Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров



страница1/14
Дата26.07.2014
Размер1.51 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14




Стенограмма

Стратегической сессии

Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров


18.6.2012


Содержание

Оглавление


1-ый день сессии

Шамис Евгения Михайловна, генеральный директор Personnel Touch 2



I-ый такт

Шамис Евгения Михайловна, генеральный директор Personnel Touch 4

Группа №1 - Требования к системе подготовки и повышения квалификации кадров для компаний кластера 14

Группа №2 - Производственный потенциал. Производственная кооперация. 19

Группа №3 – Требования к типу инфраструктуры необходимой для развития кластера. 25

Группа №4 – Организационное развитие кластеров. 30

Группа №5 – Государственное регулирование. 34

Группа № 1 - Таможенное регулирование 36

Группа № 2 - Формирование спроса на инновационную продукцию 40

Группа № 3 - Аренда жилья. 46

Группа № 4 - Обеспечение кадрами. 50

Группа № 5 - Управляющая компания кластера 54

Группа № 6 - Информационная инфраструктура деятельности кластеров 59

Группа «Спрос» 62

Группа «Кадры» 68



Первый день сессии

Шамис Евгения Михайловна, генеральный директор Personnel Touch


«Ключевые факторы успеха бизнес-кластеров: идеи для России»

(по итогам рабочего семинара «Роснано»).
Я сегодня постараюсь достаточно быстро рассказать некоторые из факторов. Признаюсь честно, когда меня первый раз Юрий спросил, сколько времени мне надо, я ему честно сказала - полтора часа минимум, потому что даже рассказать самые минимальные вещи, занимает достаточно большой период времени. Но, учитывая ситуацию, которая сложилась, постараюсь уложиться в полчаса. Это коротко информация обо мне.

С кластерами мы столкнулись, я столкнулась, вместе с командой впервые в 2010 году. Совместно с РОСНАНО и правительством Пермского края мы занимались разработкой концепции кластеров инновационной медицины. Затем получилась история с Волгоградом, продолжение с Пермью, отдельные вопросы, когда мы разговаривали с Екатеринбургом и вопрос с Чебоксарами. Плюс у меня получился очень хороший контакт, персональный, с руководителями кластеров в разных городах и странах мира.

Вот это Тапра Магден, я бы еще персонально хотела поблагодарить двух человек из РОСНАНО, которые тоже входят в нашу команду советников, это Юрий Удальцов и Сергей Колюжный. Юрий Удальцов – директор по стратегии, а Сергей Колюжный - директор по науке.

В общем-то, последняя концепция проясняет, какие шаги предпринимать для развития российских кластеров. Они у нас сформировались, я бы сказала в декабре, после того как мы съездили и посмотрели, что и как работает. Вы видите, здесь люди из разных стран, больше Штаты, сейчас еще Швеция присоединится. Надеюсь, UK тоже будет. Вот это вопросы, часть из которых я сегодня успею затронуть, часть, наверное, нет, но я буду здесь два дня, будет время для разговоров, для бесед и для возможности дополнения.

Итак, начну с того, что же такое бизнес-кластер. Я прошу прощения, если где-то для кого-то повторюсь. Но в прошлый год, когда мы вели субботний семинар для Анатолия Борисовича и руководителей ряда институтов, - Гайдаровского и т.д. - это были, знаете, такие вот вещи, которые пришлось объяснять и пришлось дискутировать, поэтому, я думаю, что все уже столкнулись с этим, дело тут в нюансах.

Бизнес – кластер - то, что мы знаем, это не наукоград, не территориально-промышленный комплекс, но это одна из тех форм конкуренции, которая сейчас наиболее успешно работает в мире. И если говорить про несколько определений бизнес-кластера, я бы сказала, что он работает на глобальную конкуренцию региона, территории, где находится, плюс на повышение качества жизни для людей, которые входят в бизнес-кластер и которые просто проживают на этой территории. Что мы, наверное, не ожидали, и что очень четко выяснилось во время последней поездки в Сент-Луис, когда мы смотрели, как работают и функционируют кластеры - это очень сильная роль науки. Если раньше мы чуть меньше этому уделяли внимания, т.е. было понятно, что science place должен быть одним из основных факторов. Инвестиции в этот фактор и количество start-up, количество идей для коммерциализации, коммерциализированных продуктов, конечно, гораздо выше. Я буду говорить чуть позднее про Сент-Луис.

И важный момент, на чем тоже бы хотела остановиться, это партнерское объединение компаний. Оно не формализованное, в случае формализации в ассоциацию, в какое-либо членство возникают просто другие структуры, как показывает мировой опыт. Это хорошая вещь, любая ассоциация, любое объединение, на мой взгляд, это позитивный фактор. Но, к сожалению, в случае с бизнес-кластером, как он успешно функционирует в мире, это не работает. И здесь возникает достаточно сложная задача - как же быть этими партнерами и что значит уметь сотрудничать? Я буду позднее говорить о нашем российском опыте, мы очень четко столкнулись со сложностями, потому что возникает сразу же борьба - кто будет главный? Возникает практически сразу же борьба – чье имя прозвучит и станет публичным? Получит максимальное продвижение, PR? И нужно ли это нам или это нужно малому, среднему бизнесу?

Меня очень порадовало, что, кстати, на форуме в Красноярске, экономическом, на сессию кластеров была заявлена явно ошибочная тема, она звучала так: «Кто выиграет в конкуренции: кластеры малых и средних предприятий или глобальные корпорации?» Вот это кардинально неправильно, потому что кластер объединяет компании всех типов: и малый, и средний, и крупный бизнес, который уже находится на территории, расположенной здесь. Что характерно, он не создается обычно с нуля. Т.е. уже исторически сложилась база, когда находится на этой территории большое количество компаний. Что значит, большое количество компаний? В традиционном мире, это более 130. Т.е. у вас должно быть, для того чтобы кластер успешно работал, от 130 компаний. Это могут быть и смежные организации, институты, и т.д., которые уже находятся здесь, на территории, и уже обеспечены рабочей силой. В мире получался успешный кластер, когда речь шла о 70-80 компаниях, только в случаях очень закрытых отраслей: военная, ядерная отрасль, (причем военная, не связанная с медициной, с медициной сразу же приоритетом получается другая история). Все эти компании, как я сказала, разного размера, организации, институты, университеты. Кстати, для того, чтобы обеспечить базовый кластер сотрудниками, специалистами, обычно нужно от 3 до 5 университетов. Ни один университет, каким бы Стэнфордом, Гарвардом и т.д. он ни был, не может обеспечить бизнес-кластер полностью кадрами. Потому что нужны люди из разных отраслей, думающие по-разному, разных специальностей, т.е. должно возникать сообщество.

Как выглядит кластер. Кластер выглядит обычно, если его нарисовать на карте, как достаточно большая кривая, неровной формы, т.е. это больше обычно, чем город, он уходит за пределы города, но не превышает 2х-3х маленьких городков и территорий между ними. Знаменитый пример треугольника в Северной Каролине. Когда Raleigh Durham и плюс еще третий маленький городок объединились. Ключевой фактор - время проезда между точками, где находятся предприятия компаний, составляет 2-3 часа максимум. Причина – люди должны общаться, создавать идеи, сталкиваться и это должно быть доступно. Экспресс-поезда, которые сейчас пускают, это, конечно, решение, но в случае, если они по цене опять же становятся доступными, чтобы инженер, а не только директор компании, мог достаточно часто ездить, встречаться с коллегами, общаться.

Последнее, на что хотела бы обратить внимание. История с бизнес-кластерами: мы их стали называть все-таки не «кластеры», а «бизнес-кластеры», потому что «кластер» слово сложное, его широко используют в архитектуре, в градостроительстве. Оно подразумевает отделение в городе, где, например, маленький район, в котором есть школы, больницы, садики, вот эта инфраструктура называется кластер. Это достаточно давно принятый архитектурный термин. Поэтому мы стали использовать термин бизнес-кластер. И вот в кластерах очень важны этические принципы. Что это значит? Что компании находятся здесь, даже будучи конкурентами, а это ключевой фактор. Компании, организации, которые входят в кластер, остаются конкурентами все время, т.е. это сотрудничество конкурентов. Такая сложная история. Они не могут стать все сразу же партнерами, и это нарушит возможность конкуренции глобального кластера. Они соблюдают этические принципы, это значит, что они не будут плохо отзываться о своих соседях, о тех, кто находится с ними на территории. Т.е. позиция – «здесь находятся такие плохие компании», не звучит, это некое негласное соглашение. И еще раз подчеркну, бизнес-кластер – это только глобальная история. Ни разу в мире не получилось успешной истории, касающейся либо территории, либо одной страны. Даже в случае Штатов, где, казалось бы, большой рынок, и даже в случае Китая, с таким количеством людей, с таким большим рынком. Не получится и в Индии, где Бангалор, конечно, есть, но очень ограниченное количество кластеров.

С чего начинается бизнес-кластер? Он начинается с того, на что в России очень сложно психологически выделять деньги. Он начинается с развития сообщества, т.е. того профессионального сообщества людей, которые уже исторически здесь есть. У нас очень много сейчас идет инициатив, кроме государства, это правильная инициатива. Но нельзя сказать людям - сотрудничайте! Они не будут этого делать. И вот это та вещь, в которую или необходимо вкладывать громадные деньги. Я не очень хочу приводить пример Калифорнии, потому что они убежали очень далеко и, на мой взгляд, нет смысла пытаться их догнать, слишком большой путь. Смотреть надо на тех, кто проходит подобный путь чуть попозже. Профессиональное сообщество – это значит выяснение, что нужно компаниям, что нужно реально, не то, как мы себе это представляем, сидя где-то в залах или планируя их развитие. Это огромнейшие опросы, огромнейшие исследования, которые создают реальную базу. Я вижу, что в России этих исследований, реального понимания, что же есть на территории, практически нет. Что значит вот это вот исследование, даже базовое? Это понимание кто конкретно, сколько компаний, и чем конкретно занимающихся, есть в бизнес-кластере. У нас получается так: «ну, вот у нас примерно есть то, то, то…». Точных данных практически нет ни по одному региону. По крайней мере, если мне вы сейчас скажете, что на декабрь не было, а вот сейчас хотелось бы видеть... Я знаю, что на декабрь были данные примерно двухлетней давности из Тулы, где случайно получилось это собрать, просто в силу того, что пригласили журналистов-аналитиков. Случайно так вышло, вот они собрали, и то у них данные устарели. Эти данные нужно проверять с периодичностью раз в три - пять лет, и смотреть, кто есть, и создавать карты актирования по компаниям, которые находятся в бизнес-кластере. Я буду показывать эти карты.

И еще раз подчеркну, развитие бизнес - кластера, история его успеха, начинается с того, что свою роль имеет каждый, далее кластеру нужна инфраструктура, нужны дороги, быстрое сообщение, нужны определенные построенные центры. Если биотех, понятно, мы будем хотеть чистые комнаты, определенные лабораторные исследования, для этого нужны инвестиционные ресурсы, причем разнообразные инвестиционные ресурсы. Очень важно, что бы был локальный управляющий орган, потому что одна из больших сложностей всегда состояла в том, что компании не умеют управлять полученными средствами. Региону готовы дать деньги, но крупные инвестиционные фонды ставят условия компаниям переехать, потому что они сталкиваются с потерями, и потери идут как раз финансовые, очень во многом потому, что нет эксперта, нет управляющего.

Хочу рассказать несколько историй успеха.

Первая история, это большой St. Louis. Сейчас они убрали St. Louis by belt , как это называлось, они теперь называются by St. Louis, штат Миссури. Там находятся несколько кластеров. Кстати, важный фактор, который не сказала, на территории находятся не один и не два кластера обычно. От 5 до 7 в среднем, периодически доходит до 13. Видела, когда 17, но обычно 10-12 это хороший такой промежуток, почему – больше физически не хватает людей. А любой бизнес- кластер привязан к целому ряду специалистов, к умным головам - smart heads, к умным рукам – smart hands, привязан к людям, которые могут управлять этим процессом, управлять, а если учесть появление множества страт-апов, а любой бизнес-кластер подразумевает регулярное, ежегодное появление порядка 20 – 50 старт-апов, которые выстреливают, для этого нужны так называемые, есть такое понятие в мире, «серийные предприниматели» - это человек, который умеет работать с инновационными технологиями и быстро поднимать компании, т.е. первую, вторую, третью… А в России речь практически об этом пока не идет.… Ну, вот я слышала о тех, кто управлял своими компаниями, но с точки зрения наемных менеджеров, которые помогли именно вложиться своими силами, примеров таких не знаю. Буду рада за эти два дня услышать, если что-то такое есть.



Что произошло в Сент-Луисе? В Сент-Луисе, хочу рассказать о паре бизнес-кластеров. О бизнес – кластере по биотехнологиям в области медицины, здравоохранения, биотехнологии в области сельского хозяйства, растениеводства (как вы понимаете, они связаны) и бизнес – кластере по социальной медицине. Начну с последнего. Сент-Луис, как оказалось, является плотной площадкой для всего США, в котором апробируются реформы в медицине и здравоохранении. Это значит, существует сервисная структура, обслуживание больниц, создание новых принципов функционирования больших клиник, больших медицинских учреждений, организаций, это значит, что они закладывают новые требования для обучения в ВУЗах. И на уровне медсестер, но у них институт медсестер – nurses- несколько другой, т.е. медсестра у них имеет право принимать базовые врачебные решения, нижнего класса. У нас медсестры, медперсонал, не имеет право этого делать, и идет запрос на врачей. У них есть управляющий, такой очень интересный орган, называется Regional Health Commission (RHC) – региональная комиссия по здоровью. Куда входят руководители крупнейших коммерческих предприятий–миллиардеры, такого уровня, причем не по медицине, но они входят в региональную комиссию по здравоохранению. Руководители крупнейших клиник, руководители по здравоохранению города. Мне повезло присутствовать у них на совещании вот этой комиссии как инсайдер, меня приглашали. Они обсуждали, на самом деле, как трансформировать город, и мой вопрос был – зачем человеку, который управляет металлургическим заводом, зачем ему присутствовать на этой комиссии, читать такой ежемесячно рассылаемый талмуд бумаг? Но они были все готовы, и они делали предложение касательно территории, на которой они все живут. Потому что, то качество жизни, которое дает бизнес – кластер, это конкуренция в первую очередь за людей. Как выбирает человек место, где работать и почему речь с бизнес – кластерами идет о глобальной конкуренции? У меня в жизни, у каждого из нас время ограничено, соответственно, мы какое-то время спим, какое-то время работаем. Конкуренция идет за людей, и идет она следующим образом. В первую очередь, за людей. За людьми приходит компания, организация и т.д. Я могу делить какую-то часть своей жизни, потому что я буду непосредственно жить, здесь создам компанию и буду ей управлять. Может быть, я приеду на конференцию, либо поучиться на длительное время, либо на короткие какие-то курсы повышения квалификации, может быть, мы будем здесь работать с кем-то еще, но это значит, что я ограничена во времени, которое в течение года могу выделить на то или иное место. Вот задача сделать так, чтобы «ключевые люди» попадали к вам на территорию, именно «ключевые люди», причем из разных секторов: из науки, бизнеса, из образования, из сектора услуг, из каких-то вообще смежных областей. Они должны понимать, что это место, где создаются идеи. Вообще, кластер - это такой магнит, магнит для людей, потому что они видят, что здесь развиваются вкусные идеи, развиваются вкусные какие-то вещи, которые можно применить.

История Сент-Луиса с другим его кластером, биотехнологическим в области растениеводства и сельского хозяйства, очень поучительна. Сент-Луис, это, знаете, такой центр США, громадные поля и выращивание зерновых и т.д. культур. Исторически им повезло. У них находится один из пяти крупнейших в мире ботанических садов, один из четырех крупнейших в мире центров исследования растений, и у них находится одна из крупнейших сельскохозяйственных компаний, гигант.



На какую идею Сент-Луис сейчас привлекает людей? Потому что конкуренция, конечно, за людей огромнейшая. Они озвучили идею, которая интересна миру. Идея, которая интересна миру, а соответственно людям, звучит так: «Мы хотим накормить всех людей мира нормальными продуктами растениеводства, но сейчас это можно сделать только в случае, если используется ГМО. Если используется ГМО, возникают неприятные последствия для будущих поколений. Мы не хотим, чтобы эти последствия возникали, но хотим, чтобы людей можно было накормить». Что они сделали - привлекли огромное людей, которые болеют за отрасль, и производителей, и смогли объединиться внутри себя. Надо сказать, что у них были юридически очень жесткие споры, и они сами называют это «периодом войны», когда город разделился на два крупных лагеря: город и окружающая его территория, которые были «за» вот эти эксперименты с использованием ГМО, и которые были «против» экспериментов с использованием ГМО. Этот вопрос вставал практически во всех кластерах, которые затрагивали новые технологии. Касалось ли это банка клеток, и умения работать со стволовыми клетками, касалось ли это новых технологий, которые влияют на людей. С IT проще. IT, все-таки, не влияет на поколение так сильно. В медицине IT давно касается очень жестко всегда всех вопросов. С точки зрения sustainable construction, устойчивого строительства, ответственного, там тоже возникают вопросы: «А как, что производить?», и возникает битва за стандарты. Так вот, Сент-Луис сумел привлечь целую группу людей. Но надо сказать, что кластер по биотехнологиям в области растений и сельского хозяйства не самый сильный. По причине того, что во всем мире, несмотря на, казалось бы, на огромные ресурсы, гораздо больше инвестиций и вложений идут в область медицины. Один из четырех ключевых ВУЗов в области медицины - Вашингтонский Университет. Финансирование одного только блока инвестиций в исследования в области медицины и здравоохранения составляет ежегодно 400 млн долларов. Даже в условиях, когда сейчас будет снижено финансирование с этого года примерно на 15%. Это очень большие деньги. Представьте, ежегодно нужно создавать вот эти фонды. Плюс, Сент-Луис попал еще в очень интересную ситуацию - еще с одной стороны, которая нам полезна. Он находятся в серединке страны. Если представить Штаты, самая середина - Сент-Луис, от него налево вниз – Калифорния, направо – Бостон, Массачусетс. Две сильнейшие зоны с самым крупным финансированием на исследования, на реализацию проектов, на коммерциализацию проектов и т.д Что произошло с точки зрения развития кластеров в Сент-Луисе? Надо сказать, что оно еще идет, т.е. это вот не такой прямо «вау!- результат, но это результаты, которые явно можно показывать. Они собирали проекты, без проблем давали финансирование компаниям, организациям из Сент-Луиса, но при этом ставили условие – дорогие, вот мы вам даем, но вы должны перенести свое предприятие либо к нам в Калифорнию, либо к нам в Бостон. Они начали выяснять, а что происходит, почему вот такое требование о переносе компании, несмотря на то, что, казалось бы, там и своих хватает, и тут достаточно удобно. Выяснилось, что у фондов была основная претензия, что идет огромная потеря денег, и не хватает своих профессиональных управляющих.

И что сделали в Сент-Луисе? Они стали развиваться. Во-первых, они создали местный фонд, потому что там было очень важно партнерство, подход «не только мы в вас вкладываем, но вы создаете свой фонд» (локальный фонд, в который можно добавлять денег). Фонд, в котором должны появиться профессиональные управляющие, которые будут помогать компаниям. Создание заняло 5лет. Для того чтобы вырастить своих людей, которые смогли достаточно ответственно управлять финансовыми средствами, помогать компаниям, с измеримым результатом, что стало порядка 70% компаний успешно получают финансирование. Требование о переезде уже не ставится. До этого ставилось более 80%, стало 30% – эти 50 % теперь понимают, что можно работать с этой территорией, с этим регионом.

Вот, что я не сказала, кстати, про бизнес-кластеры. Что производит бизнес-кластер, это очень важная история. Производят продукты, услуги. Очень важно, что среди этих продуктов, услуг должны быть продукты, услуги уже созданные «пионеры», т.е. впервые созданные на этой территории, и потенциальные продукты, услуги - «пионеры», которые могут выйти на рынок в ближайшее время. Дальше, бизнес-кластер создает, третье, это идеи. Я назвала уже те интересные идеи, за которые хочется бороться, на которые хочется приехать. Второй тип идей – это готовые к коммерциализации, они здесь есть, я непосредственно могу их взять и перевести в коммерциализацию. И четвертое, это новые рабочие места. Вернее не рабочие места, а новые профессии. Новые профессии, под которые уже на территории бизнес-кластера есть рабочие места. Вот очень важный фактор, по поводу профессий, а это то, что мне тоже бы хотелось узнать, например, во время этой сессии, вот, сегодня – завтра. Есть ли у нас регионы, где созданы реально уже новые профессии? Что я имею в виду под новыми профессиями? Биотехнологии, например, достаточно понятная профессия, касающаяся не высшего управленческого звена, не звена, которое с высшим образованием, и, уж тем более, не со степенями, а это техники, которые умеют работать во всемирном банке данных ДНК. И этому необходимо учить, и учить достаточно большое количество людей. Или 3D-моделирование, 3D-принтинг для, опять же, биотехнологий. Опять же, это не нужно в первую очередь людям со знаниями, уже с образованием университетским или кандидатам наук. Но запрос на то, чтобы появилось огромное число людей в биотехнологиях сейчас стоит. Вот мне интересно, что появляется у нас и есть ли эти рабочие места.

Другая история успеха. Она связана с качеством жизни города Портленд, Орегон. Про Портленд мы, наверно, вообще почти долго очень не слышали, потому что там забавная история. Вот вы видите, у них есть явно спортивный кластер по производству спортивной одежды и обуви. Им повезло. Посмотрите, какие штаб-квартиры исторически у них есть, у компаний, которые там появились. Даже если взять Nike и Columbia , даже этого уже хватит. Вот это их, только маленький базовый списочек. Две вещи, которые они смогли сделать. Первое, первая вещь, которая считается вообще уникальной для всей Северной Америки, у них бешено растет население. У них проблемы не с точки зрения создания, не с точки зрения привлечения людей, а с точки зрения создания рабочей базы. Потому что, вот этот вот парадокс, который там сложился. Количество кластеров там 17. И что важно, они сначала себя позиционировали как город, и это не была кластерная игра. Вообще, т.е. они не вели речь об этом. Они говорили: «Мы – город, в котором хорошо жить молодежи». Молодежь приехала, обнаружила, что там хорошая природа и возможность чувствовать себя более спокойно, чем в городах и территориях с более высокой конкуренцией, как Нью-Йорк или Сан-Франциско (Хотя Сан-Франциско очень комфортный для жизни город. Только дорогой становится, сильно дорогой, и это то, чем они сейчас обеспокоены). Население выросло с 900 тыс. до 1,5 млн. сейчас. Они ожидают еще 1млн 800 тыс. за 2 года. Это один феномен и, соответственно, у них очень хорошо развиваются отрасли, где нужны специалисты с новым типом образования. Причем переезжает народ из, казалось бы, процветающих территорий и мест.

Вторая вещь, которую им удалось сделать, с точки зрения качества жизни, они сумели разработать такое понятие как «качество жизни» – это такой социально-экономический показатель, несущий, в том числе, и показатель эмоциональный – «мне комфортно где-то жить, я хочу, чтобы здесь жил я, здесь жила моя семья, мои дети, которые могут получить хорошее образование, безопасность и нормальное здоровье, и, возможно, мои родители» - т.е. это вот такая большая история. Портленд запустил в дополнение к кластерным своим историям план развития города. Они совместно с жителями раз в 10 лет проводят исследования, и вне зависимости от того, о чем говорит власть, что считает власть, что нужно делать, жители уже несколько им раз рассказали другую историю, что «мы считаем нужным ремонтировать или менять в первую очередь». Это вот история, которая дополняет кластеры.

Их третья великолепная история, она связана с тем, что они сумели создать у себя хаб и перехватить достаточно много народу из аэропорта Сан-Франциско. Как было устроено западное побережье до 2004 года? Все летали в Сан-Франциско, а из Сан-Франциско летали везде по миру. Т.е. вы представляете огромнейшие деньги, огромнейший хаб и отличное распределение. Что произошло с Портлендом? Они подумали: нам вообще нужно несколько точек, куда нам летать в мире, потому что наши кластеры не будут развиваться, несмотря на близость океана (через океан далековато все-таки плыть). Нам нужно, чтобы у нас появились международные рейсы. И первое, о чем они договорились с международными рейсами, что им сказали компании (они создали такую коалицию с Nike, с компаниями из других отраслей) – Давайте мы определимся, куда должны летать наши самолеты. Чтобы просто появилось название международный. Первый начал летать в Канаду, второй – Амстердам, третий в Китай, потому что производство у ряда компаний было в Китае, в Амстердаме тоже было производство и крупные подразделения. В настоящий момент у них порядка 8 международных рейсов. Что интересно. Во время кризиса американские авиаперевозчики закрывали целый ряд рейсов из множества городов. Они говорили – нам экономически не выгодно. Из Портленда не был закрыт ни один рейс. Причина, которую сказали авиаперевозчики – вы с нами работаете как с партнерами. Мы видим, что вы нам гарантируете определенный пассажиропоток от компании. Да, мы вам снижаем цены. Они идут на постоянное снижение цен, предоставления специальных условий, чтобы компании-кластеры по бизнесу могли летать более дешево. И мы видим, что это не отдельные компании, и мы видим, что это такое партнерство, коалиция, которая болеет за развитие города. Более того, сейчас речь идет о создании дополнительных точек перелета из Портленда. Результат, народ начал ездить из Сиэтла, на международные перевозки (из Сиэтла – 2,5 часа на машине).

Вот это та карта – третья история успеха. Это Северная Каролина, Research triangle- треугольник исследований. И я специально выбрала вам карту, мне очень хочется, чтобы в России появились вот такое примерно картирование. Не только в формате Excel, а в формате как это выглядит. Это кластер, примеры компаний, как они реально, физически в каких местах расположены. Понятно, что это не все, а только некоторые, связанные с разработкой компьютерных игр. Как обнаружили в треугольнике исследований кластер компьютерных игр? Треугольник исследований был одной из первых территорий, о которой Майкл Портер сказал: «Хорошее место для того, чтобы появлялась эта новая модель конкуренции - бизнес-кластеры». Ему не поверили. Но через несколько лет, в Северной Каролине они провели свои исследования и сказали – ну, вообще, Портер был близок к истине. Наверно, что-то у нас получится. Про этот кластер они узнали, примерно 4 года назад. Как узнали? Делали исследования, т.е. они повторяют исследования раз в 5 лет. И вот они делали исследования и обнаружили, что у них случайно (до этого этой информации не было) более 150 (зацените, 150!), компаний, которые работают в этой области. Вот никто не знал! 5 лет назад они делали это исследование, этих данных не было, этих компаний не было. Лаборатории, вот, видите там, т.е. они размещали их просто так. Потому что здесь крутились мысли, здесь крутились люди, здесь был более дешевый доступ к рабочей силе, к созданию рабочих мест, и к дешевизне создания и логистики, и уровня проживания. И я очень люблю в Северной Каролине то, что они, правда, всё переводят в эти карты. Очень бы хотелось видеть их в России, а для этого нужны (как я уже сказала) базовые исследования, хотя бы точно, кто у нас есть.

МедиконВели, это граница, это очень интересный пример бизнес-кластера, который подразумевает межстрановое сотрудничество в области биотехнологий, в области здравоохранения, медицины. Медицинских организаций, работающих в смежной отрасли, огромнейшее количество и они создали пример вот этот знаменитый.



Подведу итоги. Итог следующий:

Во-первых, важно вот что: видно по всем этим проектам, что их строили не с нуля, а что был конкретный организатор, но не управляющий компанией. Именно у порядка бизнес-кластеров ни разу я не видела именно управляющего компанией как органа, который управляет этой историей. Доверяют либо конкретному человеку, который занимается управлением бизнес-кластерами, а обычно этот человек 50+, потому что на мой вопрос, все, кого я видела, были именно в этом возрасте, часто говорят - до пятидесяти у тебя есть конкуренция, ты хочешь зарабатывать деньги, ты еще соревнуешься, когда ты становишься старше 50, у тебя возникают другие интересы, ты готов больше работать за регионы и тот тип лица, важнее та репутация, которая у тебя уже сформирована. И очень важный момент, что возникает, знаете, вот этот работает, вот этот кластер развивается, не потому что все с этим согласны, потому что изначально возникает группа людей, которая поддерживает эту историю и кто заинтересован в развитии кластера, и понимает, что это будет важно для региона. Так, например, в Сент-Луисе, когда они начали развивать биотехнологии, мы все говорили: «Вы что?! Какие биотехнологии в нашей консервативной среде?». Но были сделаны два крупнейших вложения. Вложились по 40 млн. две семьи. Одна семья, которая жила там, это бывшие владельцы «Курино» (корм для животных). Вторая семья, это бывшие владельцы, потому что сейчас продали Boing, МакДональд-Дональдс (самолеты). Вот они посчитали, что мы здесь живем, и мы хотим, чтобы нашим детям здесь жилось, этот регион будет развиваться, вот в этом случае. У нас сложнее пока ситуация с поддержкой на уровне персоналий регионов, хотя она уже есть. И очень важно работать с профессиональными сообществами, и заниматься глобальными действиями, конкурировать только глобально, потому что своих ресурсов, человеческих не хватит нисколько. И вот я хотела бы обратить внимание, на, что значит, появился, очень важный фактор – глобально-конкурентный бизнес-кластер. Не буду читать всё, просто вот посмотрите. Это, правда, вот, важный фактор, что, в данном случае, Чебоксары (ЭЛТЭ - электротехнический) входит в 5 ключевых мест мира. Это не сейчас, сейчас этого нет, но вот как только ты попадаешь в 5 ключевых мест мира по какой-то теме, вот это история, потому что все остальные будут искать. Вот я знаю в IT:кремневую долину, Бангалор в Индии, я знаю Японию с робототехникой, я понимаю, что, может быть, стоит съездить еще в Европу, там есть пара определенных точек. Всё, вот у вас люди заняты, они в вашей карте мира не находятся. Второе, то, что очень важно, вот здесь вот фактор, помимо того, что вы читаете, он должен называться понятно. То, что я вижу сейчас в названиях в России. Они идут: приборостроительный, ядерный - непонятно. Как только ты будешь работать с этими названиями, и ты введешь в компьютере, ты не понимаешь, что конкретно происходит на территории, в регионе. Как могут называться бизнес-кластеры, это наверно общая задача, над которой нам всем нужно работать. Обычно используются две схемы сейчас, с точки зрения создания понятных названий. Либо по решению каких-то проблем. Например, в области онкологии. Понятно, все, что связано с онкологией, соответственно рак и тому подобные вещи, здесь каким-то образом может быть. Второе, может быть по - отдельному, более узкой области - медицинский текстиль. Вот весь сложный медицинский текстиль, включая нано-материалы новые, включая новые покрытия тканевые для операций и т.д. – они очень важны. Я прошу прощения, что привожу просто из биотехнологий примеры, про Чебоксары, просто ключевой модератор форума по инновациям, медицине и здравоохранению РОСНАНОМЕД. И в этом году приедет несколько представителей мировых кластеров, когда мы будем смотреть с ними, как работать. Я просто знаю эти примеры.

И вот последнее, обратите внимание. Здесь, в этом месте, очень важно, должны создаваться стандарты для России и для мира. У нас стандарты, которые не менялись по целым областям огромное количество времени. Помните, я начала с того, что кластер создается идеями. Вот идеи должны перевестись в некоторых планах в правило, и здесь должны появиться «think-thank», такие места, где создаются примеры.

И вот, последнее, обратите внимание. Я, все-таки, несмотря на то, что мне говорят «всё». Я не могу это не сказать. Не забывайте вкладывать деньги в культуру, в развитие культуры сотрудничества, в технологии, что это значит - в места для встреч, в совместное обсуждение разных компаний, потому что у нас отдельно, вот с чем мы столкнулись, готовы встречаться малый и средний бизнес, готов встречаться крупный с особо-сильным средним бизнесом. А все вместе они говорят: «Ну, вы что думаете, нам есть, что обсуждать?» Для этого нужны люди, которые будут бороться за дело, будут двигать, и которые будут все время вот создавать кучу прецедентов этого сотрудничества. Спасибо.
Уважаемые коллеги, у нас есть возможность задать уточняющие вопросы.
ЗАЛ – Спасибо большое за доклад. Если есть возможность за полтора часа до начала разговора, давайте будем считать, что это вводное такое, а какое-то время, какой-то формат обозначить, чтобы полностью погрузиться. Я имею ввиду получить от Вас то, что мы можем получить.
Шамис: Презентация, это вот. Можем попробовать где-то здесь поговорить, я что-то могу рассказывать, постараюсь ответить на вопросы, потом 2 дня у нас есть. Еще вещь, которую мне бы очень хотелось сделать, потому что идут переговоры, я просто непонятно…Есть написанная книжка, очень хочется, чтобы она вышла, потому что в истории с бизнес-кластерами то, с чем столкнулись мы, есть очень много вещей, которые ты не можешь явно обозначить, вот сказать – вот должно быть так. Не бывает, вот оно такое, знаете как «культура неощутимая». Вот ты должен увидеть, вот как я сказала, помните, в том примере, когда пришел глава металлургического, вот там были и производственные крупные корпорации, крупнейшие, глава, миллиардер (реально, вот сидел миллиардер). Вот что он делал на этом заседании Regional Health Commission, когда он давал свои предложения? Вот это очень важные детали, которые тебе важно видеть и понимать, что может работать.
Есть шаги, которые можно делать, которые нужно повторять. И я повторюсь, в первую очередь, чтобы двигать кластер нужны две вещи:


  • первое, исследования, реально, что у вас есть на территории. Вот такое, вот очень адекватное, потому что всё остальное воспринимается как субъективизм. Ты не можешь с этим работать. Ты не знаешь точно, что есть.

  • Второе, это работа с сообществом и организация вот этого диалога, чтобы хотя бы все узнали, что здесь присутствует. По тем же Чебоксарам я могу сказать, когда люди сотрудничают Чебоксары – Питер, на мой вопрос - а что им сотрудничать Чебоксары-Чебоксары? А они говорят: «А мы не знаем с кем». И то же самое мы видели в Перми, абсолютно та же история, когда пришли люди и все на них смотрели, а что, это у нас в Перми есть? Т.е. просто так ты некоторые вещи не знаешь.

ЗАЛ - Евгения, я тоже заслушался вашим докладом, но, тем не менее, хотелось бы обобщить. Да, много примеров было, вы назвали ключевые факторы: дороги, удобное пригородное, международное сообщение самолетов, чистые комнаты, ну и много-много-много всего. Но вот вопрос, что самое главное, можете приоритетно последовательность выстроить для того, чтобы понимать – это первая часть вопроса, и вторая – на счет последовательности решать эти задачи, потому что, ну, можно расстроиться от того, что нет у нас аэропорта, и не будет. На этом кластер не будет работать?


Шамис: Вы спрашиваете про инфраструктуру или в целом?
ЗАЛ - Нет, в целом, т.е. инфраструктура - оно же более широкое понятие, чем …
Шамис: Первое, люди – вот, никуда ты без этого не денешься и научные возможности, научных исследований, которые переводятся в процесс коммерциализации, т.е. вот я бы сказала люди и очень хорошая научная база. Вот если это два есть. И я бы сказала третье - практика перевода идей в конкретные результаты и коммерциализацию. Если чебоксарский и пермский кластер сравнивать, в био-тех. сложнее, просто потому что занимает в среднем вывод после испытаний 15-17 лет, хорошо 13, 13-17 лет, есть нижняя планка, но 13 редко. Рассчитывать надо на 15-17 лет и когда человека спрашиваешь, кто герой отрасли и с инновациями, те люди не могут просто физически сказать, либо это секретная информация (все инвест.фонды пока, они все знают, говорят - понимаешь, мы не можем сказать), либо, и все ждут, либо ХИМРАР, хорошо, называют ХИМРАР, еще несколько людей, кого уже можно показывать, либо история …. Забыла что хотела сказать…
ЗАЛ – Хорошо, Евгения, вот называли три фактора, а дайте немножко примем какие-то временные, ну социум, там дороги дальше идут, отраслевые здания ….
ЗАЛ - … на картинках были, тоже важно, как и всем хотелось бы, но давайте между ними временные какие-то рамки поставим. Грубо говоря, вот есть люди, потом…..
Шамис: Давайте, я вам вот так расскажу, какие есть этапы. Первый этап – базовое формирование предпосылки развития кластера. Умри. 3-5 лет. Скорее на 5- 8..
ЗАЛ – Вообще, хотелось бы, чтобы к этим ключевым факторам вы их привязали, которые вы назвали. Люди, исследования, практика перевода…
Шамис: Я не буду их привязывать только к этим факторам. Люди у вас либо есть, либо …
ЗАЛ - Можно более широко привязывать…
Шамис: Смотрите, люди, вот правильная история с бизнес - кластером, это не с нуля, не с «green field». А с того, как я сказала, у тебя уже есть это профессиональное сообщество, которое ты используешь. Т.е. у тебя уже есть уже живущие здесь, уже привязанные к территории, уже знающие, что здесь происходит, люди, которые находятся. Хорошо, если их много.
ЗАЛ – А если нет, простите?
Шамис: А это сразу возникает вызов. История, результат которой начинается в случае привоза достаточно большого числа людей. Это обычно переносится либо в технопарк, в результате, либо в бизнес – инкубатор. Это, к сожалению, то, что мы получили, т.е. такое искусственное. Бывают истории, когда вдруг народ начинает приезжать. В Бангалор, пример. Хороший пример, ничего не скажу, но в условиях их рабочей силы, в условиях другой экономики, я бы сказала:

Первый этап, когда базовое развитие и тебе придется очень много работать на несколько вещей: первое – формирование доверия. Доверие формируется в среднем три года. И оно формируется не то, что я доверяю компании, а то, что я доверяю вам лично, а вы доверяете мне лично. И мы можем с Вами поделиться идеей. Вот это вот контактов, множество контактов каждого из нас, которые возникают здесь.


ЗАЛ – Это делают в течение 3 лет?
Шамис: 3 года – доверие. Но первый этап выхода на то, что кластер начал функционировать при активной работе, вот как такая, знаете, система на базовом уровне – 5 лет. Все-таки на это время нужно ориентироваться. Я устала за последние 2 года отвечать на вопрос, когда спрашивали, а можно и за год? Это нет, я не шучу, т.е. нас регулярно спрашивают - а за год можно? Нельзя! Второе, она спрашивала, мне очень нравится – А вы знаете, а у нас срок губернатора 4 года, а за 4 года можно? Вот это вторая сложность.

Второй этап: 5-7 лет. Третий этап, когда вот выход, знаете, когда вот уже начинает вертеться, такое вот хорошее колесо движения, и начинает сюда приезжать много людей из других территорий, регионов, в этот период переносят обычно, здесь создают подразделение компании, вот где-то с 4 года вот работы по кластеру. Начинают создаваться подразделения компании, там важно просто, чтобы какое-то подразделение компании, лучше профильное, вдруг появилось на территории. Вы видели Lenovo вдруг разместило здесь …


ЗАЛ – Я правильно понимаю, что это третий фактор, который вы сказали, практика коммерциализации?
Шамис: Да, это практика коммерциализации.
ЗАЛ – Т.е. это с 4 по 11 год?
Шамис: Добавляй 5 лет первых, плюс 7 , 12 лет. Вот, т.е. 12 лет вы берете до момента, когда появились возможности для другого рывка. Это длинная история.
ЗАЛ – Извините, а дороги начинают строить потом?
Шамис: Нет, дороги лучше всего на этом…
ЗАЛ - Выбираете основу старую под новый центр кластерного развития.

Вот, по каким критериям все-таки оценивать качественным/количественным развитие, т.е. вы говорите 3года, 4, т.е. есть ли какие-то практические инструменты, по которым вот в этих кластерах оценивать – люди, компании, приезжие, т.е. что это? Как это оценить? Потому что всегда проще отталкиваться от каких-то четких факторов, к ним привязываться и уже оценивать. Вот здесь получилось, вот здесь нужно дотянуть, достроить и т.д.


Шамис: Важный фактор, должна быть база для сравнения. Вы совершенно верно спрашиваете. Первая база для сравнения, что есть сейчас. И вот это было бы очень важным показателем, с которым дальше сравниваться. Я бы вложилась в это исследование. Очень тяжело, знаете, как получается, раскрутить на такое исследование, как оказалось, у нас людей. Они мне говорят – мы же знаем примерно! Просто дальше, смотрите, пока у вас нет этой базы, сравнивать вам вообще не с чем. И то, что любой фактор, который вы после этого дадите - у нас появилось то, и все другое…
ЗАЛ – Мне бы хотелось услышать, как они там это делают. Что они оценивают, какие факторы?
Шамис: Количество людей в городе. Количество людей…. Я завтра привезу книжку, я могу это сделать. Количество людей в городе, количество…
ЗАЛ – Показатель эффективности развития кластера?
Шамис: Я вам про это и говорю. Вот поймите, что кластер - это не изолированная история, как я вам сказала. В кластер должны приезжать новые люди, поэтому очень важный показатель -количество людей в городе, как это растет. У вас поймите, у вас физически должно быть…Вот кластер – он магнит, он притягивает людей. У тебя должны появиться вот эти новые люди.
ЗАЛ – Вы считаете это достаточный критерий для оценки эффективности развития кластера?
Шамис: Я пока только один фактор пока назвала. Количество людей, которые непосредственно заняты на предприятии, и уже входящие более конкретно в кластер – насколько растет. Количество новых специальностей, по которым идет подготовка, и в каком случае они появляются. Помните, я сказала, какие продукты – пионеры, созданы продукты, либо сервисы-пионеры, созданы здесь, сколько их и сколько появляется в год. Неплохо если их появляется 5-7. Это тот показатель, к которому нужно стремиться. Дальше, это сколько зарабатывает сектор, конечно, как это тоже растет.
ЗАЛ - Т.е. экономический показатель берутся от синуса развития…..?
Шамис: С какого я начала фактора? Помимо этого, прошу прощения. С какого я начала фактора? Я начала с людей. Люди – это не совсем экономический фактор. Вот у нас то, что меня расстраивает, мы говорим очень много об экономических факторах, но мы забываем. Вот, вот откуда вы возьмете Елену, Вас в одном месте.
ЗАЛ – Безусловный критерий будет, т.е. черта, по которому оценивается, он….
Шамис: Качество, дальше, то, что оценивается – качество жизни. Сколько стоит жизнь и насколько она повысилась, с точки зрения образования, сколько образовательных учреждений, для людей, которые проживают на территории, потому что ты выбираешь…

I-ый ТАКТ СЕССИИ
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconМетодология формирования кластеров как рыночных инструментов пространственного развития предпринимательства

Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconТема заседания
Об утверждении плана работы экспертной группы на 2012 год и регламента работы экспертной группы
Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconРамку территориальных кластеров

Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconОбзор инновационных кластеров в иностранных государствах Минэкономразвития России май 2011 г

Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconПредложения экспертной группы «Развитие возобновляемых источников энергии»
Анализ развития использования виэ в мире и ес за последние 10 лет позволяет определить сложившиеся тенденции и проследить динамику...
Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconИнформационные материалы «Обзор инновационных кластеров фрг»
Исследования в области ядерных технологий в Германии ведутся по двум направлениям
Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconСостав экспертной рабочей группы по техническому регулированию в области биометрических технологий комитета тпп РФ по промышленному развитию
Руководитель Экспертной рабочей группы по техническому регулированию в области биометрических технологий – Председатель Совета нп...
Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconИнформационные материалы «Обзор инновационных кластеров фрг»
Научно-исследовательские работы в сфере «Медицинские технологии и фармацевтика» в фрг ведутся очень активно
Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconV областной Ярмарке инноваций в образовании
Цель Ярмарки – создание условий для развития инновационных процессов в региональной системе образования посредством выявления, демонстрации,...
Экспертной группы по формированию инструментов поддержки и развития инновационных территориальных кластеров iconРегламент работы Экспертной комиссии по оценке результатов интеллектуальной деятельности для их постановки на учет и дальнейшей коммерциализации путем создания малых инновационных предприятий

Разместите кнопку на своём сайте:
ru.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©ru.convdocs.org 2016
обратиться к администрации
ru.convdocs.org
    Главная страница