Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент



страница5/15
Дата04.11.2012
Размер1.79 Mb.
ТипУчебное пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

Первый принцип – божественное происхождение самодержавной власти, богоизбранность самого государя.

Второй принцип – русский государь имеет законные династические права на владение царским титулом. Иван IV в своих произведениях постоянно использовал аргументы «Сказания о князьях Владимирских». Позднее государь в собственных посланиях напоминал адресатам о своём родословии от римского императора Августа и его брата Пруса, потомок которого князь Рюрик «пришел и начал царствовать» на Руси. «Сказания о князьях Владимирских» стали официальной генеалогией не только Рюриковичей, но и царей из династии Романовых. Верительные грамоты русских послов содержали родословную московских государей. «…Государство наше Русское от начала особо содержится нами, вечными государи русскими, начиная от Августа, императора римского, и до Рюрика», – говорилось в наказе Ивана IV в мае 1556 г. для посла И. Воронцова к польскому королю и литовскому великому князю Сигизмунду II Августу. Грозный считал себя продолжателем древней династии, настаивая на превосходстве наследственного монарха над монархом выборным. Поэтому русский государь призван «владеть людьми«, а польский – всего лишь «устраивать их»60.

Третий принцип – полнота самодержавной власти. В первом послании Курбскому государь привёл немало исторических доказательств того, что полная самодержавная власть более эффективна в достижении стоящей перед Россией великой мистической цели: утверждение православной истины во всем мире. Анализируя события давнего и недавнего прошлого, государь стремился показать, что «многоначалие» или подчинённость правителя церковной власти ведут к кризису и распаду великих держав. Основываясь на этом историческом опыте, Иван Грозный утверждал необходимость и возможность только неограниченно самодержавного, единовластного правления в России.

Четвёртый принцип – главный смысл власти русского самодержавного государя состоит в том, чтобы нести свет истины по всему миру, устроить и свою страну, а то и весь мир по Божественным заповедям.

Именно в вышеназванных сочинениях, подготовленных лично государём Иваном IV Васильевичем Грозным впервые полностью, в законченном виде, были сформулированы и теоретически обоснованы основные принципы самодержавной власти русских монархов.

Состоявшийся в 1551 г., по инициативе царя и митрополита Макария, Стоглавый собор, принял важнейшие решения по закреплению «церковной старины». На соборе были зафиксированы своеобразные черты Русской Православной церкви в области церковной обрядности и догматики, сложившиеся на протяжении XI – первой половины XVI вв.

Здесь представляется необходимым обратить внимание на политические реалии Русского государства освободившегося от золотоордынской зависимости с теми библейскими практически-рекомендательными установками, изложенными в 1-й книге Царств Священного писания.
Именно здесь содержится рассказ о том, как появились в земной истории человечества цари. Библейские установления были для наших предков прямым руководством к действию. Известно, что именно великого князя Ивана III некоторые его современники уже титуловали царем, а подданные начинали именовать себя «рабами» государя.

В Библии говорится, что древние иудеи в «один прекрасный момент» стали потребовали у судьи Самуила, связующего звена между Богом и народом, чтобы тот испросил у Бога царя над ними. В ответ на молитву Самуила Господь ответил Самуилу: «Ибо не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не царствовал над ними; … представь им и объяви им права царя, который будет царствовать над ними» (1 кн. Цар. 8: 7–9). Бог установил права царя и его обязанности. Однако идеальным общественным устройством, по Библии, может считаться только теократия. Отказ людей от Боговластия означал, что люди впали в грех и отказались от непосредственной власти Бога. Древние иудеи сами признают этот грех, говоря Самуилу: «Ибо ко всем грехам нашим мы прибавили еще грех, когда просили себе царя» (1 кн. Цар. 12:19). Так возникла монархия. Однако главным источником власти царя является Божия воля, а царём стать только тот человек, на которого укажет Господь. Сама же власть монарха должна рассматриваться подданными как богоданная, а подданные – это рабы царя. Попытка ограничения власти самодержца при таких условиях могла рассматриваться только как вероотступничество.

Время Ивана IV Васильевича Грозного было также переломным временем. Государь, совместно с Русской Православной церковью, находился в постоянном духовном поиске. Требовались новые идеи, которые могли обосновать легитимность Русского государства. Однако эта новизна должна опираться на традиции. «Как может цвести дерево, если у него высохли корни?», – спрашивал он Курбского в первом послании61.

Ярко проявился талант Ивана Грозного в эпистолярном жанре. Его письма настоящее литературное чудо. Царь умело применял все приёмы публицистики: обличение, ссылки на религиозные авторитеты, он саркастически

издевался над своими идеологическими врагами, пародирует, цитировал притчи, апостолов, активно применял риторику. Сквозь толщу веков и уже не наш язык пробивается настоящий литературный талант.

С. Шмидт отметил в лексике Ивана Грозного московское просторечие в сочетании с фольклорными эпитетами и метафорами, непосредственность языка, полнокровность и его многообразие62. Воздействие лучших образцов древней русской литературы

В. Андриянова-Перетц выявила лексические образы Ивана Грозного сближающие его с языком «Моления Даниила Заточника»63. Следует подчеркнуть, что «Моление» было написано неизвестным автором в форме обращения к переяславско-суздальскому князю Ярославу Всеволодовичу в первой трети XIII века. Своеобразному стилю этого древнерусского литературного памятника присущи сочетание цитат из Библии, летописи с живой речью и сатирой, направленной против бояр. Итальянец М. Фоскарино отмечал, что Грозный читал «много историю Римского и других государств... и взял себе в образец великих римлян». «За исключительные качества своей души, – писал М. Фоскарино – за любовь к нему подданных и великие дела, совершённые им со славою в короткое время, достоин он встать наряду со всеми другими государями нашего времени, если только не превосходит их»64.

Сочинения Грозного содержат множество ссылок на произведения древней русской литературы, русские летописи, библейские тексты, истории древней  Иудеи, истории Византии, жития  святых,  труды  византийских богословов и т.д. Он наизусть, близко к тексту, мог приводить пространные выдержки из Священного  писания.  Такого искрометного, такого сочного языка нет в выступлениях, в посланиях других великих князей, царей, императоров, Генеральных и Первых секретарей ЦК КПСС и президентов, одним словом, всех руководителей государства Российского за всю историю его существования.

Богатейший внутренний духовный мир Ивана Васильевича базировался на традициях Русской Православной культуры. Немногие знают, что Грозный был выдающимся композитором своего времени. Царь любил хоровое пение и покровительствовал ему. Известны его собственные музыкальные произведения, сохранившиеся в рукописи «Книга глаголемая Стихирарь месячный, иже есть Око дьячье». Стихирарь содержит два произведения: «Творение царя Иоанна владыки российского» и «Творение царево». Первое сочинение посвящено московскому митрополиту Петру, который, став в 1299 г. общерусским митрополитом, со всей решительностью встал на сторону начавшей свой путь к возвышению Москвы. Глубокими идеями исторической памяти проникнуто и второе его музыкальное творение – «Стихира в честь встречи иконы Владимирской Богоматери». Событие, связанное с этим торжеством, было одним из самых драматических в истории Русского государства. В июне 1395 г. к границам государства со своим несметным войском подошёл Тамерлан. Положение Москвы казалось безнадежным. Но 23 июня (старого стиля) в день, когда в Москву из Владимира была принесена почитавшаяся на Руси икона Богоматери Владимирской, Тамерлан внезапно повернул своих коней обратно на восток.

Иван Грозный был и сочинителем духовных текстов. Среди его произ­ведений можно назвать «Послание к Князю Михаилу Черниговскому и боя­рину его Феодору», а также «Духовное завещание». Русский историк Вукол Михайлович Ундольский (1815-1864) выявил другие неизвестные писания Ивана, в их числе несколько тропарей канона Даниилу, Переяславскому чу­дотворцу – крёстному отцу Грозного. К Ивану были близки лучшие духовные певцы-«распевщики» того времени – Иван Нос, Фёдор Христианин и создатель «усольского распева» Степан Гладыш. Первые двое были композиторами. Иван понимал значение музыкального творчества для страны. И «творцы», и «распевщики» возвеличивали новых русских чудотворцев, освящали государственное единство.

Называть Ивана Грозного «суперэгоистом»65, оценивать его поступки одним лишь стремлением к «неограниченной личной власти»66, по меньшей мере, некорректно. Иван IV совершенно иначе понимал власть, нежели рядовой современный обыватель. Она для него была не только бременем, но и выполнением Божественных предначертаний, своего рода разновидностью монашеского подвига. Все изменения, которые произошли в России, проистекали не из личного «хотения» Ивана ІV. Концепция построения нового государства исходила из анализа сочетания смысловых структур средневекового сознания и личных идеологических установок самого Ивана Грозного. Если и можно говорить об его личной власти, то опиралась она на традиции, общественные структуры и, наконец, формирование его взглядов опиралось не на больные фантазии, а твёрдые идеологические, духовно-политические традиции.

Всю свою жизнь он, при опоре на твёрдые моральные установки Православного учения, посвятил единству Русского государства. Только ради этого строились великолепные храмы. Собор Василия Блаженного был воздвигнут в 1556-1560 гг. русскими зодчими, псковским мастером Посником Яковлевым и Бармой во время его правления. Не случайно его называют «восьмым чудом света». Ни до, ни после Ивана Грозного сравнимого по значимости, восхитительной красоте, архитектурного произведения в России не появилось. Собор непосредственно ассоциировался с Небесным Градом, в который превратился в земной Иерусалим после входа в него Христа. В Вербное воскресенье царь шёл пешком в этот храм, ведя под уздцы лошадь, на которой восседал митрополит.

Всего в России за время его правления было возведено более 100 монастырей и храмов. В каменном строительстве, деревянном зодчестве доминировала шатровая архитектура. Шатровое строительство должно было служить возвеличению победоносного самодержавия.

Те же мотивы звучат и в иконописи. Пожалуй, самым значительным иконописным образом Святой Руси стала икона «Церковь воинствующая», известная ещё и под названием «Благословенно воинство Небесного Царя». С одной стороны, она символизировала взятие Казани, но, с другой стороны, она подводила итог мучительным поискам духовного бытия Русского государства в земной жизни: Православные воины во главе с Православным государем, вслед за Архангелом Михаилом движутся от горящей крепости к Небесному Иерусалиму. Русь, говорила эта икона, познала духовный смысл и цель своего исторического развития – подготовка к Страшному суду, к участие русских воинов в Последней битве с мировым злом под водительством Архангела Михаила, спасение и вечная жизнь в Небесном Иерусалиме.

Даже искусство резьбы по дереву использовалось для пропаганды новых политических идей. Так, например, на царском месте Ивана Грозного появились фрагменты истории великого Владимира Мономаха.

При Иване IV Васильевиче сформировались первые черты духовного лика нашего государства. Были проведены важные административные реформы: судебная, местного самоуправления, армии, государственных ведомств. При нём был введён запрет на употребление спиртных напитков, кроме праздничных дней. Основано книгопечатание.

Глубокая религиозность Иоанна IV, как основа его мировоззрения, опиралась не на бездумную веру, а на прекрасное знание Священного Писания, книг богослужебного круга, произведений русской и византийской духовной литературы, монастырских уставов и правил.

За время правления Ивана Грозного территория страны увеличилась с 2,8 до 5,4 млн. кв. км, основано 155 городов и крепостей, численность населения возросла на 30-50%67.

Конечно, были в Русском государстве свои предатели. Бежали от него, может быть, всего несколько десятков представителей княжеско-боярской аристократии, однако из Европы в Россию эмигрировали более 30 тыс. семей.

О высочайшем патриотизме, мужестве, стойкости русского народа, его преданности Ивану IV, свидетельствовали прямые враги Русского государ­ства. А. Гваньини свидетельствовал: «Замки и все крепости защищают муже­ственно и весьма упорно. Все – и вельможи и чиновники, и светские и духов­ные сердечно уверены и торжественно признают, что воля Государева есть воля Божья; и чтобы Государь ни делал, все делает по воле Божьей»68. Секретарь С. Батория Гейденштейн писал о русских пленных: «По установлениям своей религии они считают верность Государю в такой степени обязательной, как и верность Богу, они превозносят похвалами твёрдость тех, которые до последнего вздоха сохранили присягу своему князю, и говорят, что души их, расставшись с телом, тотчас переселяются на небо»69.

Всё вместе взятое – литература, музыка, архитектура, живопись – утверждало идеологию Русского государства, одновременно с которым развивалась мощная и своеобразная национальная культура населявших его народов.

Жизнь каждого человека, от царя и до последнего холопа, подчинялась только одной цели «…быть достойным великой миссии, выпавшей на долю России, – завершить ход мировой истории, быть постоянно готовым к тому, чтобы в любой момент предстать перед Господом и отчитаться за себя и своих близких»70.


Миф об «Избранной Раде»
Поколения историков бьются над разгадкой термина «Избранная Рада», её составом, условиями функционирования этого органа. Период её деятельности историки охватывают с момента сближения Ивана Грозного и попа Сильвестра в 1547 г. до её роспуска спустя 13 лет. Словосочетание «Избранная Рада» вошло в историческую литературу, но юридически современники и участники политических событий этот орган не закрепили. Его функционирование один из наиболее живых исторических мифов.

Этот термин был введён в оборот предателем Курбским, утверждавшим, что до изгнания Сильвестра и Адашева, входивших в «Избранную Раду», в России успешно проводились реформы, а Иван Грозный был хорошим и добрым царём. Письменные источники этого времени, в т.ч. и относящиеся к самому Ивану Грозному, об «Избранной Раде» не говорят ни полслова, но упоминают действительно существовавший орган «Ближнюю думу». О «Ближней думе» несколько раз говорил ми­трополит Макарий. Некоторые исследователи в «Ближней думе» рассмотрели «Избранную Раду», и, далее, по­ставив знак тождества в терминах, рассматривали это объединение, которое и проводило реформаторские мероприятия. При Иване Грозном, помимо Боярской думы, функционировала «Ближняя дума» – реальное учреждение, действовавшее на протяжении многих лет.

Так, например, к моменту болезни Ивана Грозного в начале марта 1553 г. в Боярской думе числился 31 боярин. Из этого числа выделялась «Ближняя дума» – 10 человек в 1553 году и 9 человек в 1554 году. «Ближнюю думу», а также немногих «ближних людей», имевших прямое отношение к повестке дня, собирали для решения текущих вопросов.

В своих ранних работах разделял эту мысль и Р.  Скрынников. Позже Р.  Скрынников, помимо «Избранной Рады», обнаружил кружки (группировки) Адашева и Сильвестра, входивших полностью или частично в правительство. Вначале, по мнению историка, доминировал «кружок Сильвестра». Затем Скрынников более высоко оценил реформаторскую роль «кружка Адашева», называя его «ядром правительства»71.

Далее, Скрынников пришёл к выводу, что «Избранная Рада» вроде бы существовала, но её состав почему-то не совпадал с составом «Ближней думы». В конце концов, позиция Скрынникова приблизилась к позиции отрицания «Избранной Рады».

Скрынников увидел, что в марте 1553 г. вне списка «ближних людей» остались значимые представители боярской знати. Однако вознегодовали они, прежде всего из-за появления в окружении царя худородной родни Анастасии Романовой, её братьев72. Однако возникает вопрос: почему боярская аристократия спокойно терпела присутствие рядом с царём Алексея Адашева и попа Сильвестра, ещё более далёких от корня Рюриковичей?

Ответ может оказаться совершенно неожиданным: Адашев и Сильвестр исполняли контроль над Иваном ІV, который им поручила боярская знать. «Любимцы» царя, хотя и были талантливыми людьми, с хорошими организаторскими качествами, но на первых порах, они не играли самостоятельной роли и были послушными марионетками в руках аристократии. Выполняя её волю, Сильвестр был лоббистом её интересов. Таким образом, «Ближняя дума» и «Избранная Рада» это далеко не одно и то же.

Когда же исследователи начинают рассуждать об «Избранной Раде», то обычно упоминают только Сильвестра, А. Адашева, Д.  Курлятева, ну и, крайне редко, митрополита Макария и А.  Курбского.

Легенда о попе, обратившемуся к Грозному, во время пожара, нужна была Курбскому для обоснования значимости, выскочившей как чёрт из та­бакерки, «Избранной Рады». Этот мифический орган власти отодвигает в тень царя-ре­форматора, делает его фигуру на политическом поле малозначительной, не­приметной. Однако термин «Избранная Рада», благодаря Н. М. Карамзину, всё же прижился в исторической литературе и его использование вполне допустимо.

Если Соловьёв, Ключевский или Платонов писали об «Избран­ной Раде» как о детище княжески-боярских кругов, то советские исследова­тели писали о ней как о «правительстве компромисса», преобразования кото­рого отвечали «пожеланиям дворянства и дальновидных кругов боярства»73.

Между прочим, у Ивана Грозного употребление Курбским термина «Избранная Рада» возражений не вызвало. Возражение у него вызвала роль советников, которую они исполняли в этом неформальном органе. Грозный не один раз говорит о «злобесовских» советниках, стоящих за Сильвестром и Адашевым. В свою очередь Курбский изображает их как «мужей разумных и совершенных». Принадлежность к этому неформальному кружку неродовитых Сильвестра и Адашева, характеризует её как внесословную организацию, но имевшую власти гораздо больше, чем Ближняя и Боярская Думы. «Избранная Рада» не закрепила свой юридический статус, действуя за политической ширмой, без огласки. «Это был, – писал С. Ф. Платонов, – частный кружок, созданный временщиками для своих целей и поставленный ими около царя не в виде учреждения, а как собрание "доброхотающих" друзей»74. По его мнению, «Избранная Рада» существовала не в виде государственного учреждения, а в виде частного кружка-собрания, поставленного Сильвестром и Адашевым рядом с царем Иваном.

Конечно же, «"доброхотающие" друзья» искренними друзьями Ивана IV не были. Их цель состояла в одном: ограничить его власть в пользу боярской аристократии. Вот этим «друзьям» Курбский и воздаёт блестящие эпитеты и похвалу. Отсюда можно сделать элементарный логический вывод»: «Избранная Рада» являла собой едва видимую часть вершины айсберга разветвлённой и многочисленной организации «ереси жидовствующих», которая дожила до середины XVI века, приспосабливаясь к меняющимся политическим условиям. В самом слове «Рада» Курбский зашифровал свои конечные политические цели. Перед его глазами был высший совет – «паны-рада», ограничивающий власть польского короля. Курбский самым названием подтверждает претензии Ивана Грозного, который с горечью говорил об устранении его от дел советниками, самовольно раздававшими чины и земли.

Поэтому вовсе не выглядит странным то, что Грозный и Курбский в переписке завели разговор о советниках царя уже после того как с ними было покончено.

Для того, чтобы приглядеться к реальной исторической обстановке того времени необходимо реально осмыслить цепь исторических фактов, которые должны помочь с определением политической роли и веса политических институтов России.

К 1547 г. боярская олигархия присвоила себе не просто царскую казну, золотую утварь и дорогие шубы, о чём так сладострастно повест­вует Радзинский, стремясь показать Ивана Грозного мелким обидчивым кро­хобором, а на деле нещадно разворовывала и разоряла страну. Эта боль его юных лет много позже прорвётся на страницы редактируемых царём ле­тописей, где он, вспоминая своё детство, бесчинства и преступления бояр, напишет: «Потом напали (бояре) на города и села, мучили различными спо­собами жителей, без милости грабили их имения. А как перечесть обиды, ко­торые они причинили своим соседям? Всех подданных считали своими ра­бами, своих же рабов сделали вельможами». Словом, «делали вид, что правят и распоряжаются, а сами устраивали неправды и беспорядки, от всех брали безмерную мзду и за мзду все только и делали». В подлиннике окончание этой фразы звучит впечатляюще, нежели в академическом переводе: всё «по мзде творяще и глаголюще»75.

Московские события июня 1547 г., под влиянием кото­рых свершился важный нравственный перелом в Иване, в исторической ли­тературе так же, в основном, основаны на свидетельствах Курбского. Весна и лето в тот год выдались на редкость знойными, отчего в Москве начались страшные, небывалые дотоле пожары. Именно им и суждено было ускорить развязку событий. В июне выгорел весь посад. Едва не погиб сам митрополит – его на веревках спустили из горящего Успенского собора. Тысячи людей лишились крова и имущества. В неслыханном бедствии молва сразу же обвинила тех, кто был более ненавистен этом народу – Глинских. В присутствии митрополита, на глазах самого Ивана, Юрия Глинского, дядю царя, забили камнями. После этого были совершенно разграблены все дворы Глинских и перебиты все их слуги. Ивану посоветовали уехать из мятежной столицы в подмосковное село Воробьево. Спустя три дня москвичи явились и туда. Эти люди пришли по решению веча, созванного московским палачом. Факт при­хода москвичей «в Воробьёво в полном боевом снаряжении свидетельствует, что чёрные люди считались с возможностью» применения против них ору­жия и были готовы отстаивать свои требования76. Но вопреки мнению, вне­дрённому Курбским, а затем и Карамзиным, сила против мятежных москви­чей применена не была. Напротив, Никольский летописец свидетельствовал, что опала была возложена только «на повелев­ших кликати», остальные же беспрепятственно вернулись в Москву77.

Состояние Ивана Грозного, его нравственное перерождение, произошло под влиянием страшного бедствия и возмущения народа, лучше всего описал митрополит Иоанн (Снычёв):
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

Похожие:

Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие Пенза ииц пгу 2008 удк 659. 1 Ббк 76. 006. 5 А66 Рецензенты
Политическая и социальная реклама : учебное пособие / Л. А. Андросова. – Пенза : Информационно-издательский центр ПензГУ, 2008. –...
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие москва 2002 удк 536 ш 25 Рецензент д ф. м н. профессор В. М. Кузнецов (рхту им. Д. И. Менделеева) Шарц А. А. Основы термодинамики: учебное пособие. М.: Мгту «станкин»
Учебное пособие предназначено для студентов второго курса и содержит краткое изложение основного материала подраздела «Термодинамика»...
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие Москва 2002 ббк 63. 3 /2/ я 73 Рецензент: Иванова А. А
Учебное пособие предназначено для студентов I курса всех направлений и всех специальностей дневной формы обучения
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие Москва, 2009 удк 811. 111 Ббк 81. 2Англ к 893 к 893
Учебное пособие предназначено для студентов продвинутого этапа обучения гуманитарных специальностей. Пособие базируется на оригинальном...
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие Новосибирск 2001 удк 681. 3 Ббк 32. 973-01 в 751 Воробьева А. П., Соппа М. С. Система программирования Турбо паскаль 0: Учебное пособие. Новосибирск: нгасу, 2001. 118 с
Данное учебное пособие написано в рамках изучения курса информатики студентами экономической специальности. В первой части пособия...
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие для студентов всех специальностей Москва 2003 ббк 22. 17я7 удк 519. 22 (075. 8) 6Н1 к 60
Калинина В. Н., Соловьев В. И. Введение в многомерный статистический анализ: Учебное пособие / гуу. – М., 2003. – 92 с
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие Краснодар 2010 удк 821 ббк 83. 3 (2)
Татаринова Л. Н. История зарубежной литературы конца XIX – начала XX века: Учебное пособие. Краснодар: zarlit, 2010
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие Уфа 2006 удк 519. 8 Б 19 ббк 22. 1: 22. 18 (Я7)
Бакусова С. М. Математика. Часть Математическое программирование / Учебное пособие. Уфа: ООО полиграфстудия «Оптима», 2006. – 71...
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие казань 2002 удк 930. 25 Ббк 79. 3 Печатается по решению методической комиссии исторического факультета
Основы архивоведения: Учебное пособие. Казань: Татарское Республиканское изд-во “Хэтер”, 2002. с
Учебное пособие Новомосковск 2008 удк 93/99 ббк 63. 3(2 Рос) ш 176 Рецензент iconУчебное пособие для самостоятельной работы обучающихся Сызрань 2007 Составители: П. П. Гавриш, Ю. А. Мелешкин удк 621. 375 Ббк 32. 85
Учебное пособие предназначено для обучающихся всех специальностей, изучающих теорию электрических цепей
Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org