она служила образцом, от которого южнорусские писатели неохотно отступали, так что даже пересопницкие переводчики, при всем желании высказаться в народном духе "для лепшого вырозумленя людоу посполитого", не считали возможным отрешиться в своем труде от славянского языка, не могли также уберечься и от польского влияния, как в выборе слов, так отчасти и в конструкции речи."

Грамотные люди в южной Руси крепко держались церковно-славянского языка. "Вообще же главная причина предпочтения славянского языка всем другим была религиозная", - отмечал П.Житецкий

Южная Русь в то время все более подвергалась натиску католицизма и полонизации. В результате заключения в 1569 г. Люблинской унии Великое княжество Литовское объединилось с Польшей в единое государство. При этом границы Великого княжества Литовского были изменены в пользу Польши: Волынь и Поднепровье перешли под власть польской короны, под которой уже с XIV в. находилась Галичина.

Южнорусская аристократия быстро ополячивалась и ведущую роль в деле защиты своей веры и народности взяло на себя мещанство, организованное в православные церковные братства. Первые сведения о львовском братстве относятся к XV веку. В конце XVI - начале XVII века православные братства возникли в Киеве, Остроге, Вильне, Могилеве, Бресте и других городах. Значительную часть своих средств братства направляли на распространение просвещения в массе русского населения Польши.



Если в древний период центром русской государственности был Киев, то после падения татаро-монгольского ига Русское государство возрождается под властью той же княжеской династии Рюриковичей на северо-восточных русских землях с центром в Москве. Польша, захватившая часть Руси, смотрела на Москву как на своего соперника, но православные подданные Польского государства видели в единоверной Москве не врага, а защитника. Москва оказывала православным братствам в западной и юго-западной Руси значительную поддержку. Львовское братство еще в 1570-х годах выслало первое посольство в Москву и получило помощь от русского царя. И в последующие годы различные монастыри и церкви отправляли в Москву своих посланников и они никогда не возвращались оттуда с пустыми руками. В период, когда русские земли были разделены в государственном отношении, общими для всей Руси оставались православная вера и язык церкви.

В 1564 г. в Москве Иван Федоров выпустил первую русскую печатную книгу "Апостол". Спустя десять лет, находясь во Львове, И.Федоров напечатал новое издание "Апостола", которое за исключением предварительных статей и послесловия ничем не отличалось от московского издания. В 1580-1581 гг. в Остроге, в типографии устроенной там князем Константином Острожским, Иван Федоров напечатал полную Библию на церковно-славянском языке. Это острожское издание Библии послужило оригиналом при печатании первой Библии в Москве в 1663 г.

Для противодействия влиянию иезуитских школ на подвластных Польше русских землях необходимо было организовать школы, которые могли бы поднять уровень образования высших классов общества. В 1580 г. первую такую школу основал в Остроге князь К.Острожский. В 1586 г. подобную школу, названную гимназией, организовало львовское братство. Появились такие школы в Вильне, Бресте, Минске, Могилеве и Киеве.

Обучение в этих школах велось на церковно-славянском языке. Народный язык имел в них только вспомогательное значение для разъяснения понятий из языка церковно-славянского. Студентами львовской братской школы была составлена и издана в 1591 г. "эллинославянская" грамматика. В 1596 г. грамматику церковно-славянского языка выпустил Лаврентий Зизаний. Мелетий Смотрицкий, получивший образование в острожской школе, издал в 1619 г. свою грамматику церковно-славянского языка с примесью русских живых разговорных форм, утверждавшую единые грамматические формы - "Грамматики словенския правильное синтагма..." С некоторыми изменениями и дополнениями она была издана в 1648 и 1721 г. в Москве. По этой грамматике учился М.Ломоносов. Созданные в юго-западной Руси учебники долгое время служили учебными пособиями в школах всей Руси.

Наряду с церковно-славянским языком существовал в юго-западной Руси и другой книжный язык, который использовался в светском обиходе. Профессор А.Будилович писал о нем: "Во всяком случае, язык этот представляется скорее продолжением западно-русского актового языка, возникшего в Руси северо-западной, чем самостоятельною переработкою форм юго-западной диалектической системы." П.Житецкий так говорил о книжной малорусской речи: "В XVII в. мы видим эту речь в юридических актах, в некоторых летописях, в проповедях Голятовского и Радивиловского. Она усвоена была казацкой старшиной в частной переписке и, восприняв добрую долю польских элементов лексических и грамматических, становится языком так называемого образованного малорусского общества, пока это последнее не вступило в XVIII в. в район великорусских литературных влияний."

В 1631 г. школа киевского братства была преобразована митрополитом Петром Могилой в Киево-Могилянскую коллегию, из которой вышли образованные люди, чья деятельность способствовала распространению просвещения не только в юго-западной, но и в северо-восточной - Московской Руси.


  1   2   3   4

Похожие:

«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconНаше время пришло
Наше время пришло”, такими словами встретил Есенин на Невском своего приятеля Рюрика Ивнева – будущего соратника по имажинизму
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconАнатолий Отырба: «Пришло время признать суверенитет Абхазии» Пришло время признать суверенитет Абхазии
Десятилетие независимого существования, в 21-м веке, срок вполне достаточный, чтоб с полным основанием претендовать на признание...
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! icon1881 Учимся говорить время с Рыцарем Фредди
Если вы хотите правильно говорить время по часам Рыцаря Фредди, вначале вам следует узнать, что же находится на циферблате
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! icon1882 Учимся говорить время с Принцессой Розой
Если вы хотите правильно говорить время по часам с Принцессой Розой, вначале вам следует узнать, что же находится на циферблате
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconКнига пророка аггея Глава 1 «Так сказал Господь Саваоф: народ сей говорит: «не пришло еще время, не время строить дом Господень»
«Так сказал Господь Саваоф: народ сей говорит: «не пришло еще время, не время — строить дом Господень»
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconИсследовательская работа Искусство бессмыслицы ( или По страницам «Алисы в стране чудес») Автор: Шалманова Екатерина Сергеевна
Согласитесь, что людям не всегда дано говорить со смыслом. Иногда слышишь такую околесицу, что, кажется, человек и правда талантлив,...
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconАнализ и истина, или Закрытие бессознательного Говорить правду,лгать, обманываться
Отталкивался я при этом от последней опубликованной в одном из наиболее официальных психоаналитических печатных изданий, International...
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconДетектор лжи
На протяжение всей многовековой истории человечество всегда интересовала проблема правды и лжи. Оно и понятно давно замечено, что...
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconОт чего нас хотят “спасти” нло, экстрасенсы, оккультисты, маги?
Но давайте обратимся к фактам. Хорошей пищей для наших размышлений может послужить книга ее племянницы Красимиры Стояновой “Правда...
«Руська Правда» Пришло время говорить Правду! iconПрот. Сергий Кондаков
И кто бы нас не призывал жить по лжи, даже если это человек, носящий очень высокое духовное звание, он не имеет на это права, потому...
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org